Sigur Rós – Átta (2023)

Когда в 17 лет я увидел по A-One клип на песню «Glosoli», я обалдел до такой степени, что пропустил плашку с названием группы. Потом целый месяц неотрывно просидел у телевизора, чтобы не пропустить повторный показ. Я преувеличиваю, но не сильно: очень уж мощное впечатление произвели и видеоряд, и голос, а главное – звучание: казалось, такую музыку я искал всю жизнь.

Ни про какой пост-рок я на тот момент не знал, и Sigur Rós стали первой ласточкой. Я слушал их все лето своего 17-летия, они казались мне единственными носителями какого-то отдельного, совершенно уникального музыкального языка. Потом первый курс, регистрация на Last.fm, куча другого пост-рока, который в России конца нулевых был модной музыкой, и кульминация – эпохальный первый приезд 65daysofstatic в екб в мае 2009-го. Потом все пошло на спад – и пост-рок как таковой, и мое им увлечение, и карьера Sigur Rós, которые двинулись куда-то в сторону саунд-дизайна. То, что поначалу казалось ангельской красотой и божественным откровением, на их новых релизах напоминало фоновую музыку для бизнес-презентаций или просто безликие аудиообои.

Новый, первый за 10 лет альбом Sigur Rós многие критики называют возвращением в форму, что иронично, ведь песни на «Átta» в основном бесформенны, то есть лишены какого-то четкого ритмического каркаса, и представляют собой накатывающие и откатывающие волны звука. Раз уж из группы выгнали барабанщика, музыканты решили не расчехлять и гитары, зато позвали оркестр. В итоге получился никакой не пост-рок, а что-то в духе неоклассики, а-ля Макс Рихтер или Йохан Йоханссон (но не Людовико Эйнауди, за что большое спасибо).

В этих волнах, облаках, лавинах звука слышна былая величественная красота, есть в них и мрак, и тяжесть. Есть и отдельные сильные вещи – неожиданно боевитая (по местным аморфным меркам) «Klettur» и душераздирающая «Mór». Они расположились рядом посередине трек-листа, хотя могли послужить эффектным финалом. Но альбом все продолжается и продолжается, один эмбиентовый трек сменяется другим, все они пропеты в одной интонации, сыграны в примерно одном звуке и в итоге малоразличимы друг от друга.

С одной стороны, альбом цельный, с другой – однообразный. Возможно, его вообще нужно воспринимать как одну часовую сюиту, лишь условно разделенную на отдельные треки. На самом деле, Sigur Rós никогда не радовали особым разнообразием, но все же могли порой сорваться на гитарную истерику, позвать в студию разбитной духовой оркестр или записать альбом с жопами обложке. Здесь такого нет, это поминальная музыка, которая, в зависимости от настроения слушателя, может или вознести к свету, или погрузить в сон, или вообще пролететь незамеченной.

Мне не очень хочется пенять Sigur Rós на уныловатый характер их новой музыки – им и так в последние годы пришлось несладко, да и мне ничто не мешает вместо «Átta» переслушать альбом со скобочками или что-то другое из классики. И все же – ждать такой альбом месяцами у телевизора я бы не стал.

Surfer Blood – Astro Coast (2010)

Группа с легкой музыкой и тяжкой историей. Они успешно дебютировали и были одними из лидеров инди-серфовой волны начала 10-х, но потом все пошло не так. Сперва вокалиста арестовали за домашнее насилие (правда, потом обвинения сняли, но осадок остался). Потом гитарист проиграл битву с раком.

Surfer Blood и сейчас продолжают играть, но, кажется, так и не оправилась от всех потрясений, и их новые релизы, судя по количеству отзывов, мало кому нужны, хоть они и совсем неплохи. Но все же лучшим моментом в истории группы был их дебютник, который казался многообещающим стартом, а оказался венцом карьеры.

«Astro Coast» – альбом о гитаре, о гитарах, об игре на гитаре. Альбом оседает в памяти не вокалом, не текстами, не песнями (хотя они тут хитовые), а переборами, аккордами, флажолетами, риффами (имеется даже классная инструменталочка «Neighbour Riffs»). А еще – звуком: каким-то жарким, потным, влажным как климат Флориды, откуда группа и происходит.

Сам я во Флориде не бывал (как-то вот не довелось), но я 10 или более раз смотрел фильм «Отвязные каникулы» Хармони Корина, так что я знаю, о чем говорю (наверное).

#нормальныйлетнийальбом

Про Surf Curse и комикс «Черная дыра»

От Surfer Blood плавно переходим к Surf Curse. Многие песни этих нормальных инди-рокеров названы в честь тех или иных культовых фильмов. «Christine F», «Fire Walk With Me», «Midnight Cowboy», «Dead Ringers» – по их дискографии можно изучать историю кино.

Главный хит группы «Freaks» и клип на него имеют другой источник вдохновения – графический роман Чарльза Бёрнса «Черная дыра». Я выпросил его почитать у будущей супруги на нашем втором свидании – и с тех пор с удовольствием перечитываю раз в год.

Действие разворачивается в Сиэтле середины 70-х. Лето любви прошло, настала промозглая осень отрезвления. Герои романа – тинейджеры, их жизнь – это вечеринки, алкоголь, наркотики, незащищенный секс. Из-за последнего они начинают мутировать: у кого-то вырастают жабры или хвост, кто-то сбрасывает кожу, некоторые превращаются в настоящих уродцев. Единожды ступив на этот путь, они становятся изгоями и уходят жить в леса. Конечно, это аллегорическая история о непростом взрослении, но это не единственный смысловой пласт.

«Черная дыра» – завораживающий комикс, одновременно пугающий и нежный, он производит эффект помутнения, наваждения, от которого не получается отмахнуться, будто в ясный день солнце скрылось за тучами, и вещи предстали в новом, совершенно незнакомом свете. А потом это наваждение проходит, и ты не понимаешь, что это было, и было ли вообще что-то, но смутная тревога продолжает звенеть в воздухе еще долго.

«Черную дыру» планировал экранизовать Финчер, но дело заглохло (очень жаль). Ближайшим кинематографическим аналогом комикса можно назвать фильм 2014 года «It Follows» (в русский прокат этот шикарный слоубернер выходил под сбивающим с толку названием «Оно»).

А еще у нас есть клип Surf Curse, воспроизводящий черно-белую гамму первоисточника и заимствующий оттуда ряд образов.

Ariel Pink’s Haunted Graffitti – Before Today (2010)

2010-й был годом Ариэля Пинка. Чувак (и большой чудак), больше десятка лет записывавший самодельный аутсайдерский поп в никуда, стал инди-звездой и героем фестивалей, появлялся на ТВ и издал альбом на крупном лейбле. Ну, не совсем альбом: «Before Today» – ретроспектива творческого пути, сборник песен разных лет, записанных в более-менее причесанном звуке – не таком глючном, как на ранних альбомах, но все равно чудаковатом.

«Before Today» похож на сборник еще и потому, что песни будто бы принадлежат совершенно разным группам: деликатный восьмидесятнический поп сменяется кроманьонским хард-роком, сумасбродный прог-рок – прогулочным фанком, а заканчивается все неожиданно сумрачным пост-панком. Все это разнообразие скрепляет воедино странноватая харизма Пинка, его нелинейный подход к сонграйтингу и любовь к плывущему звуку, который вызывает ассоциации то ли с осыпающейся пленкой старой кассеты, то ли с нечетко настроенным радио, то ли с воспоминанием о музыке, которую слышал когда-то в детстве.

Альбом стал ключевым для яркого, но недолгого находившегося в центре критического внимания жанра гипнагоджик-поп, и заметно повлиял на волну лоу-файного инди 2010-х – тот же Мак Демарко кажется младшим шебутным братом Ариэля (сравнение не мое, а коллеги по рок-группе «Бизнес Юность» Толи Зайкова, подпишитесь на его канал). У Пинка и после этого выходили классные релизы, но в последние годы его карьера напоминает постепенный, но неумолимый путь вниз. Но не будем о грустном, а лучше переслушаем кайфовый «Before Today».

У меня с этим альбомом связано много воспоминаний, но одно перебивает все прочие: ровно 10 лет назад, чуть ли ни день в день, я въезжал под него на электричке в Барселону. Жаркий город раскинулся вокруг меня во всей своей красе ровно в тот момент, когда в наушниках зазвучал припев главного хита «Round and Round» – этот мягкий хор и виды каталонской столицы стали одним целым и отпечатались в памяти навсегда.

Моська, Пекинский Велосипед, Перегруз, rainfuture, LESNIK: урожай екатеринбургских релизов

Продолжаем отслушивать лучшие новые магнитоальбомы свердловского рока. Рубрика выходит при поддержке музыкального кружка РАМА и промо-группы ИНДИКАТ. Подписывайтесь на них! На РАМЕ вы оперативно узнаете о самых актуальных релизах локальной сцены, а на ИНДИКАТЕ будете в курсе лучших концертов в городе.

Моська – Подвальный холод и крекеры

Дебют года на екатеринбургской сцене – эмо-панк с ершистым звуком, истошно кричащим вокалом и песнями про желание прогуливать школу и задолбавших предков. «Подвальный холод и крекеры» идет около 10 минут, но проживается как полноценное приключение, с зачином в виде нойзового интро и гранд-финалом в лице эпичного «Огуречика». «Моська» – это прямая атака. «Моська» сродни лазерному лучу – прицельно бьет в голову, испепеляя остатки разума, но заставляя сердце биться чаще.

Пекинский Велосипед – Неоны (Этим летом)

Основной группе екатеринбургского эмо-панка тоже идут малые формы. Новый, первый за долгое время сингл идет две минуты и пяти секунд. Но этого времени времени группе с лихвой хватает чтобы рассказать законченную историю, в паре недлинных абзацев задав настроение, обрисовав место действия и раскрыв внутреннее состояние героя. Музыкально это тот же фирменный велопанк, сочетающий напористый ритм и меланхоличные, будто бы растерянные гитары, но еще более четкий, цепкий, крепко и надежно сконструированный. На таком велике можно уехать далеко.

Перегруз – Работа для всех

Группа, базирующаяся наполовину в Екб и наполовину в Миассе, работает с разными оттенками черного и серого: понуро ковыляющий слоукор, смурной инди-рок с нойзовыми гитарами, равномерно-карательный индустриальный пост-панк, а кое-где даже встречаются элементы унылого репа а-ля «Макулатура», хотя это наверняка поверхностная ассоциация. Местами альбом напоминает Дельфина времен «Тканей», где-то вспоминаются совсем ранние Mogwai – словом, аналогии сплошь достойные. Альбом получился несколько перегруженным, но, во-первых, название обязывает, а во-вторых, есть ощущение, что это очень выстраданная работа, на которой чуваки увязали воедино многие свои мысли, переживания, а также музыкальные предпочтения.

rainfuture – Colored Shadows

Я немного скучаю по пост-року. На рубеже нулевых и десятых он занимал в российской музыке, наверное, ту же нишу, что сейчас эмо-панк (то есть очень важную), но стремительно вышел из обихода. В строю остались единицы, вроде AW80D, остальные же разбрелись по другим жанрам и просто растворились во времени. Я включаю новый альбом rainfuture и слышу тот самый звук: мерцающие переборы, могучие тремоло, колоссальные звуковые ландшафты – будто далёкий звон гитары разливается по скалистому пейзажу. На «Colored Shadows» каждый звук проживает полный жизненный цикл – от зарождения до исчезновения. Все очень неспешно и величественно. На яркие мелодии рассчитывать не приходится, но пост-рок никогда и не был про них, он – про звук и атмосферу (мы говорим, конечно, о позднем пост-роке, а не о зачинателях вроде Tortoise или Cul-de-Sac). Последует ли за «Colored Shadows» ревайвал жанра, расчехлят ли музыканты свои дилеи и сольются в едином крещендо? Вряд ли, конечно. Но приятно, что жанр еще живет.

LESNIK – Панелька

Но пост-рок не совсем умер, одной из форм его бытования стал пост-блэк: туда переехали гитарные тремоло и вошли в органичный симбиоз с бластбитом и хриплым криком. Группа LESNIK – новые уральские игроки в жанре, «Панелька» – целиком инструментальная вещь, от еле слышных задумчивых переборов разгоняющаяся до шторма и шквала. Несколько озадачивает звук – трек будто бы записан живьем на репетиции на один микрофон, и это при том, что предыдущий сингл группы раз обладал более качественным продакшеном. Возможно, это намеренный лоу-фай, призванный подчеркнуть суровую, сырую-лесную сущность коллектива. Все расставит по местам дебютный EP с милым названием «Эвтаназия», который выйдет уже в эту пятницу. Помимо релиза группа готовит даже выставку картин. В общем, ничего непонятно, но очень интересно.

Ненормальный инди-рок: James Ferraro – Night Dolls with Hairspray (2010)

Джеймс Ферраро – мой герой. Музыкант впечатляющего стилистического разнообразия и ошеломляющей работспособности, в нулевые он записал десятки (а то и сотни) альбомов с нойзом и дроуном, на рубеже десятилетий оказался застрельщиком гипнагоджик-попа, люто экспериментировал с r’n’b, а затем переключился на создание миди-симфоний (а еще в прошлой жизни он приезжал в Россию с сетом и дал интервью сайту W-O-S под заголовком «Рубли – это деньги бога»).

«Night Dolls with Hairspray» относится к гипнагоджик-наследию Ферраро – условно говоря, это песни, написанные по мотивам воспоминаний о поп- рок-музыке 80-х и записанные так, будто доносятся из неисправного радиоприемника, который невозможно четко настроить на одну частоту. Вдобавок, это радиоприемник находится в соседней комнате, а ты слушаешь его в полусне. А еще точнее, смутно вспоминаешь услышанное много лет спустя.

В принципе, чем-то подобным промышлял и Ариэль Пинк, о котором мы с вами недавно говорили. Но Пинк всегда был более милосердным к слушателю, у него все-таки есть человеческие, приятные уху песни. Ферраро же абсолютно точно ненормальный, и на этом альбоме у него все шипит, шкворчит, потрескивает, хитовая синтезаторная мелодия тонет в гуле, крутейший глэм-роковый рифф прерывается звуками неизвестного происхождения, песни перескакивают и обрываются без предупреждения – и, вдобавок, носят названия вроде «Killer Nerd» или «Roaches Watch TV».

Прикольнее всех о «Ночных куколках» писал мой кумир в музыкальной журналистике Олег Соболев:

«Представьте себе, что очень плохой гитарной группе псилоцибиновых наркоманов с карликом в качестве вокалиста предложили переиграть саундтрек к позабытой американской восьмидесятнической комедии про старшеклассников, записали все это на четыре дорожки, а потом грубо порезали полученный результат на кусочки и собрали заново».

При всей несносности и хаотичности звукоряда оторваться от альбома невозможно: во-первых, здесь запрятана куча крутых мелодий, а во-вторых, банально интересно, что будет дальше, куда вырулит дикий гений Ферраро.

5 идеальных дорожных альбомов

Лето перевалило через экватор, а я еще ни разу не выбрался за черту города. Это непорядок, надо срочно исправляться. И для этого нужен подходящий саундтрек.

The War on Drugs – Lost in Dream (2014)

Ультимативный альбом для долгих поездок. В основе лежит корневая американская музыка, фолк в духе Боба Дилана и Нила Янга, а также стадионный рок Брюса Спрингстина и Тома Петти. Свои певучие, отчетливо старомодные песни автор проекта Адам Грандусиель облекает в навороченный саунд на стыке монотонно-поступательного краутрока и облачного шугейза, когда ты одновременно слышишь с десяток слоев пастельного гитарного и синтезаторного звука. Получается такая прокачанная версия американы.

The War on Drugs решительно не жалеют времени, их песни могут длиться и по 6, и по 8, и по 11 минут, и они идеально подходят для растворения в звуке и концентрации на пролетающих за окном пейзажах.

Tortoise – TNT (1998)

Чикагская школа пост-рока – это не эпос, крещендо и апокалипсис, а джаз, электроника и минимализм. Tortoise – центровая группа чикагской сцены, а TNT – альбом, на котором все характерные черты жанра воплотились в лучшем виде. Расплывчатые гитарные аккорды сменяются строгими маримбами в духе Стива Райха, свободные джазовые грувы – утонченным техно.

Группа плавно скользит от одного звукового настроения к другому, и эти перемены получаются очень органичными. В эту музыку легко нырнуть с головой, но с такой же легкостью она уходит и на фон.

Ride – Going Blank Again (1992)

Второй альбом самых прямолинейных из первоапостолов шугейза. За себя говорит и имя самой группы, и название первого трека – эпичной восьмиминутки Leave Them All Behind, сочиненной британцами под впечатлением от первого тура по США. Педаль в пол, полный вперед – и путь все остальные глотают пыль.

Fishmans – Long Season (1996)

Я уже писал на этом канале про Long Season – это мой любимейший альбом всех времен и народов. Состоит он из одной 35-минутной песни на стыке дрим-попа, даба, психоделии, при этом ни один из ярлыков не сможет передать всю красоту и прозрачность этой музыки. Конечно же, это идеальная запись для долгой дороги, в ней даже поется об этом:

В сумерках мы ехали,
Внимая зову ветра и твоему зову,
Катаясь из одного конца Токио в другой
В полудрёме.

Bruce Springsteen – Born to Run (1975)

Еще один ультимативный дорожный альбом, чрезвычайно эпичный и романтичный. Панорамный звук, многосоставные аранжировки, суперпоэтичные тексты, супермощная подача и порыв: прыгнуть в машину и гнать без оглядки, прочь из душного, полного лузеров города – навстречу приключениям, навстречу судьбе.

Написал для прекрасного канала По фактам про новый альбом Blur. Обязательно на них подпишитесь! Не только же Нормальный инди-рок читать, в самом деле. А сейчас – личная история.

Мне посчастливилось залипнуть за Blur в 13 лет. Из своей первой поездки в Питер я увез в качестве сувенира не магнитик с разводными мостами или фигурку коня, а блюровскую mp3-коллекцию, которая на тот момент (2003 год) насчитывала шесть альбомов группы плюс сборник хитов и живых версий. Причем на момент покупки я знал только Song 2 – ее включали на дискотеках в детском лагере наравне с Тату и Фактором 2. В итоге это «ву-ху» я включал реже всего: в открывшемся мне мире Blur эта прыгучая песенка наименее интересной.

Когда я вспоминаю свои 13 лет, я в первую очередь вспоминаю, как проводил часы, часы и часы на пыльном дачном чердаке, валяясь на кровати в наушниках, в которых играют Blur. Их дискография стала для меня настоящей школой рока (сразу вспоминается Джек Блэк с детьми и «гибсоном» наперевес).

На их дебютнике Leisure (1991) я услышал шугейз и мэдчестер лет за пять до того, как вообще узнал такие слова. Их брит-поповая «трилогия жизни» – Modern Life is Rubbish (1993), Parklife (1994) и The Great Escape (1995) – открыла мне всю огромную историю британской поп-музыки, от мод-рока до психоделии. Blur (1997) и 13 (1999) заложили основу для будущей любви к нойз-року и американскому инди 90-х.

Но самый дорогой для меня альбом группы – Think Tank (2003), считающийся провальным и кризисным из-за ухода бедового гитариста Грэма Коксона, но на самом деле офигенный. Фишкой Blur всегда было то, что они не писали двух песен в одних звуковых настройках, и на этом релизе звуковое разнообразие дошло до пика: здесь соседствуют даб, панк, блюз, нью-вейв, где-то вдалеке заливается марокканский оркестр, сходит с ума фри-джазовый саксофон. А для описания того, как звучит, например, песня Caravan, у меня вообще нет слов – как и для того, чтобы передать ее немыслимую красоту.

При всем звуковом разнообразии Think Tank очень цельный, все песни повязаны похмельной грустью и обезоруживающей нежностью. Включая эту музыку, я снова оказываюсь на дачном чердаке – август, вечер, косые лучи пересекают комнату, во вращении пылинок складываются и разрушаются целые миры, и Албарн поет: «And watch the world spinning gently out of time».

В общем, спасибо группе Blur за наше счастливое детство, отрочество, юность.

А вот такими были Blur ровно 30 лет назад: воздушных змеев запускали, голубей по Трафальгарской площади гоняли, на подножке автобуса №12 разъезжали, щеголевато одевались, в Темзе бултыхались, с девчонками обнимались, по траве катались.

До чего же классный клип, и до чего классный в этой песне припев:

«Singing la, la la l-la, la, la la, l-la l-la la-la-la
La, la la l-la, la, la la, l-la l-la la-la-la
La, la la l-la, la, la la, l-la l-la la-la-la...»

Сегодня 20 лет дебютнику The Mars Volta. Хороший повод переслушать De-Loused in the Comatorium, эту жемчужину прог-рока с пост-хардкорными корнями. А еще – посмотреть фрагмент из фильма «Побег из Вегаса», где Джона Хилл за 20 секунд объясняет суть The Mars Volta.

Хотя, при всем уважении к дебютнику, моим любимым альбомом The Mars Volta всегда был их второй релиз – Frances the Mute (2005). Давайте послушаем шикарную «L'Via L'Viaquez», где группа как по щелчку переключается с прога на сальсу, и так трижды за весь 12-минутный хронометраж. На гитаре, кстати, солирует Джон Фрущанте (а кроме него на альбоме гостит Фли с трубой).

Наверное, есть на свете музыка более сложная, более красивая, более мощная, но более страстной – точно нет.

Kid A до Kid A

В подкасте «Альбомы по пятницам» про Пи Джей Харви (офигенном) мое ухо зацепилось за фразу Кристины Сарханянц о том, что альбом Is That Desire? (мой любимый у Полли Джин) – это «Kid A до Kid A». Услышав это, я подумал: блин! А ведь реально был такой феномен.

Радиохэдовский Kid A (2000) открыл в музыке XXI век и стал именем нарицательным, символом того, как успешная и популярная группа выпускает насквозь экспериментальный альбом. В случае с Kid A экспериментализм заключался в обращении музыкантов к головной электронике а-ля Autechre и характерный для пост-рока акцент не на риффы и мелодии, а на текстуры.

Незадолго до Kid A несколько больших групп решились на подобные эксперименты, но чуть поспешили и в итоге не смогли перевернуть игру так, как это вышло у Radiohead. Слушать эти альбомы не менее интересно.

PJ Harvey – Is This Desire? (1998)

Четвертый альбом Пи Джей стал первым резким поворотом в карьере, в целом очень богатой на резкие повороты. Успешно освоив на предыдущих альбомах панк, блюз, панк-блюз и альтернативный рок, для своих новых песен она нарулила преимущественно электронные аранжировки, причем очень разнообразные: от воздушного трип-хопа в «The Wind» до жутковатого индастриала в «My Beautiful Leah» и «Joy». Удивительное дело: на альбоме полно не самых красивых звуков, (все эти перегруженные, скрежещущие басовые линии) но песни при этом получаются дико красивые – возможно, самые красивые из всех, что Полли Джин когда-либо писала.

Впоследствии Пи Джей вернулась к гитарам и року в целом, потом сменила их на автоарфу и очень индивидуально понятный фолк. Is This Desire? она впоследствии называла своим лучшим альбомом – хотя и говорила о том, как тяжело он ей дался.

Blur – 13 (1999)

Конец 90-х был для Blur (да, это уже третий пост про них за неделю, ну а что такого, лето же) темным временем: Албарн переживал тяжелый разрыв с Джастин Фришманн сидел на героине, Грэм Коксон много пил. По воспоминаниям барабанщика Дейва Раунтри, «люди не приходили на репетиции или приходили пьяные, ругались со всеми и уходили, хлопая дверью». В такой обстановке родился альбом 13 – самый мрачный и экспериментальный у группы. Покорёженные электронные биты, жутковатые синтезаторные лупы, нойз-рок и просто нойз. А центральная вещь на альбоме, восьмиминутная «Battle», по-хорошему, должна войти в любой список классики пост-рока.

13 звучал как никакой другой альбом в мире, и неудивительно, что никто на его лавры так и не позарился.

R.E.M. – Up (1998)

Обращение к электронике у R.E.M. было скорее вынужденным: в 1997-м их покинул Билл Берри, сменивший роль драммера на жизнь фермера, и группе пришлось себя мучительно переизобретать. На Up много драм-машин и синтезаторов. Сонграйтинг остался традиционно-ариэмовским, но звучал голос Стайпа в новой звуковой среде – и она ему очень пошла. Жужжащий электронный поп от группы, которая всегда была привержена честному живому звуку, приняли не далеко все, революции он не совершил. Но к нему наверняка прислушались Radiohead (к слову, фанаты R.E.M.), когда готовили свой переворот.

То, что все эти альбомы, включая Kid A, рождались на свет в мучениях, вряд ли можно назвать совпадением: эволюционировать это всегда непросто, но это удел великих.

Не стало Шинейд О’Коннор.

Она она прожила по-настоящему трудную жизнь, почти любая новость о ней в последние годы разбивала сердце. Осталась музыка, много прекрасных песен. Писать, что эти песни были исполнены с душой, банально, но в случае с Шинейд оправданно – иначе она просто не могла.

А это моя любимая песня Шинейд – печальная, но светлая. «Это последний день нашего знакомства».

Вас все больше и больше! Давайте, что ли, познакомимся.

Меня зовут Дима, я из Екб, о музыке я пишу всю более-менее сознательную жизнь, хоть с перерывами и переменным успехом. Почему-то очень долго не решался завести свой канал, буквально годами ходил вокруг да около. И вот наконец этот миг настал! Название канала честно украдено у Sonic Death.

Изначально я решил, что буду писать об альбомах 2010-х, как известных, так и подзабытых. Идея пришла, когда я переслушивал дебютник Анны Кальви 2011 года и подумал: какая шикарная музыка, хочется о ней написать, но с чего бы вдруг? Ну придумал вот такой концепт.

Собственно, часть альбомов 2010-го я уже обозрел (среди самых важных – Arcade Fire, The National, Women, Ариэль Пинк), хотя пока и небольшую: то и дело появляются какие-то другие идеи для постов, хочется и про новинки высказаться, и локальную екатеринбургскую сцену обозреть, и просто пораздувать обо всяком-разном.

Но от первоначальной идеи с ретроспективой я бы отказываться не хотел. Буду вытаскивать сокровища из 2010-го, потом перейду на 2011-й, а там как знает – и до 2012-го доживем! Мне кажется, это было классное время для музыки – по крайней мере, я помню тьму крутых релизов, выходивших тогда. Ну и мне было в то время в районе 20, я был особенно голоден до новой музыки, и теперь хочу этот свой слушательский опыт как-то отрефлексировать.

А вообще, будет круто, если вы напишете в комментариях, о чем бы вам больше хотелось читать, какого контента вам не хватает – может быть, обзоров новинок, исторических экскурсов, тематических подборок, личных историй, мемов или чего-то еще? Буду рад почитать ваши мнения, намотаю их на ус.

А помимо написания текстов нормальном инди-роке я также исполняю нормальный инди-рок: играю гитаре и придумываю музыку в группе «Бизнес Юность». Вдохновляемся мы новой волной пост-панка, шугейзом, некоторым разновидностями эмо, всякой альтернативой, а свой стиль характеризуем как «опорно-двигательный рок». У нас можно послушать вышедший в прошлом году EP «Кто-то с чем-то», а сейчас мы работаем над новым релизом.

Фронтмен нашей группы Анатолий (кстати, подпишитесь на его канал об современном искусстве и мультсериалах) также занимается делами промо-группы ИНДИКАТ (подпишитесь и на них, чтобы быть в курсе локальной музыкальной движухи). В самом конце этого лета, 26 августа, ИНДИКАТ проводит фестиваль «Лету конец»: во дворе Музея андеграунда сыграют главные герои уральской инди-сцены, в том числе и мы. Если вы из Екб или будете проездом, приходите, устроим сходку любителей нормального инди-рока.

А вот видео с предыдущего ИНДИКАТа, прошедшего месяц назад на Ночь музыки. Мы исполняем песню «Теплый свет твоего окна» – лирическую вещь, уже ставшую концертным хитом, хоть она пока и не обзавелась записью (над этим мы работаем). Запись и исполнение, конечно, неидеальны, зато видео отражает дух угара и единения, который царит на наших лайвах.

Дополнил подборку свежих екатеринбургских релизов для СМИ о локальной музыке РАМА. Трамвайный дрим-поп, меланхоличный велопанк и другие чисто уральские жанры – все здесь:

Крипота, изумительная крипота

Переслушал Spiderland (1991), второй и главный альбом группы Slint. Несмотря на то, что это одна моих самых любимых записей в жизни, возвращаюсь я к ней очень редко: слишком уж сильное, тотальное воздействие этот альбом всегда оказывает. После него обычно пару дней вообще ничего больше не хочется слушать.

Spiderland – это секрет, Spiderland – это загадка. Непостижимо то, как 20-летние чуваки (выглядевшие при этом на все 12) смогли создать произведение настолько цельное, продуманное до мелочей, структурно изощренное, красивое и леденящее душу.

Замысловатые ритмические конструкции, диссонантные риффы, мрачный сторителлинг, местами абсолютно зловещие мелодии, шепоты и крики. Абстрактные, но интересные тексты, наполненные яркими персонажами: гадалки, капитаны, вампиры. И гениальный звук: барабаны, как писал Стив Альбини, будто бы звучат в вашей гостиной, а гитарные переборы – под самым ухом.

Альбом цепляет моментально, с первых флажолетов, и не отпускает до самого конца, пока не стихнет последняя нота. Если ты попал в паучьи владенья, просто так оттуда выбраться не получится: придется оставить кусочек себя. И так каждый раз! Поэтому и переслушиваю нечасто. Но всегда – с колоссальным удовольствием.

Работа над альбомом была настолько напряженной, что после его выхода Slint просто разбежались. Spiderland плохо продавался и почти не был замечен критиками, но впоследствии обрел культовый статус и был справедливо канонизирован в качестве непререкаемой классики.

Эксперименты Slint с нечетными размерами и аскетичный саунд повлияли на матроковую сцену 90-х, динамика от тихих переборов в оглушительным кульминациям заложила основу для всего пост-рока. Звучание Slint пытались повторить многие, но никому не удалось подобраться к парализующему великолепию Spiderland.

Если вы не слушали Spiderland – я вам завидую (хотя и понимаю, что это довольно специфическая музыка). А если слушали, то вот очень толковый разбор: автор с канала с хорошим названием Shoegazer углубилась вглубь текстов и вычленил на альбоме полноценный нарратив.

А еще Spiderland стал частью интернет-фольклора и оброс мемами. Я собирал их годами, теперь делюсь ими с вами (в комментариях).

The Chemical Brothers – Further (2010)

С одной стороны, я так хочу, чтобы лето не кончалось, чтоб оно за мною мчалось. С другой, в сентябре у The Chemical Brothers выйдет новый альбом, первый за четыре года (о где же вы, братья?)

Я очень его жду, и я абсолютно спокоен относительно того, получился ли он удачным, потому что это редкая группа, у которой неудачных альбомов не бывает в принципе. За свою 30-летнию историю они умудрились не выйти в тираж и не исписаться. Они непрестанно они развиваются, всегда пробуют что-то новое, при этом всегда остаются безошибочно узнаваемыми.

Братишки не подводили ни разу. Не подвели они и в 2010-м, когда вышел их, наверное, самый необычный альбом. The Chemical Brothers всегда много работали с приглашенными вокалистами, в их хитах фигурировали Q-Tip, Лиам Галлагер, Бернард Самнер и прочие уважаемые люди, здесь же гостей нет, все сыграно в четыре руки, а редкие вокальные моменты принадлежат самим братанам.

Здесь нет шлягеров, как на прошлых альбомах, зато здесь есть музыка, ее очень много, и вся она крутая. Поступательный бас в «Snow» напоминает о краут-роке, синты в «Wonders of the Deep» напоминают о шугейзе, арпеджио в «Escape Velocity» напоминает о «Baba O’Riley» The Who. В «Horse Power» шесть минут ржет конь, но каким-то образом это тоже круто: вне всяких сомнений, братья тут на коне.

Альбом сведен как один большой микс, треки здесь перетекают один в другой без пауз и видимых швов, а связка между «Dissolve», «Horse Power» и гвоздем программы «Swoon» вообще шедевральна.

Весь «Further» воспринимается как хроника одной большой ночи – от томительного предвкушения в самом начале и до эйфорического рассветного финала.

Несмотря на общий психоделический настрой альбома, для его адекватного восприятия совсем необязательно водить знакомство с определенного рода химическими соединениями – под «Further» можно радостно прыгать со своими пьяными друзьями, его можно брать с собой на пробежки, на прогулки и в поездки. Его можно просто слушать, а что еще нам, собственно говоря, нужно от музыки?