Во-вторых, Аня практически в одиночку составила список лучших сериалов и шоу года. На этом мы заканчиваем со списочной частью и начинаем медленно подводить итоги года, хватит на все новогодние.

https://medium.com/@annsotnikova/everybodys-doing-it-now-and-we-re-doing-it-too-best-series-of-2018-6e317159377b

И сразу первый итог — Аня преодолела свой писательский блок и смогла дописать текст про третий сезон «Твин Пикса».

Цитата для привлечения внимания:
«Ребят, если вы еще не поняли, давайте я вам белую лошадь в кино поставлю, эдипов комплекс по Фрейду, отсылка к разговору про коллективное бессознательное по Юнгу,  —  да, на каком-то уровне все безусловно так: это кино про абьюз, про абьюз кинематографом, про психические отклонения, про банальность и цикличность зла.

Но дело же не в том, что не только про это, а в том, что в сущности это вообще неважно,  —  и про то, и про это, и про другое, и про все, что угодно, и вообще это не кино, а сериал. Скучно думать про «Твин Пикс» с точки зрения смысла. Смысл  —  крайне переоцененная штука».

https://medium.com/@annsotnikova/линч-снял-дичь-1bf281aadd5d

Итоги года, лучшие фильмы-2018, списки, топы и все прочее — это конечно хорошо, но расскажу-ка я вам про фильм, больше всего меня поразивший в прошлом году. Вы будете смеяться — это «Суперсемейка-2». Я смотрела его с мамой, дабл-фичером с «Суперсемейкой-1», и могу авторитетно заявить, что мы с мамой хотели хорошо провести вечер, а вконец охренеть в наши планы совсем не входило.

Первая часть, пользуясь определением Василия Кистяковского, — «лучшая экранизация «Хранителей», чем, собственно, экранизация «Хранителей». К «Суперсемейке-1» вопросов нет, наверное, потому что я старая и мне достаточно последовательного сюжета, злодейского злодея и героических героев, чтобы смотреть пиксаровский мультфильм для детей, — даже если он про изгоев общества, власть и ее распределение. Меня не особенно смущают даже ребенок-дьявол и Ричард Никсон, которого зовут Дикер и который исполняет роль надзирателя из ФБР за падшими супергероями. Первая часть рассказывала о том, что власть надо немедленно отбирать у технарей, а технологии отбирать у горе-техногениев, и все брать в свои руки, иначе как бы чего не вышло. Власть — предмет для разговора и во второй части, но если в первой супергерои были власти лишены, находясь в изгнании, то во второй уже начинается какой-то метакомментарий про засилие супергероев на киноэкранах.

Давайте по порядку, — сразу после титров первой части человек-крот оказывается повержен и начинается другая история: соответственно духу времени некий загадочный (но не очень) Капиталист, помешанный на супергероях, решает супергеройскую нацию возродить путем трансляции их подвигов на мировые теле- и кино-экраны. «Политики не понимают супергероев, которые делают что-то хорошее, потому что это правильно. Мы убедим их тем, что это зрелищно», — с ходу заявляет он, объясняя таким образом свой масштабный медиа-проект и, видимо, идеологию своей компании. Для запуска он, опять же, соответствуя духу времени, выбирает маму (феминизм, смена гендерных ролей, соу воук ит хертс), папа же остается дома сидеть с детьми. Дети не слушаются, у дочки проблемы с парнем (которому стерли память), сыночек хочет тачку (пора бы уже, в его-то возрасте), но особенно докучает младенец-сатана, который сочетает в себе абсолютно все супергеройские способности, — и исчезать умеет, и трансгрессировать, и растягиваться, и сквозь стены проходить, и воспламеняться, и чего только не умеет, — он же, в конце концов, сатана (так, видимо, мыслит свое альтер-эго автор всего этого мракобесия Брэд Берд, по совместительству, один из создателей студии Pixar).

Но вернемся к маме, отправленной на заработки супергеройствовать. Маме противостоит ЭКРАНОТИРАН — загадочный злодей, вселяющийся во все возможные экраны (которых, разумеется, бесконечное множество), лишающий людей воли и творящий черт-те что. Маме помогает сестра Капиталиста, — гений, стоящий за медиа-проектом братца, быстро разоблачающая его страсть к супергероям как сентиментальную: дескать, их отец был диким фанатом супергероев, но когда-то из-за собственной слепой веры в них и погиб, потому что супергерои не успели его вовремя спасти. Сестра бесконечно толкает телеги про феминизм («Тебе не надоело все время быть в тени своего мужа? Я знаю, что за любым великим мужчиной стоит великая женщина, — так и я стою в тени брата, но меня это устраивает, потому что меня никто не трогает. А ты?»), а также довольно последовательную критику капитализма: корпорации — зло, фильмы про супергероев нужны для того, чтобы отвлекать людей от проблем, пока их обкрадывают капиталисты, а обыватели — ленивые дурачки, которые сжирают все, что им подсовывают. Ясно сразу, кто тут ЭКРАНОТИРАН, да? Мама-супергероиня в ответ что-то мямлит про то, что должны же быть убеждения, что муж это хорошо, и вообще, кто продает, тот и главный, потому что какое бы супергениальное изобретение ты, подруга, не изобрела, без помощи братца-капиталиста ты никто. В чем сила, сестра? Сила в бабках.

Итак, сестра Капиталиста хочет при помощи супергероев уничтожить капитализм, одновременно снова сделав супергероев вне закона. Но не тут-то было! На криптокруизе, где должна была состояться премьера медиапроекта брата случается главная атака ЭКРАНОТИРАНА, которому противостоят уже все: мама, папа, детки, какие-то левые супергерои и даже младенец-сатана. В финальной битве между мамой и антикапиталистической сестрой та заявляет: «У меня бы все получилось, если бы не твои убеждения!» А мама ей в ответ: «У меня они, по крайней мере, есть, а не то, что у тебя, тварь!» — и изящным движением эластичной руки отправляет бунтарку в море. В итоге сестрицу сажают в тюрьму, но когда кто-то из детей заявляет: «С такими деньжищами она там долго не задержится!», братец-капиталист глубокомысленно кивает и важно заявляет: «Ты все правильно поняла, детка». То есть, Капиталист спас всех, даже свою «помутившуюся рассудком» сестру, которая решила бороться против его идеалов, — в конце он спокойненько спонсирует супергероев, те супергеройствуют, дочка помирилась с парнем, сыночек получил тачку, все счастливы, улыбаются и машут.

Надо сказать, что все это безобразие идет два часа, — столько же, сколько и первая часть, но в отличие от милого мультика про то, что чуваки из Силиконовой Долины — зло, где происходило примерно 3 события за весь фильм, мы получаем практически «Мстителей»: тут каждую минуту происходит 100500 вещей, время от времени разрушения, взрывы и экшен прерываются крайне пафосными монологами, которые, видимо, предполагается не слушать, — но если все-таки слушать, то становится по-настоящему страшно. В противном случае частоту смены событий можно списать на дух времени (якобы современный ребенок не способен продолжительно удерживать внимание на чем-то одном, но я вот ребенок несовременный, у меня от таких длины и скорости к концу фильма болят попа и мозги), да и все остальное тоже, — якобы мультфильм про смену ценностей, гендерную идентичность, эмпауэрмент, смену ролей в современной семье и все такое прочее. Но если все же послушать, то выяснится, что Брэд Берд яростно выступает за множество экранов и безмозглое большинство, которое в них пялится, противится персональной инициативе и незамедлительным самостоятельным действиям (к которым, кстати, призывает нас Бутс Райли в одном из лучших фильмов прошлого года «Простите за беспокойство»). Берд и есть этот самый братец- капиталист, которого волнует только то, что поместить на экраны, чтобы хорошо продавалось, — в его случае, как ребенка-сатаны, — миллиард трюков на потеху публике. «Суперсемейка-2» оказывается двухчасовой рекламой самой себя, а также фильмов студии Pixar, Marvel, Disney и других мультимиллионных корпораций (которые на самом деле одна большая корпорация). Она говорит о распределении сил и власти — и о том, что в этом распределении сил ничего не надо менять, а единоличных выскочек-аутеров надо в прямом смысле сбрасывать с корабля современности.

В то же время Алекс Росс Перри тихонько подрывает устои своим «Винни-Пухом», который, если вглядеться, окажется тихим антикапиталистическим высказыванием про то, что все офисные работники — омерзительные люди, а все остальные бессовестно зарабатывают на святой ностальгии. В то же время «Черная Пантера», условно соблюдая все каноны супергеройского кино, привносит на его территорию подрывной элемент кино «черного». А главный хит года Disney/Pixar на поверку оказывается откровенным пропагандистским капиталистическим манифестом о том, что бабло победит зло, и сколько ты ни крутись, римейки, сиквелы, покадрово переснятые классические мультфильмы и бесконечные супергерои будут доминировать на экранах, — и дальше будет только хуже. Это можно было бы воспринять как ироничный метакомментарий к духу времени, который тут можно почуять буквально во всем, если бы все не было сделано, а порой даже проговорено вслух на таких сложных щщах, что в иные моменты становится страшно, насколько сильно авторы охуевают от собственной божественности.

Вот и Ричард Броуди сообщает, что «Суперсемейка-2» — один из самых страшных фильмов, которые он увидел в этом году, и я с ним, пожалуй, соглашусь. Какой там Hereditary, вот вам настоящий хоррор про то что тот медведь в машине давно сгорел и кости его тлеют, — как и было сказано в третьей части «Истории игрушек». Игрушечные пиксар-диснеевские мультики едут прямо в ад — и мы вместе с ними. Скоро нас ждут новые, еще более захватывающие фильмы, — с наступившим нас Новым годом и Рождеством! С новым счастьем!

На Netflix за пару недель до Нового года вышла совместная с BBC экранизация Watership Down, — моей самой любимой книги на свете, заставившей меня полюбить английскую литературу, кроликов и жизнь. Для тех, кто не в курсе: оригинальный роман Ричарда Адамса, преступно малоизвестный за пределами своей родины, написан в 1972-м году, и это только условно сказка про путешествия кроликов в поисках нового дома, а на деле — тяжелый, тревожный, совсем не детский эпос с отсылками к «Беовульфу», «Энеиде», «Тысячеликому герою» и значительной части классической литературы. Строго говоря, «Обитатели холмов» — парафраз «Одиссеи», большой английский роман, в котором слегка замаскированный несерьезной кроличьей пушистостью фантастический мир, где все продумано до мелочей (язык, мифология, религия, даже свой фольклор), был построен на рефлексии и экзистенциальной тревоге. Как и во многих книгах, которые нам в детстве подсовывали, выдавая за легкие приключенческие романы, он убаюкивает тоном милновского «Винни Пуха» и завлекает детализированностью «Властелина Колец» или «Нарнии». Он расслабляет, — а потом рвет, кусает и разрывает на части, не только заставляя с головой окунуться в британскую меланхоличную психоделию, или реветь белугой еще неделю после прочтения, но и поднимая большие темы — как экзистенциальные и политические, так и вопросы расизма, сексизма, теологии и всего прочего. Сам Адамс говорил, что его роман «не значит ничего», но что это за дурацкая идея — спрашивать у автора, что значат его произведения?

У «Watership Down» есть одна, не побоюсь этого слова, культовая экранизация, 1978-го года, за пределами Великобритании известная намного больше самого романа. У меня есть сильное подозрение, что не одно поколение британских детей было травмировано этим анимационным фильмом, когда родители оставили их одних перед телевизором смотреть «милый мультик про зверят» (пример в подтверждение моим подозрениям: буквально в в 2016 году сообщество обеспокоенных родителей завалило гневными письмами и твитами Channel 4, решивший показать его днем в Пасху).

Я, наоборот, роман прочитала лет в 8, а экранизацию посмотрела всего несколько лет назад (похоронив к тому моменту аж двух реальных домашних кроличков) так что красными, почти арджентовскими кадрами с окровавленными умирающими животными меня уже удивить было сложно. Но лучшее слово для версии режиссера Мартина Розена это, пожалуй, «странный» — именно в труднопереводимом значении «weird». «Watership Down»-1978 цементировал «британскость» в ее классическом понимании, при этом действие происходило в мрачном мире, где герои бесконечно скитались от одной жестокой и/или сумасшедшей политической системы к другой. Например, в какой-то момент они попадают в город, где живут только упитанные, лоснящиеся, подозрительно богемные кролики, которые занимаются искусством, поэзией и танцами (то есть, незнакомыми обычным кроликам вещами), и никогда не отвечают на вопрос «где?» — особенно когда дело касается чьей-то пропажи, потому что руководство колонии легитимизировало таинственные исчезновения молчаливым согласием. В конце они вообще попадают в Эфрафу (чьему названию обязана радикальная краст-панк группа Fall of Efrafa ) — тоталитарное государство, где крольчихи заклеймены как существа второго сорта, вовсю процветает беспредел военных, а колония контролируется обезумевшим престарелым генералом-диктатором. Да и сбежали герои фактически из полицейского государства, волею судеб перемолотого человеческим бульдозером.

Смерть предводителя стаи под «Bright Eyes» Арта Гарфанкела, меланхолично-психоделические и кроваво-апокалиптические видения кролика Пятика, жуткий, пугающий финальный бой кролика Шишака и кровавого генерала, — мультфильм Мартина Розена был страшный и странный но все же прекрасно передавал дух оригинала. Посмотрите его: это впечатляющее и незабываемое зрелище, к которому сложно оставаться равнодушным и которое дает отличное понимание сардонической британской «странности».

Мне этот фильм всегда казался слегка куцым и слишком налегающим на радикальность, — но проблема в том, что я слишком люблю первоисточник: например, мне хватало деталей, вроде языка, мифологии и фольклора кроличьего мира (в книге раз в несколько глав, особенно в самые мрачные моменты, встречаются полноценные сказки про небесного покровителя кроликов Эль-Ахрайраха и его невероятные приключения в попытке перехитрить Черного Кролика Смерти). Так что идея растянуть его на целый сериал казалась мне великолепной и очень логичной, — «Хоббита» же растянули аж на 12 часов, а там в книжке всего страниц 80 (наверное?), а событий дай бог на один вечер.

Но лично меня сначала насторожили слова продюсеров, что они, конечно, не будут стесняться мрачности первоисточника, но все-таки свою версию сделают гораздо менее жестокой и пугающей. Затем — трейлер, выглядевший как трейлер плохой компьютерной игры из начала нулевых, и заставлявший задуматься, что по какой-то непонятной причине то ли BBC решили сильно сэкономить на компьютерной графике, то ли их анимационное подразделение существует году в 2003-м, Худшие ожидания подтвердились: новый Watership Down действительно выглядит как плохая компьютерная игра из начала нулевых и идет 4 часа, — моя мама, выдержавшая 20 минут, прислала мне ссылку на Netflix с комментарием «еще более страшные кролички». В каком-то смысле они правда еще более страшные, потому что такой графики лично я не не видела с тех пор, как последний раз запускала игру «Готика». И да — мрачности первоисточника они все-таки постеснялись, как постеснялись жестокости, всех пугающих моментов и даже сказок про Эль-Ахрайраха. Точнее, сказка есть, но она всего одна — и существует в виде театра теней на начальных титрах и это лучшее, что есть в этом сериале (по-хорошему, весь сериал можно было бы снять в такой манере, но этого его создатели, видимо, тоже постеснялись). Звездный состав озвучки не помогает разобраться, кто из кроликов кто, кроме трех главных героев, — и то это считывается скорее интуитивно, чем благодаря запоминающимся голосам или характерам (да и в них тоже периодически получается запутаться — спасибо, опять-таки, чудесной графике). Новый «Watership Down» выглядит универсально, пресно и бесхарактерно, — тут нет ни британской психоделии, ни радикальной политики, ни экзистенциальной философии, — зато его можно показывать детям в прайм-тайм на Пасху как «увлекательную сказку про зверят». Только смотреть они его все равно не будут, потому что дети не помнят ни игру «Готика», ни другие видеоигры из 2003-го, и медленный, плохо нарисованный мультфильм с не очень внятным посылом явно не будет для них топе вещей, которые можно посмотреть на Пасху. Как, впрочем, и в чьем-либо другом.

Попытаемся возродить канал, но так как смотрим мы много, а других дел у нас тоже хватает и в постоянном режиме писать не получается, пробуем возродиться в формате «семь вечеров». Поясню, — давным-давно, когда я еще работала в «Афише», у нас со Станиславом Зельвенским была такая рубрика, когда каждый понедельник мы выкладывали текст, состоящий из 7ми абзацев про 7 фильмов, которые мы посмотрели на неделе. Туда попадали и сериалы, и «старые», и «новые» фильмы, — да, иногда мы жульничали и писали про то, что посмотрели сто лет назад, но никто не замечал, и все были рады. Пытаемся теперь повторить это с Артемом, но он человек занятой, а я — медлительный, к тому же, я так долго не писала текстов, что мои мысли по поводу некоторых фильмов не умещаются в компактный абзац, а растекаются в крупномасштабные статьи.

Поскольку здесь себя можно не цензурировать, в некоторых случаях я себя не останавливаю и пишу все что есть, — так, например, произошло с абзацем о том, как я пересмотрела к/ф «2-АССА-2», преступно недооцененный эксперимент Сергея Александровича Соловьева на тему «неформальное продолжение культового фильма». Я пыталась рассказать о нем чуть ли не весь прошлый год, —сначала в связи с юбилеем «Ассы», потом — в связи с фильмом «Лето», потом еще в какой-то связи, и вот, наконец, вы, дорогие читатели, можете насладиться текстом про Цоя, перестройку и вред культурологических обобщений.

Цитата для привлечения внимания:
«К «2-АССА-2» есть понятные претензии: мол, это убожество и шапито, а не кино, — киножурнал «Каламбур» и «Маски-шоу», веселая карусель под группу «Ленинград». Но если серьезно: вы хотите про нулевые без масок-шоу и группы «Ленинград»? САС всегда элегантно балансировал между вечностью и звенящей пошлостью, и тут он наконец сваливается в звенящую пошлость, но только чтобы с головой уйти в вечность».

https://link.medium.com/giJN3oGXZT