ЦЕЛИТЕЛЬНАЯ ФУНКЦИЯ ЗАБЫВАНИЯ

Ирония и диалектика — отличные лекарства для человеческих душ, что только подтверждается психоаналитическим опытом. Следуя этой идее, позволю себе одновременно ироничный и задающий тон для серьезных размышлений кусочек из автобиографии Кустурицы с аналитичным названием «Где мое место в этой истории?».

Человек склонен все забывать, и человеческий род со временем превратил это умение в настоящее искусство. Если бы волшебное забвение не приглушало мысли, томящиеся в плену страстей, позволяя рассудку привести их в надлежащий порядок, наш мозг представлял бы собой обычный контейнер. Разве без умения забывать мы могли бы достойно встретить завтрашний день? Что стало бы с нами, если бы нашей душе пришлось непрерывно переживать страдания, если бы забвение не скрывало трагедии нашей жизни подобно тому, как туча скрывает солнце? Выжить было бы невозможно. То же самое с острой радостью. Если бы забвение не усыпляло ее, она бы в итоге свела нас с ума. Умение забывать смягчает боль от потерянной любви. Когда наш соперник дает нам оплеуху на перемене в школьном дворе и таким образом завоевывает симпатию девочки, в которую мы оба влюблены, лишь забвение может вылечить нас от безвозвратной любовной утраты. Рана зарубцовывается подобно тому, как со временем на фотографии стирается глянец.

Этот кусочек отлично показывает, что чаще всего категории плохо/хорошо не работают. У забвения, как и у кучи вещей в нашей жизни, множество граней. Если кто-то громко кричит в рупор, что люди такие-сякие предали что-то там забвению, то неплохо бы понимать, во-первых, речь идет о забвении или о невежестве. И во-вторых, неплохо бы задуматься о причине и функции забывания: кто забыл, что забыл, в какой именно момент забыл… Тут-то может открыться целое непаханное поле для психической и умственной работы, а вроде бы произошла совсем элементарная диалектика. И действительно, насколько выносима была бы жизнь, если бы ничего не забывалось?

ГЕНДЕРНЫЕ ДИСКУССИИ: СКОЛЬКО МОЖНО?

В разговорах можно иногда встретить недовольство по поводу гендерных дискуссий и феминистской повестки. Мол, сколько можно это мусолить? Уже зажевали тему до дыр!

Приведу вам небольшую зарисовку из сферы искусства, отвечающую на этот вопрос, которая вполне переносится и на другие области.

Знакомьтесь, Элен Франкенталер — американская художница-абстракционистка, которая которая активно участвовала в «Движении за абстрактное искусство» вместе с Джексоном Поллоком. Да-да, именно с тем самым Поллоком, который стал символом абстрактного искусства. Но вот вопрос: сколько людей, знающих о Поллоке (ну или Ротко), знакомы с работами Франкенталер? Предполагаю, что не так много.

Но можно возмутиться и сказать, что это все мои домыслы и предположения, давайте тогда обратимся к арт-рынку. Поллок стоит около 100 миллионов долларов. А что с Франкенталер? Она еле дотягивает до 20 миллионов.
При этом, это не связано со значимостью ее как художницы, она развивала вторую отдельную ветвь американского абстракционизма — живопись «цветовых полей», в то время как параллельно ей Поллок с размахом устраивал свои «живописные действия».

Так что, возможно, гендерные дискуссии станут неактуальными в тот момент, когда Франкенталер и Поллок будут оцениваться одинаково. А пока давайте продолжим «мусолить» эту тему!

АНАЛИЗ КНИГИ «ДЕВОЧКА СО СПИЧКАМИ»

Сегодня в качестве нового формата — анализ книги! В фокусе у нас «Девочка со спичками» Екатерины Тюхай. Книга многослойная, поэтому после прочтения можно вести дискуссии о политике, социальных феноменах или действительно ли человечество хоть чему-то учится у своей истории. Я же сегодня остановлюсь только на психологической стороне книги. Кстати, многое читатель и сам может проследить в тексте! Не буду отбирать у вас удовольствие детектива, добавлю лишь пару линий для разогрева исследовательского интереса.

На протяжении всей книги мы можем наблюдать подтверждение того, что для каждого человека вопрос о том, что хоть кто-то желал, чтобы он родился, крайне важен. В психоаналитической практике мы относимся к этому со всей серьезностью. В случаях людей, чьего рождения никто не желал, присутствует своего рода ментальная анорексия — когда между человеком и окружающими отсутствует циркуляция желания. Эту дыру каждый худо-бедно пытается залатать, один из вариантов мы наблюдаем в книге.

По ходу сюжета Игорь пытается себя умерщвить множеством способов. Его бытие буквально вращается вокруг «смерти»: во снах к нему является смерть, его бьют сверстники в детстве, он пытается выброситься из окна, убивает себя наркотиками. Даже в автоматическом письме он рисует черепа и кости. Свою заброшенность он проносит через всю жизнь. Чтобы хоть как-то защититься от этой дыры бытия, он создает себе образ и режиссирует вокруг него всенародную любовь. Тем не менее, решение оказывается плохоньким, регулярно ему приходится латать дыры, через которые врывается его клеймо под названием «смерть», которое громит бутафорский образ.

Все, что досталось ему от отца: «я ожидал от тебя большего» — и Игорь вскарабкался на самый верх, но любви и там не нашел. В очередной кризисный момент он сталкивается с женщиной, которая не вписывается в привычную для него логику власти и денег. «Чего ты хочешь от меня?» — вполне резонный вопрос в этом случае. Можно даже сказать, что у него возникает первая человеческая связь с кем-то.

Более того, дама попадает прямиком в яблочко, рассказывая о том, что она работает со снами, от которых наш герой и мучается! Ну просто дар небес! «Я избавлю тебя от болезненных переживаний»! Это вполне могла бы быть психоаналитическая ситуация, если бы Кира была психоаналитиком, но, увы и ах, собственного анализа у нее не было, поэтому в работе с Игорем ее инъекция оказывается зараженной. Зараженной ее собственным болезненным прошлым, поэтому в какой-то момент она уже не различает, где его проблемы, а где ее.

Спасение в жизни нашего второго персонажа — наука и знание. С самого детства это ее одновременно и спасало, и делало изгоем. На этих черепахах она продвигается в жизни. Надо сказать, по сравнению с Игорем, у нее есть туз в кармане — ее связь с матерью. Она возвращается к этому опыту, когда реальность разваливается на части. Но и здесь есть нюансы — она настолько захвачена исследованием, что не замечает, что ее изобретение может стать очередным открытием ядерной энергии, с похожими последствиями.

Место сопровождающего в чужих переживаниях дает ей ощущение спокойствия, эдакий способ избежать столкновения с собственным прошлым. Вероятно, идея о создании проекта по стиранию болезненных переживаний пришла ей в голову по очень субъективным причинам. Ее цель — узнать что в голове у серийных убийц и насильников, что вполне вписывается в ее историю.

Но что остается, если убрать из стремлений Киры месть? Человек может сталкиваться с ужасными событиями, но и здесь крайне важен субъективный фактор — каждый вправе изобретать свой способ как обойтись со своим ужасом. Герои выбрали свой путь.

Хочется обратиться к еще одному главному персонажу книги — автору. Она выбирает для себя совершенно другой маршрут. Более того, благодаря ее выбору, мы можем сейчас читать эту книгу. Этот пассаж о том, что каждый из нас привносит в свою жизнь, не будучи лишь плоским следствием произошедших с каждым событий.

Возвращаясь к Кире и Игорю, хочется сказать, что если не работать с собственной историей, можно через много лет столкнуться с тем, что все, что тебя вело — это травматические переживания, а не твое собственное желание. Оба персонажа в финале сталкиваются с этим замешательством. Возможно, если бы все-таки Кира была аналитиком, прошедшим свой анализ, результат в итоге мы могли бы наблюдать совершенно иной. Ведь помимо того, чтобы раскурочить прошлое, нужно еще что-то построить в настоящем из имеющихся деталей. А для того, чтобы помочь пройти этот путь еще кому-то, следует пройти собственный, иначе твоя инъекция будет зараженной.

По ходу чтения меня также интересовал вопрос последствий возможности вмешательства в бессознательное благодаря технологиям. Первый вопрос — чем будет отличаться стирание воспоминания от уже существующего вытеснения. Не обязательно ведь помнить событие для того, чтобы оно помнило тебя.

Но результат такого внедрения предугадать все-таки крайне сложно, не стоит рассчитывать на то, что бессознательное такое глупое, оно всегда преподносит нам сюрпризы. Бессознательное сейчас и во время Фрейда очень сильно отличаются, многие симптомы были изобретены именно в ответ на технологический прогресс! С чем мы столкнемся в будущем — предстоит узнать, бессознательное очень изобретательно и оно всегда сопротивляется.

КОГДА ИСКУССТВО ЛЕЧИТ:
О ПРОЕКТЕ В ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ БОЛЬНИЦЕ

Ранее я обещала поделиться с вами историей нового проекта, который мы реализуем с коллегами в АНО «ПЛЮС ОДИН», но последние недели пролетели в вихре работы и новых инициатив, словно стремительный поток. Сегодня, наконец, могу вам рассказать о том, что долго хранилось в тишине творческого ожидания.

Помимо открытых мастерских для людей с ментальными особенностями, мы проводим специальные закрытые проекты. Они разрабатываются в партнерстве с организациями, работающими в сфере психического здоровья. В силу своей специфики, такие проекты обычно публично не анонсируются. Каждый проект мы создаем как индивидуальное решение, выстраиваемое соавторстве со специалистами учреждения и участниками мастерских.

Одним из таких проектов является арт-мастерская в Городской психиатрической больнице №6 в Петербурге. Этическая позиция мастерской основывается на том, что каждый участник имеет возможность самостоятельно задавать тон своему творческому процессу. Это позволяет мастерской быть открытой новым, неожиданным находкам и спонтанным проявлениям. В этом пространстве каждый может исследовать то, что пожелает сам, и развивать свой художественный язык коммуникации с собой и миром. Некоторые участники только пробуют себя в рисовании, кто-то экспериментирует с материалами, а кто-то занимается лепкой или созданием модульных конструкций. Есть и те, кто приходит в мастерскую, чтобы запечатлеть свои стихотворения на бумаге. Сам процесс создания творческого объекта позволяет невозможному обрести форму через метафору и образ.

Закончу, пожалуй, на небезызвестной фразе небезызвестного врачевателя душ: «В знании психологии художники оставили далеко позади себя нас, людей прозы, потому что, творя, они черпают из таких источников, каких мы ещё не открыли для науки».

​ПОЛИРИТМИЯ

Cпешу с вами поделиться анонсом и пригласить на выставку «Полиритмия»!

На выставке будут представлены художественные работы пациентов Городской психиатрической больницы №6, которые были созданы в рамках арт-мастерской, организованной нашим центром Плюс Один в больнице.

Открытие выставки состоится 10 мая в 16:00 в пространстве Нормальное место (Кожевенная линия, 34А), где можно будет пообщаться с кураторами, клиническими психологами и психоаналитиками проекта.

Название выставки отсылает к авангардной музыке: полиритмия представляет собой музыкальную технику, где несколько различных ритмов существуют одновременно в единой музыкальной композиции. Вместе они создают многослойную и сложную текстуру произведения, делая его аутентичным.

Выставка приглашает к размышлению о стереотипах в восприятии пространств психиатрических больниц как мест изоляции, потерянности и разобщенности. Наш опыт показывает, что больница может быть местом, где одновременно с получением лечения, человек находит возможность обнаружить и выработать свой художественный почерк.

На выставке будет работать почта, где вы можете оставить сообщение для художников — что будет для них ценной обратной связью и частью успешной реабилитации и адаптации.

Выставка продлится до 20 июня, ее можно будет посетить в любой день в часы работы Нормального места. Вход свободный! Будем рады вам, вашим отзывам и репостам — это поможет сделать наш некоммерческий социальный проект заметнее.

Подробнее о выставке тут: Полиритмия

​ПОБОЧКИ ГЛОБАЛИЗМА

Определила тут себе область интереса на ближайшее время: психоаналитический взгляд на ответы субъектов на современные изменения, будь эти ответы симптомами, социальными феноменами или объектами творчества. Творчество и симптомы появились в одном фокусе неспроста. Актуальное искусство всегда является ответом на современные веяния в обществе. То же самое и с симптомами. Cимптомы — это тоже творчество. Вот так-то.

В мае была на ярмарке искусства в Севкабеле, которая была посвящена теме «Arts & crafts», а оттуда прямиком отправилась по городам с русской аутентикой. Я и сама попала в тренд переосмысления локальных традиций, что еще только подогрело вопрос «а что, собственно, происходит?». Все последние крупные биенналле посвящаются теме локальных культур, это часто связывают с миграционной историей и колонизацией, но мне видится, что назрела и вызрела усталость от догмата глобализма. Это заметно и по тому, что Суздаль стал новой Меккой модников. Да-да, можно сказать, что все дело в культурной изоляции России, спору нет, но откуда тогда те же тенденции на мировых биенналле? Предлагаю посмотреть на этот феномен как на результат глобализма и переизбытка информации.

Если во времена Фрейда проблемой было то, что все самое сладенькое запрещено, то сейчас же переизбыток этих «сладеньких» объектов. Их такое количество, что становится уже тошно. Кого в наше время не тошнило от количества просмотренных reels или новостей?

И какой мы видим ответ?

Стремление в «деревню» за аутентикой является попыткой ухватить хоть немного свежего воздуха в назидающем требовании «продолжай крутить педали в обороте информации» (не важно причем, продуцировать или потреблять эту информацию). Это попытка взять передышку в мире, где ты все время должен быть на связи, on-line. В мире, который переполнен взглядами и интерпретациями.

Более хардкорный способ взять передышку — это усталость и депрессии. Человек, который не может встать с дивана, полностью выпадает из связей. Это может доходить до идентификации с отброшенным, мусорным объектом, непригодным для «общества кручения педалей». Мусор вообще является побочкой нашей цивилизации, которая, очевидно, с ним не справляется (эта тема, кстати, тоже актуальна сейчас в искусстве).

Прогресс всегда продается под титром улучшения, но человек не робот, в нас живет множество влечений, и никогда не знаешь, какими реальными феноменами обернется новый виток прогресса. В этом плане, интерес к локальному, аутентичному и тактильному можно прочитать как усталость от глобального, безликого и виртуального. И вот он, продукт этого прогресса, уникальный носитель бежевого тренча в уникальной кофейне с уникальными выбеленными стенами, сидит потеряно с тем же вопросом «а я то какой?»

Что же может предложить психоанализ в мире, где всего так много, так много интерпретаций, но где в этом всем ты не ясно? Если пациентов Фрейда удивляли его конструкции, то сейчас все сыты интерпретациями про Эдипа, защиты и способы привязанности.

Психоаналитическая работа в переполненном интерпретациями мире строится иным образом. Психоанализ действует не только в логике установления связей, но также в очерчивании и изоляции «своего локального». Своим локальным я тут называю нечто, что в психоаналитической работе выделяется как то, что имеет отношение к способу жить данного конкретного человека. Когда эти элементы выделены, нет необходимости вовлекаться во все, что тебе подкидывает этот мир, нет необходимости наворачивать круги интерпретаций и крутить педали в информационном адском котле. Это дает ощущение глотка свежего воздуха и пространства для жизни без радикальных выпадений.

​О ДЖЕЙМСЕ ДЖОЙСЕ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ЛАКАНОВСКОГО ПСИХОАНАЛИЗА

В честь Блумсдея вместе со «Все свободны» решили провести встречу, посвященную психоаналитическому взгляду на письмо Джойса.

О Джеймсе Джойсе многое сказано как о реформаторе литературы, но мало кто знает, что он является поворотным случаем для клиники психоанализа. На встрече я расскажу о том, как каждый человек сталкивается с языком и собирает образ своего тела, поговорим о детском лепете и особенностях отношений Джойса с собственным телом и языком.

Мы будем движимы вопросом: какую функцию выполняла для самого Джойса его литературная одиссея? Что позволило ему стать реформатором литературы, а не обычным сумасшедшим?

Приходите!

17 ИЮНЯ В 19:30
Книжный магазин «Все свободны», ул. Некрасова 23

​НАВЯЗЧИВОЕ ПОВТОРЕНИЕ ПО ДЖОЙСУ

Всем интересующимся Джойсом хорошо известна ирландская балаганная песенка о Тиме Финнегане, который, надравшись, свалился с лестницы и разбил себе голову. Друзья решили, что тот помер, и устроили ему поминки по ирландской традиции — перед похоронами. На поминках собравшиеся напились и передрались. В ходе драки Финнегана обливают ирландским виски, и от этого он воскресает.

Джойс называет свою последнюю работу Finnegans wake, убирая апостроф из Finnegan’s wake, тем самым делая название множественным — и у нас уже не один, а много финнеганов, которые пробуждаются. Все финнеганы, все мы — ибо речь идет о вечном круговороте циклов истории, которые друг от друга отличаются разве только декорациями.

Так вот, перечитывая на днях это дело, в голове у меня запел вполне себе русский известный стишок:

Умрёшь — начнёшь опять сначала
И повторится всё, как встарь:
Ночь, ледяная рябь канала,
Аптека, улица, фонарь…

Пам-пам! Кто-нибудь задумывался о том, что в русской традиции есть похожий нарратив? Стоило обратиться к истории отрывка Блока, чтобы в этом убедиться.

Во те времена (да и не только в те) в Петербурге отчаявшиеся люди (предполагаю, изрядно напившись) часто топились в реках, коих у нас много. Желающих утопнуть постоянно вылавливали и откачивали в аптеках, поэтому аптеки обычно располагались на набережных и работали круглосуточно. По словам провизоров, часто они с трудом приводили людей в чувство, а вместо благодарности получали проклятья. Через какое-то время человек снова шел топиться, и его снова откачивали. Добрый вечер (ночь, улица…), навязчивое повторение по-русски.

И там и там кто-то падает, восстает и цикл начинается снова. Не знаю, впечатлит ли вас эта находка, но я была в восторге!

Можно ли пробудиться от навязчивого повторения истории? Вопрос. Но от собственного навязчивого повторения пробудиться точно можно, спасибо за это психоанализу!

​КУХНИ

От узко специализированного интереса переходим к широкой популярности.

Когда устанешь, приходи…
На кухни!

Песня Бонда с кнопкой в интернетах уже стала вирусной. Люди открыли для себя феномен «кухни», который до этого не был выделен и назван. И вот можно лицезреть, что бывает, когда в психоанализе у человека некоторый опыт очерчивается и называется. Что мы наблюдаем? Прорыв неизвестных доселе историй. Сотни сообщений о кухнях, где можно было подышать и выдохнуть. У каждого эти кухни свои: бабушкины, родительские, кухни друзей — но сути это не меняет.

Почему это выстреливает сейчас? Я пытаюсь посмотреть на это в контексте исследования побочек глобализма. За последние несколько лет ощутимо у людей накопилась усталость от жизни в режиме постоянного землетрясения и принуждения к ответственности. А «кухня» — это место, где можно отдышаться, где ты замечен и уместен без уникальнейшего сторителла и героических геройств, где тебе никто не устроит отмену. Причем это уже и не обязательно буквально кухня — песню используют для видео с лесными прогулками, деревнями и пр.

Прогресс прогрессирует, а в практике встречается все больше рассказов, что людей тянет к внутренней тишине и аналоговому спокойствию.

Бай зе вэй! Похоже, тем самым кюхен (который вместе с киндером и кирхой) обретает совершенно иное значение. И вот иллюстрация того, что отдельное слово само по себе ни к чему не отсылает. Оказавшись вырванным из нарратива, оно может с легкостью встать в другое место и приобрести иное значение. Это хорошо согласуется и с психоаналитической практикой — у каждого человека есть определенные нагруженные слова (психоаналитики называют их означающими), от которых он страдает. В анализе мы их вычленяем, после чего цепочка представлений, которую они поддерживали, может пересобраться как калейдоскоп. И что удивительно — нередко после этого страдание ослабевает.

Так вот, похоже, что и традиционно женская жалоба «опять я на кухне» может зазвучать совершенно иначе.

Так что всем кухни, чем бы они не являлись именно у вас!

​ТАРО. АСТРОЛОГИЯ. ЭКСПЕРТЫ. И ПРОЧИЕ ОТВЕТЫ НА НЕИЗВЕСТНОСТЬ.

Это может показаться сюром, но, оказывается, довольно широко распространена среди людей вера во всякие эзотерические концепции. Попробуем сегодня разобраться, чему служит этот феномен.

У каждой эпохи есть свои вызовы и им соответствующие человеческие тревоги, которые люд пытается латать исходя из контекста своего времени. Нынешнее ощущение нестабильности вызвано тем, что ежедневно на нас из медиа валятся глобальные проблемы, перед лицом которых отдельный человек испытывает бессилие. К этому добавляются призывы, что каждый должен нести ответственность и выходить бороться с природными или человеческими катаклизмами.

При этом все заметнее становится, что в медийном поле каждый персонаж тянет одеяло на себя в силу субъективных причин, а не всеобщих идеалов (хотя таковое может декларироваться). Это обнажает то, что никто не знает, как лучше, что делать и что будет дальше. Нет слова, которое успокоит перед неизвестностью. И даже уже слово о Страшном Суде не работает.

Это очень пугающая штука. Как бы люди не кивали на это и как бы не повторяли: «конечно-конечно, мы знаем, к чему приводят идеальные идеи», человек склонен уповать на убаюкивающее слово знающего другого. Когда религия уже не является весомой инстанцией, появляются другие экспертные области. Альтернативный вариант обойтись с ужасом перед неопределенностью — уверовать в таролога, астролога или другую фигуру, которая наделяется оракульными способностями. Так эзотерика становится современной тихой гаванью. Впрочем, не особо современной, ибо бабули гадалки существовали и раньше.

Для научно-ориентированных умов успокоением становится наделение слОва «экспертного эксперта» этими же качествами. Получаются те же синявские яйца, но под соусом бешамель —трансформация знающей фигуры происходит исключительно на внешнем уровне, сути своей не меняя: кто-то другой знает что делать и что будет.

В общем-то, каждый в праве выбирать себе сорт дурмана. Тем более все мы к этому тяготеем в определенные моменты. Но если вам не удается обрести веру в слово эксперта, поздравляю, вы столкнулись с тем, что такой фигуры не существует и никогда не существовало, как бы этого не хотелось.

Это дело пострашнее страшного суда будет. Как же еще можно обходиться с непредсказуемостью, не начиная бредить по-научному, по-религиозному, или по-бытовому: «все будет хорошо»?

Это пространство для индивидуального решения каждого, где одного ответа нет. Это разработка собственной системы движения, в основе которого будет знание о себе и горизонтальные связи с другими, c которыми можно чем-то поделиться, но оракулами не становятся.

​ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ В ПСИ-СФЕРЕ

Психоанализ в момент своего возникновения был очень революционен. Сегодня же революционным является стремительное развитие искусственного интеллекта и проникновение его в разные сферы жизни. Собираю сейчас размышления на тему использования ИИ помощников в психологических вопросах, поскольку уже несколько раз слышала от пациентов, что они обращались к ИИ, чтобы справиться с панической атакой или ситуативной тревогой.

Кстати говоря, ИИ может быть достаточно эффективным в решении вопросов, где есть алгоритм или инструкция — как с теми же паническими атаками. Уже есть куча исследований, где говорится о том, что использование ИИ в пси-сфере обладает большим потенциалом. В пример приводятся разговорные агенты (Woebot, Wysa, Tess), принцип работы которых строится на КПТ-протоколах, и они якобы отлично справляются. Утверждается, что многие люди даже предпочитают общение с таким агентом вместо реального терапевта — о специфике такого выбора тоже напишу. Конечно же, поинтом номер один в «потенциальности» новой сферы является то, что это экономически эффективно! На 98% между прочим! Все сосчитано!

Итак, stay tuned, заметка моя оказалась довольно большой, поэтому в следующих нескольких постах разберем вопросы, касающиеся этого аспекта современности. Думаю, это будет интересно еще и тем, что поможет ( надеюсь) лучше понять нюансы и ценность не только взаимодействия «двух встречающихся тел» в психоаналитической ситуации, но и в целом специфику человеческих аналоговых отношений.

​ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ VS ЖЕЛАЮЩИЙ ДРУГОЙ

Начнем с уже задетого в предыдущем посте вопроса. Почему некоторые люди могут предпочитать общение с ИИ-агентом, а не живым терапевтом/психоаналитиком? «Экономическая целесообразность» здесь скорее скромненькая рационализация происходящего.

Когда мы встречаемся с психоаналитиком, с любым живым другим, мы сталкиваемся с его желанием. Вопрос «чего ты от меня хочешь» возникает в каждой психоаналитической ситуации: а что мне нужно делать, а что мне нужно говорить, а достаточно ли хорошо я справляюсь, нравлюсь ли я вам и тд и тп.

Вариации на эту тему дают большие плоды для психоаналитической работы, поскольку в этих интерпретациях пациента всегда фонит его способ выстраивания отношений со значимыми другими в прошлом и настоящем. Вероятно, если у него есть какие-либо трудности в отношениях в жизни, они дадут о себе знать и здесь.

Искусственный интеллект же не обладает никаким желанием, ему все равно, прийдете вы на следующей неделе или нет. Нет желания, вокруг которого могла бы начать собираться логика взаимодействия субъекта с другим.

Вторая проблема — доступность и безотказность. ИИ всегда у вас в кармане, это может показаться плюсом, но если подумать, то можно обнаружить, что это полностью убивает самостоятельность и креативность человека. Его доверие к самому себе, на котором строится в том числе и пресловутая самоценность.

Во взаимодействии с живым другим с самого детства каждый сталкивается с тем, что он может быть недоступен. Это лишение, с которым сталкивается ребенок, когда замечает, что мама заинтересована в чем-то еще кроме него. И тут он оказывается предоставлен сам себе и получает возможность начать работу в поле своего интереса и желания. Чем он займется теперь? Лишение всегда становится толчком к изобретению субъективности.

Реальный живой другой — никогда не инструмент в кармане, а ты не центр его мира. Он может быть не согласен, может настаивать на своем. Взаимодействие с искусственным интеллектом полностью лишено измерения желания, столкновения и лишения, которые так важны для развития субъективности и креативности.

Когда человек предпочитает взаимодействие с искусственным интеллектом реальному другому — это говорит о том, что столкновение с живым другим по какой-то причине для него проблематично. Столкновение с живым другим требует определенной степени мужества. Заговорить о себе, о своих сложностях в построении отношений или неурядицах на работе face-to-face требует также мужества. В каждом случае под этим будет скрываться личная история, с которой необходимо работать, а не прикрывать технологичной рационализацией.

​ПЕРЕНОС НА ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ

На этот раз я хотела бы обратиться к одному из ключевых понятий психоанализа — переносу. Перенос всегда уже здесь, если человек решил обратиться к кому-либо с наболевшим вопросом. Перенос — движущая сила этой интенции.

Что можно сказать о переносе в случае, когда человек предпочитает обращаться к искусственному интеллекту за пси-помощью? Будем сегодня движимы эти вопросом. Предлагаю сперва оттолкнуться от переноса в обычном его понимании. Люди приходят к психоаналитику, предполагая именно за этим человеком знание о функционировании психики, как следствие — и обо мне. У каждого есть свои метки, не всегда осознанные, по которым он выбирает именно этого специалиста. Кто-то приходит на регалии, опыт, кто-то на образ мысли, на голос или образ. В каждом выборе будет своя метка, которая кое-что может сказать о способе выбирать у этого человека в принципе. Не только психоаналитика, возможно, партнера или же фильмы, книги, профессию…

В случае с ИИ, вероятно, имеет место перенос на некоторое общее знание, ибо ничего другого у него и нет. Что-то схожее можно обнаружить в случаях, когда люди с наболевшими вопросами обращаются к книгам, которые существуют давным-давно. Но и здесь есть нюанс — перед тем как начать читать книгу, зачастую человек все-таки читает ее обратную сторону, колонку «об авторе» или предисловие.

До GPT и Perplexity существовал Google, который тоже является поставщиком подручного общего знания. Однако, все-таки обращались к нему с пси-вопросами только для того, чтобы прочитать форумы или статьи некоторого «эксперта».

Что собой представляет это общее знание, на которое мы предполагаем перенос в случае с ИИ? Часто в своей практике сталкиваюсь с тем, что люди приходят и говорят, что книги читали-читали, но в решении вопросов это особо не помогло. Да, оно может прописать инструкции по пунктам, в каких-то вопросах этого будет более чем достаточно, но далее продвинуться невозможно. Дело в том, что обобщенное знание не помогает вырабатывать знание о самом себе. Оттуда можно понахватать еще больше идентификаций в духе «ребенок эмоционально незрелых родителей» и все такое прочее, что только загоняет в тупик. Общее знание, которым промышляет ИИ, также никак не работает на выработку знания о себе.

Вы можете возразить: «Но разве ИИ не может помочь лучше аналитика в отслеживании повторений в поведении? ИИ может даже лучше аналитика отследить повторения в поведении и речи». Но повторения — это лишь первый момент, который интересует нас в психоанализе. Далее работа ведется над редукцией этого повторения, но по большей части работа аналитика состоит в том, чтобы обнаружить и выделить уникальный способ каждого взаимодействовать с миром. Это как очистка луковицы в поисках чего-то, что присуще стилю лишь этого человека, помимо этого, в процессе чистки происходят всяческие трансформации в либидинальной системе человека. И как еще можно обнаружить то, что не прописано ни в каких библиотеках? Здесь обобщенное знание совершенно бесполезно.

В общем, ничего такого криминального нет, если человек решает обратиться с вопросами к ИИ, но в данном случае можно рассчитывать лишь на ответ в духе средней температуры по больнице.

​ТЕЛО В ЭПОХУ ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА

В завершение лета хочу закончить тему искусственного интеллекта вопросом об особенностях взаимодействия «двух встречающихся тел». В начале я писала, что это исследование скорее дает лучше понять особенности человеческих живых взаимодействий, нежели чем говорит о реальном применении ИИ в пси-сфере. Последние новости говорят лишь о том, что всегда готовый поддержать любую бредовую идею ИИ-агент доводит ситуации до криминала, но сегодня не об этом.

Уже ощутимо наметилась тенденция, что чем шире информационные технологии используются в повседневной жизни, тем сильнее люди начинают тянуться к винтажу реального общения. Что есть в нем такого, чего еще не упоминалось в предыдущих постах?

Весной на петербургской выставке современного искусства заметила, что было представлено много тактильных экспонатов: керамика, объекты из искусственного меха и пр. Это наблюдение только убедило меня в том, что с большим внедрением цифры у человеческого тела становится все меньше и меньше событий. Все что происходит с телом — это касания кончиками пальцев скользкой поверхности. А весь спектр сменяющихся контекстов переходит в умозрительную область. Кстати говоря, здесь кроется один из способов работы с современными тревогами: переключение с умозрительного на телесное. Причем практически любое.

Что важно: человек — это существо, которое живет не только в дискурсе (хоть эта среда нам и более привычна), но и обладает телом. От этого никуда не деться, и тело всегда даст о себе знать. Его состояние напрямую влияет на то, как мы себя чувствуем. И во многом самочувствие зависит от того, есть ли у нашего тела какие-то события: воздух, прогулки, общение с другими людьми. Для многих это стало наиболее ощутимым еще во время ковида. Конечно, есть люди, кто даже рад, что можно не переодеваться и особо не шевелиться, но по итогу такая стратегия ни к чему хорошему не приводит.

Так вот, тренд на тактильное, винтажное и желание встречаться не в зуме — полностью объясняется этой особенностью человеческого бытия. Человек — это не только глаза, кончики пальцев и обрабатывающий информацию мозг.

По этой же причине психоаналитики иногда настаивают на том, что самый трушный психоанализ — это только встречи в кабинете. В очной психоаналитической ситуации удается задействовать измерение тела, что невозможно сделать в онлайне. О чем здесь идет речь можно уловить, сравнив две ситуации. Как отличаются ощущения, когда вы идете на встречу с человеком, с которым много общались онлайн, но никогда не виделись, и когда встречаетесь с тем, кого уже много раз видели вживую? Ответ на этот вопрос — один из вариантов того, как для вас проявляется измерение присутствия другого во плоти.

Это вовсе не означает, что онлайн психоанализ неэффективен. Но у него есть нюансы и ограничения, поэтому я всегда предлагаю анализантам из других городов и стран приходить в кабинет, когда они бывают в Петербурге.

Вокруг ИИ же есть опасения, что люди будут меньше взаимодействовать с людьми, поскольку проще быть на связи с неспящим и всегда готовым ИИ-агентом. Честно говоря, у меня таких опасений нет, а уже имеющиеся тенденции в этом только убеждают. Отсутствие событий у тела всегда даст о себе знать.

​О КУЛЬТУРЕ ПРОЖИВАНИЯ ГОРЯ

По опыту работы замечаю, что сейчас крайне сложно людям выдерживать процессы, которые длятся во времени. Даже полуторачасовой фильм может стать проблемой. Вдвойне сложнее, если эти процессы приносят сильную боль.

Вся «культура» проживания горя у нас базируется на идее, что горе — это жуткое и опасное чувство, от которого нужно как можно быстрее избавиться и вернуться к своему прежнему состоянию. Из этого вытекают неверные представления о том, как долго следует длиться переживанию, и как оно может выглядеть со стороны.

Сладкие фантазии о быстрых решениях, как и все воображаемое, разбиваются об реальность в 100% cлучаях, если мы говорим об утрате кого-то или чего-то значимого. Если мы были во что-то сильно вовлечены эмоционально, процесс проживания утраты невозможно проскочить, и тем более остаться после этого прежним. Горе — это естественный ответ на утрату. Это не девиация и не искаженное состояние, требующее лечения. Его невозможно вычеркнуть, его можно только встроить в свой внутренний ландшафт и эмоциональный опыт.

Реальность такова, что проживая свою единственную жизнь, мы будем сталкиваться с утратами и горем, если открываемся глубоким связям с людьми или местами. Отрицать это — все равно что отрицать законы гравитации, от этого они не исчезнут. Если пытаться избежать боли утрат, то мы лишаем себя и любви.

По-хорошему, культура проживания горя должна начинаться со смещения фокуса с горя как проблемы на горе как длящийся опыт. Процесс его проживания заключается в том, чтобы на месте зияющей дыры образовался рубец — что не является возвращением к своему прежнему состоянию, но уже и не открытая рана.

Подробнее о самом процессе горевания без прикрас и убаюкивающих мантр в духе «все будет хорошо» или «это сделает тебя лучше» поговорим в следующем посте.

​О ПРОЦЕССЕ ГОРЕВАНИЯ

Сегодня речь пойдет о том, чем является столкновение с утратой для психики, и есть ли какой-то менее болезненный способ прохождения через этот опыт.

Упомянутая в предыдущем тексте «культура» проживания горя вытекает из культуры, основанной на решении задач, где цель — скорейшее возвращение «индивида» к труду. Этот подход помогает находить лекарства от болезней, строить здания и самолеты, но такие события как рождение, смерть, горе и любовь не вписываются в концепцию «решения задач». В опыте горевания попытки исправить, вылечить и «вернуть к норме» блокируют работу психики по обработке нового радикального опыта.

Утрата — это всегда столкновение с радикальным вторжением, неотменимым и суровым. Нечто случилось, и произошедшее не исправить, утраченное не вернуть. Речь идет как о смерти близкого, так и о смерти привычного мира и порядка. Все, что в корне меняет нашу реальность, проделывая дыру в ткани жизни, не может нас не затрагивать — и каждого затрагивает по-своему. Поэтому нет универсального рецепта как в состоянии горя должен вести себя человек.

Часто можно услышать якобы успокаивающие фразы «все будет хорошо» или приободряющие «это сделает тебя лучше», «оставь это позади» — но они не основаны на чем-либо, являются дежурными, поскольку оказавшиеся рядом люди сами не знают, как реагировать.

Будет ли «все хорошо», сказать невозможно; правда лишь в том, что случившееся вас изменит, но вы выживете. Ничто в жизни не устроено так: ты либо полностью утонул в горе, либо прошел, не замочив штаны. Сколько бы времени процесс ни занял, ваша психика проложит пути в новой реальности.

Это может звучать абстрактно. Однако можно обозначить несколько моментов, которые помогут создать компас для индивидуальной ориентации в изменившейся реальности:

1 — Дать разговорам об утрате столько времени, сколько необходимо именно вам

Умение отнестись к своей боли с уважением дает пространство, где вы можете быть, не прихорашивая свою жизнь и не прорываясь через нее напролом. Из такой точки становится посильным пережить утрату. Пройти через процесс рубцевания (назовем это так) можно только если посмотреть горю в лицо. Когда мы позволяем реальности горя существовать, мы можем найти способы обходиться с ней. Возможность жить со своим горем без требований избавиться от него или исправить ситуацию делает переживание чуть легче.

2 — Поддерживать огонёк жизни, а не только мрак свинцовых туч боли

Помимо того, что с вами случилась утрата, вы живы. Жизнь внутри вас особенно нуждается во внимании в такой непростой период. Истинной работой горя будет поиск срединного пути между застреванием в мыслях лишь об утрате и игнорированием ее. Этот путь позволяет создать новое пространство, в котором можно жить, но и которое учитывает событие, произошедшее с вами.