Съездили с Аней в Челябинск, испекли хлеб. Понятно, розовый.
Пшеничная закваска
Пшеничная опара
Грейпфрутовый сок
Натуральный йогурт
Пшеница
Семечки подсолнечника
Соль
Пигмент: порошок ферментированного риса
Замес проехал 200 км, затем часов шесть полежал под холстами на заднем сидении машины, выстаиваясь в холоде в этот (пока) теплый уральский декабрь
Для выпечки вместо разрезов ребята предложили использовать нити, так тоже бывает)
На обратном пути прочитали из записок путешественников XVIII века. Сообщается, среди прочего, что челябинская земля «подает удобность к разведению садов».
Так вот! Спасибо Илье за то, что уже не в первый раз он подает удобность для выпекания хлеба на Челябинской земле)
Пшеничная закваска
Пшеничная опара
Грейпфрутовый сок
Натуральный йогурт
Пшеница
Семечки подсолнечника
Соль
Пигмент: порошок ферментированного риса
Замес проехал 200 км, затем часов шесть полежал под холстами на заднем сидении машины, выстаиваясь в холоде в этот (пока) теплый уральский декабрь
Для выпечки вместо разрезов ребята предложили использовать нити, так тоже бывает)
На обратном пути прочитали из записок путешественников XVIII века. Сообщается, среди прочего, что челябинская земля «подает удобность к разведению садов».
Так вот! Спасибо Илье за то, что уже не в первый раз он подает удобность для выпекания хлеба на Челябинской земле)
❤12🔥5🤝1
Forwarded from ААРР – Ассоциация арт-резиденций России
Арт-резиденции — один из катализаторов современного номадизма в художественной среде.
Однако:
Юк Хуэй, Пост-Европа
Однако:
Мы можем постоянно путешествовать с континента на континент, но, похоже, есть лишь один дом, куда мы в конечном счёте возвращаемся, когда чувствуем усталость и не хотим больше никуда идти.
Юк Хуэй, Пост-Европа
❤1
Стоит задержаться дома, как освободившаяся от логистической суеты память начинает, как бы невзначай но всё же, вбивать сваями случайные воспоминания. Вчера на своём кураторском семинаре вспомнила, о чём был мой бакалаврский диплом (тема звучала примерно так: «Пресс-релиз как финальная стадия восприятия произведения искусства»). А сегодня зашла в гости в музей «Литературная жизнь Урала XX век» — и вспомнила, что когда-то, лет 17 назад, мы показывали там выставку из Музея Стендаля, что в Гренобле. А оказавшись утром на улице академика Ландау, я вспомнила, что когда я там была последний раз 10 лет назад, там ещё не было никакой улицы — был белый храм, вокруг поле и немного бетонки: я приезжала туда после биеннального монтажа: слушать музыку и думать.
Завтра -20 — отличный повод никуда не ходить и ничего не вспоминать)
Завтра -20 — отличный повод никуда не ходить и ничего не вспоминать)
❤6👍2😁2
В какой-то момент я поняла, что забываю Урал. Говорю:
— Фёдор, я забываю Урал, помоги.
А Фёдор и говорит:
— Не вопрос, поехали.
Начиналось всё безопасно и живописно. Но это было в сентябре. Потом мы ждали «пока подморозит». Мы думали, дождались — но не подморозило)
Пока бродили 10 км по лесу и старались не утонуть в болотах, вспомнили, сколько раз мы уже (в прошлой жизни, лет 10 назад) проверяли границы доступности уральских, ну скажем для простоты, пейзажей.
Сегодня с нами была Нина. В такой компании наша скорость передвижения заставляла меня думать, что мы участвуем в чемпионате по ловле красоты. Понятно, что мы все победили.
В этот раз не решились дойти до той точки, ради которой Фёдор прогуливал фотоаппарат. Но, во-первых, ещё дойдём. Во-вторых, моя цель достигнута: сегодняшнее приключение точно будем вспоминать долго (кажется, оно заняло почётное второе место среди наших), да и из того, что я называю Уралом, — вспомнила даже чуть больше, чем хотела.
Мы с Фёдором начали ездить по Уралу 10 лет назад. Тогда я была за рулём и сначала не понимала конверсии 500 км в 2 кадра. Не понимала, пока не осознала, что для меня это значит строчку или две. Так постепенно — через веру во внедорожность своего автомобиля — я поверила в свои тексты. Я, как будто, их вспомнила. Поэтому по-прежнему — что там нужно? 10 км? 15? — не вопрос. По воде ходить не умею, в остальном — сосредоточусь.
Из сегодняшней поездки, кстати, привезла не только промокшие ноги и температуру, но и преступно много строчек — даже если они разбредутся по разным текстам, их геолокация зафиксирована)
— Фёдор, я забываю Урал, помоги.
А Фёдор и говорит:
— Не вопрос, поехали.
Начиналось всё безопасно и живописно. Но это было в сентябре. Потом мы ждали «пока подморозит». Мы думали, дождались — но не подморозило)
Пока бродили 10 км по лесу и старались не утонуть в болотах, вспомнили, сколько раз мы уже (в прошлой жизни, лет 10 назад) проверяли границы доступности уральских, ну скажем для простоты, пейзажей.
Сегодня с нами была Нина. В такой компании наша скорость передвижения заставляла меня думать, что мы участвуем в чемпионате по ловле красоты. Понятно, что мы все победили.
В этот раз не решились дойти до той точки, ради которой Фёдор прогуливал фотоаппарат. Но, во-первых, ещё дойдём. Во-вторых, моя цель достигнута: сегодняшнее приключение точно будем вспоминать долго (кажется, оно заняло почётное второе место среди наших), да и из того, что я называю Уралом, — вспомнила даже чуть больше, чем хотела.
Мы с Фёдором начали ездить по Уралу 10 лет назад. Тогда я была за рулём и сначала не понимала конверсии 500 км в 2 кадра. Не понимала, пока не осознала, что для меня это значит строчку или две. Так постепенно — через веру во внедорожность своего автомобиля — я поверила в свои тексты. Я, как будто, их вспомнила. Поэтому по-прежнему — что там нужно? 10 км? 15? — не вопрос. По воде ходить не умею, в остальном — сосредоточусь.
Из сегодняшней поездки, кстати, привезла не только промокшие ноги и температуру, но и преступно много строчек — даже если они разбредутся по разным текстам, их геолокация зафиксирована)
❤10🥰2
Хлеб:
розовая закваска
пшеничная опара
отвар цветков граната
белая пшеница
грецкий орех, обжаренный с кардамоном и порубленный с солью
Пекла утром, носила горячий в рюкзаке, пока не вернулись из болота к идеальному столу, который нашли ещё по пути к болоту)
розовая закваска
пшеничная опара
отвар цветков граната
белая пшеница
грецкий орех, обжаренный с кардамоном и порубленный с солью
Пекла утром, носила горячий в рюкзаке, пока не вернулись из болота к идеальному столу, который нашли ещё по пути к болоту)
❤8🥰1
Уже пару месяцев мы делаем кураторский семинар.
Как это было: я почувствовала, что надо, городу надо, и что я хочу. Моя подруга Женя Никитина сказала: конечно, надо — и поддержала, как поддерживает многое, что возникает из ничего в этом городе. Света сказала: да, я приду. Когда Свету отпускают её институциональные чертоги и она приходит, случается, мы вспоминаем то, что было давно или очень давно, страшно сказать, ещё до биеннале, вспоминаем, как художники нас — вообще-то на строгом — научили, кто такой куратор. Научили, вообще-то, по-разному, и я счастлива, что мы наконец-то можем поговорить об этом. Женя уже с головой ушла в подготовку фестиваля — и мне кажется, в этот раз Не темно будет особенно тёплым — и не только потому, что он стартует 14 февраля.
В общем, я к тому, что временно семинар сделался совсем уж моим. И, спустя пару месяцев работы, я подумала, что, пожалуй, мы можем принять ещё пару участников.
Что мы делаем?
Мы встречаемся раз в неделю на 4 часа, разговариваем, в основном мы пытаемся достать правила из практики (майевтика — то, что я любила, люблю и буду любить), иногда я всё же ухожу в монолог и рассказываю о своих проектах, о том, как там всё было придумано и устроено внутри; о каких-то исторически важных выставках и текстах, которые меня чему-то научили; теоретизирую в меру способностей. Для меня это очень важно, потому что большую часть того, что я когда-либо делала, я ещё ни разу не осмыслила — а мне бы очень хотелось самой понять. Иногда я приношу разные книги — зины — каталоги, к которым причастна или в которых написано мною и/или о моих проектах. О текстах, конечно же, говорим, не можем не говорить (а что, собственно, можно сказать, про текст, кроме: хорошо, а можешь переписать?) Книги, к которым я не имею отношения, но которые считаю важными, тоже приношу. Иногда, кстати, смотреть картинки в них недостаточно, приходится читать.
Я вообще строгая, я прошу читать книги. Вообще (убедительно) прошу делать домашку. Последние полтора месяца наша домашка крутится вокруг идеи сделать выставку по поводу калейдоскопа — ну, или того, как калейдоскоп описал Крэри. Сегодня, кажется, мы добрались до кураторского текста. И, сегодня, кажется, я вспомнила, как выглядит мой идеальный калейдоскоп.
Я, кстати, очень благодарна участникам за всё то, что мне удаётся сформулировать и вспомнить (вот про землянику в челябинском лесу сегодня хорошо было).
Таня Буланова сказала однажды: «у меня нет образа, я просто пою». Вот и я: у меня нет плана, мне просто нравится фантазировать о калейдоскопах и вспоминать. Но как только мы будем готовы, мы сделаем выставки, которые не сможем забыть.
А ещё иногда к нам приходят гости — в силу воли и совпадений во времени и пространстве. Словом, прямо сейчас можно мне написать, объяснив зачем вы хотите к нам присоединиться, и если я поверю вашей мотивации — присоединиться к нам в ближайшие выходные.
Нужно, кстати, иметь в виду, что у семинара нет ни начала, ни конца. Он работает только офлайн, когда я дома и пока в этом есть смысл.
На фото: трубы на складе в Первоуральске
Как это было: я почувствовала, что надо, городу надо, и что я хочу. Моя подруга Женя Никитина сказала: конечно, надо — и поддержала, как поддерживает многое, что возникает из ничего в этом городе. Света сказала: да, я приду. Когда Свету отпускают её институциональные чертоги и она приходит, случается, мы вспоминаем то, что было давно или очень давно, страшно сказать, ещё до биеннале, вспоминаем, как художники нас — вообще-то на строгом — научили, кто такой куратор. Научили, вообще-то, по-разному, и я счастлива, что мы наконец-то можем поговорить об этом. Женя уже с головой ушла в подготовку фестиваля — и мне кажется, в этот раз Не темно будет особенно тёплым — и не только потому, что он стартует 14 февраля.
В общем, я к тому, что временно семинар сделался совсем уж моим. И, спустя пару месяцев работы, я подумала, что, пожалуй, мы можем принять ещё пару участников.
Что мы делаем?
Мы встречаемся раз в неделю на 4 часа, разговариваем, в основном мы пытаемся достать правила из практики (майевтика — то, что я любила, люблю и буду любить), иногда я всё же ухожу в монолог и рассказываю о своих проектах, о том, как там всё было придумано и устроено внутри; о каких-то исторически важных выставках и текстах, которые меня чему-то научили; теоретизирую в меру способностей. Для меня это очень важно, потому что большую часть того, что я когда-либо делала, я ещё ни разу не осмыслила — а мне бы очень хотелось самой понять. Иногда я приношу разные книги — зины — каталоги, к которым причастна или в которых написано мною и/или о моих проектах. О текстах, конечно же, говорим, не можем не говорить (а что, собственно, можно сказать, про текст, кроме: хорошо, а можешь переписать?) Книги, к которым я не имею отношения, но которые считаю важными, тоже приношу. Иногда, кстати, смотреть картинки в них недостаточно, приходится читать.
Я вообще строгая, я прошу читать книги. Вообще (убедительно) прошу делать домашку. Последние полтора месяца наша домашка крутится вокруг идеи сделать выставку по поводу калейдоскопа — ну, или того, как калейдоскоп описал Крэри. Сегодня, кажется, мы добрались до кураторского текста. И, сегодня, кажется, я вспомнила, как выглядит мой идеальный калейдоскоп.
Я, кстати, очень благодарна участникам за всё то, что мне удаётся сформулировать и вспомнить (вот про землянику в челябинском лесу сегодня хорошо было).
Таня Буланова сказала однажды: «у меня нет образа, я просто пою». Вот и я: у меня нет плана, мне просто нравится фантазировать о калейдоскопах и вспоминать. Но как только мы будем готовы, мы сделаем выставки, которые не сможем забыть.
А ещё иногда к нам приходят гости — в силу воли и совпадений во времени и пространстве. Словом, прямо сейчас можно мне написать, объяснив зачем вы хотите к нам присоединиться, и если я поверю вашей мотивации — присоединиться к нам в ближайшие выходные.
Нужно, кстати, иметь в виду, что у семинара нет ни начала, ни конца. Он работает только офлайн, когда я дома и пока в этом есть смысл.
❤6🔥2