О ДЖЕЙМСЕ ДЖОЙСЕ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ЛАКАНОВСКОГО ПСИХОАНАЛИЗА
В честь Блумсдея вместе со «Все свободны» решили провести встречу, посвященную психоаналитическому взгляду на письмо Джойса.
О Джеймсе Джойсе многое сказано как о реформаторе литературы, но мало кто знает, что он является поворотным случаем для клиники психоанализа. На встрече я расскажу о том, как каждый человек сталкивается с языком и собирает образ своего тела, поговорим о детском лепете и особенностях отношений Джойса с собственным телом и языком.
Мы будем движимы вопросом: какую функцию выполняла для самого Джойса его литературная одиссея? Что позволило ему стать реформатором литературы, а не обычным сумасшедшим?
Приходите!
17 ИЮНЯ В 19:30
Книжный магазин «Все свободны», ул. Некрасова 23
В честь Блумсдея вместе со «Все свободны» решили провести встречу, посвященную психоаналитическому взгляду на письмо Джойса.
О Джеймсе Джойсе многое сказано как о реформаторе литературы, но мало кто знает, что он является поворотным случаем для клиники психоанализа. На встрече я расскажу о том, как каждый человек сталкивается с языком и собирает образ своего тела, поговорим о детском лепете и особенностях отношений Джойса с собственным телом и языком.
Мы будем движимы вопросом: какую функцию выполняла для самого Джойса его литературная одиссея? Что позволило ему стать реформатором литературы, а не обычным сумасшедшим?
Приходите!
17 ИЮНЯ В 19:30
Книжный магазин «Все свободны», ул. Некрасова 23
❤🔥11
НАВЯЗЧИВОЕ ПОВТОРЕНИЕ ПО ДЖОЙСУ
Всем интересующимся Джойсом хорошо известна ирландская балаганная песенка о Тиме Финнегане, который, надравшись, свалился с лестницы и разбил себе голову. Друзья решили, что тот помер, и устроили ему поминки по ирландской традиции — перед похоронами. На поминках собравшиеся напились и передрались. В ходе драки Финнегана обливают ирландским виски, и от этого он воскресает.
Джойс называет свою последнюю работу Finnegans wake, убирая апостроф из Finnegan’s wake, тем самым делая название множественным — и у нас уже не один, а много финнеганов, которые пробуждаются. Все финнеганы, все мы — ибо речь идет о вечном круговороте циклов истории, которые друг от друга отличаются разве только декорациями.
Так вот, перечитывая на днях это дело, в голове у меня запел вполне себе русский известный стишок:
Умрёшь — начнёшь опять сначала
И повторится всё, как встарь:
Ночь, ледяная рябь канала,
Аптека, улица, фонарь…
Пам-пам! Кто-нибудь задумывался о том, что в русской традиции есть похожий нарратив? Стоило обратиться к истории отрывка Блока, чтобы в этом убедиться.
Во те времена (да и не только в те) в Петербурге отчаявшиеся люди (предполагаю, изрядно напившись) часто топились в реках, коих у нас много. Желающих утопнуть постоянно вылавливали и откачивали в аптеках, поэтому аптеки обычно располагались на набережных и работали круглосуточно. По словам провизоров, часто они с трудом приводили людей в чувство, а вместо благодарности получали проклятья. Через какое-то время человек снова шел топиться, и его снова откачивали. Добрый вечер (ночь, улица…), навязчивое повторение по-русски.
И там и там кто-то падает, восстает и цикл начинается снова. Не знаю, впечатлит ли вас эта находка, но я была в восторге!
Можно ли пробудиться от навязчивого повторения истории? Вопрос. Но от собственного навязчивого повторения пробудиться точно можно, спасибо за это психоанализу!
Всем интересующимся Джойсом хорошо известна ирландская балаганная песенка о Тиме Финнегане, который, надравшись, свалился с лестницы и разбил себе голову. Друзья решили, что тот помер, и устроили ему поминки по ирландской традиции — перед похоронами. На поминках собравшиеся напились и передрались. В ходе драки Финнегана обливают ирландским виски, и от этого он воскресает.
Джойс называет свою последнюю работу Finnegans wake, убирая апостроф из Finnegan’s wake, тем самым делая название множественным — и у нас уже не один, а много финнеганов, которые пробуждаются. Все финнеганы, все мы — ибо речь идет о вечном круговороте циклов истории, которые друг от друга отличаются разве только декорациями.
Так вот, перечитывая на днях это дело, в голове у меня запел вполне себе русский известный стишок:
Умрёшь — начнёшь опять сначала
И повторится всё, как встарь:
Ночь, ледяная рябь канала,
Аптека, улица, фонарь…
Пам-пам! Кто-нибудь задумывался о том, что в русской традиции есть похожий нарратив? Стоило обратиться к истории отрывка Блока, чтобы в этом убедиться.
Во те времена (да и не только в те) в Петербурге отчаявшиеся люди (предполагаю, изрядно напившись) часто топились в реках, коих у нас много. Желающих утопнуть постоянно вылавливали и откачивали в аптеках, поэтому аптеки обычно располагались на набережных и работали круглосуточно. По словам провизоров, часто они с трудом приводили людей в чувство, а вместо благодарности получали проклятья. Через какое-то время человек снова шел топиться, и его снова откачивали. Добрый вечер (ночь, улица…), навязчивое повторение по-русски.
И там и там кто-то падает, восстает и цикл начинается снова. Не знаю, впечатлит ли вас эта находка, но я была в восторге!
Можно ли пробудиться от навязчивого повторения истории? Вопрос. Но от собственного навязчивого повторения пробудиться точно можно, спасибо за это психоанализу!
🔥22❤🔥7❤5👏1
КУХНИ
От узко специализированного интереса переходим к широкой популярности.
Когда устанешь, приходи…
На кухни!
Песня Бонда с кнопкой в интернетах уже стала вирусной. Люди открыли для себя феномен «кухни», который до этого не был выделен и назван. И вот можно лицезреть, что бывает, когда в психоанализе у человека некоторый опыт очерчивается и называется. Что мы наблюдаем? Прорыв неизвестных доселе историй. Сотни сообщений о кухнях, где можно было подышать и выдохнуть. У каждого эти кухни свои: бабушкины, родительские, кухни друзей — но сути это не меняет.
Почему это выстреливает сейчас? Я пытаюсь посмотреть на это в контексте исследования побочек глобализма. За последние несколько лет ощутимо у людей накопилась усталость от жизни в режиме постоянного землетрясения и принуждения к ответственности. А «кухня» — это место, где можно отдышаться, где ты замечен и уместен без уникальнейшего сторителла и героических геройств, где тебе никто не устроит отмену. Причем это уже и не обязательно буквально кухня — песню используют для видео с лесными прогулками, деревнями и пр.
Прогресс прогрессирует, а в практике встречается все больше рассказов, что людей тянет к внутренней тишине и аналоговому спокойствию.
Бай зе вэй! Похоже, тем самым кюхен (который вместе с киндером и кирхой) обретает совершенно иное значение. И вот иллюстрация того, что отдельное слово само по себе ни к чему не отсылает. Оказавшись вырванным из нарратива, оно может с легкостью встать в другое место и приобрести иное значение. Это хорошо согласуется и с психоаналитической практикой — у каждого человека есть определенные нагруженные слова (психоаналитики называют их означающими), от которых он страдает. В анализе мы их вычленяем, после чего цепочка представлений, которую они поддерживали, может пересобраться как калейдоскоп. И что удивительно — нередко после этого страдание ослабевает.
Так вот, похоже, что и традиционно женская жалоба «опять я на кухне» может зазвучать совершенно иначе.
Так что всем кухни, чем бы они не являлись именно у вас!
От узко специализированного интереса переходим к широкой популярности.
Когда устанешь, приходи…
На кухни!
Песня Бонда с кнопкой в интернетах уже стала вирусной. Люди открыли для себя феномен «кухни», который до этого не был выделен и назван. И вот можно лицезреть, что бывает, когда в психоанализе у человека некоторый опыт очерчивается и называется. Что мы наблюдаем? Прорыв неизвестных доселе историй. Сотни сообщений о кухнях, где можно было подышать и выдохнуть. У каждого эти кухни свои: бабушкины, родительские, кухни друзей — но сути это не меняет.
Почему это выстреливает сейчас? Я пытаюсь посмотреть на это в контексте исследования побочек глобализма. За последние несколько лет ощутимо у людей накопилась усталость от жизни в режиме постоянного землетрясения и принуждения к ответственности. А «кухня» — это место, где можно отдышаться, где ты замечен и уместен без уникальнейшего сторителла и героических геройств, где тебе никто не устроит отмену. Причем это уже и не обязательно буквально кухня — песню используют для видео с лесными прогулками, деревнями и пр.
Прогресс прогрессирует, а в практике встречается все больше рассказов, что людей тянет к внутренней тишине и аналоговому спокойствию.
Бай зе вэй! Похоже, тем самым кюхен (который вместе с киндером и кирхой) обретает совершенно иное значение. И вот иллюстрация того, что отдельное слово само по себе ни к чему не отсылает. Оказавшись вырванным из нарратива, оно может с легкостью встать в другое место и приобрести иное значение. Это хорошо согласуется и с психоаналитической практикой — у каждого человека есть определенные нагруженные слова (психоаналитики называют их означающими), от которых он страдает. В анализе мы их вычленяем, после чего цепочка представлений, которую они поддерживали, может пересобраться как калейдоскоп. И что удивительно — нередко после этого страдание ослабевает.
Так вот, похоже, что и традиционно женская жалоба «опять я на кухне» может зазвучать совершенно иначе.
Так что всем кухни, чем бы они не являлись именно у вас!
❤19🔥3❤🔥2🤡2🤣1
ТАРО. АСТРОЛОГИЯ. ЭКСПЕРТЫ. И ПРОЧИЕ ОТВЕТЫ НА НЕИЗВЕСТНОСТЬ.
Это может показаться сюром, но, оказывается, довольно широко распространена среди людей вера во всякие эзотерические концепции. Попробуем сегодня разобраться, чему служит этот феномен.
У каждой эпохи есть свои вызовы и им соответствующие человеческие тревоги, которые люд пытается латать исходя из контекста своего времени. Нынешнее ощущение нестабильности вызвано тем, что ежедневно на нас из медиа валятся глобальные проблемы, перед лицом которых отдельный человек испытывает бессилие. К этому добавляются призывы, что каждый должен нести ответственность и выходить бороться с природными или человеческими катаклизмами.
При этом все заметнее становится, что в медийном поле каждый персонаж тянет одеяло на себя в силу субъективных причин, а не всеобщих идеалов (хотя таковое может декларироваться). Это обнажает то, что никто не знает, как лучше, что делать и что будет дальше. Нет слова, которое успокоит перед неизвестностью. И даже уже слово о Страшном Суде не работает.
Это очень пугающая штука. Как бы люди не кивали на это и как бы не повторяли: «конечно-конечно, мы знаем, к чему приводят идеальные идеи», человек склонен уповать на убаюкивающее слово знающего другого. Когда религия уже не является весомой инстанцией, появляются другие экспертные области. Альтернативный вариант обойтись с ужасом перед неопределенностью — уверовать в таролога, астролога или другую фигуру, которая наделяется оракульными способностями. Так эзотерика становится современной тихой гаванью. Впрочем, не особо современной, ибо бабули гадалки существовали и раньше.
Для научно-ориентированных умов успокоением становится наделение слОва «экспертного эксперта» этими же качествами. Получаются те же синявские яйца, но под соусом бешамель —трансформация знающей фигуры происходит исключительно на внешнем уровне, сути своей не меняя: кто-то другой знает что делать и что будет.
В общем-то, каждый в праве выбирать себе сорт дурмана. Тем более все мы к этому тяготеем в определенные моменты. Но если вам не удается обрести веру в слово эксперта, поздравляю, вы столкнулись с тем, что такой фигуры не существует и никогда не существовало, как бы этого не хотелось.
Это дело пострашнее страшного суда будет. Как же еще можно обходиться с непредсказуемостью, не начиная бредить по-научному, по-религиозному, или по-бытовому: «все будет хорошо»?
Это пространство для индивидуального решения каждого, где одного ответа нет. Это разработка собственной системы движения, в основе которого будет знание о себе и горизонтальные связи с другими, c которыми можно чем-то поделиться, но оракулами не становятся.
Это может показаться сюром, но, оказывается, довольно широко распространена среди людей вера во всякие эзотерические концепции. Попробуем сегодня разобраться, чему служит этот феномен.
У каждой эпохи есть свои вызовы и им соответствующие человеческие тревоги, которые люд пытается латать исходя из контекста своего времени. Нынешнее ощущение нестабильности вызвано тем, что ежедневно на нас из медиа валятся глобальные проблемы, перед лицом которых отдельный человек испытывает бессилие. К этому добавляются призывы, что каждый должен нести ответственность и выходить бороться с природными или человеческими катаклизмами.
При этом все заметнее становится, что в медийном поле каждый персонаж тянет одеяло на себя в силу субъективных причин, а не всеобщих идеалов (хотя таковое может декларироваться). Это обнажает то, что никто не знает, как лучше, что делать и что будет дальше. Нет слова, которое успокоит перед неизвестностью. И даже уже слово о Страшном Суде не работает.
Это очень пугающая штука. Как бы люди не кивали на это и как бы не повторяли: «конечно-конечно, мы знаем, к чему приводят идеальные идеи», человек склонен уповать на убаюкивающее слово знающего другого. Когда религия уже не является весомой инстанцией, появляются другие экспертные области. Альтернативный вариант обойтись с ужасом перед неопределенностью — уверовать в таролога, астролога или другую фигуру, которая наделяется оракульными способностями. Так эзотерика становится современной тихой гаванью. Впрочем, не особо современной, ибо бабули гадалки существовали и раньше.
Для научно-ориентированных умов успокоением становится наделение слОва «экспертного эксперта» этими же качествами. Получаются те же синявские яйца, но под соусом бешамель —трансформация знающей фигуры происходит исключительно на внешнем уровне, сути своей не меняя: кто-то другой знает что делать и что будет.
В общем-то, каждый в праве выбирать себе сорт дурмана. Тем более все мы к этому тяготеем в определенные моменты. Но если вам не удается обрести веру в слово эксперта, поздравляю, вы столкнулись с тем, что такой фигуры не существует и никогда не существовало, как бы этого не хотелось.
Это дело пострашнее страшного суда будет. Как же еще можно обходиться с непредсказуемостью, не начиная бредить по-научному, по-религиозному, или по-бытовому: «все будет хорошо»?
Это пространство для индивидуального решения каждого, где одного ответа нет. Это разработка собственной системы движения, в основе которого будет знание о себе и горизонтальные связи с другими, c которыми можно чем-то поделиться, но оракулами не становятся.
❤🔥9❤6👍4🔥2
ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ В ПСИ-СФЕРЕ
Психоанализ в момент своего возникновения был очень революционен. Сегодня же революционным является стремительное развитие искусственного интеллекта и проникновение его в разные сферы жизни. Собираю сейчас размышления на тему использования ИИ помощников в психологических вопросах, поскольку уже несколько раз слышала от пациентов, что они обращались к ИИ, чтобы справиться с панической атакой или ситуативной тревогой.
Кстати говоря, ИИ может быть достаточно эффективным в решении вопросов, где есть алгоритм или инструкция — как с теми же паническими атаками. Уже есть куча исследований, где говорится о том, что использование ИИ в пси-сфере обладает большим потенциалом. В пример приводятся разговорные агенты (Woebot, Wysa, Tess), принцип работы которых строится на КПТ-протоколах, и они якобы отлично справляются. Утверждается, что многие люди даже предпочитают общение с таким агентом вместо реального терапевта — о специфике такого выбора тоже напишу. Конечно же, поинтом номер один в «потенциальности» новой сферы является то, что это экономически эффективно! На 98% между прочим! Все сосчитано!
Итак, stay tuned, заметка моя оказалась довольно большой, поэтому в следующих нескольких постах разберем вопросы, касающиеся этого аспекта современности. Думаю, это будет интересно еще и тем, что поможет ( надеюсь) лучше понять нюансы и ценность не только взаимодействия «двух встречающихся тел» в психоаналитической ситуации, но и в целом специфику человеческих аналоговых отношений.
Психоанализ в момент своего возникновения был очень революционен. Сегодня же революционным является стремительное развитие искусственного интеллекта и проникновение его в разные сферы жизни. Собираю сейчас размышления на тему использования ИИ помощников в психологических вопросах, поскольку уже несколько раз слышала от пациентов, что они обращались к ИИ, чтобы справиться с панической атакой или ситуативной тревогой.
Кстати говоря, ИИ может быть достаточно эффективным в решении вопросов, где есть алгоритм или инструкция — как с теми же паническими атаками. Уже есть куча исследований, где говорится о том, что использование ИИ в пси-сфере обладает большим потенциалом. В пример приводятся разговорные агенты (Woebot, Wysa, Tess), принцип работы которых строится на КПТ-протоколах, и они якобы отлично справляются. Утверждается, что многие люди даже предпочитают общение с таким агентом вместо реального терапевта — о специфике такого выбора тоже напишу. Конечно же, поинтом номер один в «потенциальности» новой сферы является то, что это экономически эффективно! На 98% между прочим! Все сосчитано!
Итак, stay tuned, заметка моя оказалась довольно большой, поэтому в следующих нескольких постах разберем вопросы, касающиеся этого аспекта современности. Думаю, это будет интересно еще и тем, что поможет ( надеюсь) лучше понять нюансы и ценность не только взаимодействия «двух встречающихся тел» в психоаналитической ситуации, но и в целом специфику человеческих аналоговых отношений.
❤15❤🔥3
ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ VS ЖЕЛАЮЩИЙ ДРУГОЙ
Начнем с уже задетого в предыдущем посте вопроса. Почему некоторые люди могут предпочитать общение с ИИ-агентом, а не живым терапевтом/психоаналитиком? «Экономическая целесообразность» здесь скорее скромненькая рационализация происходящего.
Когда мы встречаемся с психоаналитиком, с любым живым другим, мы сталкиваемся с его желанием. Вопрос «чего ты от меня хочешь» возникает в каждой психоаналитической ситуации: а что мне нужно делать, а что мне нужно говорить, а достаточно ли хорошо я справляюсь, нравлюсь ли я вам и тд и тп.
Вариации на эту тему дают большие плоды для психоаналитической работы, поскольку в этих интерпретациях пациента всегда фонит его способ выстраивания отношений со значимыми другими в прошлом и настоящем. Вероятно, если у него есть какие-либо трудности в отношениях в жизни, они дадут о себе знать и здесь.
Искусственный интеллект же не обладает никаким желанием, ему все равно, прийдете вы на следующей неделе или нет. Нет желания, вокруг которого могла бы начать собираться логика взаимодействия субъекта с другим.
Вторая проблема — доступность и безотказность. ИИ всегда у вас в кармане, это может показаться плюсом, но если подумать, то можно обнаружить, что это полностью убивает самостоятельность и креативность человека. Его доверие к самому себе, на котором строится в том числе и пресловутая самоценность.
Во взаимодействии с живым другим с самого детства каждый сталкивается с тем, что он может быть недоступен. Это лишение, с которым сталкивается ребенок, когда замечает, что мама заинтересована в чем-то еще кроме него. И тут он оказывается предоставлен сам себе и получает возможность начать работу в поле своего интереса и желания. Чем он займется теперь? Лишение всегда становится толчком к изобретению субъективности.
Реальный живой другой — никогда не инструмент в кармане, а ты не центр его мира. Он может быть не согласен, может настаивать на своем. Взаимодействие с искусственным интеллектом полностью лишено измерения желания, столкновения и лишения, которые так важны для развития субъективности и креативности.
Когда человек предпочитает взаимодействие с искусственным интеллектом реальному другому — это говорит о том, что столкновение с живым другим по какой-то причине для него проблематично. Столкновение с живым другим требует определенной степени мужества. Заговорить о себе, о своих сложностях в построении отношений или неурядицах на работе face-to-face требует также мужества. В каждом случае под этим будет скрываться личная история, с которой необходимо работать, а не прикрывать технологичной рационализацией.
Начнем с уже задетого в предыдущем посте вопроса. Почему некоторые люди могут предпочитать общение с ИИ-агентом, а не живым терапевтом/психоаналитиком? «Экономическая целесообразность» здесь скорее скромненькая рационализация происходящего.
Когда мы встречаемся с психоаналитиком, с любым живым другим, мы сталкиваемся с его желанием. Вопрос «чего ты от меня хочешь» возникает в каждой психоаналитической ситуации: а что мне нужно делать, а что мне нужно говорить, а достаточно ли хорошо я справляюсь, нравлюсь ли я вам и тд и тп.
Вариации на эту тему дают большие плоды для психоаналитической работы, поскольку в этих интерпретациях пациента всегда фонит его способ выстраивания отношений со значимыми другими в прошлом и настоящем. Вероятно, если у него есть какие-либо трудности в отношениях в жизни, они дадут о себе знать и здесь.
Искусственный интеллект же не обладает никаким желанием, ему все равно, прийдете вы на следующей неделе или нет. Нет желания, вокруг которого могла бы начать собираться логика взаимодействия субъекта с другим.
Вторая проблема — доступность и безотказность. ИИ всегда у вас в кармане, это может показаться плюсом, но если подумать, то можно обнаружить, что это полностью убивает самостоятельность и креативность человека. Его доверие к самому себе, на котором строится в том числе и пресловутая самоценность.
Во взаимодействии с живым другим с самого детства каждый сталкивается с тем, что он может быть недоступен. Это лишение, с которым сталкивается ребенок, когда замечает, что мама заинтересована в чем-то еще кроме него. И тут он оказывается предоставлен сам себе и получает возможность начать работу в поле своего интереса и желания. Чем он займется теперь? Лишение всегда становится толчком к изобретению субъективности.
Реальный живой другой — никогда не инструмент в кармане, а ты не центр его мира. Он может быть не согласен, может настаивать на своем. Взаимодействие с искусственным интеллектом полностью лишено измерения желания, столкновения и лишения, которые так важны для развития субъективности и креативности.
Когда человек предпочитает взаимодействие с искусственным интеллектом реальному другому — это говорит о том, что столкновение с живым другим по какой-то причине для него проблематично. Столкновение с живым другим требует определенной степени мужества. Заговорить о себе, о своих сложностях в построении отношений или неурядицах на работе face-to-face требует также мужества. В каждом случае под этим будет скрываться личная история, с которой необходимо работать, а не прикрывать технологичной рационализацией.
❤20🔥10💯7❤🔥2👍1
ПЕРЕНОС НА ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ
На этот раз я хотела бы обратиться к одному из ключевых понятий психоанализа — переносу. Перенос всегда уже здесь, если человек решил обратиться к кому-либо с наболевшим вопросом. Перенос — движущая сила этой интенции.
Что можно сказать о переносе в случае, когда человек предпочитает обращаться к искусственному интеллекту за пси-помощью? Будем сегодня движимы эти вопросом. Предлагаю сперва оттолкнуться от переноса в обычном его понимании. Люди приходят к психоаналитику, предполагая именно за этим человеком знание о функционировании психики, как следствие — и обо мне. У каждого есть свои метки, не всегда осознанные, по которым он выбирает именно этого специалиста. Кто-то приходит на регалии, опыт, кто-то на образ мысли, на голос или образ. В каждом выборе будет своя метка, которая кое-что может сказать о способе выбирать у этого человека в принципе. Не только психоаналитика, возможно, партнера или же фильмы, книги, профессию…
В случае с ИИ, вероятно, имеет место перенос на некоторое общее знание, ибо ничего другого у него и нет. Что-то схожее можно обнаружить в случаях, когда люди с наболевшими вопросами обращаются к книгам, которые существуют давным-давно. Но и здесь есть нюанс — перед тем как начать читать книгу, зачастую человек все-таки читает ее обратную сторону, колонку «об авторе» или предисловие.
До GPT и Perplexity существовал Google, который тоже является поставщиком подручного общего знания. Однако, все-таки обращались к нему с пси-вопросами только для того, чтобы прочитать форумы или статьи некоторого «эксперта».
Что собой представляет это общее знание, на которое мы предполагаем перенос в случае с ИИ? Часто в своей практике сталкиваюсь с тем, что люди приходят и говорят, что книги читали-читали, но в решении вопросов это особо не помогло. Да, оно может прописать инструкции по пунктам, в каких-то вопросах этого будет более чем достаточно, но далее продвинуться невозможно. Дело в том, что обобщенное знание не помогает вырабатывать знание о самом себе. Оттуда можно понахватать еще больше идентификаций в духе «ребенок эмоционально незрелых родителей» и все такое прочее, что только загоняет в тупик. Общее знание, которым промышляет ИИ, также никак не работает на выработку знания о себе.
Вы можете возразить: «Но разве ИИ не может помочь лучше аналитика в отслеживании повторений в поведении? ИИ может даже лучше аналитика отследить повторения в поведении и речи». Но повторения — это лишь первый момент, который интересует нас в психоанализе. Далее работа ведется над редукцией этого повторения, но по большей части работа аналитика состоит в том, чтобы обнаружить и выделить уникальный способ каждого взаимодействовать с миром. Это как очистка луковицы в поисках чего-то, что присуще стилю лишь этого человека, помимо этого, в процессе чистки происходят всяческие трансформации в либидинальной системе человека. И как еще можно обнаружить то, что не прописано ни в каких библиотеках? Здесь обобщенное знание совершенно бесполезно.
В общем, ничего такого криминального нет, если человек решает обратиться с вопросами к ИИ, но в данном случае можно рассчитывать лишь на ответ в духе средней температуры по больнице.
На этот раз я хотела бы обратиться к одному из ключевых понятий психоанализа — переносу. Перенос всегда уже здесь, если человек решил обратиться к кому-либо с наболевшим вопросом. Перенос — движущая сила этой интенции.
Что можно сказать о переносе в случае, когда человек предпочитает обращаться к искусственному интеллекту за пси-помощью? Будем сегодня движимы эти вопросом. Предлагаю сперва оттолкнуться от переноса в обычном его понимании. Люди приходят к психоаналитику, предполагая именно за этим человеком знание о функционировании психики, как следствие — и обо мне. У каждого есть свои метки, не всегда осознанные, по которым он выбирает именно этого специалиста. Кто-то приходит на регалии, опыт, кто-то на образ мысли, на голос или образ. В каждом выборе будет своя метка, которая кое-что может сказать о способе выбирать у этого человека в принципе. Не только психоаналитика, возможно, партнера или же фильмы, книги, профессию…
В случае с ИИ, вероятно, имеет место перенос на некоторое общее знание, ибо ничего другого у него и нет. Что-то схожее можно обнаружить в случаях, когда люди с наболевшими вопросами обращаются к книгам, которые существуют давным-давно. Но и здесь есть нюанс — перед тем как начать читать книгу, зачастую человек все-таки читает ее обратную сторону, колонку «об авторе» или предисловие.
До GPT и Perplexity существовал Google, который тоже является поставщиком подручного общего знания. Однако, все-таки обращались к нему с пси-вопросами только для того, чтобы прочитать форумы или статьи некоторого «эксперта».
Что собой представляет это общее знание, на которое мы предполагаем перенос в случае с ИИ? Часто в своей практике сталкиваюсь с тем, что люди приходят и говорят, что книги читали-читали, но в решении вопросов это особо не помогло. Да, оно может прописать инструкции по пунктам, в каких-то вопросах этого будет более чем достаточно, но далее продвинуться невозможно. Дело в том, что обобщенное знание не помогает вырабатывать знание о самом себе. Оттуда можно понахватать еще больше идентификаций в духе «ребенок эмоционально незрелых родителей» и все такое прочее, что только загоняет в тупик. Общее знание, которым промышляет ИИ, также никак не работает на выработку знания о себе.
Вы можете возразить: «Но разве ИИ не может помочь лучше аналитика в отслеживании повторений в поведении? ИИ может даже лучше аналитика отследить повторения в поведении и речи». Но повторения — это лишь первый момент, который интересует нас в психоанализе. Далее работа ведется над редукцией этого повторения, но по большей части работа аналитика состоит в том, чтобы обнаружить и выделить уникальный способ каждого взаимодействовать с миром. Это как очистка луковицы в поисках чего-то, что присуще стилю лишь этого человека, помимо этого, в процессе чистки происходят всяческие трансформации в либидинальной системе человека. И как еще можно обнаружить то, что не прописано ни в каких библиотеках? Здесь обобщенное знание совершенно бесполезно.
В общем, ничего такого криминального нет, если человек решает обратиться с вопросами к ИИ, но в данном случае можно рассчитывать лишь на ответ в духе средней температуры по больнице.
❤9💯4❤🔥2👍2
ТЕЛО В ЭПОХУ ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА
В завершение лета хочу закончить тему искусственного интеллекта вопросом об особенностях взаимодействия «двух встречающихся тел». В начале я писала, что это исследование скорее дает лучше понять особенности человеческих живых взаимодействий, нежели чем говорит о реальном применении ИИ в пси-сфере. Последние новости говорят лишь о том, что всегда готовый поддержать любую бредовую идею ИИ-агент доводит ситуации до криминала, но сегодня не об этом.
Уже ощутимо наметилась тенденция, что чем шире информационные технологии используются в повседневной жизни, тем сильнее люди начинают тянуться к винтажу реального общения. Что есть в нем такого, чего еще не упоминалось в предыдущих постах?
Весной на петербургской выставке современного искусства заметила, что было представлено много тактильных экспонатов: керамика, объекты из искусственного меха и пр. Это наблюдение только убедило меня в том, что с большим внедрением цифры у человеческого тела становится все меньше и меньше событий. Все что происходит с телом — это касания кончиками пальцев скользкой поверхности. А весь спектр сменяющихся контекстов переходит в умозрительную область. Кстати говоря, здесь кроется один из способов работы с современными тревогами: переключение с умозрительного на телесное. Причем практически любое.
Что важно: человек — это существо, которое живет не только в дискурсе (хоть эта среда нам и более привычна), но и обладает телом. От этого никуда не деться, и тело всегда даст о себе знать. Его состояние напрямую влияет на то, как мы себя чувствуем. И во многом самочувствие зависит от того, есть ли у нашего тела какие-то события: воздух, прогулки, общение с другими людьми. Для многих это стало наиболее ощутимым еще во время ковида. Конечно, есть люди, кто даже рад, что можно не переодеваться и особо не шевелиться, но по итогу такая стратегия ни к чему хорошему не приводит.
Так вот, тренд на тактильное, винтажное и желание встречаться не в зуме — полностью объясняется этой особенностью человеческого бытия. Человек — это не только глаза, кончики пальцев и обрабатывающий информацию мозг.
По этой же причине психоаналитики иногда настаивают на том, что самый трушный психоанализ — это только встречи в кабинете. В очной психоаналитической ситуации удается задействовать измерение тела, что невозможно сделать в онлайне. О чем здесь идет речь можно уловить, сравнив две ситуации. Как отличаются ощущения, когда вы идете на встречу с человеком, с которым много общались онлайн, но никогда не виделись, и когда встречаетесь с тем, кого уже много раз видели вживую? Ответ на этот вопрос — один из вариантов того, как для вас проявляется измерение присутствия другого во плоти.
Это вовсе не означает, что онлайн психоанализ неэффективен. Но у него есть нюансы и ограничения, поэтому я всегда предлагаю анализантам из других городов и стран приходить в кабинет, когда они бывают в Петербурге.
Вокруг ИИ же есть опасения, что люди будут меньше взаимодействовать с людьми, поскольку проще быть на связи с неспящим и всегда готовым ИИ-агентом. Честно говоря, у меня таких опасений нет, а уже имеющиеся тенденции в этом только убеждают. Отсутствие событий у тела всегда даст о себе знать.
В завершение лета хочу закончить тему искусственного интеллекта вопросом об особенностях взаимодействия «двух встречающихся тел». В начале я писала, что это исследование скорее дает лучше понять особенности человеческих живых взаимодействий, нежели чем говорит о реальном применении ИИ в пси-сфере. Последние новости говорят лишь о том, что всегда готовый поддержать любую бредовую идею ИИ-агент доводит ситуации до криминала, но сегодня не об этом.
Уже ощутимо наметилась тенденция, что чем шире информационные технологии используются в повседневной жизни, тем сильнее люди начинают тянуться к винтажу реального общения. Что есть в нем такого, чего еще не упоминалось в предыдущих постах?
Весной на петербургской выставке современного искусства заметила, что было представлено много тактильных экспонатов: керамика, объекты из искусственного меха и пр. Это наблюдение только убедило меня в том, что с большим внедрением цифры у человеческого тела становится все меньше и меньше событий. Все что происходит с телом — это касания кончиками пальцев скользкой поверхности. А весь спектр сменяющихся контекстов переходит в умозрительную область. Кстати говоря, здесь кроется один из способов работы с современными тревогами: переключение с умозрительного на телесное. Причем практически любое.
Что важно: человек — это существо, которое живет не только в дискурсе (хоть эта среда нам и более привычна), но и обладает телом. От этого никуда не деться, и тело всегда даст о себе знать. Его состояние напрямую влияет на то, как мы себя чувствуем. И во многом самочувствие зависит от того, есть ли у нашего тела какие-то события: воздух, прогулки, общение с другими людьми. Для многих это стало наиболее ощутимым еще во время ковида. Конечно, есть люди, кто даже рад, что можно не переодеваться и особо не шевелиться, но по итогу такая стратегия ни к чему хорошему не приводит.
Так вот, тренд на тактильное, винтажное и желание встречаться не в зуме — полностью объясняется этой особенностью человеческого бытия. Человек — это не только глаза, кончики пальцев и обрабатывающий информацию мозг.
По этой же причине психоаналитики иногда настаивают на том, что самый трушный психоанализ — это только встречи в кабинете. В очной психоаналитической ситуации удается задействовать измерение тела, что невозможно сделать в онлайне. О чем здесь идет речь можно уловить, сравнив две ситуации. Как отличаются ощущения, когда вы идете на встречу с человеком, с которым много общались онлайн, но никогда не виделись, и когда встречаетесь с тем, кого уже много раз видели вживую? Ответ на этот вопрос — один из вариантов того, как для вас проявляется измерение присутствия другого во плоти.
Это вовсе не означает, что онлайн психоанализ неэффективен. Но у него есть нюансы и ограничения, поэтому я всегда предлагаю анализантам из других городов и стран приходить в кабинет, когда они бывают в Петербурге.
Вокруг ИИ же есть опасения, что люди будут меньше взаимодействовать с людьми, поскольку проще быть на связи с неспящим и всегда готовым ИИ-агентом. Честно говоря, у меня таких опасений нет, а уже имеющиеся тенденции в этом только убеждают. Отсутствие событий у тела всегда даст о себе знать.
❤12❤🔥7💯4👍1🔥1
О КУЛЬТУРЕ ПРОЖИВАНИЯ ГОРЯ
По опыту работы замечаю, что сейчас крайне сложно людям выдерживать процессы, которые длятся во времени. Даже полуторачасовой фильм может стать проблемой. Вдвойне сложнее, если эти процессы приносят сильную боль.
Вся «культура» проживания горя у нас базируется на идее, что горе — это жуткое и опасное чувство, от которого нужно как можно быстрее избавиться и вернуться к своему прежнему состоянию. Из этого вытекают неверные представления о том, как долго следует длиться переживанию, и как оно может выглядеть со стороны.
Сладкие фантазии о быстрых решениях, как и все воображаемое, разбиваются об реальность в 100% cлучаях, если мы говорим об утрате кого-то или чего-то значимого. Если мы были во что-то сильно вовлечены эмоционально, процесс проживания утраты невозможно проскочить, и тем более остаться после этого прежним. Горе — это естественный ответ на утрату. Это не девиация и не искаженное состояние, требующее лечения. Его невозможно вычеркнуть, его можно только встроить в свой внутренний ландшафт и эмоциональный опыт.
Реальность такова, что проживая свою единственную жизнь, мы будем сталкиваться с утратами и горем, если открываемся глубоким связям с людьми или местами. Отрицать это — все равно что отрицать законы гравитации, от этого они не исчезнут. Если пытаться избежать боли утрат, то мы лишаем себя и любви.
По-хорошему, культура проживания горя должна начинаться со смещения фокуса с горя как проблемы на горе как длящийся опыт. Процесс его проживания заключается в том, чтобы на месте зияющей дыры образовался рубец — что не является возвращением к своему прежнему состоянию, но уже и не открытая рана.
Подробнее о самом процессе горевания без прикрас и убаюкивающих мантр в духе «все будет хорошо» или «это сделает тебя лучше» поговорим в следующем посте.
По опыту работы замечаю, что сейчас крайне сложно людям выдерживать процессы, которые длятся во времени. Даже полуторачасовой фильм может стать проблемой. Вдвойне сложнее, если эти процессы приносят сильную боль.
Вся «культура» проживания горя у нас базируется на идее, что горе — это жуткое и опасное чувство, от которого нужно как можно быстрее избавиться и вернуться к своему прежнему состоянию. Из этого вытекают неверные представления о том, как долго следует длиться переживанию, и как оно может выглядеть со стороны.
Сладкие фантазии о быстрых решениях, как и все воображаемое, разбиваются об реальность в 100% cлучаях, если мы говорим об утрате кого-то или чего-то значимого. Если мы были во что-то сильно вовлечены эмоционально, процесс проживания утраты невозможно проскочить, и тем более остаться после этого прежним. Горе — это естественный ответ на утрату. Это не девиация и не искаженное состояние, требующее лечения. Его невозможно вычеркнуть, его можно только встроить в свой внутренний ландшафт и эмоциональный опыт.
Реальность такова, что проживая свою единственную жизнь, мы будем сталкиваться с утратами и горем, если открываемся глубоким связям с людьми или местами. Отрицать это — все равно что отрицать законы гравитации, от этого они не исчезнут. Если пытаться избежать боли утрат, то мы лишаем себя и любви.
По-хорошему, культура проживания горя должна начинаться со смещения фокуса с горя как проблемы на горе как длящийся опыт. Процесс его проживания заключается в том, чтобы на месте зияющей дыры образовался рубец — что не является возвращением к своему прежнему состоянию, но уже и не открытая рана.
Подробнее о самом процессе горевания без прикрас и убаюкивающих мантр в духе «все будет хорошо» или «это сделает тебя лучше» поговорим в следующем посте.
❤20❤🔥6💯2👍1🔥1
О ПРОЦЕССЕ ГОРЕВАНИЯ
Сегодня речь пойдет о том, чем является столкновение с утратой для психики, и есть ли какой-то менее болезненный способ прохождения через этот опыт.
Упомянутая в предыдущем тексте «культура» проживания горя вытекает из культуры, основанной на решении задач, где цель — скорейшее возвращение «индивида» к труду. Этот подход помогает находить лекарства от болезней, строить здания и самолеты, но такие события как рождение, смерть, горе и любовь не вписываются в концепцию «решения задач». В опыте горевания попытки исправить, вылечить и «вернуть к норме» блокируют работу психики по обработке нового радикального опыта.
Утрата — это всегда столкновение с радикальным вторжением, неотменимым и суровым. Нечто случилось, и произошедшее не исправить, утраченное не вернуть. Речь идет как о смерти близкого, так и о смерти привычного мира и порядка. Все, что в корне меняет нашу реальность, проделывая дыру в ткани жизни, не может нас не затрагивать — и каждого затрагивает по-своему. Поэтому нет универсального рецепта как в состоянии горя должен вести себя человек.
Часто можно услышать якобы успокаивающие фразы «все будет хорошо» или приободряющие «это сделает тебя лучше», «оставь это позади» — но они не основаны на чем-либо, являются дежурными, поскольку оказавшиеся рядом люди сами не знают, как реагировать.
Будет ли «все хорошо», сказать невозможно; правда лишь в том, что случившееся вас изменит, но вы выживете. Ничто в жизни не устроено так: ты либо полностью утонул в горе, либо прошел, не замочив штаны. Сколько бы времени процесс ни занял, ваша психика проложит пути в новой реальности.
Это может звучать абстрактно. Однако можно обозначить несколько моментов, которые помогут создать компас для индивидуальной ориентации в изменившейся реальности:
1 — Дать разговорам об утрате столько времени, сколько необходимо именно вам
Умение отнестись к своей боли с уважением дает пространство, где вы можете быть, не прихорашивая свою жизнь и не прорываясь через нее напролом. Из такой точки становится посильным пережить утрату. Пройти через процесс рубцевания (назовем это так) можно только если посмотреть горю в лицо. Когда мы позволяем реальности горя существовать, мы можем найти способы обходиться с ней. Возможность жить со своим горем без требований избавиться от него или исправить ситуацию делает переживание чуть легче.
2 — Поддерживать огонёк жизни, а не только мрак свинцовых туч боли
Помимо того, что с вами случилась утрата, вы живы. Жизнь внутри вас особенно нуждается во внимании в такой непростой период. Истинной работой горя будет поиск срединного пути между застреванием в мыслях лишь об утрате и игнорированием ее. Этот путь позволяет создать новое пространство, в котором можно жить, но и которое учитывает событие, произошедшее с вами.
Сегодня речь пойдет о том, чем является столкновение с утратой для психики, и есть ли какой-то менее болезненный способ прохождения через этот опыт.
Упомянутая в предыдущем тексте «культура» проживания горя вытекает из культуры, основанной на решении задач, где цель — скорейшее возвращение «индивида» к труду. Этот подход помогает находить лекарства от болезней, строить здания и самолеты, но такие события как рождение, смерть, горе и любовь не вписываются в концепцию «решения задач». В опыте горевания попытки исправить, вылечить и «вернуть к норме» блокируют работу психики по обработке нового радикального опыта.
Утрата — это всегда столкновение с радикальным вторжением, неотменимым и суровым. Нечто случилось, и произошедшее не исправить, утраченное не вернуть. Речь идет как о смерти близкого, так и о смерти привычного мира и порядка. Все, что в корне меняет нашу реальность, проделывая дыру в ткани жизни, не может нас не затрагивать — и каждого затрагивает по-своему. Поэтому нет универсального рецепта как в состоянии горя должен вести себя человек.
Часто можно услышать якобы успокаивающие фразы «все будет хорошо» или приободряющие «это сделает тебя лучше», «оставь это позади» — но они не основаны на чем-либо, являются дежурными, поскольку оказавшиеся рядом люди сами не знают, как реагировать.
Будет ли «все хорошо», сказать невозможно; правда лишь в том, что случившееся вас изменит, но вы выживете. Ничто в жизни не устроено так: ты либо полностью утонул в горе, либо прошел, не замочив штаны. Сколько бы времени процесс ни занял, ваша психика проложит пути в новой реальности.
Это может звучать абстрактно. Однако можно обозначить несколько моментов, которые помогут создать компас для индивидуальной ориентации в изменившейся реальности:
1 — Дать разговорам об утрате столько времени, сколько необходимо именно вам
Умение отнестись к своей боли с уважением дает пространство, где вы можете быть, не прихорашивая свою жизнь и не прорываясь через нее напролом. Из такой точки становится посильным пережить утрату. Пройти через процесс рубцевания (назовем это так) можно только если посмотреть горю в лицо. Когда мы позволяем реальности горя существовать, мы можем найти способы обходиться с ней. Возможность жить со своим горем без требований избавиться от него или исправить ситуацию делает переживание чуть легче.
2 — Поддерживать огонёк жизни, а не только мрак свинцовых туч боли
Помимо того, что с вами случилась утрата, вы живы. Жизнь внутри вас особенно нуждается во внимании в такой непростой период. Истинной работой горя будет поиск срединного пути между застреванием в мыслях лишь об утрате и игнорированием ее. Этот путь позволяет создать новое пространство, в котором можно жить, но и которое учитывает событие, произошедшее с вами.
❤🔥18❤5🔥1💯1
ИРИНА ГОРОШКО «СЕЛФХАРМ»
В этот мир каждый человек приходит чистым листом. Первые представления о себе, о мире и о других мы получаем со слов значимых взрослых в детстве. Обычно мать является для каждого самым значимым взрослым, через ее слова ребенок формирует ответ на вопрос «кто я для другого?».
Силу и влияние материнского ответа можно проследить в книге Ирины Горошко «Селфхарм», первые слова которой звучат как те самые роковые первые слова: «я тебя рожала в мýках».
Печать «мук» лежит на всей последующей жизни главной героини. Мук, вместе с которыми мать принесла ее в этот мир. Мук, которые представляют материнскую страсть, в водоворот которой оказывается включена Аня. Справиться с силой этого водоворота девушке самостоятельно не удается, а других помощников в создании препонов для материнской страсти в семье не находится — отец Ани довольно безучастный персонаж, типичный для советского и пост-советского периода.
Также мы знаем, что у «Анюси» есть старшая сестра, которая воплощает идеал дочери для матери. Именно такую дочь она желает, а если младшая дочь не вписывается в материнский идеал, это прям-таки неопознанный объект, который только мýкой и является.
Опираясь на психоаналитическую практику, хочется сказать, что это довольно тяжкий крест для пост-советских детей, которые были воспитаны родителями, исповедующими идеалы Союза: девочка должна быть в платьишке (желательно с бантиком), а вырасти она должна примерной матерью и примерной работницей «понятной» профессии. Так. И никак иначе. Все должны ходить строем. Ни капли проявления своего желания и отклонений от стандартов. Да: еще — никакого секса! За последним мать настолько сердобольно следила, что и наследила буквально у Ани в трусах, что не обходится без последствий для девочки. Мы имеем дело с ситуацией, где материнской страсти ничего не противопоставлено, она оказывается безлимитной. Мать и в трусах, и в постели…
Основной стратегией матери является вменение вины за собственное состояние неопознанному объекту. Очень удобно, когда ответственность несешь не ты, а кто-то другой. Удобно, но совершенно дела не меняет. Как бы сердобольно Аня не старалась осчастливить маму, та продолжает оставаться несчастной.
На отсутствие пространства хоть для капли своего желания Аня отвечает истеканием кровью. «Кровь» становится вторым клеймом на ее жизни. Помимо «мук», по словам матери, в ее рождении была еще и «кровь». Далее можно сказать, что ценой собственной крови она пытается осчастливить мать, до последней крови она бьется на работе в компании «Арт энд блад», где находит еще одно воплощение материнского требования по имени Джульетта. Любопытно, что именно это шекспировское имя носит начальница главной героини.
Но. Что хотелось бы подчеркнуть дважды в разговоре о сюжете этой книги. Винить во всем родителей — это так же вменять им всю ответственность за твое состояние. Перед каждым человеком стоит выбор, требующий мужества: разорвать болезненный гордиев узел эдипальных отношений и двинуться по пути собственного желания (или хотя бы его поиска), либо же остаться пленником материнской страсти до последнего вздоха.
Мне видится именно таким финал книги — главная героиня, движимая уже собственным интересом, а не тем самым водоворотом, отправляется по пути творческого осмысления собственного опыта. Оказывается, что в жизни Ани есть место не только для разрушительной материнской страсти, но и для другого типа отношений — это и ее преподавательница МХК и девушка, признающая ее желание и говорящая «да, попробуем».
Переработка выгравированного на твоей шкуре опыта в творческий объект задает иной статус этому опыту и иной способ с ним обходиться. Будь то спектакль, перформанс, книга или музыка — это оформленный и символизированный объект, между ним и твоей шкурой уже есть дистанция, поэтому нет необходимости более ее терзать. Этот объект задает место в мире автору и формирует коммуникацию с другими.
На этом я остановлюсь, пожалуй, дабы оставить для вас пространство для собственного исследования на страницах книги.
В этот мир каждый человек приходит чистым листом. Первые представления о себе, о мире и о других мы получаем со слов значимых взрослых в детстве. Обычно мать является для каждого самым значимым взрослым, через ее слова ребенок формирует ответ на вопрос «кто я для другого?».
Силу и влияние материнского ответа можно проследить в книге Ирины Горошко «Селфхарм», первые слова которой звучат как те самые роковые первые слова: «я тебя рожала в мýках».
Печать «мук» лежит на всей последующей жизни главной героини. Мук, вместе с которыми мать принесла ее в этот мир. Мук, которые представляют материнскую страсть, в водоворот которой оказывается включена Аня. Справиться с силой этого водоворота девушке самостоятельно не удается, а других помощников в создании препонов для материнской страсти в семье не находится — отец Ани довольно безучастный персонаж, типичный для советского и пост-советского периода.
Также мы знаем, что у «Анюси» есть старшая сестра, которая воплощает идеал дочери для матери. Именно такую дочь она желает, а если младшая дочь не вписывается в материнский идеал, это прям-таки неопознанный объект, который только мýкой и является.
Опираясь на психоаналитическую практику, хочется сказать, что это довольно тяжкий крест для пост-советских детей, которые были воспитаны родителями, исповедующими идеалы Союза: девочка должна быть в платьишке (желательно с бантиком), а вырасти она должна примерной матерью и примерной работницей «понятной» профессии. Так. И никак иначе. Все должны ходить строем. Ни капли проявления своего желания и отклонений от стандартов. Да: еще — никакого секса! За последним мать настолько сердобольно следила, что и наследила буквально у Ани в трусах, что не обходится без последствий для девочки. Мы имеем дело с ситуацией, где материнской страсти ничего не противопоставлено, она оказывается безлимитной. Мать и в трусах, и в постели…
Основной стратегией матери является вменение вины за собственное состояние неопознанному объекту. Очень удобно, когда ответственность несешь не ты, а кто-то другой. Удобно, но совершенно дела не меняет. Как бы сердобольно Аня не старалась осчастливить маму, та продолжает оставаться несчастной.
На отсутствие пространства хоть для капли своего желания Аня отвечает истеканием кровью. «Кровь» становится вторым клеймом на ее жизни. Помимо «мук», по словам матери, в ее рождении была еще и «кровь». Далее можно сказать, что ценой собственной крови она пытается осчастливить мать, до последней крови она бьется на работе в компании «Арт энд блад», где находит еще одно воплощение материнского требования по имени Джульетта. Любопытно, что именно это шекспировское имя носит начальница главной героини.
Но. Что хотелось бы подчеркнуть дважды в разговоре о сюжете этой книги. Винить во всем родителей — это так же вменять им всю ответственность за твое состояние. Перед каждым человеком стоит выбор, требующий мужества: разорвать болезненный гордиев узел эдипальных отношений и двинуться по пути собственного желания (или хотя бы его поиска), либо же остаться пленником материнской страсти до последнего вздоха.
Мне видится именно таким финал книги — главная героиня, движимая уже собственным интересом, а не тем самым водоворотом, отправляется по пути творческого осмысления собственного опыта. Оказывается, что в жизни Ани есть место не только для разрушительной материнской страсти, но и для другого типа отношений — это и ее преподавательница МХК и девушка, признающая ее желание и говорящая «да, попробуем».
Переработка выгравированного на твоей шкуре опыта в творческий объект задает иной статус этому опыту и иной способ с ним обходиться. Будь то спектакль, перформанс, книга или музыка — это оформленный и символизированный объект, между ним и твоей шкурой уже есть дистанция, поэтому нет необходимости более ее терзать. Этот объект задает место в мире автору и формирует коммуникацию с другими.
На этом я остановлюсь, пожалуй, дабы оставить для вас пространство для собственного исследования на страницах книги.
❤🔥9🔥7💯4👍3
ЭТОТ МИР ПУГАЧЁВОЙ
Возможно, кто-то из читателей тоже последние пару недель гоняет по кругу плейлист Пугачёвой. Я вот таким промышляла и нашла песню, которая, как мне кажется, отражает психоаналитическую идею о Реальном (знаю, что здесь есть те, кому не чужд язык Лакана), человеческой травме и о решении в ответ на нее.
Если изъясняться более ясно, речь идет о законах устройства мира, на которые человек никак не влияет. Более того, наука отчасти появилась как заплатка на ту тревогу, которую вызывает непонятность устройства мира.
Этот мир придуман не нами
Этот мир придуман не мной
Речь идет о вопросах рождения и смерти, о том, что все существа делают это, а мертвые не рождаются заново. Это и о физических законах. Попросту говоря, о том, что солнце не восходит на Западе и не заходит на Востоке. Да, можно откинуть придуманные человеком «Восток» и «Запад», но Земля, во всяком случае пока, крутиться в другую сторону не станет. Реальное задает как раз категорию невозможного.
Об этом, как мне видится, эти строки песни «Этот мир»:
Придумано не мной, что мчится день за днём
То радость, то печаль кому-то неся
А мир устроен так, что всё возможно в нём
Но после ничего исправить нельзя
Да, много что возможно, но исправить сделанное невозможно. Отрубленная рука (простите) не будет той же самой рукой, даже если ее пришить.
Многие человеческие страдания связаны с тем, что законы реальности противоречат законам воображаемого мира, который каждый себе придумал. Отсюда возникают восклицания в духе: «это несправедливо!», «этого быть не должно!».
Животные, кстати, не задаются такими вопросами. У них нет никаких противоречий с законами Реального, они в нем живут. Каждый человек носит печать травмы того, что мы «сломались» (скажем так) и были изгнаны из этого мира. За счет отсутствия инстинктов, овладения речью на сложном уровне и тд.
Единственное как человек может прикрыть ужас, с которым сталкивается из-за «поломки»:
Один лишь способ есть нам справиться с судьбой
Один есть только путь в мелькании дней
Пусть тучи разогнать нам трудно над землёй
Но можем мы любить друг друга сильней
Это любовь!
В человеческом мире нет той плотской связи, которая есть в животном мире. И сексуальных отношений между людьми не существует, поскольку каждый в этот момент находится лишь в отношениях с собственными представлениями. И только любовь является решением на эту человеческую «поломку». Только благодаря существованию любви возможна между людьми связь, только благодаря ей возможно преодоление одиночества.
Можем договориться с вами следующий пост посвятить именно любви. Предлагаю проявлять свою заинтересованность реакциями или комментариями к этому тексту!
Лай-ла-ла
Ла-ла
Ла-ла-лай-лай!
Возможно, кто-то из читателей тоже последние пару недель гоняет по кругу плейлист Пугачёвой. Я вот таким промышляла и нашла песню, которая, как мне кажется, отражает психоаналитическую идею о Реальном (знаю, что здесь есть те, кому не чужд язык Лакана), человеческой травме и о решении в ответ на нее.
Если изъясняться более ясно, речь идет о законах устройства мира, на которые человек никак не влияет. Более того, наука отчасти появилась как заплатка на ту тревогу, которую вызывает непонятность устройства мира.
Этот мир придуман не нами
Этот мир придуман не мной
Речь идет о вопросах рождения и смерти, о том, что все существа делают это, а мертвые не рождаются заново. Это и о физических законах. Попросту говоря, о том, что солнце не восходит на Западе и не заходит на Востоке. Да, можно откинуть придуманные человеком «Восток» и «Запад», но Земля, во всяком случае пока, крутиться в другую сторону не станет. Реальное задает как раз категорию невозможного.
Об этом, как мне видится, эти строки песни «Этот мир»:
Придумано не мной, что мчится день за днём
То радость, то печаль кому-то неся
А мир устроен так, что всё возможно в нём
Но после ничего исправить нельзя
Да, много что возможно, но исправить сделанное невозможно. Отрубленная рука (простите) не будет той же самой рукой, даже если ее пришить.
Многие человеческие страдания связаны с тем, что законы реальности противоречат законам воображаемого мира, который каждый себе придумал. Отсюда возникают восклицания в духе: «это несправедливо!», «этого быть не должно!».
Животные, кстати, не задаются такими вопросами. У них нет никаких противоречий с законами Реального, они в нем живут. Каждый человек носит печать травмы того, что мы «сломались» (скажем так) и были изгнаны из этого мира. За счет отсутствия инстинктов, овладения речью на сложном уровне и тд.
Единственное как человек может прикрыть ужас, с которым сталкивается из-за «поломки»:
Один лишь способ есть нам справиться с судьбой
Один есть только путь в мелькании дней
Пусть тучи разогнать нам трудно над землёй
Но можем мы любить друг друга сильней
Это любовь!
В человеческом мире нет той плотской связи, которая есть в животном мире. И сексуальных отношений между людьми не существует, поскольку каждый в этот момент находится лишь в отношениях с собственными представлениями. И только любовь является решением на эту человеческую «поломку». Только благодаря существованию любви возможна между людьми связь, только благодаря ей возможно преодоление одиночества.
Можем договориться с вами следующий пост посвятить именно любви. Предлагаю проявлять свою заинтересованность реакциями или комментариями к этому тексту!
Лай-ла-ла
Ла-ла
Ла-ла-лай-лай!
❤🔥27❤21🔥8🍓3💯2👍1
ГДЕ НАЧИНАЕТСЯ ЛЮБОВЬ?
Итак, сегодня, как и было обещано, про любовь. Вообще любовь такая тема, которой можно посвятить весь осенний сезон, чем и предлагаю заняться.
Начать можно с того, что любовь неразрывно связана с нехваткой. Ведь для того, чтобы полюбить, необходимо признать, что тебе чего-то не хватает и увидеть намеки на недостающее в другом. Помимо признания с нехваткой что можно сделать? Ее можно отрицать — что и делают люди, которые изображают целостных, сильных и независимых, тем самым лишь удаляясь от любви. Принимаем мы ее или отрицаем — это никак не влияет на то, что нехватка есть у каждого. Независимым в любви быть невозможно. Это логически невозможно. Вся полемика вокруг «зависимых» отношений — это вопрос болезненности, а не зависимости/независимости.
Намеки — это миражи, когда вдруг черты «фантазматического другого» (идеального мужчины, идеальной женщины и пр.) накладываются на какого-то реального человека. Этот «фантазматический другой» — плод психической реальности каждого из нас, который формировался на протяжении жизни во взаимодействии со значимыми другими и спецификой их желания по отношению к нам. Специфика важна, поскольку собственная желанность считывается не только когда вокруг тебя прыгают и расцеловывают, но и когда бьют. «Бьет значит любит» вполне себе существующая конструкция: не важно, что именно мне причиняет другой, главное, что его объект — я. Бьют, кричат, унижают и тд. — здесь может быть все что угодно.
В романтических отношениях конструкция взаимодействия с этим «фантазматическим другим» проявляется ярче всего, поэтому они могут становиться особенно болезненными. Я бы предложила разделить такие случаи на два варианта:
Первый — когда сама фантазматическая сцена строится на логике «…значит любит» и из раза в раз человек вступает в отношения, где на видимом уровне ему причиняют боль, а под этим скрывается его тайная страсть. Именно с ней и нужно будет разбираться.
Второй вариант — когда повстречавшийся нам реальный человек не вписывается в наши идеальные представления. Обнаруживается это не сразу. На первых парах все замечательно, миражи заслоняют взор полностью, мы очарованы тем, что узрели их блеск на поверхности этого человека: «это то самое»! А что то самое? Пустота неизвестности о реальном другом заполняется фантазиями, щедро разлитыми из той же фантазматической бочки… Но рано или поздно настает момент, когда фактаж никак не метчится с тем, что мы себе в своей же голове себе понаобещали.
Это довольно серьезный кризис для участников отношений. Удастся ли им теперь наладить диалог именно друг с другом, а не с собственной фантазией в голове? До этого момента можно сказать, что существующая любовь — это любовь к миражам и только лишь. Удастся ли теперь участникам отношений полюбить друг друга как другого, а не как идеальную фигуру, и при этом не отдалиться? Это всегда вопрос каждого отдельного случая.
Если удастся — мы можем говорить действительно о любви к другому.
В предыдущем посте я также упоминала, что только благодаря любви возможно преодоление одиночества. В следующих сериях — об этом!
Итак, сегодня, как и было обещано, про любовь. Вообще любовь такая тема, которой можно посвятить весь осенний сезон, чем и предлагаю заняться.
Начать можно с того, что любовь неразрывно связана с нехваткой. Ведь для того, чтобы полюбить, необходимо признать, что тебе чего-то не хватает и увидеть намеки на недостающее в другом. Помимо признания с нехваткой что можно сделать? Ее можно отрицать — что и делают люди, которые изображают целостных, сильных и независимых, тем самым лишь удаляясь от любви. Принимаем мы ее или отрицаем — это никак не влияет на то, что нехватка есть у каждого. Независимым в любви быть невозможно. Это логически невозможно. Вся полемика вокруг «зависимых» отношений — это вопрос болезненности, а не зависимости/независимости.
Намеки — это миражи, когда вдруг черты «фантазматического другого» (идеального мужчины, идеальной женщины и пр.) накладываются на какого-то реального человека. Этот «фантазматический другой» — плод психической реальности каждого из нас, который формировался на протяжении жизни во взаимодействии со значимыми другими и спецификой их желания по отношению к нам. Специфика важна, поскольку собственная желанность считывается не только когда вокруг тебя прыгают и расцеловывают, но и когда бьют. «Бьет значит любит» вполне себе существующая конструкция: не важно, что именно мне причиняет другой, главное, что его объект — я. Бьют, кричат, унижают и тд. — здесь может быть все что угодно.
В романтических отношениях конструкция взаимодействия с этим «фантазматическим другим» проявляется ярче всего, поэтому они могут становиться особенно болезненными. Я бы предложила разделить такие случаи на два варианта:
Первый — когда сама фантазматическая сцена строится на логике «…значит любит» и из раза в раз человек вступает в отношения, где на видимом уровне ему причиняют боль, а под этим скрывается его тайная страсть. Именно с ней и нужно будет разбираться.
Второй вариант — когда повстречавшийся нам реальный человек не вписывается в наши идеальные представления. Обнаруживается это не сразу. На первых парах все замечательно, миражи заслоняют взор полностью, мы очарованы тем, что узрели их блеск на поверхности этого человека: «это то самое»! А что то самое? Пустота неизвестности о реальном другом заполняется фантазиями, щедро разлитыми из той же фантазматической бочки… Но рано или поздно настает момент, когда фактаж никак не метчится с тем, что мы себе в своей же голове себе понаобещали.
Это довольно серьезный кризис для участников отношений. Удастся ли им теперь наладить диалог именно друг с другом, а не с собственной фантазией в голове? До этого момента можно сказать, что существующая любовь — это любовь к миражам и только лишь. Удастся ли теперь участникам отношений полюбить друг друга как другого, а не как идеальную фигуру, и при этом не отдалиться? Это всегда вопрос каждого отдельного случая.
Если удастся — мы можем говорить действительно о любви к другому.
В предыдущем посте я также упоминала, что только благодаря любви возможно преодоление одиночества. В следующих сериях — об этом!
❤12🔥6❤🔥1🐳1💯1
ЗАПИСЬ НА СЕССИИ, С ЧЕМ РАБОТАЮ
Я работаю с каждым, у кого есть желание разобраться со сложностями, прояснить непонимания или вопросы, которые касаются отношений с собой, с миром, партнером, с родственниками или коллегами.
Мне всегда было сложно понять, как можно очертить четкий список «работаю с…», поскольку в психоанализе мы работаем не с конкретным проявлением симптома (хотя учитываем и его), а с психикой в целом. Депрессивные состояния, выгорание, тревога, РПП, панические атаки и прочие бедствия — это сигналы одной большой системы. Благодаря такому подходу, работа приводит к более устойчивым изменениям.
Психоанализ я люблю за то, что он позволяет очертить свой особенный способ взаимодействия с миром у каждого человека, поэтому здесь даже не встает вопрос о (не)нормальности чего-либо. Он избавляет от воображаемых иллюзий, от которых мы так часто страдаем, что дает возможность начать строить отношения с реальным миром и реальными другими, а не со своими фантазиями. Благодаря обнаружению первого (своего способа взаимодействия с миром) и освобождению от второго (воображаемых фантазий) появляется возможность найти свое место в мире и отношения, которые подходят вам.
Связаться со мной можно здесь @zaklivenets . Принимаю в кабинете в Санкт-Петербурге и онлайн.
Почитать подробнее:
Нормальными и ровными всех сделать невозможно
Про избавление от страданий
Подробнее обо мне
Постом можно делиться! Возможно, это поможет кому-то начать процесс, который был очень нужен.
Я работаю с каждым, у кого есть желание разобраться со сложностями, прояснить непонимания или вопросы, которые касаются отношений с собой, с миром, партнером, с родственниками или коллегами.
Мне всегда было сложно понять, как можно очертить четкий список «работаю с…», поскольку в психоанализе мы работаем не с конкретным проявлением симптома (хотя учитываем и его), а с психикой в целом. Депрессивные состояния, выгорание, тревога, РПП, панические атаки и прочие бедствия — это сигналы одной большой системы. Благодаря такому подходу, работа приводит к более устойчивым изменениям.
Психоанализ я люблю за то, что он позволяет очертить свой особенный способ взаимодействия с миром у каждого человека, поэтому здесь даже не встает вопрос о (не)нормальности чего-либо. Он избавляет от воображаемых иллюзий, от которых мы так часто страдаем, что дает возможность начать строить отношения с реальным миром и реальными другими, а не со своими фантазиями. Благодаря обнаружению первого (своего способа взаимодействия с миром) и освобождению от второго (воображаемых фантазий) появляется возможность найти свое место в мире и отношения, которые подходят вам.
Связаться со мной можно здесь @zaklivenets . Принимаю в кабинете в Санкт-Петербурге и онлайн.
Почитать подробнее:
Нормальными и ровными всех сделать невозможно
Про избавление от страданий
Подробнее обо мне
Постом можно делиться! Возможно, это поможет кому-то начать процесс, который был очень нужен.
❤13❤🔥3🔥1💯1
ПРЕОДОЛЕНИЕ ОДИНОЧЕСТВА И ЛЮБОВЬ
Каждый человек «заброшен в этот мир», если говорить языком экзистенциализма. Эта заброшенность представляет собой ту «поломку», о которой шла речь в первом посте. Мы приходим в этот мир без заданной инстинктивной программы, никто не выдает нам roadmap как двигаться по жизни. В какой-то момент мы сталкиваемся с вопросами «в чем смысл», «возможна ли связь с другим», поскольку уже в детстве можно сообразить, что те же родители общаются скорее со своими ветряными мельницами, чем с тобой.
Пытаясь справиться с «заброшенностью», каждый по-своему ее латает. Есть те, кто соглашается поверить в общественные модели или идеалы: «смысл жизни в детях», «смысл жизни в деньгах» и пр. Кто-то же оказывается не таким праведно верующим. Предлагаемые обществом варианты могут кому-то вовсе не подходить по лекалам, в таких случаях экзистенциальный холод одиночества ощущается болезненнее. В общем-то с этим ощущением можно прожить и всю жизнь или найти небольшое утешение в какой-либо деятельности: «смысл в том, чтобы спасать других». Но и это может не работать. В психоаналитическую работу порой приходят люди, у которых и работа вроде бы есть, и деньги есть, и друзья есть, а дыра внутри от этого меньше не становится.
Причем здесь любовь, спрашивается. А вот причем:
В предыдущий раз речь шла о болезненных вариантах любви, о собственных воображаемых представлениях, сквозь которые мы общаемся (казалось бы) с другим человеком. Общаемся с другим, но видим только свои фантазии, которые не дают возможности до этого другого как ДРУГОГО добраться. По итогу это все так же общение наедине со своими ветряными мельницами. Человек будет оставаться в одиночестве до тех пор, пока не сможет добраться до реального другого сквозь свои фантазии.
Если же удается продраться через экран собственных фантазмов и иллюзий (или хотя бы немного сделать его прозрачным) и встретиться с тем самым ДРУГИМ — это тот момент, когда два одиночества, два субъекта, которые оказались заброшены в этот мир, встречаются. Если в паре удается это сделать и научиться жить вместе — мы можем говорить о любви. Так любовь становится тем, что лечит экзистенциальное одиночество.
Один лишь способ есть нам справиться с судьбой
Один есть только путь в мелькании дней
Пусть тучи разогнать нам трудно над землёй
Но можем мы любить друг друга сильней
Каждый человек «заброшен в этот мир», если говорить языком экзистенциализма. Эта заброшенность представляет собой ту «поломку», о которой шла речь в первом посте. Мы приходим в этот мир без заданной инстинктивной программы, никто не выдает нам roadmap как двигаться по жизни. В какой-то момент мы сталкиваемся с вопросами «в чем смысл», «возможна ли связь с другим», поскольку уже в детстве можно сообразить, что те же родители общаются скорее со своими ветряными мельницами, чем с тобой.
Пытаясь справиться с «заброшенностью», каждый по-своему ее латает. Есть те, кто соглашается поверить в общественные модели или идеалы: «смысл жизни в детях», «смысл жизни в деньгах» и пр. Кто-то же оказывается не таким праведно верующим. Предлагаемые обществом варианты могут кому-то вовсе не подходить по лекалам, в таких случаях экзистенциальный холод одиночества ощущается болезненнее. В общем-то с этим ощущением можно прожить и всю жизнь или найти небольшое утешение в какой-либо деятельности: «смысл в том, чтобы спасать других». Но и это может не работать. В психоаналитическую работу порой приходят люди, у которых и работа вроде бы есть, и деньги есть, и друзья есть, а дыра внутри от этого меньше не становится.
Причем здесь любовь, спрашивается. А вот причем:
В предыдущий раз речь шла о болезненных вариантах любви, о собственных воображаемых представлениях, сквозь которые мы общаемся (казалось бы) с другим человеком. Общаемся с другим, но видим только свои фантазии, которые не дают возможности до этого другого как ДРУГОГО добраться. По итогу это все так же общение наедине со своими ветряными мельницами. Человек будет оставаться в одиночестве до тех пор, пока не сможет добраться до реального другого сквозь свои фантазии.
Если же удается продраться через экран собственных фантазмов и иллюзий (или хотя бы немного сделать его прозрачным) и встретиться с тем самым ДРУГИМ — это тот момент, когда два одиночества, два субъекта, которые оказались заброшены в этот мир, встречаются. Если в паре удается это сделать и научиться жить вместе — мы можем говорить о любви. Так любовь становится тем, что лечит экзистенциальное одиночество.
Один лишь способ есть нам справиться с судьбой
Один есть только путь в мелькании дней
Пусть тучи разогнать нам трудно над землёй
Но можем мы любить друг друга сильней
❤15🔥5❤🔥2💯1
Дорогие читатели, предлагаю поэкспериментировать! Поделитесь, чтению каких тем вы бы посвятили свои драгоценные минуты, а я попробую ваши комментарии засинхронить с постами. Оставляйте в комментах под этим постом вопросы, предложения и свои идеи. Let’s do it together!
О чем вам интереснее читать?
Anonymous Poll
45%
Об отношениях (да-да, все мы знаем, что это бесконечная тема)
22%
О книгах и литературе (чтобы все-таки чувствовать себя порядочным человеком)
23%
О фильмах (а чем же еще заниматься в такую погоду)
69%
О принципах работы психики
31%
О психических расстройствах
24%
Об искусстве и артистах
У СУБЪЕКТА ВСЕГДА ЕСТЬ ВЫБОР
Сегодня разбираем книгу «Уродины» Екатерины Янсон. Три главные героини могут быть кем угодно, их имена одни из самых часто встречающихся. У кого в классе не было минимум три Кати, Ани или Маши?
Три девушки, как три сестры, объединены мечтой о лучшей жизни, но представляют разные субъективные позиции. Вокруг их мечт плетутся главы: «жизнь моей мечты», «работа моей мечты», «мужчины моей мечты».
В книге бросается в глаза зияющая дыра на месте мужских фигур. Машин отец «не мужчина вовсе», ее парень то устал, то болеет, а глава об Ане иронично строится вокруг пронумерованных принцев. Это подсвечивает актуальный вопрос о кризисе маскулинности (и да, встречающаяся нарочитая брутальность скорее говорит о реакционизме и попытке вернуть все взад, чем о каком-то решении).
МАША
В дневниковой части о Маше не обойти стороной ее оголтелую мамашу, изрыгающую «воспитательные» клише и строящей из себя жертву. Ее методы отхлестали Машу так, что от сих ран ей оправиться не удается. Представления каждого субъекта о себе и мире в первую очередь ткутся из материнского языка, а на язык матери Маши приходит всякая брань. Ее мать — сволочь. Мне известен случай из психоаналитической практики, когда констатация этого факта аналитиком имела облегчающий эффект для субъекта, никто прежде об этом человеку не говорил. Жаль, что Маше такого человека не повстречалось.
Девочка растет на поучительных харчах о ее отвратительности, вращающихся вокруг: «корова», «бездарная», «перестань есть», «начни есть». В речи матери постоянны апелляции к оральному объекту (еде) и особенный акцент делается на образе в зеркале. Материнский дискурс, к сожалению, Маша берет в наследство. Именно берет, подчеркну это, поскольку даже рядом с такой матерью можно занять разную позицию. У субъекта всегда есть выбор: как минимум, против матери можно протестовать, но Маша решает поверить. Ей было за что зацепиться: папа, хоть и не состоятельный, говорит: «надо танцевать, раз получается». Надо сказать, что он все-таки повлиял на девушку — начиная резать руки, она никогда не доводит дело до конца — «папа не одобрил бы».
С такими методами у самой Маши постепенно еда и образ особенно либидинально нагружаются. Не нужно быть гадалкой, чтобы до-гадаться до того, что у девушки развивается РПП. Материнское нежелание рождения дочери оборачивается тем, что девушка пытается убить себя, моря голодом.
Печальным в ее истории для меня было то, что во взрослом возрасте у девушки не появляется надежных и доверительных связей, где она могла бы пережить иной опыт связи с другим. Мать хоть и важная фигура в жизни, но свет клином на ней не сходится. Даже выбранный психолог вызывает вопросы, в первую очередь: почему она от него не уходит и не продолжает поиски? Материнское наследие оказывается сильнее.
КАТЯ
Жизнь Кати — это ориентирование на поле боя. У отца депрессия, которую он отрицает, а у матери БАР. Подробностей мы не знаем, но можно предположить, что это способствует созданию нестабильной атмосферы и боевого настроя Кати, играющей в концлагерь в детстве. Чтобы «мы все выжили», ей нужно быть сильной.
Разумеется, Катя исповедует ницшеанские принципы: «все, что не убивает, делает нас сильнее», чувствует себя стеной, пьет много кофе, говорит о хим.атаках в Сирии и язвительно шутит в любой непонятной ситуации. «Склад ума как у сорокалетнего циника» — что ее отлично описывает.
Катина «работа мечты» — это война на эмоциональное истощение в новостной редакции, где она «держит удар» и «ощущает горящие осколки в глазах от переработок».
Во взрослой жизни Кати все та же боевая обстановка. «Бой» — главная ось ее мира. Катя сильный боец, который глушит эмоции и чувствительность тяжелой артиллерией.
Стоит сказать, субъективная позиция Кати куда более жизнеспособная, чем у Маши, хотя обстоятельства ее жизни по-своему трудны. Эта история о том, как из «травмы» сделать фичу и пристроить ее в жизни.
Читать полностью и узнать историю Ани
Сегодня разбираем книгу «Уродины» Екатерины Янсон. Три главные героини могут быть кем угодно, их имена одни из самых часто встречающихся. У кого в классе не было минимум три Кати, Ани или Маши?
Три девушки, как три сестры, объединены мечтой о лучшей жизни, но представляют разные субъективные позиции. Вокруг их мечт плетутся главы: «жизнь моей мечты», «работа моей мечты», «мужчины моей мечты».
В книге бросается в глаза зияющая дыра на месте мужских фигур. Машин отец «не мужчина вовсе», ее парень то устал, то болеет, а глава об Ане иронично строится вокруг пронумерованных принцев. Это подсвечивает актуальный вопрос о кризисе маскулинности (и да, встречающаяся нарочитая брутальность скорее говорит о реакционизме и попытке вернуть все взад, чем о каком-то решении).
МАША
В дневниковой части о Маше не обойти стороной ее оголтелую мамашу, изрыгающую «воспитательные» клише и строящей из себя жертву. Ее методы отхлестали Машу так, что от сих ран ей оправиться не удается. Представления каждого субъекта о себе и мире в первую очередь ткутся из материнского языка, а на язык матери Маши приходит всякая брань. Ее мать — сволочь. Мне известен случай из психоаналитической практики, когда констатация этого факта аналитиком имела облегчающий эффект для субъекта, никто прежде об этом человеку не говорил. Жаль, что Маше такого человека не повстречалось.
Девочка растет на поучительных харчах о ее отвратительности, вращающихся вокруг: «корова», «бездарная», «перестань есть», «начни есть». В речи матери постоянны апелляции к оральному объекту (еде) и особенный акцент делается на образе в зеркале. Материнский дискурс, к сожалению, Маша берет в наследство. Именно берет, подчеркну это, поскольку даже рядом с такой матерью можно занять разную позицию. У субъекта всегда есть выбор: как минимум, против матери можно протестовать, но Маша решает поверить. Ей было за что зацепиться: папа, хоть и не состоятельный, говорит: «надо танцевать, раз получается». Надо сказать, что он все-таки повлиял на девушку — начиная резать руки, она никогда не доводит дело до конца — «папа не одобрил бы».
С такими методами у самой Маши постепенно еда и образ особенно либидинально нагружаются. Не нужно быть гадалкой, чтобы до-гадаться до того, что у девушки развивается РПП. Материнское нежелание рождения дочери оборачивается тем, что девушка пытается убить себя, моря голодом.
Печальным в ее истории для меня было то, что во взрослом возрасте у девушки не появляется надежных и доверительных связей, где она могла бы пережить иной опыт связи с другим. Мать хоть и важная фигура в жизни, но свет клином на ней не сходится. Даже выбранный психолог вызывает вопросы, в первую очередь: почему она от него не уходит и не продолжает поиски? Материнское наследие оказывается сильнее.
КАТЯ
Жизнь Кати — это ориентирование на поле боя. У отца депрессия, которую он отрицает, а у матери БАР. Подробностей мы не знаем, но можно предположить, что это способствует созданию нестабильной атмосферы и боевого настроя Кати, играющей в концлагерь в детстве. Чтобы «мы все выжили», ей нужно быть сильной.
Разумеется, Катя исповедует ницшеанские принципы: «все, что не убивает, делает нас сильнее», чувствует себя стеной, пьет много кофе, говорит о хим.атаках в Сирии и язвительно шутит в любой непонятной ситуации. «Склад ума как у сорокалетнего циника» — что ее отлично описывает.
Катина «работа мечты» — это война на эмоциональное истощение в новостной редакции, где она «держит удар» и «ощущает горящие осколки в глазах от переработок».
Во взрослой жизни Кати все та же боевая обстановка. «Бой» — главная ось ее мира. Катя сильный боец, который глушит эмоции и чувствительность тяжелой артиллерией.
Стоит сказать, субъективная позиция Кати куда более жизнеспособная, чем у Маши, хотя обстоятельства ее жизни по-своему трудны. Эта история о том, как из «травмы» сделать фичу и пристроить ее в жизни.
Читать полностью и узнать историю Ани
❤12❤🔥9🔥5💯2
ОПУСТОШАЮЩИЕ ОТНОШЕНИЯ
Любовь, а поначалу влюбленность — это то, что захватывает целиком и полностью. Люди свидетельствуют, что они «без ума» от кого-то. Изначально это безумие переживается как экстаз, окрыленность и сложно бывает обнаружить ту грань, когда экстаз начинает истощать человека. Можно сказать, что опустошение — это оборотная сторона любви, которая становится болезненной.
В любви мы нуждаемся в другом, мы ждем от него ответа. В предыдущих постах я писала о том, что не зависимость от другого проблематична, а именно болезненность. Давайте разберемся сегодня в природе болезненного опустошения, которое может приобретать краски безлимитности.
Опустошаюшими отношения становятся тогда, когда жажда любви не получает утоления вообще или именно в той форме, в которой оно ожидается. Есть разные варианты как можно реагировать в такой ситуации. Дорожка, которая ведет к опустошению — когда либидинальная экономика человека начинает работать так, что он (а чаще всего она) все больше и больше посвящает себя тому, от кого ждет ответа. «А если я сделаю еще вот это и вот это, он мне обязательно ответит», «если сделаю вот так, он поймет и скажет/сделает то, чего я от него хочу». Собственная значимость и ценность становится зависима от этой связи с другим — «без другого я ничто» — и все силы бросаются на поддержание этой связи. «Все ради другого и ничего для себя». Как следствие — самооценка ниже плинтуса.
Я сказала «она», поскольку это действительно более характерно для женских субъектов в силу фундаментальных особенностей женской сексуальности, которая более безлимитна, чем мужская, и сильнее завязана на то, какой ответ в любви дает другой.
В стремлении все-таки выудить ответ или заслужить его, женщина готова жертвовать собой полностью, вплоть до того, что это может разграблять психику и ввергать в депрессию или даже подтолкнуть к суицидальным действиям.
При таком раскладе в психоаналитической работе будет вестись работа над прояснением отношений человека со значимыми другими (в предыдущих отношениях, в подростковом возрасте и в детстве). Человек может раз за разом находить партнеров-опустошителей, поскольку на сцене бессознательного каждый раз разыгрывается определенный сценарий.
Сложность такой работы в том, что психика человека оказывается захвачена деструктивными влечениями, от которых очень сложно себя отучить. Опустошение безлимитно — а это характеристика любых иррациональных пристрастий (психоаналитическим языком — наслаждения). В таком случае, помимо прояснения сценариев, которые раз за разом проигрываются, в психоаналитической работе будут проясняться способы, которыми человек наслаждается и бессознательно получает удовольствие.
Некоторые сценарии после прояснения их логики могут потерять свое топливо и перестать быть бессознательно привлекательными для человека. Если этого не происходит — в работе с психоаналитиком будут вестись поиски возможностей придания менее разрушительной окраски для деструктивного пристрастия.
Любовь, а поначалу влюбленность — это то, что захватывает целиком и полностью. Люди свидетельствуют, что они «без ума» от кого-то. Изначально это безумие переживается как экстаз, окрыленность и сложно бывает обнаружить ту грань, когда экстаз начинает истощать человека. Можно сказать, что опустошение — это оборотная сторона любви, которая становится болезненной.
В любви мы нуждаемся в другом, мы ждем от него ответа. В предыдущих постах я писала о том, что не зависимость от другого проблематична, а именно болезненность. Давайте разберемся сегодня в природе болезненного опустошения, которое может приобретать краски безлимитности.
Опустошаюшими отношения становятся тогда, когда жажда любви не получает утоления вообще или именно в той форме, в которой оно ожидается. Есть разные варианты как можно реагировать в такой ситуации. Дорожка, которая ведет к опустошению — когда либидинальная экономика человека начинает работать так, что он (а чаще всего она) все больше и больше посвящает себя тому, от кого ждет ответа. «А если я сделаю еще вот это и вот это, он мне обязательно ответит», «если сделаю вот так, он поймет и скажет/сделает то, чего я от него хочу». Собственная значимость и ценность становится зависима от этой связи с другим — «без другого я ничто» — и все силы бросаются на поддержание этой связи. «Все ради другого и ничего для себя». Как следствие — самооценка ниже плинтуса.
Я сказала «она», поскольку это действительно более характерно для женских субъектов в силу фундаментальных особенностей женской сексуальности, которая более безлимитна, чем мужская, и сильнее завязана на то, какой ответ в любви дает другой.
В стремлении все-таки выудить ответ или заслужить его, женщина готова жертвовать собой полностью, вплоть до того, что это может разграблять психику и ввергать в депрессию или даже подтолкнуть к суицидальным действиям.
При таком раскладе в психоаналитической работе будет вестись работа над прояснением отношений человека со значимыми другими (в предыдущих отношениях, в подростковом возрасте и в детстве). Человек может раз за разом находить партнеров-опустошителей, поскольку на сцене бессознательного каждый раз разыгрывается определенный сценарий.
Сложность такой работы в том, что психика человека оказывается захвачена деструктивными влечениями, от которых очень сложно себя отучить. Опустошение безлимитно — а это характеристика любых иррациональных пристрастий (психоаналитическим языком — наслаждения). В таком случае, помимо прояснения сценариев, которые раз за разом проигрываются, в психоаналитической работе будут проясняться способы, которыми человек наслаждается и бессознательно получает удовольствие.
Некоторые сценарии после прояснения их логики могут потерять свое топливо и перестать быть бессознательно привлекательными для человека. Если этого не происходит — в работе с психоаналитиком будут вестись поиски возможностей придания менее разрушительной окраски для деструктивного пристрастия.
❤12🔥8💯3❤🔥2