Поддерживаю, Фёдор Михайлович, дурацкая поговорка. Хорошего должно быть много

Зачем «хорошего понемножку»? Чем больше его, тем лучше, – вот моя мысль.

1873 год
51 год

Хан Ган. Вегетарианка.
Итак, Нобелевский лауреат этого года по литературе Хан Ган, Южная Корея.
Целый спектр эмоций от "Вегетарианки", от недоумения и раздражения до понимания. Если коротко - сильная, важная, но очень депрессивная книга.
История в трёх частях о женщине по имени Ëнхе, которая, однажды, увидев кошмар, перестала есть мясо.
Первую часть истории рассказывает муж Ëнхе, вторую - зять, муж старшей сестры, третью - сестра. В зависимости от рассказчика меняется и стиль повествования, очень хорошо передавая характер героев и их взгляд на ситуацию.
В аннотациях "Вегетарианку" называют историей одного бунта, я бы назвала это историей психического заболевания (в итоге даже оказывается, что не одного) как реакции на явное и скрытое насилие.
У меня довольно смутное представление о корейском обществе и семейном укладе - отдельные статьи, кино, та же "Госпожа Ким Чжи Ëн, рождённая в 1982 году", (пресс-тур туда и не в счёт, это немного о другом). Судя по всему, общество в этой стране очень традиционное, консервативное, и традиционность эта не предполагает особого разнообразия выбора у женщины - ни в детстве, ни во взрослом возрасте. И не важно, зависит ли она материально от мужа, как Ëнхе, которая не ходит на работу, подрабатывая из дома, или тащит на себе семью за счёт построенного собственными силами небольшого бизнеса, как её сестра.
И вот Ëнхе взбунтовалась единственным доступным ей способом - слетев с катушек,- ибо вегетарианство её - не осознанный выбор, а следствие заболевания.
Никто не ожидал такого от этой заурядной во всех отношениях женщины. Если мать и сестра обеспокоены здоровьем Ëнхе, то отца и мужа, кажется, больше волнует отход от социально приемлемой нормы и личный дискомфорт. Не хочешь мяса? Затолкаем. Не хочешь секса? Потерпишь.
Находится в семье человек, которого инаковость Ëнхе цепляет и становится для него идеей фикс, - муж её сестры. Но выясняется, что этот весь из себя творческий, тонко чувствующий, бегущий от рутины и быта художник - та еще скотина. И Ëнхе для него тоже не субъект, она объект приложения его творческих (и прочих) фантазий.
Ужасно читать, как явно нуждающийся в помощи человек подвергается жесткому давлению, насилию и ещё глубже погружается в болезнь и в отрицание собственной телесности.
Единственный приличный человек в этой семье - это старшая сестра, и её ужасно жаль.
"Вегетарианка" получилась очень дискомфортной (для меня так точно), полной физиологических подробностей, но впечатление произвела большое. Думаю, очень важно, что такие книги - о скрытом насилии, о подавленных, но не пережитых травмах - появляются, и очень интересно, как восприняли эту книгу в самой Корее.
Но, пожалуй, повременю с чтением книги Хан Ган "Человеческие поступки" о волнениях в Кванджу, она обещает быть ещё сложнее.

Свою тяжелую руку отец опускал только на вторую дочь. Что касается их брата Ёнхо, то он рос без подобных страданий, и, если ему доставались отцовские тумаки, вымещал свою обиду на соседских мальчишках. А сама она вместо уставшей до смерти матери варила похлебку, которая облегчала ему похмелье после очередной попойки, и он волей-неволей лишь к старшей дочери относился с осторожностью. Ёнхе же, послушная, но честная и прямая, не умевшая угождать отцу, молча, никогда не сопротивляясь, терпела все его притеснения, и они пропитали ее до мозга костей. Теперь она знает. Знает, что ее преданность, с которой она как старшая дочь относилась к отцу, идет не от раннего взросления, а от трусости. Знает, что это был всего лишь один из способов выживания.
Хан Ган. Вегетарианка.

Чинуа Ачебе. Все рушится (Things fall apart).
Наш книжный клуб продолжает расширять горизонты, в этот раз читали Чинуа
Ачебе - классика нигерийской литературы, получившего Букера за роман "Все рушится" (опубликован в 1958, Букер - в 2007 гг).
В романе описывается повседневная жизнь одной из общин народа ибо (игбо) до прихода белых людей: труд в поле, быт, религиозные обряды, свадьбы и похороны, состязания воинов и проч. Эта жизнь подчинена своим законам и своей внутренней логике, базирующихся на верованиях и опыте предков. Некоторые бессмысленно жестоки, как, например, необходимость избавляться от новорожденных близнецов, но воспринимаются жителями деревни как данность (но это не значит, что совсем никто не задумается, почему так). И вот приходят белые люди, которые приносят свою религию, свои законы и порядки, и привычный мир начинает разваливаться на части. Тема колониализма и вопрос, является ли желание европейцев "цивилизовать дикарей" благом для последних, не были новыми и на момент выхода книги. Но это один из тех случаев, когда процесс описывается от лица местных жителей. Мне кажется, этим в том числе и можно и объяснить язык книги, простой, лаконичный, словно это детская сказка (когда только начала читать, моментально перед глазами всплыла моя детская книга "Сказки народов мира"). Возможно, в том числе и поэтому в своём романе Ачебе опирается именно на устную повествовательную традицию.
Конечно, это не самое захватывающее чтение, но определенно заслуживает внимания тех, кто хочет выбраться за рамки привычной европейской литературной традиции. Правда, это чтение требует некоторой перенастройки внутренней оптики.
"Все рушится" - первая часть трилогии, будет интересно почитать следующие две части "Покоя больше нет" и "Стрела бога" и сравнить их.

Алексей Сальников "Когната"
Ещё один книжный сериал на "Яндекс Книгах", в этот раз от Сальникова, в аудио- и текстовом формате. Я, конечно, дождалась выхода всех эпизодов, чтобы не мучаться ожиданием.
"Когната" - взрослая сказка на стыке фэнтези и фантастики, с элементами антиутопии. Мир здесь разделён на три части, первая принадлежит людям, вторая - драконам. Люди строят коммунизм, у драконов уже сложилось что-то типа капитализма, с вечной борьбой аристократических кланов (но убежденные коммунисты тут тоже случаются). Драконы отличаются от людей цветом и прочностью кожи, голубой кровью и способностью летать и изрыгать пламя. Впрочем, последнее умеют делать не все, а только аристократическая верхушка. После кровопролитной войны между людьми и драконами установился шаткий мир. Их территории отделяет некая аномальная зона под названием Зеркало (привет Стругацким?), которая изначально была создана драконами, чтобы помешать неконтролируемому перемещению через границу, но спустя время Зеркало зажило по своим никому не понятным законам.
Периодически Зеркало выбрасывает драконьих и человеческих детей на противоположную сторону, и их нужно возвращать обратно, чтобы не нарушить равновесие. Здесь водятся самые невообразимые создания - мальчик с бомбой внутри, говорящий танк Вадик и привычные вампиры и русалки, но есть и островки нормальной жизни.
Молодому, но изрядно покалеченному при исполнении служебных обязанностей сотруднику людской спецслужбы Константину поручено провести через Зеркало и доставить домой драконью девчонку Когнату. С драконами тот неплохо знаком (был в плену), а кроме того относится к меньшинству способных ходить через Зеркало. Ситуация осложняется тем, что находится немало желающих с обеих сторон помешать этой миссии.
Повествование нелинейное, нас периодически отбрасывает в разные периоды жизни Константина и его проводника, что помогает лучше понять происходящее в настоящем. И человеческий коммунизм, и драконий капитализм выглядят одинаково так себе, а люди и драконы - очень по- разному, порой между некоторыми людьми и драконами гораздо больше сходства, чем у личностей одного вида.
При всей моей любви к книгам Сальникова и со скидкой на сериальный формат мне показалось что "Когната" получилась недокрученной, потенциал сюжета не раскрыт до конца, осталось ощущение незавершенности истории (м.б можно ждать продолжения?). Я сначала читала, потом слушала, в аудио история выглядит лучше.
Впрочем, как бы то ни было, "Когната" все равно затягивает, хватит и на отвлечься, и на подумать. Я же после пошла перечитывать великую пьесу Шварца "Дракон".

Рубрика #цитаты

Хемуль просыпался медленно, он узнавал сам себя и хотел быть кем-нибудь другим, кого он не знал. Он чувствовал себя еще более усталым, чем в тот момент, когда ложился, а ведь сейчас начинался новый день, который будет длиться до самого вечера, а за ним пойдет еще день, еще и еще, и все они будут похожи друг на друга, как дни хемуля.
Туве Янссон. В конце ноября.

Вера Богданова. Павел Чжан и прочие речные твари.

Что ж, ещё одна звезда современной российской литературы. У Веры Богдановой уже три романа, я пока познакомилась с первым (отличный) и совершенно точно буду читать остальные. "Павел Чжан и прочие речные твари" - вещь многожанровая: тут и антиутопия, и киберпанк, и социальный роман, всё три составляющих органично подсвечивают друг друга. Тут о неутешительных перспективах общественного развития, влиянии застарелых психотравм на личность и ее судьбу, внутренних конфликтах, несвободе личной и глобальной, системном насилии.

СЕТТИНГ

Действие романа разворачивается в конце 40-х годов этого века. Российская экономика обвалилась вместе с рублём, в роли спасителя выступил Китай, который теперь полностью её контролирует. Россия, по сути, поглощеннвя восточным соседом, вступила в Союз Азиатских государств, где главенствует Китай, в стране теперь ходит юань, мода на всё китайское, повсеместное изучение китайского языка и проч. Многим вершиной карьеры видится переезд на работу в Пекин.
It- индустрия захватила общество: ar-очки, планшеты, соцсети уже не просто часть жизни общества, они, по большому счету, ею управляют. Настолько, что особо зависимым приходится отправляться в специальные рехабы. В Китае уже проведена всеобщая чипизация, готовится проведение этой же процедуры в России. В обеих странах действует сопротивление "Контрас", которые рассказывают о катастрофических последствиях тотальной цифровизации и устраивают диверсии.

СЮЖЕТ
Главный герой книги Павел Чжан, рано осиротевший полукровка - отец китаец, мать русская - талантливый специалист, работающий в русском отделении китайской корпорации "Диюй". Он попадает в проект по совершенствованию человеческих чипов, и всё идёт хорошо, сулит успех и вожделенный переезд в Пекин, пока во время благотворительной поездки в детдом со своей девушкой он не сталкивается с педофилом Костей, которому директриса детдома, куда он попадает в детстве, "сдавала" Павла в пользование за деньги. Павлу в своё время удалось вскрыть этот нарыв и обнародовать происходящее, директриса села, а Костя исчез. И теперь весь проект Павла может вот-вот улететь в тартарары, потому что он одержим одной мыслью: разоблачить и наказать. Он начинает следить за Костей, а параллельно изучает тематические ресурсы в сети и внезапно осознает катастрофический масштаб проблемы насилия. У его напарника свои проблемы: бандиты хотят разрушить успешный бизнес. Времена новые, а люди и проблемы всё те же.
Вожделенный Китай, куда Павел всё же попадет, оборачивается фальшивкой и приведёт совсем не к тому, чего можно было ожидать.

АД ЛИЧНЫЙ И ОБЩЕСТВЕННЫЙ

Название компании, где работает Чжан, равно как и названия частей книги, не случайны: это отсылка к одной из концепций ада в китайской космологии, основанной на буддистских догмах и местных верованиях. Диюй - подземное узилище, отчасти чистилище, отчасти - ад, куда попадают души умерших, судьба их и время между смертью и перерождением зависят от их жизни и наличия или отсутствия грехов. Диюй состоит из 10 судилищ, в первом есть Цзичан (двор голода) и Кэчан (двор жажды). Некоторые души могут переродиться уже после первого судилища, спустя семь дней после смерти, остальные отправляются дальше, в каждом из уровней они предстают перед местным царём, который определяет их дальнейшую участь.
В последнее судилище Вансычэн попадают "умершие зря" - самоубийцы. Сначала они перерождаются на земле голодными демонами эгуй, а спустя положенное время оказываются в Вансычэне - навсегда.

Дальше уже будут спойлеры, поэтому остановлюсь здесь.
Это точно стоит прочесть.

Очень медленно читается в последний месяц, сложно сосредоточиться совсем, так что новых отзывов я сегодня сюда не принесла. Посему ридерз дайджест.
Потихоньку продвигаюсь в нескольких направлениях:
- ковыряюсь в Ветхом Завете - в рамках подготовки к встрече книжного клуба. Дошла до книги Числа, ужасно скучная, хочется уже перейти к Песни песней, например. Случайное маленькое открытие: российский фантаст Лукьяненко имя главного злодея - Завулон - для своих "Дозоров" выцепил именно из Ветхого Завета.
- перечитываю Гоголя - для ещё одной встречи книжного клуба, сейчас на "Мёртвых душах". Все эти помещики, которые в советской школе обозначались олицетворением пороков, кажутся обычными людьми, пусть и никчемными (не все), вызывают жалость. (Манилова даже в чём-то могу понять).
- кажется я готова полюбить Алексея Иванова, а он раньше вот никак не шёл у меня (исключение - "Пищеблок"). Сейчас на втором томе " Тобола", полный восторг. Что удивительно, не читаю, а слушаю, видимо, начинаю привыкать к аудиоформату. Ну и Иван Литвинов - волшебный чтец.
- прочитала у Юзефович и Завозовой про популярную у широкой публики серию книг Владимира Дашкевича о расследованиях графа Аверина. Это такой магический детектив, guilty pleasure, массовая литература, о чтении которой серьёзным людям, читающим серьезную литературу, рассказывать вроде как неловко. Пошла читать - очень хотелось отвлечься. Что ж, со своей функцией справляется и скроено ладно.До Акунина, с которым сравнивает его Галина Юзефович, увы, не дотягивает, но атмосфера похожая. Действие происходит в альтернативной исторической реальности - в 1980-х годах. В России сохранилась монархия - потому что в гражданскую войну победил Колчак. Россия - светское правовое государство, с работающими законами. Мир населён не только людьми, но и дивами, русалками и прочими магическими существами. Среди людей есть колдуны, наделённые от природы магическими способностями, это явление повсеместное и вполне обыденное. Граф Аверин из таких - сильный колдун и частный сыщик. Дивы - изначально враждебные человеку существа со множеством личин, но колдуны научились с ними справляться и брать в услужение, есть даже дивы на госслужбе, например, в полицейском управлении. У Аверина очень симпатичный див Кузя - иногда полосатый кот, иногда - любопытный подросток. Что понравилось: преступления распутываются без помощи магии, а методом дедукции, магия лишь помогает решать возникающие по ходу проблемы.

Помимо зимних сказок Андерсена и "Рождественской песни" Диккенса, есть и другие, менее очевидные истории для того самого зимнего рождественско-новогоднего настроения, которого так хочется, но не всегда складывается. Ниже немного рассказов для настроения. Первые три - любимые, но хорошие все.
1. О'Генри. Дары Волхвов. - о волхвах среди нас
2. Трумен Капоте. Воспоминания об одном Рождестве. (Писала тут)
3. Александр Куприн. Чудесный доктор. - рождественская история о Николае Пирогове - гениальном медике и большом человеке.
4. Константин Паустовский. Снег - очень грустное, светлое и обнадеживающее
5. Чехов. Страшная ночь. Ночь на кладбище - ужасно смешные истории
6. Аркадий Аверченко. Рождественский день у Киндяковых, Продувной мальчишка. - атмосферно, грустно, смешно
7. Алексей Сальников. Сплошное хулиганство.- о хорошем в обыденном
8. Ислам Ханипаев. Одно хорошее дело. - о том, что всё может быть лучше, чем кажется, включая людей.

Ну что ж, с наступившим 2025-м! Пусть он будет лучше и добрее предыдущего для каждого из нас, горизонты будут открытыми, а радость - безусловной!
* автор иллюстрации Lisa Aisato

Пора бы, кажется, счастью обратиться к нам.

1830 год, 1 января
20 лет

Надо взять себе за правило приступать к чтению "Мёртвых душ" хорошо перекусив, ибо на голодный желудок это невыносимо: персонажи тут постоянно и обильно едят! Местами есть смешное:
"Гости, выпивши по рюмке водки темного оливкового цвета, какой бывает только на сибирских прозрачных камнях, из которых режут на Руси печати, приступили со всех сторон с вилками к столу и стали обнаруживать, как говорится, каждый свой характер и склонности, налегая кто на икру, кто на семгу, кто на сыр. Собакевич, оставив без всякого внимания все эти мелочи, пристроился к осетру, и, покамест те пили, разговаривали и ели, он в четверть часа с небольшим доехал его всего, так что когда полицеймейстер вспомнил было о нем и, сказавши: «А каково вам, господа, покажется вот это произведенье природы?» — подошел было к нему с вилкою вместе с другими, то увидел, что от произведенья природы оставался всего один хвост; а Собакевич пришипился так, как будто и не он, и, подошедши к тарелке, которая была подальше прочих, тыкал вилкою в какую-то сушеную маленькую рыбку".

Волхвы пришли. Младенец крепко спал.
Звезда светила ярко с небосвода.
Холодный ветер снег в сугроб сгребал.
Шуршал песок. Костер трещал у входа.
Дым шел свечой. Огонь вился крючком.
И тени становились то короче,
то вдруг длинней. Никто не знал кругом,
что жизни счет начнется с этой ночи.
Волхвы пришли. Младенец крепко спал.
Крутые своды ясли окружали.
Кружился снег. Клубился белый пар.
Лежал младенец, и дары лежали.
И. Бродский

После подведения книжных итогов года опять списки - в этот раз ожидаемого или недавно вышедшего. Очень объемный и интересный от Афиши Daily, очень хочется прочесть многое, как минимум: - кувейтскую антиутопию "Белая линия ночи" Халида ан-Насруллы - ни разу не попадались авторы из этой страны
- "Благодать" Пола Линча
- "Могила песка" Гитанджали Шри - люблю про Индию и Пакистан.
- "Семь способов засолки душ" Веры Богдановой - давно наметила.
- "Циничное искусствоведение" Армена Апресяна
Ну и на самом деле еще кучу всего. Но это все на потом

https://daily.afisha.ru/culture/28417-knig-kotorye-my-zhdem-v-2025-godu-voyna-lyubov-svoboda/

Это прекрасно!

https://news.1rj.ru/str/svetlovkamoscow/2887

Дэниел Мейсон. Настройщик.
Ещё один врач и писатель в одном флаконе. Мейсон - профессор клинической психиатрии, работает в Стэнфордской больнице и преподает литературу в Стэнфордском университете. "Настройщик" - его дебютный роман, написанный в студенчестве, после поездки в Азию, где он изучал малярию.

Действие разворачивается в конце 19 века во время очередной англо-бирманской войны. По сюжету скромный настройщик фортепиано, специалист по инструментам марки "Эрар" Эдгар Дрейк отряжен британским военным министерством в Бирму. Там ему предстоит настроить фортепиано, попавшее в джунгли по прихоти военного врача Энтони Кэррола. Кэррол оказывается одним из самых успешных британских военачальников в Бирме, именно поэтому военное ведомство не отказывает ему в таких недешевых излишествах, как рояль в кустах фортепиано из красного дерева в джунглях и выписанный из Лондона настройщик.

"Настройщик" - это роман-путешествие, медленное погружение в неизведанное. Никогда не выезжавший за пределы Лондона Дрейк впитывает впечатления - краски, звуки, запахи: Франция, Средиземное море, Александрия и, наконец, Бирма. Впрочем, некоторых событий впечатлительный и робкий Дрейк (как и любой нормальный человек) предпочел бы избежать. Пункт назначения Дрейка - выстроенный Кэрролом форпост Маэ Луин в нагорье Шан (запад Бирмы). Здесь настройщик занимается своим делом, понемногу знакомясь с окрестностями и доктором. Чем тот занят - до конца неясно. Ведёт приёмы местных селян в своей импровизированной клинике, наблюдает за местной фауной, изучает флору, отправляя самые интересные образцы в Линнеевское общество, часто куда-то уезжает на несколько дней.
События разворачиваются крайне неспешно, и каких-то сюрпризов от романа и его героев уже не ждешь. И тем сильнее огорошивает единственный сюжетный твист, ставящий все с ног на голову и заставляющий вернуться к началу книги.

Очень люблю романы, которые заставляют добирать информацию. По мере прочтения "Настройщика" я лазила в сеть - то за изображениями растений, то за фотографиями бирманских достопримечательностей, смотрела на картину Тернера, слушала классику, пыталась (внезапно!) в сжатом виде найти, с кем встречался Дмитрий Менделеев в Париже.
А ещё всё-таки придётся читать "Сердце тьмы" Джозефа Конрада - тут мне видится явная отсылка к нему. До него никак не доходили руки, но канву сюжета знаю: моряк отправляется вглубь Африки в поисках некоего скупщика слоновой кости, где погружается в пучину жестокости и насилия. Ну и в целом в последнее время упоминания "Сердца тьмы" мне встречаются регулярно в разном контексте, так что пора.

рубрика #цитаты
В студенчестве я перечитала всего Ремарка, до которого дотянулась, и вот удивительное дело: практически ничего не помню по сути, а вот такие проходные эпизоды всплывают иногда сами собой.
"- Господи ты боже мой! -- Я резко повернулся. При этом я столкнулся с маленьким толстяком.
-- Ну! -- сказал я яростно.
-- Разуйте глаза, вы, соломенное чучело! -- пролаял толстяк.
Я уставился на него.
-- Что, вы людей не видели, что ли? -- продолжал он тявкать.
Это было мне кстати.
-- Людей-то видел, -- ответил я. -- Но вот разгуливающие пивные бочонки не приходилось.
Толстяк ненадолго задумался. Он стоял, раздуваясь.
-- Знаете что, -- фыркнул он, -- отправляйтесь в зоопарк. Задумчивым кенгуру нечего делать на улице.
Я понял, что передо мной ругатель высокого класса. Несмотря на паршивое настроение, нужно было соблюсти достоинство.
-- Иди своим путем, душевнобольной недоносок, -- сказал я и поднял руку благословляющим жестом. Он не последовал моему призыву.
-- Попроси, чтобы тебе мозги бетоном залили, заплесневелый павиан! -- лаял он.
Я ответил ему "плоскостопым выродком". Он обозвал меня попугаем, а я его безработным мойщиком трупов. Тогда он почти с уважением охарактеризовал меня: "Коровья голова, разъедаемая раком". А я, чтобы уж покончить, кинул:
"Бродячее кладбище бифштексов".
Его лицо внезапно прояснилось.
-- Бродячее кладбище бифштексов? Отлично, -- сказал он. -- Этого я еще не знал, включаю в свой репертуар. Пока!.. -- Он приподнял шляпу, и мы расстались, преисполненные уважения друг к другу".
ЭМ Ремарк. Три товарища.

Алексей Варламов. Одсун.Роман без границ.

Эта книга - любовь с первых страниц, и чем дальше, тем сложнее оторваться, хотя эмоционально она лично для меня оказалась очень непростой, местами просто на разрыв.
Главный герой Вячеслав, вынужденный спешно покинуть Россию (сам при это толком не понимая почему), оказывается в чешских Судетах с просроченной визой. Там он в ожидании помощи от своего пропавшего друга Пети Павлика живёт в доме православного священника отца Иржи, рассказывает ему о своей жизни. Герой рефлексирует, пытаясь понять, что и когда пошло не так, и через свою жизнь и любовь к девушке Катерине из Припяти, осмыслить ход истории и отношений между народами, нащупать тот самый момент, когда всё пошло не так. Приходится признать, что герой несколько зациклен на себе и временами всерьёз размышляет о влиянии своих отношений с Катей на разрыв между двумя некогда близкими народами.
Повествование развивается в нескольких пластах: время настоящее (2018 год); дачное советское детство; перестройка, развал Союза, ветер перемен и сумрачные 90-е, с беззаконием, терактами, расстрелом Дома правительства; история Судет - то чешских, то немецких.
Историю современной России обрамляет любовь Вячеслава и украинки Кати, Судет - чешских братьев, задумавших здесь обсерваторию, и немецкого судьи, которому принадлежал до конца Второй мировой дом отца Иржи.
Большое впечатление произвел на меня рассказ о депортации судетских немцев - том самом одсуне, я практически ничего не знала об этом. Чудовищная история, в том числе и при понимании того, что война уже закончилась.
Повествование героя очень эмоционально, местами даже пафосно, но пафос этот простителен: это не красивая поза подвыпившего неудачника, а выстраданное. Как и утопические мечты о мире без границ.

Из размышлений героя "Одсуна" о границах и гениях места:
"Границы между государствами должны исчезнуть вместе с самими этими государствами, и люди без какого бы то ни было принуждения пусть сами определят, какой язык и какая культура им ближе. Понятно, что это такая же утопия, как и эсперантские мечты восторженного немецкого юноши из судетской деревни, и в ближайшие десятилетия вряд ли что-то подобное случится, но это единственное большое дело, к которому стоит прикладывать усилия, ибо тогда у истории появится и смысл, и цель".