Второй акт польско-чехословацкой драмы развернулся в 1938 г. Поляки ни о чем не забыли и ничего не простили. Как чехи в 1920 г. воспользовались слабостью Польши, чтобы разделить спорные территории без плебисцита, так и они, видя, что западные державы в Мюнхене расчленяют Чехословакию ради умиротворения Гитлера, решили подсуетиться. После подписания мюнхенского соглашения Польша предъявила Чехословакии ультиматум об уступке Тешинской области. Президент Бенеш его принял. Польша ликовала: это был тот самый Бенеш, который 18 лет назад в Париже продавил решение об ее разделе. А месяц спустя Польша поучаствовала и в первом венском арбитраже, по которому ей достались территории Спиша и Оравы 1️⃣. Самому польскому государству оставалось существовать чуть меньше года.
 
В его ликвидации поучаствовала провозглашенная 14 марта 1939 г. Словацкая республика. Собственно говоря, Вторая мировая война началась с германо-словацкого вторжения в Польшу (это, кстати, единственный правильный ответ на вопрос «агрессия каких двух тоталитарных государств развязала 2МВ»). Разумеется, войска марионеточного государства играли вспомогательную роль, но свою работу выполнили, заняв приграничную полосу на юге Польши 2️⃣ и взяв в плен более тысячи польских солдат. В ноябре 1939 г. с согласия Гитлера Словакия вернула себе не только то, что за год до этого оттяпала Польша, но и восстановила границу Транслейтании по состоянию на 1914 г. (присоединила то, что показано цифрами 3 и 7 на карте 3️⃣).
 
Все территориальные изменения 1938-1939 г. откатили после войны, вернувшись к границе 1920 г. Поляки и чехи ходили к Сталину, пытаясь донести ему каждый свою правду, но тот велел прекратить мышиную возню, и в 1947 г. был подписан польско-чехословацкий договор о дружбе. Окончательно пограничные споры были закрыты в 1958 г., хотя то и дело происходили мелкие корректировки границ. Польша не была бы собой, если бы не заговорила о территориальных претензиях уже в наше время.

Символично, что в День России мы расправляемся с Польшей заканчиваем цикл о польских границах. Но, прежде чем перейти к итоговому посту, еще немного красоты. Доводилось ли вам видеть зону латвийской оккупации? А вот.

Межвоенная Польша имела тлеющие территориальные конфликты почти со всеми соседями. С Германией, Советским Союзом, Чехословакией, Литвой. Все эти конфликты разрешились, как модно сейчас говорить, неэкологичным образом. А кто у нас остается? Румыния и Латвия. Действительно, с ними каких-то жестких споров не было. У поляков после Первой мировой именно с румынами и латышами сложились самые теплые отношения. Так, румыны в 1919 г. помогли добить ЗУНР, вторгнувшись в Покутье (что видно на первой карте из этого поста). А поляки во время польско-советской войны отбили Двинск у красных латышей и передали его «белым». Казалось бы, полная идиллия.

Но нет. Нашел такую замечательную карту 1921 г., на которой обозначена граница латвийской оккупации (мелким шрифтом в правом нижнем углу). Это так прекрасно, что выкладываю ее отдельно (в хорошем качестве можно рассмотреть здесь*). Во время наступления Красной армии летом 1920 г. латыши подсуетилсь и заняли небольшую территорию к югу от Западной Двины. Редкий случай: поляки не стали сильно возмущаться и в 1929 г. этот пограничный спор таки урегулировали. Но обида на карте отражена.

Еще две замечательные особенности этой карты: Rosja сразу к востоку от польской границы (об «историческом пакте» Пилсудского-Петлюры уже забыли) и обозначение Литвы как «ковенской».

🇪🇪🇱🇻🇱🇹Вторая многосерийная история о границах в этом восточноевропейском цикле будет посвящена трем прибалтийским государствам. Тут история совсем не такая, как с Польшей: у них нет многовековой традиции государственности (кроме Литвы с определенными оговорками), а вот границы замечательны своей древностью (вот, многие из них прослеживаются на этой карте Тевтонского ордена в XIII-XV вв. 1️⃣). Но исторически это границы других государственных образований, многие из которых канули в Лету, поэтому начнем повествование с давних времен.

Как мы видим на этой карте древнерусского картографа Юрия Корякова 2️⃣, этнический состав Прибалтики уже в конце IX века был достаточно близок современному: финские племена на севере и балтские – на юге. А вот общий ареал расселения финно-угорских народов значительно изменился: в Поволжье и Прикамье появились финские «острова» в результате ассимиляции финских племен славянами (Напомню, что прилагательное «финский» не имеет никакого отношения к Финляндии, а относится к ветви финно-угорских языков, включающей в себя все языки кроме угорских).

Ассимиляция славянами балтов, живших на Восточно-Европейской равнине, к тому времени уже почти завершилась. Оставалось одно балтское племя – голядь на территории современной Рязанщины – растворившееся среди русских в XII веке. Об ареале балтских языков в более ранний период позволяет судить карта 3️⃣, где мы видим распространение балтских гидронимов. Так мы устроены, что народы приходят и уходят, а названия рек и озер остаются. И гидронимика Центральной России преимущественно балтская, хотя балтских племен здесь нет много столетий.

В X-XIII веках значительная часть прибалтийских племен – как финских, так и балтских – находилась в сфере влияния Руси. В 1030 г. Ярослав Мудрый сходил в поход на эстов и основал крепость, которую назвал в честь себя – Юрьев, по своему христианскому имени. А восточные балтские племена находились впоследствии в орбите Новгорода, Пскова и Полоцка 1️⃣. Соседство было напряженным, но в общем и целом обходились без особой жести. Пока на Прибалтику не обратили свой взор немцы.

В конце XII века прибалтийские земли оставались одним из последних уголков Европы, где жили язычники. Русским на это было как-то пофиг – они вяло уговаривали вассальных князей обратиться в православие, но активных мер не предпринимали. А вот западноевропейцы такого стерпеть не могли.

Их проникновение в Прибалтику происходило с нескольких направлений 2️⃣. В 1180-х гг. загадочный полоцкий князь Владимир разрешает немецкому монаху Мейнарду проповедовать среди его вассалов-ливов в низовьях Западной Двины. В 1201 г. немцы основывают крепость Рига, где в следующем году образуется Орден меченосцев.

Тогда же на северном побережье современной Эстонии начинают появляться датчане. Сначала набегами, а потом, в 1219 г. осуществляют полномасштабное вторжение и в последующие несколько лет завоевывают почти все побережье. Видимое наследие датского присутствия в Эстонии включает в себя название эстонской столицы (Taani linn – «датская крепость» – сократившееся до Tallinn), крепостные стены и церковь св. Олафа, а также Нарвский замок. Граница между датскими и новгородскими владениями проходит по реке Нарове 3️⃣: современная российско-эстонская граница – ее преемница.

Пару слов о ливах, раз уж о них зашла речь. Подобно пруссам, которые дали имя Пруссии и исчезли, ливы дали название Ливонии (которое, впрочем, тоже ушло в историю). Ливов большей частью ассимилировали латыши, а последний носитель ливского языка как родного умер в 2013 г.

Самым проблемным направлением для немецких миссионеров/колонизаторов было южное, где жило балтское племя пруссов 1️⃣. Христианизировать их еще в конце Х века пытались поляки, но неудачно – пруссы зверски убивали присылаемых им проповедников, пополняя мартиролог католических святых. И еще два века продолжились разорительные польско-прусские войны, в ходе которых пруссы зверели еще больше. Наконец, в 1217 г. папа Гонорий III издает буллу с призывом к крестовому походу против пруссов. За дело взялись энергичные мужчины из ЧВК «Тевтонский орден». Мазовецкий князь Конрад, больше всех страдавший от набегов пруссов, разместил тевтонцев у себя, в Хелминской земле. Здесь они в 1230 г. основывают крепость Торн (нынешний город Торунь). Интересно, что параллельно с этим в Палестине в руках тевтонцев оказывается замок со схожим по звучанию названием Торон, и есть мнение, что крепость в Хелминской земле была названа в честь него.

Войны с пруссами были тяжелыми, но все же к концу XIII века прусская земля была занята Тевтонским орденом. Покорив пруссов, тевтонцы начали нападать на когда-то приютивших их поляков (о том, что дальше случилось с орденом, уже писал здесь).

Неплохо шли дела и у Ордена меченосцев. В первой трети XIII века он постепенно подчиняет себе земли ливов и балтских племен, в том числе вассальные латгальские княжества Полоцка; начинаются стычки с новгородцами и псковитянами. В 1224 г. меченосцы берут новгородский город Юрьев и называют его Дерптом (ныне Тарту). Однако в 1236 г. орден терпит сокрушительное поражение от жемайтов при Сауле, после чего сливается с более успешным Тевтонским. И уже вот этот прокачанный Тевтонский орден 2.0 прет на русские земли и огребает от святого благоверного князя Александра Невского. 2️⃣ Но с появлением новой напасти – монгол – русские на несколько веков отходят от прибалтийских дел. А Тевтонский орден продолжает усиливаться и в 1346 г. покупает Эстляндию у датского короля. На карте 3️⃣ мы видим Тевтонский орден в 1410 г.: на вершине могущества и накануне краха.

В XV веке дела у тевтонцев пошли под откос. В 1410 г. они потерпели поражение от польско-литовских войск под Грюнвальдом, после чего немецкая экспансия в регионе остановилась. Еще одна война ордена с Польшей и Литвой закончилась подписанием в 1422 г. Мельнского мира (вообще-то, озеро, на берегу которого был подписан мирный договор, называется не Мельно, а Мэлно, но так уже принято писать).

По его итогам закрепилась граница между Литвой и немецкими владениями, которая в общих чертах сохранилась по сей день в качестве литовской-латвийской и восточного участка российско-литовской границы 1️⃣.

В результате ослабления Тевтонского ордена его ливонская часть начала постепенно обособляться и в 1435 г. образовала Ливонскую конфедерацию, в которую вошли орденские и церковные земли 2️⃣. Видим, что граница Ливонии с Новгородом и Псковом почти полностью соответствует современной границе России с Эстонией и Латвией. Она сложилась еще в XIII веке, после окончательного выдавливания новгородцев из Ливонии, и сохранялась до конца Ливонской войны, о которой скажем особо.

Сегодня у нас день Ливонской войны, которая, каким бы странным это ни показалось, многое объясняет в прибалтийских делах.

Первая большая война русских в Ливонии произошла в 1480-81 гг., когда рыцари решили закошмарить Псковскую землю, но получили отпор от Ивана III, который вторгся на территорию ордена, нанес ему тяжелый урон (плениша и пожгоша всю землю немецкую от Юрьева и до Риги) и вынудил подписать мир на своих условиях. Одним из положений мира была выплата ежегодной «Юрьевской» дани. По итогам той войны на левом берегу Наровы напротив датского замка начала XIV века выросла русская крепость Ивангород, образовав вместе с ним грозный и живописный ансамбль, полный всякого символизма.

Именно отказ ливонцев от выплаты Юрьевской дани восемьдесят лет спустя стал одним из поводов для вторжения Ивана Грозного на территорию ордена в конце января 1558 г. Историки до сих пор спорят о целях царях: хотел ли он демонстрацией силы принудить рыцарей к выплате дани, или же революционизировать миропорядок, прорубив для России окно в Европу. В первые два года войны (1558-60) русские достигли больших успехов, взяв множество крепостей. Ход кампании отражен на советской карте, которая замечательна тем, что на ней используются немецкие названия населенных пунктов 1️⃣. Почему это важно? Потому что на другой советской карте 2️⃣, отрисованной в векторе и цвете для Википедии 3️⃣, названия эстонские и латышские, что, конечно, является диким анахронизмом.