Я сейчас соучаствую курсу «Невидимые чернила».

Это абсолютно фоновый, как проветрить писательский дом, процесс.

От тебя ничего не требуют (только приоткрой окно), раз в пару дней на почту приходит письмо о писателях и писательницах, их судьбе, практике, мытарствах и сложностях. Ты сам выбираешь, делать или нет задания по мотивам этих писем.

И вот что я заметил:
Пример пробуждает желание, в моем случае, ответить: написать зарисовку, письмо, комментарий. Это еще не про соответствие, но про совместное путешествие.

Как только я пишу законченный художественный текст, начинаются качели: я — Бог, нет, я — лох, повторить. Как писатель я никогда не нахожусь в покое/в равновесии. А вот это уже про соответствие гребучим внутренним стандартам, никак от себя не отколебусь.

Рефлексия носит более карательную функцию: пресловутая и ненавидимая мной максима «писать надо лучше», хотя «Невидимые чернила» твердят: «Пиши» (для себя/противу болезни/для ангелов/ради тишины/чтобы кричать/миры должны гореть/в молчании слово, а свет лишь во тьме — выбери свое и побудь с этим). Просто писать в пустоту — слишком привычный (и роковой для меня) паттерн.

Никаких выводов в начале пути, only scratches on the margins.

#писатьбольшенекому #невидимыечернила #приниматьад

See you on the Other side

Ступив на летное поле, парень спохватился, начал шарить по карманам.
Флакона с сосудосуживающим не было.
Парень обернулся на автобус, даже дернулся, но двери закрылись, автобус уехал.
Парень вытащил упаковку бумажных платков, с треском выдрал один и начал сморкаться.
Он делал это громко, с отчаянным старанием. На него косились.
Поле заметал редкий снег.
Люди стояли у трапа в самолет нахохленной недоброй массой.
Бортовая проверка затягивалась. Гудели, наливаясь уверенностью, моторы.
Парень трубно сморкался и никак не мог остановиться.
«Хватит уже», — не выдержала пожилая леди и дернула парня за рукав.
Он посмотрел на нее каштановыми скорлупками глаз. Ни тени смысла не было в этом взгляде.
«Даун что ли?» — леди отодвинулась и машинально вытерла пальцы о плащ.
Парень выпустил платок, тот комком побежал по бетону в сторону взлетки.
«Вот урод», — отвернулась к своему бойфренду девушка в крикливо яркой неоново-розовой шапке.
Парень поднес руку ко рту, согрел ее дыханием и послал вслед платку воздушный поцелуй.
Платок поймал его и развернулся во внезапную ширь.
«Что?!» — люди оборачивались.
Платок раскинул огромные, по десятку метров крылья и уверенно шел на взлет.
«Не может быть!»
«Это... правда?»
«Я… снимай скорее, снимай!»
Десятки телефонов свидетельствовали чуду.
У границы полетной мембраны, где агатово-черное потустороннее небо смыкалось с бирюзовым сиянием защитного экрана, платок вспыхнул алым.
И пробил дыру в открытый космос.
«Это ледокол! — закричала девушка в розовой шапке. — Ледокол, понимаешь?!»
С громким стуком самолет закрыл оружейные люки.
Пассажиры с ужасом и недоумением смотрели, как гаснут фальшивые маяки в плексигласовых сферах. Как уходят внутрь борта антенны активного тока. Снайперы, что должны были охранять полет, откидывались в своих креслах и тут же засыпали. Напряжение покидало борт едва заметной вибрацией. Это пилоты отключали модули пассивной защиты.
«Мама, нас не съедят?» — мальчик лет восьми озвучил то, что дымилось и корчилось у всех на языке.
«Борт номер восемь три дельта тринадцать, — заглушая крики волнения и восторга, разнесся по полю гром из динамиков аэропорта, — взлет по чистому фарватеру. Немедленно!»
Платок шел все выше, травил трассу алого коридора, в который силились, но не могли пробиться тени.
Привлеченные светом платка, ослепительно-белые, больше кита и страшнее кракена, они метались по ту сторону черного неба, бились об экран расколотого льда. И отступали, чтобы вновь и вновь, с бессильной яростью штурмовать неподвластную им стену.
Люди поднимались на борт без страха, некоторые даже забывали осенить себя кругораспятием.
Сегодня им нечего было бояться.
Парень пробил для них старое небо.
В салоне оказалось, что он сидит в среднем ряду.
Пожилая леди уступила ему место в проходе.
Весь полет она спала.

Everything is peachy keen
Apple music

#писатьбольшенекому #приниматьад #мыпродолжаемслушатьголоса #невидимыечернила

Сегодня идеальный день, чтобы предзакать первый том романа Дмитрия Колодана «Пересмешник на рассвете».

Почему именно сегодня? Предпросмотр показывает одну цену, а в заказ записывает другую — гораздо меньше. Вдруг вы экономный!

Почему именно Колодана? Потому что 1) Колодан — гениальный автор современных сказок для взрослых, 2) Колодан — концентратор всевозможных фактов и мифов, которые перемешаны в нём самым неожиданным образом и обретают над ним таинственной властью: будят по ночам и заставляют записывать всё, что им взбредёт в голову, 3) Колодан — сам свой собственный персонаж; я в жизни не видела автора настолько откровенно выбравшегося в наш мир из мира собственной прозы.

Почему вообще надо покупать первый том? Потому что второй том будет совсем скоро! Вы как раз успеете дочитать первый, но ещё не успеете изодрать обои в подвале в жажде новой дозы.

Да а что там в книге-то? Да какая, собственно, разница? Что-то безумное и прекрасное.

А где же покупать? В любом удобном для вас магазине. Я предзаказала в Буквоеде!

Об этой офигенной книге я писал вот здесь.
Я в диком восторге от "Пересмешника" и невероятно рад, что она (уже почти) вышла! Предзаказал.

А тут и второй том отправился в печать.

#моидрузьяидругиеживотные #дмитрийколодан #пересмешникнарассвете #приниматьад #читаюэтоподоброволе

Bye Sweet Carole

Недаром в названии канала страхи.
Я люблю ужасы. Не настоящие, чаще всего кровью и насилием спаянные с потерями и риском для жизни.

Я люблю выдуманные ужасы, пусть даже за титрами спрятаны реальные события, все равно это — понарошку.

Тем круче, когда хорроры берут высокую планку изобразительных средств.
Артовые, стилевые
Смешные, дикие
Вычурные, ударные
Простые, угарные

Меня невероятно восхищает и интригует, какой свободой наделяют автора грязные, перепутанные меж собой, пропеченные драмой и персональным видением, классические жанры: комедия, боевик, триллер.

Вот и нынче я восхищаюсь компьютерной игрой (фиг знает, что там с геймплеем, картинка какая! Концепт!). Зацените и вы.

#зрижри #неигралновосхищаюсь #приниматьад

Немного нытья и новый хоррор

В 2018 году я попытал удачи и отправил на конкурс чтецов короткого хоррора Самые страшные чтения две зарисовки: Царь чешуи (про вторжение лавкрафтианских чудовищ в нашу реальность) и Вид из окна на широкую улицу (шизофренический бытовой кошмар).

Оба текста организаторам не понравилась, и Бог/Бес бы с ними, в толкованиях ужасного мы редко совпадаем.

Был еще третий текст Эдгар Алан По, надо было посылать его, он попроще, ПРО КОТА и более явный, но я выбрал свои загогули.

В этом году Самый страшный фестиваль, традиционно проходит в Питере окрест Хэллоуина. Удачи и сил организаторам, пусть все пройдет огонь и сера, текст я написал, но даже не стал никуда отправлять. А с вами поделюсь.

Владик падает

Владик не хотел, чтобы у него появилась жена. Женщин он недолюбливал и стыдился, помнил, как ругала его мать, щелкая линейкой по бугорку детского пениса, торчащего из трусов. Природа и отец, которого Владик никогда не знал, наградили его чрезмерно крупным хозяйством. И это почему-то возмущало и докрасна накаливало мать.

Потом были еще случаи: в мужской раздевалке пацаны требовали показать чудовище, оттягивали свои трусы и мотали головами, не в силах отменить сравнение. Но за член Владика не гнобили. А вот девчонки, особенно, в старших классах, прям-таки охотились за его змеем. Однажды впятером притиснули Владика к стене в коридоре и самая бойкая — баскетболистка Федорова засунула ему всю пятерню в ширинку. Владик ощутил ее липкую от любопытства ладонь и обмяк. Федорова взялась за него как за поручень в автобусе.
Ну, девки, — потрясенно сказала она, — я такого даже в порнухе не видала.
И они расцепились, рассыпались, спрятали взгляды, а Федорова все стояла и держала Владика за член, тепло дыша ему в ухо.

Больше в эту школу Владик не ходил. Матери соврал, что она сгорела. Мать хмыкнула, и через три дня Владик пошел в другую. Но знание о его чудовищном шланге просочилось и туда. Пришлось вцепиться в школьную науку и выдавить ее экстерном, как гной.

Некоторым спасение стали широкие рэперские штаны. Но женщины все равно чуяли змеиным каким-то своим чутьем, что Владик отличается от других мужчин.

Владик сбежал из дома, украв у матери три котлеты денег, которые она прятала от него в разбитых валенках. Как опытный шулер танцует колодой, шафля ее сквозь пальцы, так же Владик растасовал несколько городов, выбирая их наобум, по первой букве или внезапной обонятельной ассоциации. Неожиданно он нашел себя в Туле.

Здесь Владик стал жить один, завел собаку — огромную, совершенно равнодушную ко всему овчарку. Назвал Найдой. В детстве у бабушки была Найда. Черная беспородная злыдина, которая брехала и кидалась на всех, кроме Владика. Его для Найды почему-то не существовало. Вот и теперь Владику нужна была живая тень рядом. Чесать за ухом, кормить, выгуливать. Проявлять внимание самому, не привлекая ответа.

Что еще радовало, в Туле никто пока не знал о Владиковом оснащении. Он понемногу оттаял. Стал ходить в кино, посещать музеи, гулял без оглядки, прожигая наследство из валенков.

Пока не узнал, что у него появилась жена.

То, что это именно жена, Владик понял сразу. Она не подходила. Не пыталась с ним заговорить. Только смотрела. Сквозь витрину. Из окна автобуса. С той стороны улицы. Всегда разная женщина. Иногда взрослая, разбитая работой и бытом, порой юная, первый-второй курс, яркий румянец и юбка над коленом, раз встретилась Владику жена-старуха, еще крепкая, с огромным клювом Бабы-яги. И все они молчали. Смотрели. Изучали Владика. И это было самое страшное.

Потом он начал видеть жену в инстаграме. С плакатов на стенах. Жена ехала с сольным туром по стране и обещала навестить Тулу. Жена торговала мобильными в молле. Жена разносила почту. Жена пророчила погоду, но стоило ей встретиться взглядом с Владиком, как она замолкала. По телевизору это было особенно жутко.

Владик слышал, как они шелестят плащами, дождевиками и платьями, сужая круги. Владик слышал стрекот их ресниц. Владик слышал тонкую измену их парфюма, всегда разного, всегда будоражащего и сильного.

Владик взял Найду, снял каршеринг и пропал. Гнал ночь без остановки, бросил тачку, где позволило приложение, снял квартиру посуточно и отрубился.

Ближе к ночи голод выгнал Владика за едой. В круглосуточном подвальчике он купил острый Доширак, Балтику нулевку, три пакета мокрого корма и сникерс. Подъезд встретил его жутким предчувствием, и Владик рванул на пятый, перепрыгивая четыре ступеньки зараз.

По полу спальни плыли клочки шерсти. Владик заподозрил неладное и побежал, запинаясь и повторяя: «Неладное неладное неладное», пока не обварился взглядом о Найду. Овчарка лежала на кровати, взбив одеяло, раскидав лапы под болезненно-острыми углами. Из глубины Найдиных глаз на Владика смотрела жена. От крика в глазах Владика лопнули сосуды, но даже сквозь кровавую пелену, он видел, как Найда встает и на задних лапах идет к нему, стараясь ступать грациозно, виляя собачьим задом так, точно соблазняла.

#писатьбольшенекому #невидимыечернила #страхчтотворит #приниматьад

Вообще не помню, как я это писал, но читается свежо:

Мир-кобыла

Свели кобылу, закатилась луна медным грошиком, звякнули звезды, как медали на кителе
Антошка заныл, няня хлопнула его по заду, не со зла, будто пыль вытряхнула
Кобыла удалялась, с ней пропадало ржание и привычный запах стойла
Матка сползла с печи, вдела худые ноги в валенки, утонула в них, погрузнела, даже нос обвис сильнее обычного
- Што исть будем? - противный у матки рот, зарос бородовками, что дождевыми червями
Няня грохнула миской о стол, откатилась с миски крышка, забелели голубоватыми брюшками грузди в сметане
- То разве ш еда?
Ванька с Антошкой ныли на два лада, перекликались, что ночная птица
Лампа качалась, тени скакали через горницу, играли в салки али прыгалки
Матка потянулась когтистой лапой к груздочку да схлопотала от няни звонкого
Метка няня, сноровисто орудовала ложкой на длинной костяной ручке
Разворачивалось кругом, бес знает что
Кобыла исчезла почти вдали, ржанула напоследок, прощаясь, выдирая из гривы свой скребок с тайными маткиным именем
Та схватилась за брюхо да грянулась оземь так, что трещины по полу пошли
Забренчала посуда
Закудахтали стены, расходяся бревнами
Няня насупливо следили за маткиными корчами, отодвигая кликушу, чтоб не саданула ненароком
- Исть! - заходилась матка, сучила босой пяткой - валенок слетевши прочертил дугу в воздухе, наделся на крюк, на котором Фомин Петрович врага распял, торчал оттуда, как срамной уд
- Ир! Йер! - вопили на два лада Антошка с Ванькой, как мужичок с медведем пилит бревно, так и этих не унять никак, - Ир! Йер!
Стукнула неслышно дверь, мех, прибитый к косяку, принял на себя пощечину пудовой створки
Прокрался в светлицу папанька
Всполз змием, пока не усек никто
От тени к тени шмыгнул, да так ловко, что ночь взмокрела от его шустрости
Приник к матке сзаду, ногами ее стиснул, и ну жевать кацавейку, что маткины пожухшие прелести скрывала
Закряхтела, запиликала матка
Распереживалась няня, совой ухает, в блюдо ложкой стучит, на святки судачили, что звон острый папанек сгоняет и члены их судорогой вяжет
Но змий лишь шустрее языком метит
Уже развязал все бусы, распутал веревочки да пуговицы сглотил и верхние три пары сосков маткиных в ночь выкатил
Ахнул валенок, на пол скатился, сморщенкой лежит
Затекли слюной Ванечка и Антошка, слюдяные зубы свои облизывают, раздвоенными языками туда-сюда, туда-сюда порскают
Скрывала один глаз ложкой нянечка, второй не утерпел, на пол укатился, да в трещину сбег, мчит по ней да приговаривает: «Не колоб, не дурак, по сусекам соскребак, по съебкам мастак, улечу и так»
Долго катился
Вылез на свет, гля, душная то кобылина дыра
Кобыла ж не будь дура, хрусть его, и прилакомилась
Папанька доит матку неустанно, уж вся та на свет, да царские банкноты, да фонарь «летучая мышь», да семян пакет, да три жареных гуся изошла
Тут и отвалился, ножку гуся с хрустом вывернул и, жир роняя, лакомится
Кобыла совсем в ночи потерялась
Повод вроде и натянут, а не тянут никуда
Чу! Хруст и чавкание
Навострила кобыла уши, что твой Кохинор, цок-поцок, так по звуку домой и прикралась
Пошла матка за утро змей доить, а в хлеву она - голубушка
Кобыла
Кралькой свернулась и сопит в уголочке, седая вся с устатку

#приниматьад #былоеигоды #писатьбольшенекому #япишуэтовосне

#лучшие книги, прочитанные в октябре
#рекомендуем

1. «Пиранези»Сюзанны Кларк — Библиотекарь книгу пропил @bibliodrink
Одинокий обитатель огромного мира бродит среди величественных статуй, мрачных скелетов и бушующих приливов. Он ведёт дневник, и каждая новая страница открывает читателю тайны Дома и глубины человеческой души.

2. «Тума» Захара Прилепина — tatyana_books @tatyana_books
Роман о детстве, юности и взрослении Степана Разина. Благодаря богатому, аутентичному языку и ярким, живым персонажам роман погружает читателя с головой в атмосферу эпохи и дух казачества. Отзыв

3. «Разрыв-трава» Исая Калашникова — Оля о книгах @olyaoknigah
Семейная сага о жизни в бурятской старообрядческой деревне. В центре сюжета три брата. На долю героев выпадет пережить немало исторических событий от раскулачивания до ВОВ. Отзыв

4. «Потрясающие приключения Кавалера и Клея» Майкла Шейбона — Страхи мужика @waitmanfear
Большой американский роман про войну, комиксы, еврейскую мистику, становление личности, бешеную травму и бесконечно прекрасные похождения двух мальчишек, которые выросли, но не потеряли своего лица.

5. «Хиросима» Джон Херси — Асташ | 18+ @divainthelibrary
Репортаж из самого сердца катастрофы. Сухо — и оттого страшно — Херси рассказывает о шести разных людях, переживших атомную бомбардировку, и о том, как же в итоге сложились их судьбы. Советовала бы читать в комплекте с «Колоколом Нагасаки» Такаси Нагаи — так картина рисуется максимально полная и поистине ужасная

Начал читать «Змейские чары» несравненной Наташи Осояну, и прям распороло узнаванием.

Осенью 2018 (уже после «Золотой пули») я крайне неудачно играл в «Грелку», иногда грешу, что на ней и надорвался. Написал соавторский рассказ, который горячо не люблю. И второй, который дико мне не понравился, я о нем до вчерашнего дня (и «Змейских чар»!) вообще не вспоминал.

А тут прям родство ощутил:

«Пес и его мальчик

Когда пес и его мальчик вышли из болот, ноги их были чисты.  
Небо облетало листвой. Рубиновая, карминная, алая с траурной бахромой, она таяла, не добираясь до земли.  
Пес и его мальчик шли, по привычке высоко поднимая ноги. Ад, если и следовал за ними, то выбился из сил, заблудился и плюнул.  
Выбравшись на твердую почву, эти двое обчистили крупное кладбище, мальчишка выкорчевывал кресты, да те не больно-то сопротивлялись, земля отдавала добычу покорно. Скоро мешок за спиной мальчишки бугрился славной добычей».  

Тексты, конечно, совершенно разные, но резонанс чувствую.

#япишуэтовосне #писатьбольшенекому #приниматьад

А вот и запись на Rutube.

Напоминаю: в день своего рождения ходил я в библиотеку имени Белинского в Екатеринбурге, словно самый, что ни на есть настоящий писатель, и читал отрывки из своего романа-долгостроя (будто есть у меня другие) "Печальное далеко".

Эти же отрывки текстом:
Мы с Никиткой
Счастливый день

#retrosovietwave #писатьбольшенекому #приниматьад

Куклы занимают отдельную комнату в моей душе. Поэтому вот рассказ про мою новую подругу по имени Юкла.

У меня есть куклы помойных эльфов, мы даже сгоняли с ними в Израиль летом 2015 и отсняли пару суток безумного беспутного странного фильма (чего еще ждать от меня, Вая, Нима, Алены и Агента Саламандры).

Потом мастер керамики сделал череп из «Призраков осени».

И вот теперь Юкла (у нее много имен: Кюхла-миухла, Саранга, добрая сестрица той, что знали как Шни, вертлявая изноверка, Шиобя, но Юкла — внешнее, максимально родовое имя).

Если хотите себе подобную чудо-куклу, вот вам наводка: Лихо — крипи-куклы, Аника баснословно дешево и круто сделает вам куклу на заказ или продаст готовую.

#лихокуклы #приниматьад #мояжизньидругиеживотные

Еду на рабочую игру (они у меня бывают для развлечения и для пользы, нынче как раз вторая), обсуждаем формулировку, когда одно племя набегает на другое с целью грабежа, и вспоминаю страшноватую в своей правдивости фразу Черной головы дракона: «Настоящая война начинается вдруг».

Моя жизненная мантра неизменна: «Пусть боль, насилие и убийства останутся только в книгах, кино, живут в выдумках», и в тон Чёрной голове дракона я иду к Доброму человеку без заебонов — он знает все про недобрые чудеса и берег реки в финале (там два поста, убедитесь, что дочитали до нужной точки).

Всем четверга, ясности, сил, тепла и внимания.

#мояжизньидругиеживотные #мояработаидругиеживотные #приниматьад #писатьбольшенекому

#лучшие книги, прочитанные в ноябре
#рекомендуем

1. «В точке кипения» Саши Некрасовой — Ginner | Книжный блог @GinnerBooks
Роман-антиутопия, действия которого происходит в недалеком будущем, где люди стремятся к экологическому равновесию, но природная катастрофа уже неизбежна...

2. «Стоунер» Джона Уильямса — Anastasija, канала нет
Роман о жизненном пути преподавателя английской грамматики и литературы. Действие происходит в США в конце 19 и первой половине 20 века. Тихое и спокойное повествование об обыденной жизни человека, но попадает прямо в сердце. Пронзительный роман.

3. «Царь всех болезней. Биография рака» Сиддхартхи Мукерджи — НемножкоКнижка @tinytinybook
История диагностики и поисков способов лечения рака, написанная как захватывающий документальный роман, - заслуженно получившая Пулицера и место в списке 100 бестселлеров 21-го века в Нью-Йорк Таймс. Отзыв

4. «Дорохедоро» Кю Хаясиды — Страхи мужика @waitmanfear
Mad mad mad manga. Отвязная, оторванная, взорванная, дикая. Тотально на любителя. Маги в жутких масках, дьяволы, спящие в головах. Магия дыма. Человек с головой каймана. Маг грибов. И пельмешки.

5. «Свечи апокалипсиса» Татьяны Замировская — Оля о книгах @olyaoknigah
Справляться с мрачным ноябрем мне помогала книга «Свечи апокалипсиса». Книга, выросшая из блога, остроумно рассказывающая о буднях продавца и менеджера элитного свечного бутика в Нью-Йорке. Отзыв

6. «Если однажды зимней ночью путник» Итало Кальвино — вы́Читать @posttsop
Постмодернистский роман-матрёшка о читателях и книгах, где собственно сюжет — это акт чтения и попытка добраться до "подлинного" текста. Отзыв

7. «Молчание цвета» Наринэ Абгарян — Читаю, смотрю, делюсь! @booksanddorama
Истории о маленьких чудесах повседневности и путешествиях, которые учат видеть мир сердцем и любить не за, а просто потому что.