И кстати об Ариэле Пинке — его альбому «pom pom» стукнуло на днях 10 лет. Вроде как, это первый полноценный пинковский сольник – впрочем, я не знаю точно, где именно пролегает грань между сольными работами и записями с Ariel Pink’s Haunted Graffity, ведь и там, и там Пинк даёт нормального такого пинка.

Как и другие лучшие работы господина Розенберга, pom pom непоколебимо дик, местами трогателен, местами безумен, вызывает ностальгию по какой-то абстрактной поп-музыке 70-х. Крутых песен тут полным-полно много, но мне завсегда хочется переслушивать «Not Enough Violence» – полуночный нью-вейвовый боевик.

Спасибо — Dom (2024)

За десять лет с выхода дебютного альбома Спасибо проделали огромный путь. И в плане статуса: от многообещающих новичков — до группы, которая сама служит источником вдохновения для целого поколения музыкантов (и для моей группы в том числе). И географически. И в плане звука: от шугейзовых лабиринтов первых записей, через пиротехнический саунд «Навсегда» и «Спасибо» — к более экономному, хлёсткому, детализированному и начинённому хуками звуку последних релизов.

Проделав такой огромный путь, группа Спасибо осталась самой собой: ни с чем не спутаешь интонации Расела Рахмана, его причудливые мелодические ходы, рефлексивные тексты, в которых всегда узнаёшь себя, и общий жизнеутверждающий настрой его музыки.

Когда-то Спасибо сочиняли песни по 7-8 минут; «Dom» целиком умещается в полчаса, но боже мой, какие это полчаса. Альбом стартует с хоровой распевки, разгоняется на боевиках про внутренних демонов и доходит до точки кипения в песне «Critic» — самой горькой и бьющей по больному. Мне она кажется неофициальным сиквелом старой песни «Всё зря» с дебютника группы. В ней Расел призывал творческих людей не опускать рук под градом критики, а самих критиков — поумерить яд в своих словах. Спустя десять лет уже нет того наивного порыва, да и критические голоса звучат не только снаружи, но и изнутри. Но когда эти голоса наконец стихают, можно расслышать еле слышный голос, который говорит, что всё будет хорошо — его-то одного и стоит слушать в этой жизни.

Бывают на свете альбомы, где одну песню не отличишь от другой. «Dom» — полная противоположность: здесь каждый новый трек цепляет чем-то своим. «Rio» — неожиданным переходом с мидвест-эмо на хип-хоп и отсылкой к Limp Bizkit (спасибо Вадику за наводку). «Belgrade 2024» — припевом, который наверняка будет здорово орать хором на концертах (моя личная печаль — уже два с половиной года с последнего посещённого лайва Спасибо). «Grözy» вообще с трудом поддаётся описанию — волшебная, будто переливающаяся, лучшая вещь на альбоме и одна из самых амбициозных в репертуаре группы.

Ну а я, будучи молодым (ну, сравнительно молодым) отцом, пребываю в полном восторге от «Frozen», потому что в ней цитируются песни из «Холодного сердца» — мультика, который у меня дома крутится почти нон-стопом.

«Отпусти и забудь, новый день укажет путь», — пела Эльза, изгнанная из Эренделла и ищущая новый дом среди снегов. Вот и группа Спасибо в чужой стране пытается найти путь, самих себя и точки опоры, и одной из таких точек становится для них музыка. Их новый альбом — надёжный, крепкий как никогда — это и вправду дом, и в этом доме тебе будут рады.

Слушать альбом на стримингах

У Деревянных китов вышел клип на песню «Котёнок» с их недавнего альбома «Всё, что я хочу тебе сказать», и это не передать какая сильная вещь.

И, к слову, это не единственная в этом году российская инди-песня с таким названием: в январе у екатеринбургских эмо-панков Моська выходил свой «Котёнок», и он тоже был ошеломительный. Впору уже составлять тематический плейлист с пронзительными песнями о котятах – во главе с «Кошкиным домом» от Спасибо.

mute emotions. — чуть-чуть (2024)

У екатеринбургской группы mute emotions. вышел новый сингл — всего лишь второй в их дискографии. То, сколь скромно «мьюты» пока представлены на стриминговых сервисах, категорически не сходится с тем, какое место они занимают на локальной сцене. Если вкратце, то место они занимают очень важное – обрели немало преданных слушателей, собрали вокруг себя целое комьюнити, организуют концерты, дают сцену совсем начинающим командам, а сами на своих выступлениях просто пленяют харизмой. В общем, на наших глазах зарождается культовая группа.

Песню «чуть-чуть» я впервые услышал живьём в самом начале этого года и сразу за неё угорел. В ней идеально запечатлено фирменное мьютовское сочетание воздушного дрим-попа и напористого инди-эмо-рока, ну а эти перепады темпа будоражат всякий раз. Весь год песня звучала у меня в голове, а под занавес 2024-го случился такой вот подарок в виде релиза.

В следующем году нас ждёт долгожданный полноценный альбом «мьютов», ну а пока – послушайте новый сингл на стримингах.

Мой товарищ Николай, автор канала Признаки жизни, с чтения которого я начинаю почти каждый свой день, собрал папку «МузПросвет» с другими уважаемыми музыкальными каналами (админы – на фото).

Выборка получилась безупречная. На каждый из этих авторов непременно стоит подписаться, у каждого – свой уникальный взгляд и стиль письма, все они – про инди, альтернативу и прочий интересный рок, да и не только рок. Ну и ваш автор там тоже присутствует, что особенно приятно!

Добавить «МузПросвет» себе можно по этой ссылке.

Кобыла и Трупоглазые Жабы — Эллада 2510 (2024)

Каждый свой альбом Антон Юрьевич, лидер группы Кобыла и Трупоглазые Жабы сопровождает подробной аннотацией, в которой увлекательно рассказывает о процессе сочинения и записи, даёт исторический котекст, а ещё подробно разбирает сами песни — откуда взялся тот или иной образ, что в него вложено, какой у этих треков внутренний сюжет.

К новому, 23-му альбому группы аннотация вышла более краткой, чем к нескольким предыдущим: рассказ о сочинении и записи на месте, однако разбирать тексты на косточки на сей раз Антон Юрьевич не стал, оставив интерпретацию на откуп слушателю. Однако отметил, что это самый личный и самый лиричный альбом со времён давишней пластинки «Саяны», самой печальной в дискографии группы.

«Элладу», впрочем, на сто процентов печальной не назовёшь. Включая альбом, слушатель немедленно оказывается в самой гуще событий: «Это было на млечных гонках в городе пузырей». На таком необычайном фоне разворачивается история — и, кажется, это история любви: «Зачем смеялся Бунин и умер вяз волновало многих, но не нас…»

Футуристический и возвышенный настрой песни поддерживается футуристической и возвышенной музыкой, жанровую принадлежность которой определил сам автор: «это аплифтинг-транс, т.е. такой очень позитивный и вайбовый транс, который заряжает энергией». Песня оканчивается строчкой «Судьба балерины в хрустальных октавах слезы» — кажется, столь красивых образов ещё не встречалось на трупоглазых альбомах.

Следующий трек мигом отрезвляет слушателя. Звучит на нём драматичный синтезаторный поп в духе альбома «1917», а в жизни персонажей намечается разлад: лирический герой каменеет, покуда его возлюбленную похищает зефир, а кругом творится форменный кошмар: «Тонут грифоны, горят колесницы, плавится мрамор в остатках пшеницы».

Нагнав саспенса и драмы, автор подводит нас вплотную к «Тильтораме». И к такому не был готов никто. «Тильторама» — это нечто совершенно иное, это то, чего раньше не бывало. А бывало всякое: многотомное собрание трупоглазых сочинений включает в себя не только синти-поп, но и джаз, нойз, рэп, евродэнс и ещё с десяток жанров. Но на этот раз группа сотворила натуральный прог-рок. Как из 70-х. Эпичная 10-минутная вещь. Живые барабаны, гитарные соло, электроорган. Вместо куплетов и припевов — виртуозные переходы с одной темы на другую.

«Тильторама» — это панорама, это широкоэкранное действо с десятками персонажей, резкими поворотами сюжета и филигранно выстроенной драматургией. Расшифровку такой вещи я просто не потяну — моих мозговых мощностей попросту на это не хватит. Но поскольку я сразу начал трактовать этот альбом как историю любви, то просто не могу обойти вниманием следующие строки, возникающие ближе к концу, когда утихают барабаны, смолкает гитара: «Моя миледи уплывает прочь на двадцать пятом октябре…» И далее, самый финал: «Так зачем голему голос, который не услышит герцогиня летних гроз?»

Думается, тут уже всё понятно и без расшифровок. Могу добавить лишь одно: я знал, что песни этой группы могут развеселить, ободрить, удивить, шокировать, поразить. Но я и представить себе не мог, что когда-нибудь они смогут растрогать до слёз.

Однако кончается альбом совсем не слезами! Завершающая «Белгравия» — духоподъемный синти-поп, в котором после всех бурь и потрясений мир словно расцветает: «бадминтон на каждой улице, лисицы дружат с курицей», и теперь даже «снежные волны не тронут котят».

Такой вот и получилась «Эллада» — цельной, трогательной, местами печальной, но в конечном итоге светлой. Пожалуй, автор справедливо отмечает, что это не самый хитовый его альбом, а, скорее, хидден джем для ценителей, но лично я просто счастлив быть таким ценителем, и вам предлагаю войти в их число.

Слушать альбом на стримингах

Что посмотреть вечерком: Вадик Матвеев с канала .mus сделал видео про Спасибо — разобрал их новый альбом Dom и взял интервью у лидера группы Расела Рахмана. Как сочинялись и записывались песни, какая из них — самая сложная, где искать отсылки к Limp Bizkit и Арии, как правильно произносится Jesu и многое другое — в этом видосе. Как и всегда, слушать Расела — одно удовольствие.

Сам Dom вышел каких-то пять дней назад, но успел поселиться в сердце навсегда — я уже не могу представить себе жизнь без песен вроде «Grözy» или «Frozen». Подробнее об альбоме писал вот здесь.

Титул моего любимого альбома King Gizzard & The Lizard Wizard в разное время завоёвывали разные их пластинки — и краеугольный Nonagon Infinity, и революционный Flying Microtonal Banana, и концептуальный Murder of the Universe, и металлический Infest the Rats Nest. Но вот уже два года кряду его удерживает альбом с роскошным названием Ice, Death, Planets, Lungs, Mushrooms and Lava.

Под стать имени, это один из самых продолжительных альбомов Гиззардов: обычно они довольно лаконичны и упаковывают свои задумки в 40 минут, здесь же разыгрались на час с лишним. Альбом рождался в многочасовых джемах, и в результате получились семь размашистых джаз-роковых пьес. Из гитарного многоголосия вьются завораживающие узоры, витийствует флейта, заходится саксофон, музыка находится в непрерывном движении, композиции длятся по 7, по 9, по 13 минут, но не становятся затянутыми — на длинной дистанции у них появляется долгое дыхание.

Хотя, по сюжету альбома, дышать особо нечем: как это часто бывает у Гиззардов, эта пластинка концептуальная и научно-фантастическая, повествует об экологической катастрофе и жизненных циклах, и завязана на темах ледникового периода, вулканической лавы и грибов – не в том смысле, в котором можно было бы подумать. Как пошутили на Pitchfork, многие альбомы этой группы могут вызвать у слушателя желание съесть грибы, но после этого захочется грибы изучать.

В свою очередь, музыкальная концепция альбома заключается в том, что каждая из песен сыграна в одном из греческих музыкальных ладов (собственно, к названиям ладов отсылает название альбома: Ice – Ionian, Death – Dorian, Planets – Phrygian, Lungs – Lydian, Mushrooms – Mixolydian, And – Aeolian, Lava – Locrian).

Тот или иной лад задаёт непосредственное настроение песне. Например, жёсткий номер «Magma» исполнен в зловещем фригийском ладу, давно облюбованном металлистами всех мастей. Следующая за ней возвышенная «Lava» – в светлом лидийском (он точно знаком вам по музыке из заставке «Симпсонов»). «Iron Lung» – эолийский, то есть натуральный минор, «Mycelium» – ионийский, то есть натуральный мажор, и так далее, и так далее. Нашлось даже место для сложного локрийского лада – его гнетущий и суровый звукоряд подходит для мрачного и неутешительного финала альбома.

Не могу сказать, что все песни одинаково хороши — например, я всегда пропускаю первую песню, она мне кажется самой неудачной. Но общий уровень очень высокий, ну а самый крутой номер – «Iron Lung». Кульминация и этого трека, и всего альбома – мощнейший выход клавишника Эмброуза Кенни-Смита, который в середине песни берётся за микрофон и выдаёт такого рока, что с ума сойти можно.

Ice, Death и так далее – это один из самых цельных и впечатляющих альбомов, показывающий Гиззардов зрелой, уверенной группой на пике своего могущества. А ещё это был их 21-й альбом, и всем бы такие 21-е альбомы!

Слушать альбом на стримингах

Составили вместе с уважаемым каналом Out Loud небольшой кото-плейлист. Подписывайтесь!

Look what the cat dragged in

Как известно, у кошки девять жизней. Посему мы решили собрать плейлист из девяти песен, в названии которых присутствуют усы, лапы и хвост. К нашей инициативе присоединился Дима с канала "Нормальный инди-рок", который рекомендует к прослушиванию следующие треки:

1. Pram — Track of the Cat

Чрезвычайно интригующая инструментальная вещица от британских мастеров хонтологии — гремящий перкуссией, ведомый паранормальным синтезатором, чертовски кинематографичный трек, под который так и представляешь котяру, которая что-то хитрое замышляет, но своими коварными планами нипочём не поделится.

2. МОСЬКА — Котёнок

Самый пронзительный сингл екатеринбургских эмо-панков. Из хоровой раскачки бросающаяся в полымя панка, на ходу перерастающая в нечто более сложное, чуть ли не построковое, и гениально закольцовывающаяся под конец. Самое крутое — проходящая через всю песню ужасно трогательная мелодия. И, конечно, текст: надеюсь, этот котёнок найдет в итоге кошкин дом, иф ю ноу вот ай мин.

3. The Cure — Lovecats

От грохочущего мрака Pornography к бесстыжему поп-джазу, вдохновлённому диснеевским мультиком «Аристократы» — таких резких поворотов история музыки не знавала ни до, ни после. Сам Роберт Смит объяснял это тем, что в момент сочинения, записи, съемки видео и промоушена был пьян.

4. Fleur — Тёплые коты

Всю дорогу Ольга Пулатова и Елена Войнаровская пели про всякие незримые и неземные материи: тени, тайны, улыбки сфинксов, содержимое прозрачных капсул. Однако одним из главных хитов их группы стала просто милая песня про то, как здорово греться зимою о шерстяного кота. И не поспоришь ведь!

5. Phoebe Buffay — Smelly Cat

Этот плейлист будет неполным без великой песни Фиби Буффе. Smelly cat, smelly cat — it’s not your fault!

От своего же имени мы посоветуем ознакомиться со следующими песнями:

6. Primus — Tommy the Cat

Песня одновременно является и визитной карточкой группы, и упражнением для прокачивания дикции, и предметом ожесточенных дискуссий на тему того, как правильно сыграть басовую партию из нее. Ну а клип, снятый к ней, обрел такую бешеную популярность благодаря MTV, что на концертах Primus фронтмен трио Лес Клейпул какое-то время объявлял остальные песни со словами «Следующая песня — не "Tommy the Cat"».

7. Агата Кристи/Настя Полева — "Кошка"

Песня появилась на свет в начале 1990-х, когда "Агата Кристи" уже получила известность в определенных кругах, но еще не написала хитов вроде "Как на Войне" или "Сказочная Тайга", чтобы в одиночку собирать большие залы. А посему Вадим Самойлов охотно сотрудничал с местными артистами — в качестве продюсера, звукорежиссера или сессионного музыканта.

8. U2 — "An Cat Dubh"

При первом взгляде на название третьего трека с дебютного альбома U2 возникает закономерный вопрос — а нет ли здесь грамматической ошибки? Ведь артикль "an" употребляется лишь перед словами, которые начинаются с гласного звука. Но спешим вас успокоить: что в ирландском норма, то в английском — отклонение от нее.

9. Pink Floyd — "Lucifer Sam"

Неочевидный пример, имеющий отношение к кошачьим. Сэмом звали сиамского кота Сида Барретта — на тот момент фронтмена и основного автора песен Pink Floyd. Он упоминается в первой строчке первого куплета и является главным персонажем песни в духе "что вижу, то пою". Кстати, изначально трек назывался "Percy the Rat Catcher".

Послушать всю мини-подборку можно здесь. А написать о песнях, которые мы обошли стороной, — в комментариях.

Кратко написал для Чойс про ноябрьские новиночки:

The Durutti Column

Начало зимы для меня – всегда The Durutti Column. Где бы я ни находился, что бы ни происходило в жизни, в первых числах декабря я всегда слушаю эту группу.

Что такое The Durutti Column? Формально их можно отнести к классике пост-панка – проект образовался в конце 70-х, базировался в Манчестере, выпускался на Factory, выступал в Хасиенде, ходил под патронажем Тони Уилсона. На самом же деле – нечто совершенно иное.

Главное лицо в группе – Вини Райли, классически обученный гитарист, и, по сути, главный его жанр – гитарные пьесы. Его необыкновенная игра, напоминающая зимние узоры на стекле, занимает центральное место в музыке группы. Иногда к ней присоединяются оживленные ударные или шелест драм-машины, иногда фортепиано, изредка – струнные и духовые, порой – призрачный голос самого Вини. Но часто хватает только гитары, прозрачной и чуть размытой эхо и хорусом.

Почти не используется бас, что редкость для пост-панка. Отсутствие низких частот придает музыке легкость и простор. Вот, например, одна из моих любимых композиций Messidor – звучит так, будто ты находишься посреди огромного заснеженного поля. Многие сочинения Вини вызывают визуальные ассоциации – его музыка вообще очень изобразительна, похожа на импрессионистские зарисовки. К тому же, музыкант никогда не репетировал и особо не работал над своими треками – приходил на студию с готовым видением в голове и записывался с первого дубля.

При всей легкости музыки, жизнь Вини Райли совсем не была легкой. Болезненно худой, мучимый пищевым расстройством и перманентной депрессией, он рано потерял семью и оказался на улице, попал в среду уличных банд, на его глазах убивали людей, и сам он не раз оказывался на грани смерти, и заработал в итоге ПТСР на всю жизнь. Дела шли неплохо в первой половине 80-х, когда The Durutti Column активно записывались и гастролировали по всему миру, но популярной и прибыльной такая музыка, конечно, стать не могла, а кроме нее Винни ничего делать не умел.

Поздние годы Райли тоже не назвать безоблачными: в последние лет десять он ведет затворническую жизнь, лишившись возможности играть после трех инсультов. Все свои альбомы он оценивает крайне низко и даже не представляет, кому вообще может прийти в голову такое слушать.

При этом в музыке The Durutti Column совершенно не чувствуется боли, пережитой Вини Райли. Нет в ней и гнева, иронии, социального протеста, мрака и какой-то экзистенциальной глубины – всего, что было характерно для классического пост-панка. Зато в ней есть гибкость и изящество, пение птиц на рассвете и вечерняя дымка, прохлада тенистой аллеи и отблеск полуденного солнца, пар от дыхания на морозе и чистота первого снега.

У The Durutti Column много записей, все хороши, но, наверное, очевиднее всего гений Райли был запечатлен на их втором альбоме LC, вышедшем в 1981-м. Начало зимы – идеальное время для этой музыки.

Apple / Spotify / Яндекс