мгимо успешно финишд (и я тоже немножко финишд), пора заново учиться писать тексты без “необходимо отметить” и “нельзя не упомянуть”. (спасибо всем, кто не отписался 💕).

сходила (аж два раза) в рамках фестиваля BEAT на документальный фильм о шведской реперше Сильване Имам (https://www.youtube.com/watch?v=75GekixKHXU). три режиссерки, которым надоело, что в мире кино все еще доминируют мужчины, нашли лесбиянку, антирасистку и дочь иммигрантов Сильвану, поющую злой рэп, и сняли о ней отличный фильм. история начинается в 2014 году, когда Сильвана была еще никому не известной, рассказывает красивую любовную историю (Сильвана встречается с Беатрис Эли, звездой шведской поп-сцены), показывает её брейкдаун (сломало давление славы и журналистов, задававших дурацкие вопросы в духе “ой вы выглядите такой хрупкой и вы такая нежная блондинка как же вы занимаетесь рэпом” или “каково быть женщиной-рэпершей”). последний альбом Сильваны, вышедший после перерыва, очень личный, для него прочитали тексты ее родители (на арабском и литовском), и фильм заканчивается концертом, представляющим как раз этот альбом.

после первого просмотра осталась на Q&A с режиссерками. был интересный вопрос из зала от мужчины — сознательно ли из фильма убрали самые яркие и жесткие конфликты, например не раскрыли тему с отцом-гомофобом или со шведскими нацистами — смешанный с обвинением в том, что фильм — полуторачасовая реклама Сильваны и её красивой гейской жизни. и режиссерки дали отличный ответ: конечно, это было сделано сознательно, они понимали, что все конфликты в фильм не уместить, к тому же им хотелось снять кино, которое просто nice, хорошее, и лично мне это кажется важным в контексте сотен фильмов об условно сильных женщинах или о лесбиянках или об ЛГБТКИА+, которые всегда заканчиваются чей-нибудь смертью или трагедией. конечно, они отражают реальность, но важно иметь перед глазами и примеры успеха и счастливой жизни людей (особенно когда это не сладкий зови меня своим именем, а реальная жизнь реальных женщин)

ну и извините, но ВОТ (обратим внимание на ноготочки 😏)

АААА ОКЕЙ.

прочитала ”перед восходом солнца” зощенко, понадеявшись на книжку о депрессии в советском союзе. получила книжку человека, победившего депрессию, с survivor bias, повторяющего “ничего не гарантирую, но делайте как я и будет результат”.

во вступлении зощенко обещает рассказать, как ему, прожившему лет до 30 с ужасной хандрой (= депрессией), удалось от этой болезни избавиться. спойлер: избавился он от неё причудливой смесью учения о рефлексах павлова и толкованием снов по фрейду (минус фаллосы и эдипов комплекс: у зощенко фрейд без секса). первая часть книги — тщательное изучение прошлого, вплоть до младенчества, в поисках события, сделавшего из мальчика миши унылого, набитого страхами невротичного мужчину. во второй части — нудные откровения/нотации, предваренные короткой лекцией о том, кто такой павлов и почему фрейд почти прав (почти — потому что пенисы автору ну 100% не снятся, он уверен).

зощенко утверждает, что вся проблема — в нескольких эпизодах в глубоком детстве, связавших определенные невинные вещи с определенной реакцией (страхом), впоследствии закрепленных еще несколькими случаями. разорвешь связь между этими вещами и страхом — станешь счастлив. звучит неплохо и вполне правдиво и всё бы хорошо, но в качестве иллюстраций зощенко приводит примеры людей, почему-то обратившихся к нему за консультацией (???) и там всё очень плохо. лучше бы были пенисы-сигары — так плохо.

одна из историй: к нему приходит женщина, беременная в третий раз — и в третий раз беременность скорее всего закончится абортом. заметив, что женщина недостаточно этим событием опечалена, зощенко начинает искать “условные связи”. выясняется, что она была беременна в 17 лет, скрывала это и в итоге тайно где-то в деревне родила мертвого ребенка. “Беременность и горе связались воедино, стали тождественны. Условный рефлекс остался. Нервные связи не были порваны даже тогда, когда изменилась обстановка. Мозг не отметил перемену в судьбе. Новая беременность вновь была воспринята как горе. “ через месяц она, разорвав “условные связи”, успешно родила. совместим эту историю с дальнейшими рассуждениями об издаваемых людьми волнах и о том, что страдание необходимо полностью искоренить, получим историю человека, которому удалось побороть невроз и который теперь этим методом планирует лечить всё подряд.

резюмируя: ставлю зощенко класс за поднятие тем, как сейчас бы сказали, тревожного расстройства и депрессии, но некласс за возведение *почти* когнитивно-поведенческой терапии в панацею и обещание вылечить всё что угодно силой мысли и воли.

мне тут рассказали миф о спартанском мальчике, которого в моем детском сборнике мифов древней греции не было (может, потому что это и не миф вовсе, а побочная полулегенда о суровой спарте), but anyway. звучит примерно так:

по Плутарху, спартанский мальчик поймал лисенка (это, как и многое другое запрещалось, но нарушение запретов, проходившее незамеченным, напротив, поощрялось) и спрятал его в одежду. в это время его вызвал кто-то из старших и завел разговор. юный герой спокойно внимал беседе, пока не упал мертвый — лисенок прогрыз ему живот.

мораль сами придумайте (миф был упомянут в конктесте беседы о жалобах на жизнь)

во-первых, мне показали стикер из категории what i never knew i always wanted. показываю и вам:

во-вторых, в честь состоявшегося на днях каминг-аута перед мамой хотелось бы завершить переформатирование этого канала в канал “я не знаю ничего кроме того что девушки — любовь, или хроники потребления лесбийского контента” кратким обзором на кино, выбранное по принципу “ради гейского теншна потерплю полтора часа”. (когда-то подруга рассказывала про знакомую, которая “очень любит кино: посмотрела все фильмы с кристен стюарт”. я по-снобистски посмеялась, но вот сейчас уже несмешно…)

1) “thelma”, 2017, йоаким триер

мистический триллер про девушку из норвежской глубинки и очень христианской семьи (“папа держал мою руку над свечкой и убрал за секунду до ожога со словами: в аду так будет всегда”), которая приезжает в университет, видит очень красивую девушку — и у нее начинаются припадки. красивая сказка с мертвыми детьми про взросление и сепарацию, а также (моей маме бы понравилось) про то, что у некоторых мысли — буквально — материальны. гей-теншн оцениваю на 9/10. ну и конечно нордическая красота всё ещё очень красивая.

2) “duck butter”, 2018, мигель артета

девушки знакомятся в баре, спят — и решают провести вместе 24 часа (каждый час занимаясь сексом, гей теншн 100/10). обычно я люблю мамблкор и инди, якобы приближенное к “жизни” кино об “обычных” людях с “нормальными” диалогами, но в последнее время все меньше понимаю, что такое “жизнь” и насколько инди-кино объясняет ее лучше, чем пафосный арт-хаус (см. ниже). инди часто забивает на элемент “как” в пользу “что” — получается никак и ни о чем. пытались сделать фильм о преходящем, о страхе близости, о влиянии родителей и вообще романтическую комедию, получился драматический комок грусти о том, что мы не меняемся и случайная европейская красотка из бара не заменит психотерапевта. ну и извините, просто процитирую броди: “The exaggerated, unambiguous expressivity and the connect-the-dots definitions of character (featuring pat confessions and reheated memories) reflect the closed-off academicism of acting workshops and screenplay pitches rather than the open-ended complexities of life”.

3) “clouds of sils maria”, 2014, оливье ассайас

во-первых, кристен стюарт, во-вторых, жюльет бинош (юппер на минималках), в-третьих, альпы. поцелуев тут нет, но теншн на 10/10. фильм о (не)принятии старости и перемен и о том, как искусство отражает жизнь (или наоборот?). продолжая телегу выше об инди и артхаусе: у ассайаса я первым посмотрела “персонального покупателя”, от которого плевалась (непонятно о чем непонятно зачем триллер мистика фу), в итоге — до сих пор помню кадры. от инди я часто в восторге — не помню ни-че-го. кино все-таки искусство визуальное, а за диалогами “из жизни” лучше идти в театр.док

4) “princess cyd”, 2017, стивен коун

фильм, найденный по запросу “lesbian movies please i’m an innocent beautiful lesbian i deserve this”. девочка, чью маму убили в детстве и которую отец теперь гиперопекает, приезжает на две недели к тете-писательнице и познает жизнь (= знакомится с дайком из кофейни и влюбляется (?)). попытка в кино о старости/юности, интеллекте/чувственности, но — все линии не докрутили. гей-теншн оцениваю на 5/10: гей есть, теншна нет.

если у вас есть для меня рекомендации — всегда рада. гейства много не бывает!

красивое из "тельмы"

прошёл год с создания канала и 21 год с рождения меня 🎂
спасибо, что читаете!

прочитала пост Адрианы Имж, и он зарифмовался с “Тиранией выбора” Ренаты Салецл, которую Алиса Таёжная упоминает в оде “Жизни Адель” и которую я случайно увидела в “гиперионе” и тут же купила, посчитав, что тут выбор за меня уже сделали.

Адриана высказывает простую, но редко в наше время звучащую мысль: некоторые вещи нам неподвластны. иногда (или часто?) мы не выбираем или же наш выбор — иллюзия. при этом большинство комментаторов отчаянно держатся за идею выбора — и их можно понять: страшно себе представить, что этой свободы нет. или даже что она есть не в 90% случаев. наше общество строится на обилии выбора — выбора карьеры, партнера, ресторана, сорта кофе, ночного крема. выбор равен в нашем сознании свободе. советские пустые полки без соевого молока — тоталитаризму.

в “Бегстве от свободы” Фромм пишет, что жажда авторитаризма — форма бегства от свободы, страха выбора, и отсюда — тяга к универсальным решениям и крепкой руке. но Фромм верно пишет и об обратной стороне: выбор значит тревожность, тотальную неуверенность в себе. он же при этом, критикуя советский коммунизм, предлагает свой т.н. демократический социализм — плановую экономику, представительное правительство (правда, решение проблемы сочетания централизации с децентрализацией оставляет будущим мыслителям).

“к человеку относятся так, будто он оказался в положении художника, превращающего свою жизнь в произведение искусства, по своему усмотрению оформляющего каждый отдельно взятый элемент жизни”, — пишет Салецл. профессорский сын — шедевр, деревенский водитель трактора не достоин и провинциальной галереи. оба — свободно выбрали быть такими.

“пока мы одержимы выбором, нам не дано увидеть, что выбор этот далеко не индивидуален, что на деле он формируется тем обществом, в котором мы живем”, — пишет Салецл. и: “когда какая-то идея начинает в какой-то момент прославляться в обществе, нужно сохранять бдительность. при коммунизме, например, так случилось с правами рабочих и идеалами бесклассового общества. в позднем капитализме это относится как раз к идее выбора”. так что, humans of late capitalism, будьте бдительны! и эмпатичны ❤️

как я провела этим летом

прочитала "историю меланхолии" карин юханнисон, шведского историка идей и исследовательницы медицины с социологической точки зрения. познавательное чтение на фоне истерик интеллигенции по поводу "терапевтического поворота" и консерваторов, называющих депрессию "чумой XXI века". несколько интересных пунктов:

• у каждой эпохи есть своя эмоциональная система норм, так называемые структуры чувств. нельзя рассматривать эмоции человека вне времени (т.е. нельзя называть меланхолию 16 века пра-депрессией, это некорректно)
• структуры чувств используются в качестве кодов социального взаимодействия и имеют классовую и гендерную обусловленность. меланхолия (как бы ее ни называли) до XX века была маркером элит (!) и исключительно мужской прерогативой
• каждое время искало свои формы меланхолии, но главный общий момент — отсутствие или утрата кого-либо или чего-либо
• юханнисон выделяет три формы меланхолии:
1) XVII - XVIII — чёрная, характеризуется телесными проявлениями и маниями
2) XVIII - XIX — серая, депрессивный и закрытый язык, эстетско-романтическая
3) XX - XXI — белая, усталость и опустошенность, первая демократичная меланхолия
• с исторической точки зрения женская меланхолия нема, а в XX веке мужская меланхолия превращается в женскую депрессию, довольно стигматизированную и утратившую ореол таинственности и скрытого таланта
• рассмотренные в рамках определенной культуры, многие симптомы являются не аномалией или отклонением, а характерным свойством этой культуры. чувства возникают свободно и спонтанно у субъекта, но формируются и контролируются социальными и культурными механизмами
• и, если про параллели: в 1920-е (Великая депрессия) человеку, который что-то из себя представляет, следовало быть нервным. необходимость постоянно адаптироваться в эпоху таких социальных перемен вызывала хроническое нервное напряжение. а теперь подумаем, депрессия — диагноз или вариант нормы в XXI веке.

Итак, пост-работа. Когда-то я писала, что в будущем один человек может за жизнь сменить 5-6 профессий. Концепция изменилась: в будущем вообще необязательно будет работать.

Несколько лет назад разговоры про пост-работу показались бы мне типичным оправданием левых меланхоликов, живущих на шее у родителей или на ренту, и убежденных, что на любой работе они тут же столкнутся с людьми, обсуждающими акриловые ногти. Но сейчас я вообще не осуждаю этих людей. Более того, я хочу жить, как они – только у меня нет родителей и ренты, но я разберусь.

Даже сейчас, когда я это пишу, я чувствую привкус капитализма во рту, это разрастающееся ощущение важности работы, которое потому так и разрослось, что исторически видит свой конец.

Работа заменила людям религию, семью и политику. На работе креатив, романы, драмы, дружба, смысл жизни. Отдых – обратная сторона работы, потому что определяет себя через ее отрицание. Если кто-то работает на нелюбимой работе, то цель жизни – вырваться и найти любимую, которая позволит “не работать ни дня”. Но редко кто выключает себя из этой гонки вообще. Редко кто ставит себе цель в другой плоскости. Секс, наркотики, рок-н-ролл – да, но они остались в 20 веке, к тому же рок-н-ролл – это тоже работа.

При этом огромная часть работы существует только для того, чтобы поддерживать рынок работ. Не очень понимаю в экономике, но суть в том, капитализм сегодня – это акула, которая умрет, если остановится. При этом плыть ей особенно некуда. Впереди только перепотребление и глобальная экологическая перманентная катастрофа.

Работа не работает. Все меньше удовлетворенных людей. Те, кто зарабатывает большие деньги, не могут получить радость, потому что стресс. Те, кто зарабатывает мало, не могут вырваться из бедности и тоже в стрессе. Уже сейчас многие виды труда существуют только для того, чтобы обслуживать другой труд, отсюда – shitty jobs – типа рекламщика, личного помощника, домработницы. Этот труд никуда не ведет, и его могли бы выполнять сами наниматели, если бы не брали на себя столько работы. Няня не нужна тем, кто работает три часа в день: достаточно детского сада, достаточно даже просто обоих родителей. Многие работы могут делать машины – привет, цифровые технологии! Прогресс не в первый раз становится причиной роста безработицы (вспоминаем французский фильм “Игрушка”), но сегодня нет смысла переживать: денег и ресурсов в мире достаточно, чтобы прокормить безработных. Сегодня не нужно требовать от людей отдавать свое время и силы во благо кого бы то ни было. Разговоры о безусловном базовом доходе часто вызывают критику именно со стороны морализаторов: как это, мы будем давать деньги людям просто так, а как же “трудиться на благо общества”. Труд становится механизмом подчинения, гарантом властных отношений и основой иерархий, а не необходимостью.

Никто не знает, что будет, если ввести безусловный базовый доход, но скорее всего, человек найдет себе другую цель, которая, возможно, вообще не будет связана с теми ценностями, к которым мы привыкли. Окажется, что есть много других занятий, не требующих конечного продукта, осязаемых следов эффективности и продуктивности. Возможно, результатом, приростом от этих занятий будет забота и счастье людей.

https://www.theguardian.com/news/2018/jan/19/post-work-the-radical-idea-of-a-world-without-jobs

прочитала ”наверно я дурак” анны клепиковой — антропологический роман, этнографическое исследование, из которого выросла кандидатская и затем — эта книга. автор проработала сначала год в детском доме-интернате для умственно отсталых (ДДИ), а затем в качестве сравнительного поля — в психоневрологическом интернате для взрослых (ПНИ). имена героев и некоторые детали изменены, но, как пишет клепикова, все основано на ее личных дневниках.

разговаривать о людях с инвалидностью, особенно не только физической, сложно. тема вызывает страх и непонимание уже на этапе обозначения: какой термин политкорректный, как тактично и правильно это обсуждать, при этом узнать про “таких людей” интересно. книга клепиковой подробно и без смущения описывает жизнь в интернатах. автор пишет про бытовые условия — как детям разминают булку в цикорном кофе, как моют общей мочалкой всех, включая больных гепатитом С, как радостно научить ребенка держать в руке ложку или сказать “да” и “нет”, что у людей нет личного пространства. про взаимодействие с “ненормальными” телами — как санитарки смеются над мастурбирующими подростками, как противна иногда слюна, даже если человек ее не контролирует, как тяжело в банный день переложить тело в ванну и странно понимать, что подопечная возбуждается, когда ее моешь, как обидно, когда т.н. умственно сохранные дети не могут говорить из-за спазмов. про систему — что у санитарок нет специального образования и они часто грубы, но им платят копейки и они выполняют физически изнуряющую работу; что раз ребенок в целом “больной”, лечить его от панкреотита нет смысла; что в детском доме есть надежда и цели — научить самостоятельно есть, пить, сажать себя на коляску, а ПНИ похож на летящий в тумане огромный “корабль дураков”.

позиция автора — волонтер, но не полную ставку, исследователь в позиции включенного наблюдения — позволила ей отстраниться от первичных эмоций и воспринимать их как объект изучения, поэтому тон у книги откровенный: не скрывается отвращение, непонимание пренебрежения гигиеной, панический страх заразиться гепатитом или ВИЧ, но тут же все это анализируется с соц. антропологической точки зрения: почему тяжело воспринимать такие тела, почему дети иногда агрессивны, почему их привязывают к кроватям. в конце книги клепикова рассказывает о волонтерах и их дальнейших судьбах. многие не смогли пойти работать в условный офис и остались в социальной сфере, некоторые взяли детей из ДДИ к себе домой. многие стали религиозными. сама клепикова, судя по профилю на сайте ЕУ, работает в социальной школе для детей с инвалидностью.

было сложно писать этот пост. вышел какой-то зародыш отстраненной рецензии. эта книга, конечно, не такой же меняющий жизнь опыт, как волонтерство, но опыт, расширяющий кругозор и границы мира и представлений о том, что такое “нормальное” тело, “нормальный” интеллект, “нормальный” человек. очень советую прочитать. если не найдете книгу, можно прочитать хотя бы эту статью клепиковой и утехина: http://anthropologie.kunstkamera.ru/07/12online/klepikova_utehin/?cut=6#14 . она лишена художественности, но даже просто факты вводят в ступор и, простите, заставляют задуматься, если вы ничего и никогда про подобные институции не читали и не смотрели.

Юля переехала во Францию учиться и пишет о нелегкой, но увлекательной жизни так, как мне стоило бы писать о Германии, только еще лучше. Люблю Юлю и ее открытия, полюбите и вы! и подпишитесь!

4 недели назад я переехала жить во Францию. До этого я много писала о духовном. Теперь наконец подниму серьезную тему. Быт. Сегодня у меня две заботы: купить зубную пасту и постирать вещи. Я часто хожу в магазин, вот вчера вечером там была, но совершенно забыла про то, что зубы чистить нечем. Выдавливала перед сном и сегодня после завтрака остатки из тюбика, соскребала щеткой то, что не выдавилось. Надела после душа последние чистые трусы... я хотела сходить в прачечную в воскресенье, но после приседаний в субботу у меня жутко болели мышцы, я старалась вообще не двигаться и проторчала весь выходной дома. В понедельник я сто проц займусь стиркой, думала я утром, но потом пары, библиотека, меланхоличная прогулка по городу и опа, прачечная закрывается через полтора часа, надо срочно туда бежать, но мышцы все еще адово болят, так что бежать я не захотела. И так в моей жизни этот месяц примерно со всем. Сама не сделаешь- никто за тебя не сделает. Мне нравится жить в чистоте. Но ее так сложно поддерживать:( в Москве у меня был прекрасный быт, домой приходила убираться женщина, поэтому на меня редко ложились хозяйственные обязанности. Но тут я зареклась мыть пол раз в неделю, а посуду всегда перед сном и выходом из дома( ...чтобы извне возвращаться в опрятную среду...) пока что я держу обещания, но чем дальше заходит учеба, тем сложнее мне концентрироваться на хозяйственных нуждах. На прошлой неделе, например, я все время выкидывала продукты: то сваренную фасоль, то подгнившую тыкву, то залежавшееся куриное филе. А это ведь денег стоило((( Все время надо быть начеку, выстраивать рацион по мере порчи продуктов или два раза на дню ходить в супермаркет. Нельзя просто взять и сделать полезное дело, например, помыть окно. Сначала следует продумать, а чем его мыть, а как, а где купить то, чем мыть. В первые дни я слонялась по окраине Греноболя по гипермаркетам в надежде найти эквивалент Росхозторга. Шел дождь, все бесило, я никак не продвигалась в поиске. Потом постепенно я приобрела и тряпки, и щетки, и брызгалки.
Однажды захотелось выпить чай. Но дома его, естественно, не было, не то, что в Москве. Там имеется отдельная полка с разными трввами, настоями и заварками....
В общем, я могла бы долго продолжать в том же духе.
Но дело в том, что я начала писать этот пост утром, в надежде на светлое будущее со стиркой.
В итоге 22:20, я пьяная посреди Греноболя, вещи грязные, трусы помою вручную, в прачечную схожу наверное завтра. Мораль- взрослая жизнь САКС!!

мой папа любит говорить, что в жизни есть три удовольствия — сон, еда и женщины. я бы добавила, что идеально — совместить последние два (😉) (it's cuffing season, don't judge me). тиндер я удалила, потому что игровая механика меня и мою самооценку медленно уничтожали, поэтому остаются женщины в кино. нетфликс, конечно, молодец со своими точными категориями а-ля "Comedy With A Female Lead Who Is Strong But Single" и "Female Stand-Up Comedians On How To Teach Your Man To Pick Up His Socks", но они не спасают, потому что главного душеполезного раздела "Funny Or Die Movies With Mostly Female Cast and At Least One Lesbian" там нет, приходится методом тыка (😉😏) искать самой. если мама вам тоже запрещала досматривать вечерние фильмы по СТС и/ли закрывала глаза на той самой сцене из "голубой лагуны", это подборка разного качества фильмов, которые я посмотрела за последнее время, для вас.

"miss congeniality", 2000, dir. donald petrie

кто не мечтал посмотреть фильм, сюжет которого — превращение сандры буллок из красотки в красотку? вот и всё, вот и не надо тут. если вы тоже смотрите культовые ромкомы с непозволительной задержкой, то фильм — наслаждение ламповым поп-феминизмом из нулевых с наивной истиной: можно быть и с ноготочками, и с накачанными бицепсами — и оставаться женщиной (тм), и даже найти мужика, который через хрюкающий смех, медвежью походку и измазанное кетчупом лицо, которыми тебя наградил режиссер-постановщик, сможет разглядеть в тебе сандру буллок. в целом из 2018, где, например, уважаемую либеральную институцию ниу вшэ шеймят за проведение конкурса красоты, смотреть такое кино довольно странно, хотя вот мой любимый момент вполне прогрессивен: одна из вышедших в топ-10 финалисток конкурса красоты героинь кричит со сцены "ДЛЯ ВСЕХ ЛЕСБИЯНОК — ЕСЛИ Я СМОГЛА ДОЙТИ ДО ТОП-10, МОЖЕТЕ И ВЫ" и признается в любви своей девушке, сидящей в аудитории с плакатом.

"D. E. B. S.", 2004, dir. angela robinson

великий фильм, если у вас есть чувство юмора и если не любовь, то хотя бы толерантность к трешу и абсурду. кэмповые "ангелы чарли", но со школьницами, а главная злодейка — лесбиянка, которая ходит на свидания вслепую с русскими киллершами. абсолютно дикое кино, где девочки бегают на каблучках с пистолетами, на засадах пилят ноготки, в свободное время пишут научные работы о злодейках-лесбиянках, а руководит ими холланд тейлор (которая встречается с сарой полсон и богиня). охуенно, правда?

"the feels", 2017, dir. jenée laMarque

наконец-то моя любимая категория — инди-фильмы про лесбиянок, действие которых происходит в загородном доме, потому что так дешевле снимать. две девушки собираются пожениться, но вот незадача — одна из них имитирует оргазмы и не кончает. в честь этого на протяжении всего фильма, где друзья пытаются указать невестам на их недостатки и помочь склеить непостроенный брак, мы смотрим, как герои этого фильма рассказывают о становлении своей сексуальности и как они (не) испытывали оргазмы, например скатываясь по канату на физкультуре. если вам очень не хватает репрезентации (вы либо лесбиянка, либо не кончаете), посмотреть можно, но из такой задумки мог бы получиться фильм получше.

бонус: "the intervention", 2016, dir. clea duVall

понятно, конечно, что главная роль клеа дювалл была в фильме "зодиак", но лесбиянка, постоянно играющая лесбиянок (моя любимая ее роль — в прекрасном сериале "VEEP"), а теперь ещё и снимающая фильм с лесбиянками в загородном доме (да, денег на такое пока не выделяют, но вот я разбогатею и создам фонд кино о лесбиянках в любых домах и квартирах и будет всем счастье), вызывает уважение. в фильме с оргазмами проблем нет, но то, что начинается как попытка заставить страдающую пару развестись, оборачивается вскрытием проблем во всех парах спасателей-самозванцев, а посмотреть на то, как встретившиеся после фильма "but i'm a cheerleader" и 17 лет разлуки наташа лионн и дювалл красиво ссорятся, всегда приятно, особенно одиноким осенним вечером

лишь пару часов назад осознала, что произойдет завтра: мой рассказ прочитают на вечеринке в честь двухлетия WLAG (t.me/wlagrussia/269). сам по себе факт написания рассказа — уже шок, но его кто-то прочитает, люди его услышат, ?????? моя жизнь это полный girls

тут все реже появляются личные посты, а мне все сложнее делать личное интернет-публичным, но хочу проговорить — прежде всего для себя — одну вещь. в школе у меня было много фантазий, мечт и амбиций по поводу жизни в москве: что я буду учиться в определенном месте, вращаться в определенных кругах, встречаться с девушкой (тут стандарты пониже были, никакой определенности), работать в определенном месте. я читала фейсбук, подписывалась на медийных (тм) личностей, листала афишу, думала: ну, вот конечно очень вряд ли, но вдруг я тоже дорасту. понимаю, что сейчас над этим только посмеяться можно, но у меня были четкие иерархии — и очень хотелось куда-то наверх, к этим классным людям (тм), в классные места.

отступление: была в среду на показе фильма "моего брата зовут роберт, и он идиот". так назывался фильм, и длился он три часа, и как минимум половину его я боролась со сном, со скукой, глубокой и нескончаемой, не поддающейся рефлексии или осмыслению. в зале было душно и тесно, на экране — герметичное пространство брата, сестры и Хайдеггера. не определилась, что тут думать, но врезалась вырывающаяся из природного мира фильма концовка о том, что такое мелодия, что такое пауза и что длинная пауза есть время.

так вот: если долго-долго грезить, можно не заметить, что ты не просто одной ногой в мечте, ты в ней давно живешь, позабыв, что всё это нынешнее когда-то было седьмым небом, а не привычной родной землей.

у издательства “common place” есть серия «Ѳ» про художественную и мемуарную прозу забытых русских писательниц XIX-XX веков, в рамках которой недавно вышла “аничкина революция” натальи венкстерн. ни о книге, ни о венкстерн я ничего не слышала раньше, купила на нонфикшн, потому что такие инициативы нужно поддерживать, ну и вообще стараюсь больше женщин читать, восстанавливать историческую несправедливость.

книга очень грустная и очень смешная, особенно потому что уже в начале понимаешь, как сейчас всех институток буквально выметет революция, а особо нежных — просто сломает. наивной Аничке и подавно достается: сначала она влюбляется в офицера, который все интересуется, сколько ей принадлежит сервизиков, потом — в улыбчивого женатого заведующего, который по канону говорит, как с ней чудно и прекрасно, и какая жена тварь, и как хорошо держать такую хрупкую любовь в секрете томных вечеров.

у меня есть какое-то представление о языке русской прозы 20-х, но я не ожидала, что будет так надрывно и кинематографично: у венкстерн получается сохранять ироничный, но сочувственный авторский нейтралитет, создавая при этом правдоподобных фройляйн Клавдий и истопников Герасимов. и контраст до/после революции передается в том числе и языком: из напомаженной речи невинных институток — к резким и решительным советским соседям по этажу. очевидно, конечно, что венкстерн нового советского человека (тм) не жалует, но и старого дворцового не жалеет.

почитайте, если хотите не нонфикшн и не мужской а-ля тихий дон и пот полячек взгляд на революцию и буквальный переворот жизни женщины, которая и к существованию в старом укладе была не подготовлена (потому что патриархат).

прочитала “плод познания”, комикс о власти и вульве шведской комиксистки лив стрёмквист. книгу выпустило издательство “no kidding” (совместно с “комфедерацией”), aka лучшее и самое важное сегодня издательство, так как они уже купили права и переводят, например, великую крис краус и ”i love Dick” и великую айлин майлз и “inferno”. у них есть подписка, которую ещё можно успеть оформить себе или в подарок (великолепный подарок на новый год, гарантирую 100% кайф) вот тут: http://no-kidding.ru/subnoscription. не только выгодно, но и душевнополезно.

мой опыт прочтения “плода познания” идеально описывается расхожей цитатой из подходящего источника: “во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь». скорбь моя за годы погружения в феминизм умножилась неоднократно, и скорбь стрёмквист, очевидно, тоже, поэтому она, кажется, немножко прячется за жанр комикса, за едкую иронию, которая должна была сбить пафос рассказа об исторической несправедливости и мерзких мертвых белых мужчинах.

вероятно, я вчитала в книгу своё отчаяние и свою безысходность: больно и грустно читать не просто об исторической борьбе женщин за право на свое тело и свою сексуальность, а о том, что борьба идёт, жаль только жить в прекрасную пору победившего феминизма вряд ли придется. стрёмквист пишет, что патриархат очевидным образом завязан на власти, а чувствовать, что у тебя как у женщины власти до сих пор меньше, а где-то и вовсе нет, страшно, страшно и неприятно осознавать себя в некоторой степени жертвой истории — никому не хочется быть жертвой (см. отличный фильм “the tale” на эту тему).

чтобы не заканчивать текст на моих фрустрациях, скажу, что книга действительно познавательная: в ней много деталей про историю восприятия женского тела, вульвы, оргазма и месячных, о которой в учебниках не напишут, но которая придаёт сил и понимания, что плохо было не всегда, а значит, не всегда будет.