На вчерашней премьере третьего сезона «И просто так» любовалась Саритой Чоудри, которая, в отличии от своего экранного персонажа, предпочитает носить тотал блэк. Для дорожки стилист Сариты Кейтлин Бёрк выбрала платье и косынку Magda Butrym (а какой атласный кисет!). Жду каждый будущий промо-выход актеров, чтобы в очередной раз восхититься индийской королевой.

Что хочется сделать с ногами в период привыкания ступней к летней обуви.

Когда мне было пять лет, на утреннике в детском саду я высказала маме первую осознанную модную претензию в жизни. При виде «одногруппниц» в розовых атласных платьях и взгляде на надетый на меня лаконичный белый наряд мини-я очень расстроилась, и в словесной перепалке с личным стилистом ей было выдвинуто обвинение: «Тебе все красивое не нравится!». Красивое = розовое.

Шли годы, приобретались розовые домики и машины для Барби, костюмы для Baby Born и даже туфельки на небольшом каблуке для сменки в школу (вину за испорченный утренник загладили). А потом, внезапно, цвет начал исчезать из моей жизни, и даже обои были заменены на голубые по моей инициативе. Розовый ≠ красивое.

Забавно наблюдать спустя 13 лет вкусовой регресс: это то ли бессознательная попытка вернуться в беззаботное детство, то ли банальный диктат трендбуков. Сначала я стала регулярно заказывать розовые мешки для мусора в «Лавке» (они странным образом поднимают мне настроение). После, шаркая ножкой, попросила дорогого друга купить мне рюкзак Uniqlo x JW Anderson в цвете жвачки. Чехол для ноутбука Artskillstore (теперь — часть JENЁK) вписался, как родной, в дуэт с вещмешком и страшно на него похож цветом. И дома теперь ждет стол в льняной полосатой скатерти Tutov; на нем не хватает только книги Sofia Coppola Archive, как у половины запрещенной соцсети, моей коллеги Сони и ее кота Мартина. Розовое = снова красивое.

И нет никакой связи с тем, что я пересмотрела «Эй, Арнольд» и полюбила Хельгу Патаки!

#straightface

Моя религия — бицепс Николь Кидман.

Мария Грация Кьюри покажет свою последнюю коллекцию для Dior уже через несколько дней — и, хотя официального заявления об её уходе LVMH пока не делал, всем будто бы уже всё известно. Красиво выстроена финальная сцена: круизная коллекция в Риме — и возвращение домой, в город, который синьора Кьюри невероятно любит.

Рим стал не просто темой круизной коллекции Dior, а фоном настоящего нового начала: вместе с дочерью Ракеле Реджини Мария Грация восстанавливает Teatro della Cometa — частный театр на 233 места в центре города, когда-то построенный меценаткой Анной Лаэтитией Пекки-Блант. Театр долго стоял заброшенным: в 2020 году Кьюри и Реджини купили здание и начали кропотливую реставрацию — восстанавливали полы, сгоревшие в 60-х, возвращали мрамор, красный вельвет, заказывали мебель у Марты Сала, люстры у Open Space и воссоздали светильники в виде комет, которые были гербом Пекки-Блант.

Теперь здесь будут камерные спектакли, чтения, выставки и инсталляции. Вместо одного арт-директора — команда кураторов. Это очень личный, семейный проект — в театр они вложили всё: гонорары Кьюри, энергию, идеи, ресурсы, время.

Театр откроется в уже в мая — одновременно с круизным показом Dior.