На защите в “Деталях” в понедельник был проект Аллы Дуловой с предметами в русском стиле. В процессе обсуждения поговорили и про русский стиль в дизайне как таковой. Его сейчас много — это общемировой тренд, все копают свои корни, ищут в прошлом вдохновение и “старые новые” техники. Но — есть очень большая разница в том, чтоб сделать наследие актуальным и просто добавить в современный интерьер матрешек с хохломой. Второй вариант видим чаще, а стремиться надо, конечно, к первому.
Моя бывшая коллега Марина Новикова (одно время она совмещала работу в AD и учебу в Британке на дизайнера) недавно сделала хороший пост с примерами того, как она работает с наследием. Воспроизвожу здесь с некоторыми своими добавлениями.
Это проект (к сожалению, пока не реализованный), который не поражает с порога своей русскостью, но вдохновлен нашей культурой. Детали из прошлого вплетены в современный контекст — Марина называет это пасхалками. Вот несколько примеров.
➖ На полу в прихожей лежит плитка, которая повторяет рисунок метлахских плиток Villeroy & Boch из дореволюционных доходных домов. В гостиной паркет сделан по мотивам полов в доме Васнецова.
➖ Карниз сделан по мотивам орнаментальной кирпичной кладки, характерной для древнерусских церквей. В архитектуре этот элемент называется поребриком, хотя в Питере так называют тротуарные бордюры.
➖ Рисунок дверей — из усадьбы Абрамцево, переработанный под другой размер полотна (в оригинале были классические двупольные двери).
➖ Самое нарядное и заметное — рельефная стена в гостиной по мотивам вышивки из музея Вологодского кружева.
В чем для меня прелесть такого подхода: есть интерьер с характером, но без пустой декоративности. Все отсылки к русскости не мешают функциональности, не перегружают интерьер — двери, карнизы и напольные покрытия тут появились бы по-любому, вопрос только в их дизайне. Единственный элемент, корни которого считываются сразу, — стена в гостиной, но ее этническая принадлежность пригашена монохромом и соседством с очень простым подвесным шкафчиком.
Моя бывшая коллега Марина Новикова (одно время она совмещала работу в AD и учебу в Британке на дизайнера) недавно сделала хороший пост с примерами того, как она работает с наследием. Воспроизвожу здесь с некоторыми своими добавлениями.
Это проект (к сожалению, пока не реализованный), который не поражает с порога своей русскостью, но вдохновлен нашей культурой. Детали из прошлого вплетены в современный контекст — Марина называет это пасхалками. Вот несколько примеров.
В чем для меня прелесть такого подхода: есть интерьер с характером, но без пустой декоративности. Все отсылки к русскости не мешают функциональности, не перегружают интерьер — двери, карнизы и напольные покрытия тут появились бы по-любому, вопрос только в их дизайне. Единственный элемент, корни которого считываются сразу, — стена в гостиной, но ее этническая принадлежность пригашена монохромом и соседством с очень простым подвесным шкафчиком.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤58👍18🔥14👎2
В этом году Ричарду Аведону исполнилось бы сто лет, и Curbed опубликовал к этой дате интерьер его квартиры в Верхнем Ист-Сайде, где фотограф прожил 34 года, вплоть до своей смерти в 2004 году.
Квартира находится по соседству со студией фотографа в бывшей каретной мастерской, купленной им в 1970 году. Фотосъемка сделана в год смерти Аведона, и тогда же ее впервые опубликовали в New York Magazine.
Интерьеру уже почти двадцать лет, но не сказать, что он как-то устарел. Думаю, доживи Аведон до своего столетия, обстановка здесь была бы примерно такой же. Это очень личное, но в каком-то смысле и очень типичное жилище богемного интеллектуала с обязательными для таких интерьеров антиквариатом и кучей книг.
Самое занятное — это кровать с системой книжных полок. Она придумана так, чтобы в доступе у хозяина было побольше нужной ему литературы. Кровать спроектировал Брайан Толле — конструкцию сперва сложили из картонных коробок, а потом исполнили в красном дереве.
📷 Andrew Moore, Yancey Richardson Gallery
Квартира находится по соседству со студией фотографа в бывшей каретной мастерской, купленной им в 1970 году. Фотосъемка сделана в год смерти Аведона, и тогда же ее впервые опубликовали в New York Magazine.
Интерьеру уже почти двадцать лет, но не сказать, что он как-то устарел. Думаю, доживи Аведон до своего столетия, обстановка здесь была бы примерно такой же. Это очень личное, но в каком-то смысле и очень типичное жилище богемного интеллектуала с обязательными для таких интерьеров антиквариатом и кучей книг.
Самое занятное — это кровать с системой книжных полок. Она придумана так, чтобы в доступе у хозяина было побольше нужной ему литературы. Кровать спроектировал Брайан Толле — конструкцию сперва сложили из картонных коробок, а потом исполнили в красном дереве.
📷 Andrew Moore, Yancey Richardson Gallery
❤54👍14🔥9
У бренда Diesel Living with Moroso свои взгляды на главный цвет года. Вход в их поп-ап на Неделе дизайна и немногочисленные новинки (точнее, новые версии старых моделей) были ярко-красными. Я, признаться, влюблена в кресло High Cloud.
Diesel Living with Moroso — удивительное явление. Мебельная линейка появилась у Diesel в момент их максимальной популярности. Кажется, тогда джинсы Diesel были примерно у всех и каждого. Но потом марка как-то ушла в тень, а интерьерная коллекция живет своей жизнью. Полагаю, по большей части благодаря сотрудничеству с Moroso (чьи новинки мы тоже скоро посмотрим).
#милан2023
Diesel Living with Moroso — удивительное явление. Мебельная линейка появилась у Diesel в момент их максимальной популярности. Кажется, тогда джинсы Diesel были примерно у всех и каждого. Но потом марка как-то ушла в тень, а интерьерная коллекция живет своей жизнью. Полагаю, по большей части благодаря сотрудничеству с Moroso (чьи новинки мы тоже скоро посмотрим).
#милан2023
❤35👍10🔥6
Не совсем по нашей теме, но уж очень неожиданно — лучшим европейским городом для цифровых кочевников признали Бухарест. Исследование делали британцы «под себя», но в основном критерии общечеловеческие.
Бухарест высоко стоит в рейтинге счастья, аренда квартиры с одной спальней стоит там 475 фунтов, а поесть в ресторане можно всего за 8 фунтов. Чтобы получить визу цифрового кочевника в этой стране, надо зарабатывать 1757 фунтов в месяц. Меньше из мест, попавших в рейтинг, просит только Португалия с 660 фунтами, но там стоимость аренды заметно выше.
Единственное, что смущает, — авторство рейтинга принадлежит компании, которая занимается морскими круизами, видимо, это такая пиар-акция. Среди моих знакомых мало кто бывал в Бухаресте, но бывавшие вспоминали его без особого энтузиазма.
📷 Saru Robert
Бухарест высоко стоит в рейтинге счастья, аренда квартиры с одной спальней стоит там 475 фунтов, а поесть в ресторане можно всего за 8 фунтов. Чтобы получить визу цифрового кочевника в этой стране, надо зарабатывать 1757 фунтов в месяц. Меньше из мест, попавших в рейтинг, просит только Португалия с 660 фунтами, но там стоимость аренды заметно выше.
Единственное, что смущает, — авторство рейтинга принадлежит компании, которая занимается морскими круизами, видимо, это такая пиар-акция. Среди моих знакомых мало кто бывал в Бухаресте, но бывавшие вспоминали его без особого энтузиазма.
📷 Saru Robert
👍18❤9😱2🕊2
Курятник в рубрике #домики у нас уже был, на очереди конура. Британская архитектурная студия Conran and Partners сконструировала жилище для собак по последнему слову техники. Источников вдохновения было два — Баухаус и пастушьи собаки, которые кочуют по холмам и долам вместе с подопечными стадами. Архитекторы считают, что животное может заодно везти за собой свой дом: конуру поставили на колёса и снабдили моторчиком, который питается от солнечной батареи — чтобы собака не уставала.
Новинку назвали Bowowhous и собираются выставить на Barkitecturе — конкурсе, где серьезные архитекторы (например, Норман Фостер) показывают свои проекты для собак. Веселая у людей жизнь!
Новинку назвали Bowowhous и собираются выставить на Barkitecturе — конкурсе, где серьезные архитекторы (например, Норман Фостер) показывают свои проекты для собак. Веселая у людей жизнь!
❤27👍13🔥5
Мы продолжаем серию субботних лонгридов о неслучившейся архитектуре, но в этот раз — за пределами России. Василий Лужбин рассказывает о десяти грандиозных небоскребах, которые пугают даже на картинках. Если хотите прочитать все сразу, то вам в Дзен. А здесь будем рассказывать об этих монстрах в течение всего дня.
В прошлом году все с интересом обсуждали проект The Line — вертикальный дом-город, в котором, по замыслу его авторов, должны поселиться девять миллионов человек. Проект уже начали реализовывать, но пока сложно сказать, получится ли довести его до конца. Наверняка многим он покажется уж очень утопичным, однако к нему стоит отнестись серьезно. Все дело в том, что концепция дома-города, в котором человек может жить, не покидая его пределов от рождения до смерти, далеко не нова.
The Line интересен тем, что он первый среди подобных проектов располагается горизонтально. Все остальные замышлялись как небоскребы, достигающие нескольких километров в высоту. Некоторые из них в принципе тяжело назвать небоскребами — это уже буквально Вавилонские башни с собственными экосистемами. Часть из них действительно хотели построить, другие были рекламными проектами, которые возводить никто и не собирался.
Самое большое на данный момент здание в мире — «Бурдж-Халифа» в Дубае. Люди, видевшие его воочию, говорят, что это впечатляющее зрелище. Им легко поверить, благо высота этого небоскреба достигает 829 метров вместе со шпилем. И сейчас вы узнаете о проектах, которые выше «Бурдж-Халифа» в несколько раз. Важно отметить, что речь пойдет именно о городах-небоскребах, в которых люди рождаются, живут, работают и умирают.
Эта концепция называется «аркология», придумана в 1960-х годах.
В прошлом году все с интересом обсуждали проект The Line — вертикальный дом-город, в котором, по замыслу его авторов, должны поселиться девять миллионов человек. Проект уже начали реализовывать, но пока сложно сказать, получится ли довести его до конца. Наверняка многим он покажется уж очень утопичным, однако к нему стоит отнестись серьезно. Все дело в том, что концепция дома-города, в котором человек может жить, не покидая его пределов от рождения до смерти, далеко не нова.
The Line интересен тем, что он первый среди подобных проектов располагается горизонтально. Все остальные замышлялись как небоскребы, достигающие нескольких километров в высоту. Некоторые из них в принципе тяжело назвать небоскребами — это уже буквально Вавилонские башни с собственными экосистемами. Часть из них действительно хотели построить, другие были рекламными проектами, которые возводить никто и не собирался.
Самое большое на данный момент здание в мире — «Бурдж-Халифа» в Дубае. Люди, видевшие его воочию, говорят, что это впечатляющее зрелище. Им легко поверить, благо высота этого небоскреба достигает 829 метров вместе со шпилем. И сейчас вы узнаете о проектах, которые выше «Бурдж-Халифа» в несколько раз. Важно отметить, что речь пойдет именно о городах-небоскребах, в которых люди рождаются, живут, работают и умирают.
Эта концепция называется «аркология», придумана в 1960-х годах.
👍21❤5🔥2