Конечно, это не Элена Ферранте с опозданием на самолёт, но в ночь перед запланированной таксо-операцией я взахлёб читала "Вегетацию" Иванова, - и когда операцию отменили, дочитывала так же взахлёб.

* Да, "Тени тевтонов" больше нас с Ивановым не разделяют.

Итак, вы прочитали новую книжку Иванова и вам надо её кому-то срочно пересказать.

Можно пойти путём, которым сейчас пошли большинство рецензентов, и рассказывать, что это такой биопанк постапокалипсис: с хищным лесом, в лесу нападают спятившие машины, а группа лесорубов едет через этот лес на поиски таинственного участка рядом с горой Ямантау.

Можно пересказывать детальнее, и тогда картина дополнится излучением, войной с Западом и Китаем, героями-близнецами Митей и Сергеем Башениными, новыми технологиями и восхитительными деталями переделки в этой новой реальности металлургических заводов в деревообрабатывающие.

Но это все информация, а не впечатления. А с впечатлениями проще: представьте, что вы Иванов, и что вы решили пересказать "Обитаемый остров" в сеттинге "Навсикаи из Долины ветров" и добавить щепотку Final Fantasy VII - а для вдохновения, пока писали, каждый вечер пересматривали Кэмерона, то "Чужих", то первый "Аватар".

... Тут должен был быть абзац с описанием благородного героя в чужом ему мире - Митя Башенин как новый Максим Каммерер, только не на другой планете бухнулся, а с амнезией по Сибири ходит. Вместо Башен - излучатели и экраны, каждые сто страниц - новая версия общественного мироустройства, и всё такое. Про чокнутый лес как из Миядзаки, только добавлены безумные машины. Про вот этот любимый Кэмероном момент инструктажа наёмников в начале пути, в брюхе бронетранспортёра, и про то, что для красивой драки надо залезть в погрузчик.
Но зачем подробности? мне лень, а
вы же и так это всё представите? Вот, то, что выйдет - это и есть "Вегетация".

Сразу, кстати, понятны все плюсы: фантастически зрелищные бои с помощью огромных машин, изумительно ощутимый лес, - то ли чудесный, то ли чудовищный, и вообще лавинная увлекательность повествования...
И минусы: если вы искали ту глубокую мысль, на которую всё это нанизано, то нет, не ищите, не надо портить удовольствие. То есть про экосистему будет, про новый виток эволюции будет, про своих и чужих будет, да, но после прочтения в голове останется победившая картинка, а не идея.

Ну и, конечно, это ж Иванов, то есть разговаривают они как живые (жалко, думают периодически как картонные, но тут ничего не попишешь). И вот это противостояние между необъятной страной и большими городами вышло отлично.

Короче, получила массу удовольствия, хотя это не шедевр шедеврович. Иванову горячо благодарна.

Вот же я дурында, не скопировала свои простынищи из Notions, а доступ тю-тю(((

Алексей Сальников, "Когната. Подробнее о Косте и его друзьях".

На Яндекс книгах продолжение "Когнаты" Сальникова, 5 маленьких рассказов - и это такое счастье, взахлёб. Вчера над ними уснула, а сегодня с утра проснулась срочно дочитать.

Настрижка про Костю и во времена его детского пребывания у драконов, и про возвращение, и про взрослую жизнь, а последний рассказ - про события уже после окончания "Когнаты".

Ничего такого особенного, просто маленькие чудесные кусочки жизни людей и драконов, при этом ни фига не беззаботные: со смертями, уходом за больными, приютскими вшами и малолетним хулиганом Антоном - а вот ведь прямо мост в душевный покой.

#ЛучшееИзВсего

А вот эта прелестная история отправила меня прямиком искать тот самый рассказ Брэдбери, Homecoming, про маленького недотепу, родившегося в вампирской семье, - которого они все любят, но ужасно стесняются, - и про его сестру, предвестницу героини "Апрельского колдовства", гуляющую из одного сознания в другое.

Последние две недели был #НемножкоТеатр - накал Чехова.

Олег Долин поставил в Вахтангова «Ионыча». Хабенский в МХТ – «Чайку». Лев Додин привез из Питера «Палату №6».

Ну что я могу сказать. Никуда не ходите.

У Долина постановка не про ограниченность и рутину, нет. Он надышал в «Ионыча» нежности к этим живым, бестолковым, любящим людям и общего сожаления, что молодость проходит, разбивает наши мечты и оставляет нас опустошенными.

*я тем временем перечитала и как раз осталась под впечатлением от того:
А) какая Чехов злобная жопа, что никого из них не жалеет, - видит только пошлость и надсаду этой провинциальной жизни, но, например, что под этой штукатуркой действительно любящие родители –ретуширует.
Б) как Ионыч по молодости чапал пешком девять верст в город и девять – обратно. Это, во-первых, какого ж качества дорога, если ты пришел не пыльный и грязный как свинья, - так, что ни в какие гости уже не пойти, и весь марш-бросок зря. Во-вторых, какая степень безопасности, - одинокий интеллигент с часами на цепочке, наверняка с перстнем или булавкой для галстука, в ночи, несколько часов, и ни тени переживаний.
В) какого черта Ионычу нельзя было поиграть в Свидригайлова, съездить на воды, например, найти себе нежный влюбленный цветочек и как-то прям вот обустроить жизнь? И почему уезжающая на воды каждую зиму Катенька себе там никакого жениха не нашла? (Да, меня немножко покусали Лермонтов и Джейн Остин).

При этом у Долина вышло... серовато. Итог как бы и не тот, что подчеркнуто короткий спектакль просто сожрал у меня полтора часа времени, но и не тот, чтоб это было чудо, на которое всем бежать.

Хабенский в МХТ поставил «Чайку», которую моя скамья диванных критиков, конечно же, сравнивает с бутусовской версией (Нина и Костя, каждый по-своему, рухнули во взрослую жизнь и разбились, второе действие – тление и распад, трагедия висит в воздухе, рвануло бы не тут, так там, всех жалко) и с крымовской (Нина – ужасная актриса, Костик – жертва жесткой неумолимой матери, второе действие просто часть первого, ужасно жалко Костика). У Хабенского это непонятный ком, Треплев, Тригорин и Сорин – три ярко выраженных Хабенских разного возраста, Нина и Аркадина – один архетип, но разных лет и в разной фазе, второе действие про физиологию, - в числе прочего Треплев у нас на глазах ест сырой убитую чайку, а потом его тошнит ею в озеро, - по подмосткам невесть зачем периодически бегают маленькие друзья Маша, Медведенко, Треплев и Нина… и нет, не жалко никого).

Подчеркнуто длинный спектакль, съел у меня почти 4 часа с учетом премьерной речи Хабенского после занавеса, - эх, не чудо.

Наконец, «Палата номер шесть» Додина – пьеса, написанная самим Додиным для собственной постановки. При всем уважении ко Льву Абрамовичу, оказалось, он не так чтобы драматург моей мечты. Очень стильно, сценография вау, и при этом до того монотонно, что я и еще половина бельэтажа проспали две трети спектакля. Так ведь и спалось под него плохо, а в конце, после смерти несчастного доктора, профдеформация усталого человека нашептывала мне, что он, бедный, так нигде и не отдохнул. Нет, ни с какой стороны не рекомендую.