В англосаксонском учебнике по теориям международных отношений, который я использую при чтении соответствующего курса, есть глава по классическому реализму. Она заканчивается утверждением, что great powers are their own worst enemies, то бишь злейшие враги великих держав – это они сами. Кстати, в главе пространно критикуется война США против Ирака. Это уже к вопросу об академической свободе.

Можно ли быть страной европейской культуры, как Россия, но при этом выступать в качестве флагмана коллективного не-Запада? Теоретически, конечно, можно. Стивен Коткин в своё время предложил вполне рабочее разделение «Европы» и «Запада», где первое относится к доминирующей культуре соответствующей страны, а второе – к её институтам, разделению властей, свободе слова, конкурентным выборам и прочему, что мы любим. В этом смысле можно быть «Европой», не будучи «Западом», – и наоборот. Другой вопрос, что нельзя быть европейским защитником униженных и оскорблённых коллективного не-Запада, если последний этого совсем не хочет. Причём не хочет весьма, так сказать, активно. Ну а поболеть, конечно, кто-то в личном качестве может. «Да! Покажите этим янки!»

Как перестать беспокоиться и полюбить бомбу? Точнее, войну. Здесь должны совместно действовать несколько факторов: 1) ощущение моральной правоты своей стороны; 2) кратковременность военной кампании; 3) победный исход; 4) низкое количество жертв; 5) отсутствие лично у вас перспективы стать участником или жертвой войны. Вот и считайте.

Журналист из дружественного издания попросил комментарий об усилении авторитарных тенденций в... на Украине. Нет, я сам люблю постмодерн, сарказм, абсурдизм, 1984 и вот это всё, но...

Меланхолично бреду по улице Баумана в Казани. А из ресторана справа ревёт "Демобилизация" от ВИА "Сектор газа".

Жить в эпоху перемен, тем более перемен к худшему, - такое себе. Об этом ещё древние китайцы говорили. Но если уж угораздило переродиться именно сейчас, то нужно находить и в этом моменте что-то положительное. Скажем, если вы интересуетесь общественными и поведенческими науками, всякими психологиями, социологиями, политологиями да философиями, не говоря уже об историях, то есть возможность увидеть во всех подробностях то, о чём только читали. Дилемма безопасности, проблема коллективного (без)действия, механизм психологической защиты по типу идентификации с агрессором, расчеловечивание, секьюритизация, rally round the flag, unintended consequences...

Сегодня в рамках республиканского форума "Конструктив", проходившего в казанском Технопарке, провёл сеанс групповой психотерапии, слегка завуалированный под лекцию о национализме, глобализации и месте России в меняющемся мире. Посчитал себя обязанным дать аудитории, офф- и онлайновой, умеренно-оптимистическую перспективу возможного будущего, контрастирующую с имеющими место сегодня контрпросвещенческими поползновениями. Среди воображаемых большинств и фальшивых энтузиазмов необходимо сохранять критичность, осознанность и – да! – человечность.

Интересная страна Куба. Автопарк там архаичный, а референдумы - совсем наоборот.

Снова заговорили о национальных интересах, которые нужно защищать. Как уже было сказано, национальные интересы – это, собственно, повышение благосостояния граждан и обеспечение государственной безопасности, которая, в свою очередь, понимается двояким образом – как сохранность границ и внутреннего общественного порядка. Всё. Здесь нет никакой эзотерики. Естественно, к внутреннему общественному порядку относится и, скажем, возможность выйти на улицу и пойти в школу или, почему нет, в военкомат без угрозы для собственного здоровья или даже жизни. Поэтому всякий раз, когда кто-то, от низов до самых до верхов, в очередной раз говорит о защите национальных интересов, следует задавать простой вопрос: где мой сыр? Иначе говоря, обеспечивается ли повышение благосостояния наших сограждан (и ваше личное) и государственная безопасность теми решениями властей, которые предлагаются. Если нет, то речь не идёт о защите национальных интересов.

История повторяется не дважды, а трижды. Первый раз в виде трагедии, второй – фарса, а третий – в виде ядерного алкопокалипсиса.

На одном из своих недавних стримов Олег Кашин рассказал такую историю. Общается он со своим знакомым из властных коридоров, тот хвалит колонки Кашина, но при этом сетует: зря ты, мол, Олег, к либералам подался – а так бы твои статьи попадали в мониторинг, тебя бы читали серьёзные люди. Я, конечно, не знаю, о каких серьёзных людях идёт речь, но если судить по тому самому заседанию Совбеза РФ, уровень серьёзности впечатлил всю страну.

Но я о другом – я о принципе эхо-камер, об отрицательном отборе и отсутствии обратной связи, особенно негативной. Когда аналитика или, скажем, мнение оценивается не по своей адекватности реальности, но по тому, исходит оно от «дружественного» (лоялистского, сервильного, обскурантистского – нужное подчеркнуть) источника или от «врага», у вас большие проблемы. Собственно, большие проблемы не являются на сегодняшний день большой новостью. Что не отменяет необходимости критической рефлексии над причинами появления этих проблем.

Призывы к национальному возрождению путём «очищения» от «чуждых» элементов, будь то идеи или их носители, – это такой базовый, просто как из учебника пример фашизоидной риторики, что как-то даже неловко на это указывать. А ещё боремся за почётное звание дома высокой культуры быта!.. С другой стороны, сама по себе эта физиологическая метафора, возможно, указывает на необходимость самим говорящим пройти процедуру детокса или, не знаю, хоть таблетку активированного угля принять. Чтобы их собственные бурления не отравляли жизнь окружающим.

В 2014 г. Крым интегрировался в стабильную, процветающую, растущую, привлекательную, мирную, надёжно встроенную в мировую экономику страну, чьи перспективы казались однозначно более светлыми, чем у хаотичной постмайданной Украины. Граждане РФ в большинстве своём с оптимизмом смотрели на прошедший референдум, а зафиксированный социологами «крымский консенсус» был довольно прочным в течение нескольких следующих лет – до пенсионной реформы. В контексте этого консенсуса бравурные заявления о том, что, мол, нам плевать, если результаты референдума не признают ни в ЕС, ни в США, ни тем более в Киеве, звучали относительно приемлемо. Действительно, если у вас всё хорошо, время мирное и санкции символические, можете себе позволить и плевать без всякого ограничения. Сегодня же, в 2022 г., контекст происходящих событий настолько поменялся, практически до полной инверсии по отношению к обстоятельствам восьмилетней давности (где вы были, кстати?), что бравурные плевательные реляции уже смело можно трактовать в духе фаталистического: сгорел сарай – гори и хата!

Нет ничего страшного в том, что постироничные люди вроде нас с вами могут подолгу обсуждать галковскую теорию о России как о криптоколонии Великобритании. Страшно – это когда известная категория граждан неиронично пытается встроить Россию в антиколониальный дискурс как страну, всего несколько десятилетий назад якобы бывшую жертвой западного колониализма. Credo quia absurdum!

В магазинах Robinzon то ли издеваются, то ли, наоборот, хотят вселить в покупателей оптимизм

Ох, давненько я читал сорокинскую антиутопию «День опричника». Но, как я помню, там шедшая от «нас» к «ним» труба функционировала без перебоев, не говоря уже о загадочных взрывах. Всё было как-то, знаете, благолепнее, посконнее, густопсовее. Верните мой 2006-й!

Помимо чтения «Вопроса виновности» Карла Ясперса, как предлагает Николай Эппле, я бы ещё рекомендовал просмотр «Конформиста» Бернардо Бертолуччи.

В контексте последних событий периодически дискутируется вопрос о том, что такое мужественность и как должен себя вести настоящий мужчина. Мне всегда казалось, что у мужественности всего два ценностных основания. Во-первых, верность своему слову. Во-вторых, способность сказать «Нет».

Кровопролития, связанные с украинской революцией 2013-2014 гг., я объяснял для себя отчасти тем, что у страны не было «прививки» в виде своего октября 1993 г. Они не могли себе представить, что до такого может дойти, они не думали, что украинцы могут по приказу свыше стрелять в других украинцев. Отсюда и конспирологические теории относительно снайперов, присланных Москвой. Действительно, не могут же это быть украинцы! Кстати, и вокруг событий в Москве в октябре 1993 г. тоже ведь сложилась теория, согласно которой те самые загадочные снайперы были из Израиля.

Возвращая вопрос уже в Россию и в сегодняшний день: как мог случиться февраль 2022 г.? Какая «прививка» отсутствовала у Кремля? А ответ-то простой. «Прививка» как раз была – но она была положительная. Это вся история с присоединением Крыма: быстрая, практически безболезненная и безусловно поддержанная многими как на полуострове, так и на континенте. Но в одну реку нельзя войти дважды. Тем более через восемь лет.

Эсхатологический энтузиазм современных ресентиментариев по поводу растущего госдолга США гомологичен вере ортодоксальных марксистов в коллапс капитализма вследствие наличия в оном непреодолимых противоречий.