Журналист, писатель Сергей Строкань @strokan

Наступление на восток

Обращение Владимира Путина о начале частичной мобилизации обозначило новый поворот в противостоянии в Донбассе и других регионах украинского юго-востока, уже собравшихся с вещами на выход из состава разваливающегося украинского государства. При этом заявление российского президента было адресовано не только россиянам, но и мировому сообществу, которое всё чаще задаётся вопросом, как долго всё это может продлиться и к чему привести.

В связи с этим принципиально важно уяснить одну вещь, которая может стать ключом к осознанию смысла решений российского президента. Под мировым сообществом, которому послал сигнал Владимир Путин, следует понимать не только коллективный Запад, который он упоминал раз за разом, говоря о первопричинах и главной движущей силе украинского конфликта. Адресатом обращения стал и не упомянутый им коллективный Восток. То есть огромная часть многополярного мира, не ставшая для Москвы врагом, но испытывающая растущий дискомфорт в связи с затягивающимся противостоянием на Украине.

Необходимость постоянно держать удар усиливающего давление Запада, требующего от Востока включиться в войну санкций, лишает возможности переключиться на решение ключевых проблем долгосрочного развития, энергетической и продовольственной безопасности, здравоохранения, экологии, о которых без особого успеха постоянно напоминают Китай, Индия, Индонезия, Бразилия и другие центры многополярного мира.

Прошедший накануне саммит ШОС в Самарканде стал наглядной иллюстрацией того, что главные партнёры Москвы — Китай и Индия — не в восторге от происходящего и ждут от неё гораздо более активных шагов для того, чтобы в украинском конфликте скорее была поставлена точка. Лучше всего эти настроения выразил индийский премьер Нарендра Моди, прямо заявивший, что «нынешняя эпоха — не эпоха войн». На Западе поспешили интерпретировать его слова как чуть ли не критику в адрес Москвы, хотя индийский премьер имел в виду совсем другое: продолжающийся украинский конфликт всё больше отравляет международные отношения, разрушая механизмы сотрудничества.

«Я знаю вашу позицию по конфликту на Украине, ваши озабоченности, которые вы постоянно высказываете», — ответил Нарендре Моди Владимир Путин. После чего произнёс, возможно, главную фразу: «Мы сделаем всё для того, чтобы это прекратилось как можно быстрее».

Встреча Владимира Путина и Си Цзиньпина также породила немало домыслов. Тот факт, что Си Цзиньпин не остался на ужин и совместное фотографирование на встрече лидеров ШОС, на Западе расценили как то, что дистанцироваться от России якобы пытается уже не только Индия, но и Китай.

Конечно, в этих своих хотелках по поводу поведения Востока Запад выдаёт желаемое за действительное. Но факт остаётся фактом: не только у Дели, но и у Пекина нарастает усталость от необходимости постоянно балансировать между Россией и Западом и искать способ, как бы самим не обжечься огнём санкционной войны. Кроме того, на Востоке как нигде особенно уважают силу и имеют дело с победителями.

В связи с этим в Москве, судя по всему, и было принято решение, которое позволит добиться кардинального перелома на полях сражений как пролога к будущему украинскому миру.

Если Западу нужна война до последнего украинца, то национальным интересам ведущих государств Востока нужен украинский мир, причём чем скорее, тем лучше.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.

@rt_special

Где, вы, парни всей земли?

Политолог, профессор, кандидат политических наук Дмитрий Евстафьев @dimonundmir

Когда наконец осела пропагандистско-эмоциональная пыль от решения ОПЕК сократить добычу нефти на 2 млн баррелей в день, странным образом начинает проявляться второе, а то и третье дно принятого решения.

Дело не в том, что решение ОПЕК+ провоцирует рост цен на нефть, не дожидаясь завершения ноябрьских промежуточных выборов в США, что неминуемо будет иметь политические последствия. Кстати, действия администрации Байдена, пытавшейся любой ценой сбить цены на бензин перед выборами, обнажили главную проблему современного Вашингтона: жизнь одним днём, когда решаются тактические задачи ценой усугубления долгосрочных проблем. И не в том, что Вашингтон, кто бы ни находился в Белом доме и конгрессе в ближайшие годы, эту нелояльность нефтепроизводителей запомнит. И санкции США против нелояльных нефтяных монархий будут куда более серьёзными, нежели просто отзыв систем ПВО из зоны конфликта с йеменскими хуситами или предлагаемое сейчас эмбарго на поставки вооружения Саудовской Аравии (проект сенатора Р. Блюменталя).

Вашингтон давно нацелился разрушить нефтяной картель, играя на противоречиях внутри него и между членами ОПЕК и другими нефтедобывающими странами. Но сейчас понятно, что стравить Саудовскую Аравию и Иран, ОПЕК и Россию, крупных производителей внутри ОПЕК и малых (таких как Эквадор, Габон, Экваториальная Гвинея) не получается. Но это только сделало цели США в отношении и ОПЕК как таковой, и всего рынка нефти ещё более решительными.

США воодушевлены успехами в переделе рынка газа. Им удалось сделать почти невозможное: заставить ЕС переориентироваться с относительно дешёвого российского газа на существенно более дорогой американский СПГ.

США использовали для этого и деградацию политических элит Европы, включая и прямой контроль из Вашингтона над некоторыми партиями, посулы доступа к дешёвым ресурсам Евразии после разгрома России в ходе конфликта вокруг Украины и многое другое. Результат, увы, очевиден: происходит не просто деиндустриализация Европы, но вымывание колоссального объёма инвестиционных ресурсов из стран ЕС в США через механизм газовой дани. Да, для этого пришлось пойти на очень жёсткие меры — взрыв «неведомыми силами» «Северных потоков», — но ведь прокатило же?

Почему бы не разыграть подобную комбинацию и на рынке нефти, где складывалось опасное для США партнёрство ОПЕК с Россией?

Не забудем и планы переформатирования Ближнего Востока через широкомасштабную дестабилизацию. Их после затухания «арабской весны» убрали в долгий ящик, но ведь их недолго оттуда и достать.

Решение ОПЕК было не просто асимметричным, но превентивно асимметричным ответом на решение Евросоюза об установлении потолка на цену российской нефти, за которым стояли США. Вашингтон, лоббируя это решение евробюрократов, решал три задачи.

Первое и самое очевидное. Введение политических критериев на рынке нефти. Представляете, как сыграло бы политически и имиджево возникновение градации «нефть свободы» и «тоталитарная нефть», торгуемая с большим дисконтом. И это могла быть не только российская нефть. Этот финт не получился в своё время с газом, но времена с тех пор сильно изменились, и экономическая рациональность ушла в прошлое.

Второе...

Читать далее — https://telegra.ph/Politolog-professor-kandidat-politicheskih-nauk-Dmitrij-Evstafev-dimonundmir-10-13

@rt_special