— да ладно тебе, Арте, мы двадцать пять лет уже вместе, а ты до сих не можешь смириться с тем, что твой брат глупый? хи-хи~.

— не волнуйся, Арте, я же не какой-то ублюдок, чтобы заставлять тебя брать работу за двоих на себя. работать будет он. а что ты можешь мне подкинуть? Джозефа?? ой, фу, какой ужас, зачем я об этом подумал. ;_;

— ува~а, я устал. глаза уже сами закрываются, поэтому я лягу спать. занимать чужую кровать, наверное, невежливо, но у меня просто нет сил дойти до своей комнаты. да и Джозефу поделом будет, ха.
...только если он не захочет лечь рядом. в любом случае, спокойной всем ночи. ♡

— ...ёб твою мать. я аж забыл, что вчера остался спать здесь, и чуть со страху не умер. хотя, честно говоря, несмотря на тесноту, спать было удобно. Джозеф не такой уж и противный во сне, оказывается. я вспомнил, как... как мы с Гретель иногда после игр засыпали вместе с Адамом... это не может не вызывать у меня тёплых чувств.
...я скучаю по своим родителям.

— ой, правда?? я даже и не понял этого. в детстве она выглядела немного иначе, а сейчас как будто стала меньше и тоньше, а платье наоборот увеличилось. а что у неё с памятью, она помнит нас или забыла?

— так давай спросим? леди Баника-а-а!! а вы нас помните?? нам очень важно это знать, а то вдруг вы забыли, и мы умрём от грусти. помните??

— видишь, Арте, нас помнят. леди Баника, вы такая... такая... маленькая... вы не знаете, что случилось?? обычно вы выглядите повыше и побольше, но сейчас похожи на подростка. кажется, лет десять назад такой были, точно.

— так, думаю, разобраться с этим нужно будет завтра, а сейчас спать, у меня голова кругом. надеюсь, что мне хотя бы сегодня не приснится ничего страшного, странного или грустного. поэтому до за~автра, всем спокойной ночи. ♡

— Мва~ах, доброе утро... мне снилась какая-то белиберда всю ночь, но я выспался и... э??

Протерев глаза после сна, Полло ощутил что-то постороннее на мизинце своей руки и перевёл взгляд туда, с интересом обнаружив на нём обвязанную вокруг тонкую красную нить.

«Как странно, вчера ничего подобного не было», — подумал он, трогая её свободными пальцами. Казалось бы: обычная нить, словно кто-то решил сыграть над ним шутку, но было ещё несколько нюансов.

Во-первых, незачем кому-то это делать. Во-вторых, нить тянулась через всю комнату и выходила наружу. Обычной на такое расстояние либо не хватило бы, либо она бы просто-напросто порвалась.

— М... наверное, стоит пойти за ней и проследить, — с этой мыслью он слез с кровати, оделся и побрёл по тому направлению, куда вела его нить.

Мало того, что нить шла до самого коридора, но и заворачивала за угол, выходя на улицу. Тяжко вздохнув, Полло пошёл вперёд по направлению к входной двери, по пути поймав на себе недоумевающий взгляд Джозефа и хихикнув.

Итак. Внутри Полло уже умер и похоронил со всеми почестями. Второй конец чёртовой нитки не было даже видно, и она бесконечно тянулась куда-то до горизонта и дальше. Невероятно. Замечательно. Просто прекрасно.

— Клянусь, я убью человека, который это придумал, — Полло выдохнул, считая до десяти, и более уверенным шагом направился вперёд.

...Это продлится ещё очень и очень долго.

Очень повезло, что путь был достаточно лёгким, чтобы не умереть, к примеру. Никаких ям на дороге или прохода через лес; просто идти прямо и не думать ни о чём — это ведь так хорошо, правда?

И, конечно, плюсом в карму шёл тот факт, что сейчас день, а не ночь. Даже Полло побоялся бы идти не пойми куда в темноте, не имея при себе никакого источника света, чтобы освещать путь перед собой.

«Интересно, как скоро Арте заметит, что я куда-то пропал?», — Полло прикусил краешек губы, задумавшись о сестре. Единственным, кто его заметил, был Джозеф, но на него-то уж можно положиться в этом плане. Наверное.

Выпрыгнувшая откуда-то рыжая кошка проскочила прямо перед ногами, вынудив Полло споткнуться и, потеряв равновесие, упасть назад. Нить ещё сильнее натянулась — должно быть, если на том конце какой-то человек, то он тоже упал.

Неловко вышло, подумал Полло, но это не могло его не рассмешить.

Валяться на земле не очень хотелось, поэтому Полло встал, отряхнулся и пошёл дальше. Впрочем, спустя секунду или две он замер на месте. Нить стала ощутимо свободнее и не так сильно натянутой; неужто почти дошёл?

Ещё несколько десятков метров были пройдены, и он завернул за угол, надеясь, что скоро уже достигнет цели и от усталости сдохнет где-нибудь в лесу, но, видимо, в этот раз судьба, боги или демоны решили поиграть ещё.

Едва зайдя туда, Полло со всего размаху врезался в какой-то высокого человека, идущего в противоположную сторону. От столкновения он не удержался и вновь упал на землю, чувствуя, как место падения начинает болеть.

От человека, к слову, пахло чем-то приятным — для леди Баники была бы хорошая приправа, и Полло поднял голову, пытаясь вглядеться в лицо.

...«Слишком знакомое».

— О как. Ты бы глаза открытыми держал, прежде чем помогать, тупица.

Полло недовольно, даже в какой-то степени злобно чихнул от поднявшейся из-за собственного падения пыли, после чего неуверенно взялся за чужую руку в белой перчатке.

«Боится об людей испачкаться?», — подумал он, задержавшись на мгновение и сжав его пальцы. Смешной какой-то: вроде молодой, а такое ощущение, что работает много и живёт примерно лет двести, как Эллука Клокворкер. Та ещё идиотина, к слову.

Склонив голову к плечу, Полло сперва рассмотрел синие волосы незнакомца — ещё один марлонец? — затем лицо, чьи черты, слава Левии, не были похожи на кое-чьи, и после перевёл взгляд на руку.

О, ну да, конечно, кто бы мог подумать, действительно. Именно к его руке была привязана красная нить, из-за которой он страдает последние пару часов. Ужас, самый настоящий ужас. Кошмар.

— А, так ты этот. Тот. Который мне тут мешает, да? Ну, — Полло указал на нить, — вот это. Ты понял??

Если этот странный ужасный мерзкий отвратительный нелепый тупой синеволосый парень был по какой-то не менее странной ужасной мерзкой отвратительной нелепой тупой причине связан с ним, остаётся только одно — смерть.

Разумеется, Полло в своём уме и не стал бы убивать кого-то, кто любым образом имеет с ним связь, однако шкала неловкости ситуации поднялась до Небесного двора. Представить себе подобное равносильно тому, чтобы чокнуться.

Он же синий. Полло снова начал разглядывать его лицо. Вполне симпатичный, насколько он мог судить, будучи парнем. На таких обычно женщины и попадаются, а потом оказываются брошенными и ненужными, но Полло, во-первых, не женщина, во-вторых — не настолько тупой.

— Из-за меня упал? Хочешь, ещё раз толкну?

Полло не сдержался и издал смешок, улыбаясь уголками губ и с более миролюбивым взглядом, чем до этого.

— Ты бы хоть представился, неженка, а то сразу с наездами. Очень некультурно с твоей стороны.

— Начинают только девочки, а я заканчиваю, я же Мальчик Конца.

Глупо было полагаться на то, что этот глупый парень поймёт, но нельзя было не сказать. Маркиз, значит. Каспар, значит. Бланкенхайм, значит.

«Да нихрена не значит!», — воскликнул Полло в своей же голове, про себя отмечая, что такую фамилию и подумать-то сложно, не то что выговорить. И как ему, интересно, живётся с такой тяжестью? Должно быть, не сильно легко.

Но теперь ему нужно самому представиться, а упустить шанс покрасоваться просто нельзя. Полло усмехнулся; прижал одну ладонь к груди, вторую руку отвёл в сторону и сделал полупоклон.

— Полло Ньезе Кончита к вашим услугам, неуважаемый синий господин, — проговорил он, очень жалея, что Арте сейчас его не видит; уж она-то наверняка посмеялась бы с такой сцены. — Я слуга госпожи Баники Кончиты, известной в Вельзении и за её пределами как Злобная Пожирательница Кончита. Вот, теперь мы знакомы?

План действий? Серьёзно? Он в самом деле такой странный или просто притворяется? Или, о боже, у него произошла психическая травма после их встречи? Как жаль, мозг значит отупел.

— Насколько далёкий тебе нужен? Мы могли бы пожениться и завести детей, но, к твоему сожалению и моему счастью, это невозможно как физически, так и морально.

После этих слов он помолчал пару секунд, глядя на ошалевший взгляд маркиза, и взорвался смехом, обняв себя руками.

— Да господи, я шучу!! Я не такой стрёмный, как может показаться. Честно говоря, Каспар Блин-какой-то-хам, я совсем не знаю, что делать в такой ситуации.

И это было чистой правдой: Полло ни разу не попадал в столь неловкое и непонятное как для него самого, так и наверняка для Каспара положение, поэтому не имел ни малейшего представления о дальнейших действиях или хотя бы мыслях.

Каспар... На языке его имя прозвучало иначе, чем в голове. Полло нарочно произнёс его медленно, словно пробуя на вкус, и оно оказалось достаточно приличным, чтобы не скривиться от отвращения. «Арте» звучало иначе, пусть ему и нравилось звать сестру по имени.

Странное чувство в груди.

— И да, можешь звать меня на «ты», всё-таки не просто незнакомцы. Да, Каспар?

Слишком странное.

От того, как Каспар произнёс его имя, по коже пробежали мурашки, а после изнутри всё наполнилось приятным теплом. Внезапно захотелось почувствовать то же самое в гораздо больших размерах, но, наверное, рано думать о таком.

— Что ты имеешь в виду под знакомством поближе?

Задержав дыхание, Полло сделал шаг вперёд, подходя ближе — практически вплотную, едва ли не касаясь его кончика носа своим, и, выдохнув, произнёс шёпотом:

— Вот так?

Шутки шутками, а вот доводить до смущения всё-таки не было большого желания, так что он отступил и улыбнулся.

В человеке важна душа. Душа Каспара была скрыта глубоко внутри, прячась под рёбрами и сердцем; Полло не умел видеть насквозь, однако где-то в своей душе понимал, как ему... одиноко? Жесты, мимика и поведение говорили о многом.

Он взял его за руку, где была привязана нить.

— Ты пробовал её развязать?