Ariel Pink’s Haunted Graffitti – Before Today (2010)

2010-й был годом Ариэля Пинка. Чувак (и большой чудак), больше десятка лет записывавший самодельный аутсайдерский поп в никуда, стал инди-звездой и героем фестивалей, появлялся на ТВ и издал альбом на крупном лейбле. Ну, не совсем альбом: «Before Today» – ретроспектива творческого пути, сборник песен разных лет, записанных в более-менее причесанном звуке – не таком глючном, как на ранних альбомах, но все равно чудаковатом.

«Before Today» похож на сборник еще и потому, что песни будто бы принадлежат совершенно разным группам: деликатный восьмидесятнический поп сменяется кроманьонским хард-роком, сумасбродный прог-рок – прогулочным фанком, а заканчивается все неожиданно сумрачным пост-панком. Все это разнообразие скрепляет воедино странноватая харизма Пинка, его нелинейный подход к сонграйтингу и любовь к плывущему звуку, который вызывает ассоциации то ли с осыпающейся пленкой старой кассеты, то ли с нечетко настроенным радио, то ли с воспоминанием о музыке, которую слышал когда-то в детстве.

Альбом стал ключевым для яркого, но недолгого находившегося в центре критического внимания жанра гипнагоджик-поп, и заметно повлиял на волну лоу-файного инди 2010-х – тот же Мак Демарко кажется младшим шебутным братом Ариэля (сравнение не мое, а коллеги по рок-группе «Бизнес Юность» Толи Зайкова, подпишитесь на его канал). У Пинка и после этого выходили классные релизы, но в последние годы его карьера напоминает постепенный, но неумолимый путь вниз. Но не будем о грустном, а лучше переслушаем кайфовый «Before Today».

У меня с этим альбомом связано много воспоминаний, но одно перебивает все прочие: ровно 10 лет назад, чуть ли ни день в день, я въезжал под него на электричке в Барселону. Жаркий город раскинулся вокруг меня во всей своей красе ровно в тот момент, когда в наушниках зазвучал припев главного хита «Round and Round» – этот мягкий хор и виды каталонской столицы стали одним целым и отпечатались в памяти навсегда.

Моська, Пекинский Велосипед, Перегруз, rainfuture, LESNIK: урожай екатеринбургских релизов

Продолжаем отслушивать лучшие новые магнитоальбомы свердловского рока. Рубрика выходит при поддержке музыкального кружка РАМА и промо-группы ИНДИКАТ. Подписывайтесь на них! На РАМЕ вы оперативно узнаете о самых актуальных релизах локальной сцены, а на ИНДИКАТЕ будете в курсе лучших концертов в городе.

Моська – Подвальный холод и крекеры

Дебют года на екатеринбургской сцене – эмо-панк с ершистым звуком, истошно кричащим вокалом и песнями про желание прогуливать школу и задолбавших предков. «Подвальный холод и крекеры» идет около 10 минут, но проживается как полноценное приключение, с зачином в виде нойзового интро и гранд-финалом в лице эпичного «Огуречика». «Моська» – это прямая атака. «Моська» сродни лазерному лучу – прицельно бьет в голову, испепеляя остатки разума, но заставляя сердце биться чаще.

Пекинский Велосипед – Неоны (Этим летом)

Основной группе екатеринбургского эмо-панка тоже идут малые формы. Новый, первый за долгое время сингл идет две минуты и пяти секунд. Но этого времени времени группе с лихвой хватает чтобы рассказать законченную историю, в паре недлинных абзацев задав настроение, обрисовав место действия и раскрыв внутреннее состояние героя. Музыкально это тот же фирменный велопанк, сочетающий напористый ритм и меланхоличные, будто бы растерянные гитары, но еще более четкий, цепкий, крепко и надежно сконструированный. На таком велике можно уехать далеко.

Перегруз – Работа для всех

Группа, базирующаяся наполовину в Екб и наполовину в Миассе, работает с разными оттенками черного и серого: понуро ковыляющий слоукор, смурной инди-рок с нойзовыми гитарами, равномерно-карательный индустриальный пост-панк, а кое-где даже встречаются элементы унылого репа а-ля «Макулатура», хотя это наверняка поверхностная ассоциация. Местами альбом напоминает Дельфина времен «Тканей», где-то вспоминаются совсем ранние Mogwai – словом, аналогии сплошь достойные. Альбом получился несколько перегруженным, но, во-первых, название обязывает, а во-вторых, есть ощущение, что это очень выстраданная работа, на которой чуваки увязали воедино многие свои мысли, переживания, а также музыкальные предпочтения.

rainfuture – Colored Shadows

Я немного скучаю по пост-року. На рубеже нулевых и десятых он занимал в российской музыке, наверное, ту же нишу, что сейчас эмо-панк (то есть очень важную), но стремительно вышел из обихода. В строю остались единицы, вроде AW80D, остальные же разбрелись по другим жанрам и просто растворились во времени. Я включаю новый альбом rainfuture и слышу тот самый звук: мерцающие переборы, могучие тремоло, колоссальные звуковые ландшафты – будто далёкий звон гитары разливается по скалистому пейзажу. На «Colored Shadows» каждый звук проживает полный жизненный цикл – от зарождения до исчезновения. Все очень неспешно и величественно. На яркие мелодии рассчитывать не приходится, но пост-рок никогда и не был про них, он – про звук и атмосферу (мы говорим, конечно, о позднем пост-роке, а не о зачинателях вроде Tortoise или Cul-de-Sac). Последует ли за «Colored Shadows» ревайвал жанра, расчехлят ли музыканты свои дилеи и сольются в едином крещендо? Вряд ли, конечно. Но приятно, что жанр еще живет.

LESNIK – Панелька

Но пост-рок не совсем умер, одной из форм его бытования стал пост-блэк: туда переехали гитарные тремоло и вошли в органичный симбиоз с бластбитом и хриплым криком. Группа LESNIK – новые уральские игроки в жанре, «Панелька» – целиком инструментальная вещь, от еле слышных задумчивых переборов разгоняющаяся до шторма и шквала. Несколько озадачивает звук – трек будто бы записан живьем на репетиции на один микрофон, и это при том, что предыдущий сингл группы раз обладал более качественным продакшеном. Возможно, это намеренный лоу-фай, призванный подчеркнуть суровую, сырую-лесную сущность коллектива. Все расставит по местам дебютный EP с милым названием «Эвтаназия», который выйдет уже в эту пятницу. Помимо релиза группа готовит даже выставку картин. В общем, ничего непонятно, но очень интересно.

Ненормальный инди-рок: James Ferraro – Night Dolls with Hairspray (2010)

Джеймс Ферраро – мой герой. Музыкант впечатляющего стилистического разнообразия и ошеломляющей работспособности, в нулевые он записал десятки (а то и сотни) альбомов с нойзом и дроуном, на рубеже десятилетий оказался застрельщиком гипнагоджик-попа, люто экспериментировал с r’n’b, а затем переключился на создание миди-симфоний (а еще в прошлой жизни он приезжал в Россию с сетом и дал интервью сайту W-O-S под заголовком «Рубли – это деньги бога»).

«Night Dolls with Hairspray» относится к гипнагоджик-наследию Ферраро – условно говоря, это песни, написанные по мотивам воспоминаний о поп- рок-музыке 80-х и записанные так, будто доносятся из неисправного радиоприемника, который невозможно четко настроить на одну частоту. Вдобавок, это радиоприемник находится в соседней комнате, а ты слушаешь его в полусне. А еще точнее, смутно вспоминаешь услышанное много лет спустя.

В принципе, чем-то подобным промышлял и Ариэль Пинк, о котором мы с вами недавно говорили. Но Пинк всегда был более милосердным к слушателю, у него все-таки есть человеческие, приятные уху песни. Ферраро же абсолютно точно ненормальный, и на этом альбоме у него все шипит, шкворчит, потрескивает, хитовая синтезаторная мелодия тонет в гуле, крутейший глэм-роковый рифф прерывается звуками неизвестного происхождения, песни перескакивают и обрываются без предупреждения – и, вдобавок, носят названия вроде «Killer Nerd» или «Roaches Watch TV».

Прикольнее всех о «Ночных куколках» писал мой кумир в музыкальной журналистике Олег Соболев:

«Представьте себе, что очень плохой гитарной группе псилоцибиновых наркоманов с карликом в качестве вокалиста предложили переиграть саундтрек к позабытой американской восьмидесятнической комедии про старшеклассников, записали все это на четыре дорожки, а потом грубо порезали полученный результат на кусочки и собрали заново».

При всей несносности и хаотичности звукоряда оторваться от альбома невозможно: во-первых, здесь запрятана куча крутых мелодий, а во-вторых, банально интересно, что будет дальше, куда вырулит дикий гений Ферраро.

5 идеальных дорожных альбомов

Лето перевалило через экватор, а я еще ни разу не выбрался за черту города. Это непорядок, надо срочно исправляться. И для этого нужен подходящий саундтрек.

The War on Drugs – Lost in Dream (2014)

Ультимативный альбом для долгих поездок. В основе лежит корневая американская музыка, фолк в духе Боба Дилана и Нила Янга, а также стадионный рок Брюса Спрингстина и Тома Петти. Свои певучие, отчетливо старомодные песни автор проекта Адам Грандусиель облекает в навороченный саунд на стыке монотонно-поступательного краутрока и облачного шугейза, когда ты одновременно слышишь с десяток слоев пастельного гитарного и синтезаторного звука. Получается такая прокачанная версия американы.

The War on Drugs решительно не жалеют времени, их песни могут длиться и по 6, и по 8, и по 11 минут, и они идеально подходят для растворения в звуке и концентрации на пролетающих за окном пейзажах.

Tortoise – TNT (1998)

Чикагская школа пост-рока – это не эпос, крещендо и апокалипсис, а джаз, электроника и минимализм. Tortoise – центровая группа чикагской сцены, а TNT – альбом, на котором все характерные черты жанра воплотились в лучшем виде. Расплывчатые гитарные аккорды сменяются строгими маримбами в духе Стива Райха, свободные джазовые грувы – утонченным техно.

Группа плавно скользит от одного звукового настроения к другому, и эти перемены получаются очень органичными. В эту музыку легко нырнуть с головой, но с такой же легкостью она уходит и на фон.

Ride – Going Blank Again (1992)

Второй альбом самых прямолинейных из первоапостолов шугейза. За себя говорит и имя самой группы, и название первого трека – эпичной восьмиминутки Leave Them All Behind, сочиненной британцами под впечатлением от первого тура по США. Педаль в пол, полный вперед – и путь все остальные глотают пыль.

Fishmans – Long Season (1996)

Я уже писал на этом канале про Long Season – это мой любимейший альбом всех времен и народов. Состоит он из одной 35-минутной песни на стыке дрим-попа, даба, психоделии, при этом ни один из ярлыков не сможет передать всю красоту и прозрачность этой музыки. Конечно же, это идеальная запись для долгой дороги, в ней даже поется об этом:

В сумерках мы ехали,
Внимая зову ветра и твоему зову,
Катаясь из одного конца Токио в другой
В полудрёме.

Bruce Springsteen – Born to Run (1975)

Еще один ультимативный дорожный альбом, чрезвычайно эпичный и романтичный. Панорамный звук, многосоставные аранжировки, суперпоэтичные тексты, супермощная подача и порыв: прыгнуть в машину и гнать без оглядки, прочь из душного, полного лузеров города – навстречу приключениям, навстречу судьбе.

Написал для прекрасного канала По фактам про новый альбом Blur. Обязательно на них подпишитесь! Не только же Нормальный инди-рок читать, в самом деле. А сейчас – личная история.

Мне посчастливилось залипнуть за Blur в 13 лет. Из своей первой поездки в Питер я увез в качестве сувенира не магнитик с разводными мостами или фигурку коня, а блюровскую mp3-коллекцию, которая на тот момент (2003 год) насчитывала шесть альбомов группы плюс сборник хитов и живых версий. Причем на момент покупки я знал только Song 2 – ее включали на дискотеках в детском лагере наравне с Тату и Фактором 2. В итоге это «ву-ху» я включал реже всего: в открывшемся мне мире Blur эта прыгучая песенка наименее интересной.

Когда я вспоминаю свои 13 лет, я в первую очередь вспоминаю, как проводил часы, часы и часы на пыльном дачном чердаке, валяясь на кровати в наушниках, в которых играют Blur. Их дискография стала для меня настоящей школой рока (сразу вспоминается Джек Блэк с детьми и «гибсоном» наперевес).

На их дебютнике Leisure (1991) я услышал шугейз и мэдчестер лет за пять до того, как вообще узнал такие слова. Их брит-поповая «трилогия жизни» – Modern Life is Rubbish (1993), Parklife (1994) и The Great Escape (1995) – открыла мне всю огромную историю британской поп-музыки, от мод-рока до психоделии. Blur (1997) и 13 (1999) заложили основу для будущей любви к нойз-року и американскому инди 90-х.

Но самый дорогой для меня альбом группы – Think Tank (2003), считающийся провальным и кризисным из-за ухода бедового гитариста Грэма Коксона, но на самом деле офигенный. Фишкой Blur всегда было то, что они не писали двух песен в одних звуковых настройках, и на этом релизе звуковое разнообразие дошло до пика: здесь соседствуют даб, панк, блюз, нью-вейв, где-то вдалеке заливается марокканский оркестр, сходит с ума фри-джазовый саксофон. А для описания того, как звучит, например, песня Caravan, у меня вообще нет слов – как и для того, чтобы передать ее немыслимую красоту.

При всем звуковом разнообразии Think Tank очень цельный, все песни повязаны похмельной грустью и обезоруживающей нежностью. Включая эту музыку, я снова оказываюсь на дачном чердаке – август, вечер, косые лучи пересекают комнату, во вращении пылинок складываются и разрушаются целые миры, и Албарн поет: «And watch the world spinning gently out of time».

В общем, спасибо группе Blur за наше счастливое детство, отрочество, юность.

А вот такими были Blur ровно 30 лет назад: воздушных змеев запускали, голубей по Трафальгарской площади гоняли, на подножке автобуса №12 разъезжали, щеголевато одевались, в Темзе бултыхались, с девчонками обнимались, по траве катались.

До чего же классный клип, и до чего классный в этой песне припев:

«Singing la, la la l-la, la, la la, l-la l-la la-la-la
La, la la l-la, la, la la, l-la l-la la-la-la
La, la la l-la, la, la la, l-la l-la la-la-la...»

Сегодня 20 лет дебютнику The Mars Volta. Хороший повод переслушать De-Loused in the Comatorium, эту жемчужину прог-рока с пост-хардкорными корнями. А еще – посмотреть фрагмент из фильма «Побег из Вегаса», где Джона Хилл за 20 секунд объясняет суть The Mars Volta.

Хотя, при всем уважении к дебютнику, моим любимым альбомом The Mars Volta всегда был их второй релиз – Frances the Mute (2005). Давайте послушаем шикарную «L'Via L'Viaquez», где группа как по щелчку переключается с прога на сальсу, и так трижды за весь 12-минутный хронометраж. На гитаре, кстати, солирует Джон Фрущанте (а кроме него на альбоме гостит Фли с трубой).

Наверное, есть на свете музыка более сложная, более красивая, более мощная, но более страстной – точно нет.

Kid A до Kid A

В подкасте «Альбомы по пятницам» про Пи Джей Харви (офигенном) мое ухо зацепилось за фразу Кристины Сарханянц о том, что альбом Is That Desire? (мой любимый у Полли Джин) – это «Kid A до Kid A». Услышав это, я подумал: блин! А ведь реально был такой феномен.

Радиохэдовский Kid A (2000) открыл в музыке XXI век и стал именем нарицательным, символом того, как успешная и популярная группа выпускает насквозь экспериментальный альбом. В случае с Kid A экспериментализм заключался в обращении музыкантов к головной электронике а-ля Autechre и характерный для пост-рока акцент не на риффы и мелодии, а на текстуры.

Незадолго до Kid A несколько больших групп решились на подобные эксперименты, но чуть поспешили и в итоге не смогли перевернуть игру так, как это вышло у Radiohead. Слушать эти альбомы не менее интересно.

PJ Harvey – Is This Desire? (1998)

Четвертый альбом Пи Джей стал первым резким поворотом в карьере, в целом очень богатой на резкие повороты. Успешно освоив на предыдущих альбомах панк, блюз, панк-блюз и альтернативный рок, для своих новых песен она нарулила преимущественно электронные аранжировки, причем очень разнообразные: от воздушного трип-хопа в «The Wind» до жутковатого индастриала в «My Beautiful Leah» и «Joy». Удивительное дело: на альбоме полно не самых красивых звуков, (все эти перегруженные, скрежещущие басовые линии) но песни при этом получаются дико красивые – возможно, самые красивые из всех, что Полли Джин когда-либо писала.

Впоследствии Пи Джей вернулась к гитарам и року в целом, потом сменила их на автоарфу и очень индивидуально понятный фолк. Is This Desire? она впоследствии называла своим лучшим альбомом – хотя и говорила о том, как тяжело он ей дался.

Blur – 13 (1999)

Конец 90-х был для Blur (да, это уже третий пост про них за неделю, ну а что такого, лето же) темным временем: Албарн переживал тяжелый разрыв с Джастин Фришманн сидел на героине, Грэм Коксон много пил. По воспоминаниям барабанщика Дейва Раунтри, «люди не приходили на репетиции или приходили пьяные, ругались со всеми и уходили, хлопая дверью». В такой обстановке родился альбом 13 – самый мрачный и экспериментальный у группы. Покорёженные электронные биты, жутковатые синтезаторные лупы, нойз-рок и просто нойз. А центральная вещь на альбоме, восьмиминутная «Battle», по-хорошему, должна войти в любой список классики пост-рока.

13 звучал как никакой другой альбом в мире, и неудивительно, что никто на его лавры так и не позарился.

R.E.M. – Up (1998)

Обращение к электронике у R.E.M. было скорее вынужденным: в 1997-м их покинул Билл Берри, сменивший роль драммера на жизнь фермера, и группе пришлось себя мучительно переизобретать. На Up много драм-машин и синтезаторов. Сонграйтинг остался традиционно-ариэмовским, но звучал голос Стайпа в новой звуковой среде – и она ему очень пошла. Жужжащий электронный поп от группы, которая всегда была привержена честному живому звуку, приняли не далеко все, революции он не совершил. Но к нему наверняка прислушались Radiohead (к слову, фанаты R.E.M.), когда готовили свой переворот.

То, что все эти альбомы, включая Kid A, рождались на свет в мучениях, вряд ли можно назвать совпадением: эволюционировать это всегда непросто, но это удел великих.

Не стало Шинейд О’Коннор.

Она она прожила по-настоящему трудную жизнь, почти любая новость о ней в последние годы разбивала сердце. Осталась музыка, много прекрасных песен. Писать, что эти песни были исполнены с душой, банально, но в случае с Шинейд оправданно – иначе она просто не могла.

А это моя любимая песня Шинейд – печальная, но светлая. «Это последний день нашего знакомства».

Вас все больше и больше! Давайте, что ли, познакомимся.

Меня зовут Дима, я из Екб, о музыке я пишу всю более-менее сознательную жизнь, хоть с перерывами и переменным успехом. Почему-то очень долго не решался завести свой канал, буквально годами ходил вокруг да около. И вот наконец этот миг настал! Название канала честно украдено у Sonic Death.

Изначально я решил, что буду писать об альбомах 2010-х, как известных, так и подзабытых. Идея пришла, когда я переслушивал дебютник Анны Кальви 2011 года и подумал: какая шикарная музыка, хочется о ней написать, но с чего бы вдруг? Ну придумал вот такой концепт.

Собственно, часть альбомов 2010-го я уже обозрел (среди самых важных – Arcade Fire, The National, Women, Ариэль Пинк), хотя пока и небольшую: то и дело появляются какие-то другие идеи для постов, хочется и про новинки высказаться, и локальную екатеринбургскую сцену обозреть, и просто пораздувать обо всяком-разном.

Но от первоначальной идеи с ретроспективой я бы отказываться не хотел. Буду вытаскивать сокровища из 2010-го, потом перейду на 2011-й, а там как знает – и до 2012-го доживем! Мне кажется, это было классное время для музыки – по крайней мере, я помню тьму крутых релизов, выходивших тогда. Ну и мне было в то время в районе 20, я был особенно голоден до новой музыки, и теперь хочу этот свой слушательский опыт как-то отрефлексировать.

А вообще, будет круто, если вы напишете в комментариях, о чем бы вам больше хотелось читать, какого контента вам не хватает – может быть, обзоров новинок, исторических экскурсов, тематических подборок, личных историй, мемов или чего-то еще? Буду рад почитать ваши мнения, намотаю их на ус.

А помимо написания текстов нормальном инди-роке я также исполняю нормальный инди-рок: играю гитаре и придумываю музыку в группе «Бизнес Юность». Вдохновляемся мы новой волной пост-панка, шугейзом, некоторым разновидностями эмо, всякой альтернативой, а свой стиль характеризуем как «опорно-двигательный рок». У нас можно послушать вышедший в прошлом году EP «Кто-то с чем-то», а сейчас мы работаем над новым релизом.

Фронтмен нашей группы Анатолий (кстати, подпишитесь на его канал об современном искусстве и мультсериалах) также занимается делами промо-группы ИНДИКАТ (подпишитесь и на них, чтобы быть в курсе локальной музыкальной движухи). В самом конце этого лета, 26 августа, ИНДИКАТ проводит фестиваль «Лету конец»: во дворе Музея андеграунда сыграют главные герои уральской инди-сцены, в том числе и мы. Если вы из Екб или будете проездом, приходите, устроим сходку любителей нормального инди-рока.

А вот видео с предыдущего ИНДИКАТа, прошедшего месяц назад на Ночь музыки. Мы исполняем песню «Теплый свет твоего окна» – лирическую вещь, уже ставшую концертным хитом, хоть она пока и не обзавелась записью (над этим мы работаем). Запись и исполнение, конечно, неидеальны, зато видео отражает дух угара и единения, который царит на наших лайвах.

Дополнил подборку свежих екатеринбургских релизов для СМИ о локальной музыке РАМА. Трамвайный дрим-поп, меланхоличный велопанк и другие чисто уральские жанры – все здесь:

Крипота, изумительная крипота

Переслушал Spiderland (1991), второй и главный альбом группы Slint. Несмотря на то, что это одна моих самых любимых записей в жизни, возвращаюсь я к ней очень редко: слишком уж сильное, тотальное воздействие этот альбом всегда оказывает. После него обычно пару дней вообще ничего больше не хочется слушать.

Spiderland – это секрет, Spiderland – это загадка. Непостижимо то, как 20-летние чуваки (выглядевшие при этом на все 12) смогли создать произведение настолько цельное, продуманное до мелочей, структурно изощренное, красивое и леденящее душу.

Замысловатые ритмические конструкции, диссонантные риффы, мрачный сторителлинг, местами абсолютно зловещие мелодии, шепоты и крики. Абстрактные, но интересные тексты, наполненные яркими персонажами: гадалки, капитаны, вампиры. И гениальный звук: барабаны, как писал Стив Альбини, будто бы звучат в вашей гостиной, а гитарные переборы – под самым ухом.

Альбом цепляет моментально, с первых флажолетов, и не отпускает до самого конца, пока не стихнет последняя нота. Если ты попал в паучьи владенья, просто так оттуда выбраться не получится: придется оставить кусочек себя. И так каждый раз! Поэтому и переслушиваю нечасто. Но всегда – с колоссальным удовольствием.

Работа над альбомом была настолько напряженной, что после его выхода Slint просто разбежались. Spiderland плохо продавался и почти не был замечен критиками, но впоследствии обрел культовый статус и был справедливо канонизирован в качестве непререкаемой классики.

Эксперименты Slint с нечетными размерами и аскетичный саунд повлияли на матроковую сцену 90-х, динамика от тихих переборов в оглушительным кульминациям заложила основу для всего пост-рока. Звучание Slint пытались повторить многие, но никому не удалось подобраться к парализующему великолепию Spiderland.

Если вы не слушали Spiderland – я вам завидую (хотя и понимаю, что это довольно специфическая музыка). А если слушали, то вот очень толковый разбор: автор с канала с хорошим названием Shoegazer углубилась вглубь текстов и вычленил на альбоме полноценный нарратив.

А еще Spiderland стал частью интернет-фольклора и оброс мемами. Я собирал их годами, теперь делюсь ими с вами (в комментариях).

The Chemical Brothers – Further (2010)

С одной стороны, я так хочу, чтобы лето не кончалось, чтоб оно за мною мчалось. С другой, в сентябре у The Chemical Brothers выйдет новый альбом, первый за четыре года (о где же вы, братья?)

Я очень его жду, и я абсолютно спокоен относительно того, получился ли он удачным, потому что это редкая группа, у которой неудачных альбомов не бывает в принципе. За свою 30-летнию историю они умудрились не выйти в тираж и не исписаться. Они непрестанно они развиваются, всегда пробуют что-то новое, при этом всегда остаются безошибочно узнаваемыми.

Братишки не подводили ни разу. Не подвели они и в 2010-м, когда вышел их, наверное, самый необычный альбом. The Chemical Brothers всегда много работали с приглашенными вокалистами, в их хитах фигурировали Q-Tip, Лиам Галлагер, Бернард Самнер и прочие уважаемые люди, здесь же гостей нет, все сыграно в четыре руки, а редкие вокальные моменты принадлежат самим братанам.

Здесь нет шлягеров, как на прошлых альбомах, зато здесь есть музыка, ее очень много, и вся она крутая. Поступательный бас в «Snow» напоминает о краут-роке, синты в «Wonders of the Deep» напоминают о шугейзе, арпеджио в «Escape Velocity» напоминает о «Baba O’Riley» The Who. В «Horse Power» шесть минут ржет конь, но каким-то образом это тоже круто: вне всяких сомнений, братья тут на коне.

Альбом сведен как один большой микс, треки здесь перетекают один в другой без пауз и видимых швов, а связка между «Dissolve», «Horse Power» и гвоздем программы «Swoon» вообще шедевральна.

Весь «Further» воспринимается как хроника одной большой ночи – от томительного предвкушения в самом начале и до эйфорического рассветного финала.

Несмотря на общий психоделический настрой альбома, для его адекватного восприятия совсем необязательно водить знакомство с определенного рода химическими соединениями – под «Further» можно радостно прыгать со своими пьяными друзьями, его можно брать с собой на пробежки, на прогулки и в поездки. Его можно просто слушать, а что еще нам, собственно говоря, нужно от музыки?