После стольких лет? Всегда.

«Но Михаил Шуфутинский – не Том Йорк»

Я написал за жизнь сотни текстов о музыке, но один из них в плане популярности бьет все прочие на голову – 41 тысяча просмотров, и число только растет! И это не что иное, как эпический лонгрид про жизнь и приключения Михаила Шуфутинского.

Этот текст я написал два года назад для DTF, где тогда процветал музыкальный раздел. Редактор предложил не ограничиваться стандартной подборкой мемов, а покопаться в лоре шансонье. Я взялся за дело серьезно – посмотрел с десяток интервью и от корки до корки проштудировал автобиографию Шуфутинского, прекрасно озаглавленную «И вот стою я у черты…»

В результате нескольких бессонных ночей родился текст, полный дичайших историй. Вот лишь некоторые из них:

– Шуфутинский расхаживает по Магадану, вооруженный молотком;
– Шуфутинский дерется с тремя бухими моряками;
– Шуфутинский флиртует с подружкой криминального авторитета по кличке Лёша Окурок;
– Шуфутинский иммигрирует в США и порождает русский шансон;
– Шуфутинский снимается в фильме с Робином Уильямсом;
– Шуфутинский покупает пистолет за 1200 долларов и чуть не оказывается в тюрьме;
– Шуфутинский открывает в Лос-Анджелесе ресторан «Атаман» и жестоко прогорает;
– Шуфутинский возвращается в Россию и собирает стадионы;
– Шуфутинский превращается в мем.

Без ложной скромности скажу: это лучшее, что вы можете сегодня прочитать. А еще в этом тексте есть фраза «но Михаил Шуфутинский – не Том Йорк». Нужны ли еще причины?

Кстати, саму песню про третье сентября я люблю неиронично.

Вы когда-нибудь пробовали слушать ее не как мем, а как музыку? А вот попробуйте! Мне нравится ее объемный дымчатый звук, пинкфлойдовский синтезаторный проигрыш перед вторым куплетом, трагичный излом гармонии в гитарном соляке, долгое аутро, а самое крутое – исполненные невыразимой печали женские бэки на строчках про костры рябин. Да и вообще вся песня пропитана каким-то прощальным ощущением.

Несмотря на хитовый потенциал, в первые годы песня была не так уж популярна, и сам Шуфутинский на неё не ставил: «ну медляк и медляк». Впрочем, свои поклонники у неё были. Вот фрагмент из той самой автобиографии Шуфутинского:

«Я выступаю на радио, в прямом эфире, пою песни, в том числе и «Третье сентября», а люди звонят на студию и задают мне вопросы. И вдруг я слышу: «Мишаня, привет. Мне всё понятно, но вот, знаешь, у тебя песня есть: там второго было вроде всё ништяк, а на следующий день какой-то кипиш вышел. Что там случилось третьего числа?»

Slowdive – everything is alive (2023)

От шансона – к шугейзу: так и живём. Я думаю, что на самом деле именно Slowdive – самые влиятельные из групп изначального шугейза. Обычно эту роль приписывают My Bloody Valentine, но у них было слишком специфическое звучание, странные гитарные строи, неочевидные мелодические ходы, и мало кто реально смог такое повторить. Но в нулевые и десятые, когда начался шугейз-ревайвал, куча групп зазвучала как Slowdive.

В итоге на новом, всего лишь пятом за более чем 30-летниюю историю группы альбоме Slowdive звучат как дебют своих юных и очень талантливых последователей.

Из новинок на «everything is alive» – пульсирующие ретро-синты, удачно вписавшиеся в общий звуковой пейзаж. В остальном это те же Slowdive, что и 30 лет назад на классическом «Souvlaki», тысячу раз повторённом, но по-прежнему свежем и вдохновляющем.

Впрочем, годы тут значения не имеют: в этих неторопливых, созерцательных песнях, в этом разреженном звуке, в этих сентиментальных мелодиях, растворяющихся в осенней дымке гитарах и голосах заключен секрет вечной молодости. Может быть, по паспорту Рейчел Госуэлл и Нилу Халстеду уже за 50, но по песням им больше 20 не дашь.

album.link

Закончим шугейз-день рассказом о еще одной группе – Kitchens of Distinction. Я не стал включать ее в опросы, потому что она совсем уж малоизвестная, но для меня лично – однозначный фаворит.

У KoD был довольно оригинальный звук – между, собственно, шугейзом и еще одним моим любимым жанром – джэнгл-попом. Местами они напоминают более атмосферную и протяжную версию ранних R.E.M., да и доверительный, чуть хриплый вокалфронтмена KoD Патрика Фицджеральда напоминает о Майкле Стайпе. А поскольку для меня шугейз и ранние R.E.M. – лучшая музыка в мире, можете представить, как я был рад, открыв для себя эту группу.

Насколько я понял из отзывов на Rate Your Music, англоязычных слушателей смутили довольно откровенные тексты о любви к мужикам. Но все-таки главная фишка Kitchens of Distinction не в этом, а в прекрасных мелодиях, в одновременно масштабных, размашистых и очень интимных песнях, в умении придать музыке внутреннего простора. В особенности это проявилось на моем любимом альбоме группы – круто озаглавленным «The Death of Cool» (1992).

А моя любимая песня с него – «Mad as Snow». Я не знаю точно, почему у нее такое название, и как именно снег может быть безумным, но однажды я попал в снегопад, и в наушниках играла именно эта песня. Я пробирался по городу сквозь летящие в лицо хлопья снега, вокруг было белым-бело, а музыка все нарастала и нарастала, от еле слышных переборов превращаясь в колоссальную стену звука и становясь одним целым с разбушевавшейся природой. И это было офигенно. Обязательно напомню вам об этой песне, когда ударят снега.

ШТОШ, вчерашние шугейз-опросы на канале «Нормальный инди-рок» показали интересные результаты:

В голосовании за лучшую группу из первой шугейзово-дримпоповой волны в лидеры выбились mbv, Slowdive и Cocteau Twins (Ride остались далеко позади). И именно Slowdive оказались победителями, пусть и с незначительным перевесом в один голос. Возможно, дело в только что вышедшем новом альбоме, а возможно, это подтверждает мою теорию о том, что именно Slowdive – самая влиятельная и любимая всеми группа в жанре. Хотя лично я голосовал за Lush – люблю этих девчат!

Среди более модерновых героев дрим-попа однозначными победителями стали Beach House, и это справедливо. Шоком стало то, что за прекрасных The Radio Dept. проголосовал только один человек (мне кажется, это был мой барабанщик, и если это так, Димон, моргни два раза), но в целом выборка в этом опросе была довольно случайной: сцена современного шугейза/дрим-попа очень обширна, а границы жанра размыты.

Среди тяжелых шугейзеров лидерами ожидаемо стали Deafheaven и Alcest, а в спину им дышит Джастин Бродрик со своим Jesu. Тут я, конечно, смешал в одну кучу немного разные жанры, но мне кажется, всё это уносящееся в вечность жужжание повествует примерно об одном и том же, хоть жужжат группы и по-разному.

Ну и самый любопытный результат показал опрос о лучшем российском шугейзе – с колоссальным (по меркам нашего пока не очень многолюдного канала) отрывом победил ГрОб с «красной» дилогией «Солнцеворот» и «Невыносимая легкость бытия» (тут нужно добавить дисклеймер, что эти альбомы был пересведены и выпущены под названиями «Лунный переворот» и «Сносная тяжесть небытия», и слушать их стоит именно в пересведенном виде, потому что у оригиналов слишком тихое звучание).

Я не уверен, знал ли сам Летов, что записывает шугейз – в интервью он говорил: «Мы сделали такую стену звука, которую так никто и не расщупал». Но именно шугейз у него и вышел – а каким еще словом можно обозвать этот плотный вал размазанных гитар. При этом если обычно подобная музыка сопровождается мечтательными, немного абстрактными мелодиями, то Летова мелодии патетические, триумфальные, наследующие советским композиторам. К слову, в схожем звуке был записан альбом тогдашнего гробовского гитариста Махно «Прошлогодний снег» – забытый шедевр российского шугейза.

Что еще сказать? Было весело, спасибо всем! Через недельку устроим на канале день построка, будем выбирать между gy!be, Mogwai и «Белые флаги зажигайте медленно». Не переключайтесь!

The Armed – Perfect Saviors (2023)

Новый физкульт-привет от мета-рокеров The Armed еще сильнее отдалил группу от ее хардкорных корней, чем двухгодичной давности цветастый «ULTRAPOP». На «Идеальных спасителях» звучит нормальный инди-рок с шугейзовыми гитарами, щедрой дозой электроники, редкими вкраплениями бластбита и экстрим-вокала, замысловато структурированными песнями и вольным обращением с жанрами – здесь можно расслышать элементы глэм-рока, дэнс-панка и чего только не.

Все это очень круто, угарно и ураганно, но мой любимый трек идет в самом конце – на «Public Grieving» группа неожиданно уходит в сторону джаз-фьюжна. Я это дело очень люблю и всячески приветствую, поскольку фьюжн – он хоть и вьюжен, но в то же время южен и очень нам всем нужен. В последний раз на моей памяти в тяжелой музыке с фьюжном заигрывали Between the Buried and Me на своем эпохальном «Colors», и вот я вновь слышу эти замороченные ритмы и сумасшедшие басовые переборы. Слышу – и радуюсь. Возрадуйтесь и вы:

album.link

Также на новом альбоме The Armed хороша «Sport of Form»: в клипе Игги Поп играет Бога (а как иначе), а в самом треке звучит вокал прекрасной Жюльен Бейкер. Это, наверное, наиболее экспериментальная вещь на в целом доступном альбоме: безмятежные моменты с акустической гитарой перемежаются с искаженным грохотом, а катарсический финал состоит из многократно повторенного сакраментального вопроса: «Does anyone even know you? Does anyone even care?» Жиза.

30 лет Tequilajazzz

Кажется, будто Tequilajazzz всегда были очень взрослыми, играли опытно, звучали зрело, а голос Евгения Фёдорова был бесконечно мудр. Но на самом деле на первых порах группа рубила обалденный нойзовый математичный постхардкор. Дебютный альбом «Стреляли?» (1994) будто бы целиком состоит из перекрученных ритмических узлов, гитарного лязга, кричащего вокала и радикальных текстов — иными словами, прекрасная, актуальная и нужная в 2023 году музыка.

Сам Фёдоров про этот альбом впоследствии говорил так: «Отличная современная пластинка — я бы не удивился, если бы Spotify мне это принес в качестве нового релиза какой‑то современной группы».

Но мой любимый альбом «Текилы» – «Выше осени» (2002), как раз самый зрелый, многомерный и при этом цельный.

Помнится, Юрий Сапрыкин в древней афишевской рецензии сравнил его со сталинской высоткой – такой же огромный, навороченный, при этом стройный и монолитный, если увидеть его в нужном свете. Мне нравятся музыкально-архитектурные аналогии, и мне нравится этот альбом, причем целиком: от хмельной баллады «В полбутылке октября» до угрюмо-психоделической «Зимы», а больше всего – супертрогательная «Миллионы медленных лилий».

3 хороших шугейз-альбома из 2010-го

Продолжаем осмотр обувной продукции!

Tamaryn – The Waves

На своем дебютном альбоме Тамарин Браун в точности воспроизводит ту звуковую морось, что была характерна для лучших образцов классического шугейза. При этом сама она со своим хрипловатым, но воздушным вокалом и сумрачными песнями вполне может претендовать на роль классика жанра. «Love Fade» – одна из моих любимых песен 2010-х, послушайте ее.

Spotify / Apple / Яндекс

School of Seven Bells – Disconnect From Desire

Группа с красивым названием, красивым сокращением SVIIB и красивой музыкой: элеткронный шугейз, в котором гитары задваинуты на задний план, а на переднем – разнокалиберные синты, вокал и превосходные поп-мелодии. Кажется, где-то здесь можно поискать корни группы Chvrches.

Spotify / Apple / Яндекс

Serena-Maneesh – S-M 2: Abyss in B Minor

Улетевший в космос норвержский шугейз. На басу – двухметровая блондинка с прямой челкой, самая хорошо одетая женщина Норвегии по версии журнала Elle в 2016 году. Имеет ли это отношение к музыке? Не знаю. Эффектны ли Serena-Maneesh? Чрезвычайно.

Spotify / Apple / Яндекс

«Нормальному инди-року» стукнуло три месяца. Ура? Ура! Долго не решался заводить канал, а теперь не даже и помню, как вообще раньше жил без него – и, конечно же, без вас, дорогие подписчики.

По этому поводу – небольшой интерактивчик: я предлагаю вам написать в комментариях к этому посту, о каких группах/музыкантах/жанрах/явлениях вы бы хотели прочитать, я выберу из предложенных вариантов те, в которых что-то смыслю, и напишу о них в следующим посте что-то интересное/личное/информативное/эмоциональное. По абзацу на каждую группу. Идею честно спер у музжурналиста Олега Соболева.

1. my bloody valentine

Когда мне стукнуло 18, я узнал про шугейз и тут же безоговорочно принял его как самое крутое, что только может быть в мире. Случилось это с первых же секунд песни mbv «Sometimes». Несмотря на, как всегда, плотную гитарную стену, эта самая мягкая вещь на довольно жестком альбоме «Loveless», под нее Скарлетт Йоханссон и Билл Мюррей засыпали в едущем по ночному Токио такси в лучшем в мире фильме «Трудности перевода». Где-то внутри меня есть маленький кинозал, где эта сцена крутится нон-стопом.

2. Cocteau Twins

Конечно же, я очень люблю Cocteu Twins, и люблю их в том числе и за то, что они очень вовремя распались. Они оставили очень симметричную дискографию из восьми альбомов, по которым можно проследить очень плавное и естественное развитие от тяжкого готического пост-панка с более светлому, невесомому звуку. Их музыку называют дрим-попом, и этот термин можно трактовать буквально: их ранний шедевр «Treasure» звучит как саундтрек к темному и завораживающему сну, то есть dream, в то время как более поздний хитовый «Heaven of Las Vegas» – это уже вполне себе pop. Неизменными при этом остались неземные мелодии и абсолютно нераспознаваемые тексты (в половине из них вокалистка Лиз Фрайзер вообще поет какие-то фонемы вместо осмысленной лирики). Это все немного общие слова, но Cocteau Twins вообще слабо годятся для какого-то описания и рационального осмысления.

3. Seefeel

Писал для DTF довольно веселый текст гастрольные курьезы зарубежных музыкантов в России, и одним из пунктов был фестиваль-катастрофа «Бритроника» в 94-м: билетов почти не продали, в зале были сплошь бандиты с проститутками, Пола Окенфолда выгнали из-за вертушек, Афекс Твин вроде как отравился беляшами – в общем, веселье. Относительно неплохи дела были у группы Seefeel, изящно смешавшей шугейз с даб-техно. Послушать их собралось порядка 300 человек, и особенно внимание публики привлекал басист Дарен Сеймор. Остальные участники вели себя в лучших традициях шугейза, то есть практически не шевелились и смотрели на свои примочки, в то время как Дарен плясал, лютовал, качался с ноги на ногу в первобытном трансе, вздымал гитару над головой, бессильно падал на сцену, делал страшное лицо, молился и орал куда-то в пустоту. Есть видеопруф! Комментаторы на YouTube справедливо замечают, что он находится явно на каком-то другом концерте, нежели остальные. А после выступления музыканты напились водки и выкинули кресло из окна с 17 этажа гостиницы. Короче, почитайте этот сборник веселых историй!

4. Felt

Felt – потаенное сокровище в истории музыки. Они собрались в конце 70-х с намерением выпустить в течение десятилетия десять синглов и десять альбомов и распасться на пике популярности. И это им удалось – за исключением того, что никакая популярность к ним так и не пришла. Они не стали любимцами аудитории как The Smiths, не обрели культовый статус как The Fall и даже толком ни на кого не повлияли. Они просто играли обалденный пост-панк и джэнгл-поп, писали чудо-песни, полные цепких мелодий и поэтических прозрений. Их фронтмен Лоуренс толком не умел петь, зато точно знал, что петь. Гитарист Морис Дибанк соединял классическую игру с размытым дрим-поповым звуком, за что впоследствии получил статус father of indie guitar. Заменивший его клавишник Мартин Даффи со своим электроорганом привнес шестидесятнический колорит. Все они красавцы, все они таланты, все они поэты.

Я долго и трудно въезжал в Felt – поначалу их песни мне казались одинаковыми и каким-то бесцветными, но это было мнимое впечатление: эта музыка требует к себе больше внимания, но потраченные усилия она отдает с лихвой. Felt – одна из моих любимых групп в жизни и непременный осенний фаворит. Я обязательно буду про них писать про них на канале, а для начала – послушайте их альбом «A Splendor of Fear» – кажется, именно с него, а не с Talk Talk, начался построк.

Продолжение будет завтра! А если хотите добавить какую-нибудь группу — велком.

5. Fontaines D.C.

Чисто ирландская «Курара». Угрюмый голос, мощный грув, минорные гитары, тексты о родном городе (Дублин в песнях «фонтанов» фигурирует не реже, чем Екат у Ягодина). Плюс общий вектор развития: от танцевальных боевиков на ранних альбомах к более медленному и мрачному року на поздних релизах. И что «Курара», что «фонтаны» – идеальная музыка для того, чтобы двигаться под нее по городу – ну вот как паренек из клипа «Big». А еще – процитирую Славу Солдатова: «они складно играют и поют про родной Дублин сити оф хейт, что сразу мне захотелось шататься и вести совершенно бездумный образ жизни, отвисать и втыкать, пялиться и угорать».

6. Free Throw

Я мало что знаю об этих чуваках, но их дебютник с идеальным эмо-названием «Those Days Are Gone» – один из лучших эмо-альбомов, что я слышал. На нем нет ничего такого, чего нельзя было бы ожидать от подобной музыки, просто все элементы представлены в лучшем виде: искренние песни желание пить пиво с друзьями, сложносочиненные гитарные переборы, буйные барабаны, хоровые выкрики «fuck everything!», сочетание безбашенности и меланхолии, тоска по ушедшей юности. Очень, очень хороший альбом. Да и может ли быть плохим альбом, который начинается со слов «I know that we fucked up»?

7. Destroyer

Я не могу назвать себя большим знатоком творчества Дэна Бежара, но альбом «Karputt» 2011 года – один из моих любимейших в жизни, я слушал его сотни раз в самых разных обстоятельствах, и не было такого, чтобы альбом показался мне не вдохновенным, не поэтичным, не волшебным. Самое яркое впечатление – как ходил под него по зимнему Стамбулу, как стоял на пристани и смотрел, как корабли исчезают в тумане и дожде, и в БУКВАЛЬНО этот момент Бежар в наушниках пропевал фразу «Watching ships disappear in the rain». Я люблю софисти-поп, группы вроде Aztec Camera и The Blue Nile для меня — не пустой звук, люблю классические альбомы жанра из 80-х, но мне кажется, что именно «Karputt» – лучший софисти-поп альбом в истории. Полуночная прохлада синтезаторов, томные бэк-вокалистки, деликатные ритмы, откровенные диалоги саксофона и трубы – и сногсшибательная лирика. Первая песня начинается со слов «You can't believe the way the waves talking to the sea». А последняя – со слов «Listen, I’ve been drinking».

8. Тейлор Свифт

На днях на канале «Тихое место» подписчикам был задан вопрос, любят ли они Тейлор Свифт, и началось бурное обсуждение. Ваш покорный слуга поделился там своей теорией о том, что мисс Свифт = Егор Летов и сорвал кучу лайков. Не вижу греха в том, чтобы процитировать самого себя.

Итак, почему Тейлор Свифт – это новый Егор Летов?

– У обоих были разные периоды творчества. Тейлор начинала с кантри, в середине десятых перешла на поп, а затем во время пандемии ушла в инди-фолк. Летов начинал с панка, на рубеже 80-х и 90-х ушел в дебри психоделии, а в конце 90-х изобрел свою версию шугейза.
– Оба при написании песен часто прибегают к одним и тем же аккордам. Но песни при этом получаются разные.
– Любовь к крупным музыкальным формам. У Летова есть 13-минутная «Русское поле экспериментов», у Тейлор – 10-минутная «All too well», обе считаются вершинами творчества данных исполнителей.
– Оба любят котиков, оба держат их дома в немалом количестве. Ну, в случае Летова это утверждение корректно в прошедшем времени, но вы поняли.

А вообще, я люблю Тейлор Свифт, хотя «All too well» мне больше нравится в изначальном 5-минутном варианте: на длинной дистанции как-то теряется ее эмоциональный накал.

Продолжение завтра, не переключайтесь! Впереди «Апрельский марш», Nine Inch Nails и другие замечательные группы, о которых вы писали.

9. Portishead

Одна из самых больших загадок в музыке для меня – концовка песни Western Eyes со второго альбома Portishead. Когда кажется, что трек уже подошел к концу, аранжировка вдруг становится более джазовой, и мужской голос, будто бы со старой пластинки, печально поет: «I feel so cold on hookers and jin. This mess we’re in». И боже мой, как это звучит… Я слушал этот короткий момент сотни и сотни раз, и всегда просто миллиарды мурашек по коже. В аннотации к альбому указано, что это сэмпл из некой песни «Hookers and jin», но это мистификация, такой песни нет и никогда не существовало. Голос принадлежит Шону Аткинсу, это бристольский чувак, в разное время певший в Soundisciples, The Whores of Babylon и других локальных группах, ни одна из которых, впрочем, не добилась и мало-мальских успехов. Получается, что короткая партия в песне Portishead – в каком-то смысле его главный хит. А этим летом Шона Аткинса не стало.

Бывают группы, у которых ты можешь послушать сотни песен, и ни одна из них не отложится в памяти. Шон Аткинс пропел всего две строчки, но они попали в сердце навсегда.

10. Апрельский марш

Давным-давно, когда-то в прошлой жизни мы со Славой Солдатовым из группы «Городок Чекистов» (и вновь он!) пили пиво в Москве. Выпили уже немало, и он включил на телефоне песню «У этой реки» свердловской группы «Апрельский марш». Я был абсолютно очарован и парализован, эти минималистское пианино, этот доносящийся сквозь толщу времен голос, этот пронзительный текст унесли меня далеко-далеко. Был ли я разочарован потом, когда узнал, что это кавер на Брайана Ино? Ну, разве что слегка. На мой взгляд, версия «Апрельского марша» получилась гораздо сильнее: «Ты и я рядом с потоком, в пустоте, под огромным небом, падающим вниз, вниз, вниз, вниз, падающим вниз».

11. Урфин Джюс

В 70-е, до того, как появился Свердловский рок-клуб и закрутились истории «Наутилуса» и «Агаты», основной рок-силой в городе была группа «Сонанс». Не группа даже, а музыкальная студия. В 80-х она распалась на две противоборствующие команды: «Урфин Джюс» рубил замороченный арт-рок, а «Трек» – нечто между хард-роком и нью-вейвом. На самом деле, все они были довольно прикольные, но больше всего меня впечатляет песня «Сонанса» «Честный парень». Вы только послушайте, да же натуральный краут-рок! Четкий моторик-бит, поступательный бас через октаву – чисто группа Neu! Я реально не знаю больше примеров, чтобы хоть кто-то в советском роке играл краут.

12. Роджер Уотерс

Сложный дед. Крайне сложный дед. Но талантливый. Даже худшие альбомы Pink Floyd, записанные под его лидерством (я говорю про The Wall, давайте признаем, что он не так хорош, как кажется в 15!) лучше, чем те, что вышли под началом Дэвида Гилмора. Вообще, у Pink Floyd было четыре эпохи: психоделическая эра Баррета (1967), демократическая эра (1968-1972), диктатура Уотерса и его концептуальных альбомов (1973-1983) и поздняя, халтурная эра Гилмора. Баррет и Уотерс заслушаны мною уже до дыр, Гилмора слушать ни к чему, и с наибольшим удовольствием я в последнее время возвращаюсь к демократическим альбомам Pink Floyd, на которых они в поисках своей новой идентичности экспериментировали и пробовали всякое-разное, от мирного фолка на «More» до абстрактных саунд-коллажей на «Umagumma». Ну и, конечно же, к этой эпохе относится «Meddle» и конкретно 23-минутная «Echoes» – лучшее, что Пинки записали вообще. Кстати, я писал про Meddle текст для DTF, прям попесенно разобрал, как в олдскульных обзорах — почитайте, ну и альбом тоже конечно послушайте, это максимальный кайф.

И это еще не конец! Вы предложили много хороших групп, поэтому продолжим разбираться с ними завтра.