Я когда была в последний раз в Тбилиси, то ездила смотреть спальный район Глдани. Там есть интересный квартал, застроенный панельными домами из разных частей СССР, — столицы союзных республик так «подарили» свои типовые дома грузинской столице. Там хорошо видно, что типовыми они были с некоторой долей условности — панелька из Еревана выглядит иначе, чем дом из Ташкента или Донецка.

А тут как раз подоспела книжка Филиппа Мойзера и Дмитрия Задорина, которая поможет разобраться в тонкостях советского панелестроения, — «К типологии советского типового домостроения. Индустриальное жилищное строительство в СССР 1955–1991». Издательство DOM publishers хочет выпустить дополнительный тираж путем краудфандинга. Если не сталкивались, то работает это так: вы фактически авансируете покупку своего экземпляра, а издатель получает уверенность, что тираж будет востребован, и выделит нужную сумму на его печать. Я пару раз в таких историях участвовала, дело хорошее и полезное.

Издательство попросило меня рассказать про книжку, а взамен предлагает подписчицам и подписчикам канала скидку 5% на книги из своего каталога по промокоду romasheda.

А поучаствовать в краудфандинге можно тут: https://planeta.ru/campaigns/sovdom

Пополняем архитектурную библиотеку. У бюро Atrium вышла книга о проектировании учебных заведений. А издательство Dom Publishing объявило краудфандинг на новый тираж книги о панельном советском домостроении и предлагает скидку по промокоду romasheda на весь свой каталог.

Люди, живущие в Москве и Петербурге, наверняка сталкивались с мебелью Delo — ее много и в частных интерьерах, и в общественных местах. Не пропустите и наш рассказ об этой компании.

Что происходит в «Марко Поло»? Мы сходили в гостиницу, где снова кипит жизнь, и разобрались, как устроен самый странный проект в московской индустрии гостеприимства.

А одна из самых странных выставок идет сейчас в Париже в Музее Пикассо — сценографию для экспозиции придумал любитель полосок Пол Смит.

По случаю 8 Марта разбираемся, почему в российском интерьерном дизайне так мало мужчин. Расспрашиваем тех, что является исключением из правил: Илью Гульянца, Илью Хомякова, Павла Железнова и Ивана Позднякова. На следующей неделе будет еще Майк Шилов.

7 марта объявили нового лауреата Притцкеровской премии — им стал британец Дэвид Чипперфилд. Вы едва ли легко вспомните пару его проектов, но жюри посчитало, что в этом как раз и заключается их ценность. По ссылке объясняем, почему так вышло, и показываем работы архитектора.

Марка Gervasoni показала превью новой коллекции. В том числе столы по дизайну Оки Сато с ножками в виде цветочных горшков.

Анна Мукерия сделала серию браслетов в русском стиле. Основой украшений стали эскизы советского художника Петра Пономарева, изучавшего прикладное искусство Воронежской области.

До понедельника!

Сходила на выставку «Дом моделей. Индустрия образов» в Музее Москвы, которая приурочена к 100-летию Ателье мод, из которого потом вырос Всесоюзный дом моделей. Само существование этой организации — порождение советской экономики, в которой все было предельно централизовано, вплоть до выпуска детских сарафанов и женских трусов. Выставка получилась большая, любопытная и с хорошей сценографией — экспозиция построена вокруг подиума, от которого ответвляются залы, раскрывающие разные аспекты советской модной индустрии.

У меня с детства сохранились смутные воспоминания о том, что текстильная промышленность СССР даже в те моменты, когда пыталась быть актуальной, постоянно скатывалась в какой-то лубок — нельзя было просто сшить модную вещь, надо было непременно добавить в нее русской народности. Выставка показала, что мои воспоминания не такие уж и смутные.

Жаль, что на выставке никак не объясняется тяга советских модельеров к этническим мотивам. Но те же смутные воспоминания подсказывают, в чем была загвоздка. Не сомневаюсь, что в Доме моделей работали талантливые люди, но над ними висел миллион идеологических ограничений. Мол, мы тут не какие-то низкопоклонники, подсматривающие фасоны у капиталистов, а честные советские ребята, которые черпают из чистого источника русской традиции. Чего стоит процесс согласования моделей — он на выставке как раз хорошо показан. Борьба человека с системой — это всегда грустно, даже в такой жизнерадостной сфере, как мода.

Я люблю винтажную одежду, но поймала себя на мысли, что почти ничего из того, что делали советские модельеры 1970-1980-х годов, мне не нравится.

Из 2023 года, когда обращение к корням — это глобальный тренд, смотреть на то, как советская легкая промышленность обыгрывала национальные мотивы, очень поучительно. Там полно примеров, как не надо делать. Парадоксально, но обыгрывать советскую символику получалось гораздо лучше — в экспозиции есть пара по-настоящему безумных платьев со звёздами и серпами-молотами. Вот их я бы при возможности с удовольствием надела.