🤔📊Что мы узнали о россиянах и россиянках за две недели (7 – 21 января). Результаты соцопросов и исследований

⭐️ В Россию в 2024 году въехало рекордное число мигрантов и мигранток за последние 26 лет. За январь-ноябрь миграционный прирост составил 420 тысяч человек — это рекорд в новейшей истории России.
Проект «Если быть точным» предполагает, что резкий скачок связан с изменениями учета Росстатом и МВД.

⭐️ 70% опрошенных в России ответили*, что для будущего страны лучше принимать активное участие в мировых делах. 30% сказали, что в них лучше не вмешиваться.

⭐️ 40% россиян и россиянок считают, что в 2024 году цены на основные продукты питания выросли более чем на 30%. Это самый высокий показатель среди опрошенных. Наряду с другими категориями интервьюируемых чаще всего его ощущают жители и жительницы крупных и средних городов.

⭐️ 7% россиян и россиянок назвали* разлив мазута в Черном море в числе самых запоминающихся событий января. Другие 4% опрошенных рассказали, что самыми яркими для них стали впечатления от атак беспилотников на территорию России. Более трети опрошенных не назвали никаких запомнившихся событий.

⭐️ 50% опрошенных предполагают, что в ближайшие два года благосостояние россиян в целом снизится. Этого чаще ожидают респонденты и респондентки из крупных и средних городах. Мнение о том, что благосостояние россиян не изменится, более распространено среди жителей и жительниц малых населённых пунктов.

🔺 Смотрите видеоверсии дайджестов: https://www.youtube.com/playlist?list=PL8khd7tnF5AobQiH2Yza6q1jk5Zw3IW3Y

🖇Читайте карточки о том, можно ли доверять соцопросам и как интерпретировать их результаты.

* Иноагент по версии Минюста РФ

🧩 Подписывайтесь на Коллективное действие и читайте важные исследования о городской и региональной политике

🕊️Призываю принять участие в создании Манифеста мирных людей

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ДУНЦОВОЙ ЕКАТЕРИНОЙ СЕРГЕЕВНОЙ, СОДЕРЖАЩЕЙСЯ В РЕЕСТРЕ ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ДУНЦОВОЙ ЕКАТЕРИНЫ СЕРГЕЕВНЫ, СОДЕРЖАЩЕЙСЯ В РЕЕСТРЕ ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ 18+

11 лет назад между близкими людьми начала появляться граница, которая 3 года назад превратилась в линию боевого соприкосновения.

Я надеюсь, что идущие сейчас переговоры о мире остановят кровопролитие. Но мы понимаем, что ни мира, ни справедливости не наступит, если не думать о нуждах незащищенных людей по обе стороны границы. Поэтому на любых переговорах политиков должны звучать голоса гражданского общества. Чтобы эти голоса были услышаны, они должны звучать громко и консолидировано.

Нам нужна общая платформа вокруг базовых требований. Каких именно? Давайте это обсудим. Я обращаюсь к активистам, публичным спикерам, гражданским инициативам России, Украины и других стран. Давайте вместе решим, что в первую очередь нужно тем миллионам украинцев и россиян, о которых не думают большие политики.

Пишите свои предложения на radiludej@proton.me

🗓В подготовке Манифеста уже участвуют:

Юлия Галямина, российский независимый политик, преподаватель

Андрей Демидов, гражданский и профсоюзный активист, Россия-Франция

Василий Жарков, историк

Алла Митрофанова, философ

Сергей Росс, политик, гражданский деятель, основатель Форума мирной России

Сергей Цукасов, московский муниципальный депутат (2017–2022)

Кирилл Медведев, поэт, музыкант, активист

✏️ Может ли семейное образование защитить от пропаганды в школах? | Исследование

Государственные образовательные учреждения всегда помогали властям транслировать официальный дискурс — вынужденно или добровольно. С 2022 года в российских школах стали активно формироваться занятия и ритуалы, которые направлены на патриотическое воспитание. В программу включили «Разговоры о важном», в рамках которых детям объясняют, почему важно любить Родину и чтить «традиционные ценности». В школах по всей стране поднимают флаг и исполняют гимн перед занятиями, а на уроках детей учат плести маскировочные сети для военных. 

Одна из опций для семей, которые обеспокоены индоктринацией — перевод ребёнка на семейное образование. Психологически перейти на него не так просто. В российском обществе распространено мнение о том, что альтернативная форма обучения доступна не всем и может мешать социализации ребёнка. Семейное образование окружено предрассудками, и говорят о нём мало. Большинству семей не доступна информация, достаточная для того, чтобы осознанно выбрать форму обучения.

🔵 Является ли семейное образование альтернативой классическому школьному образованию?

🔵 Какие барьеры мешают забирать детей из школ, даже когда они сами этого хотят?

🔵 Какие возможности существуют у семей, которые стремятся перейти на альтернативную форму обучения?

🔵 Может ли семейное образование защитить ребёнка от пропаганды?

Разбираемся с исследовательницей «Коллективного действия» Людмилой Рудаковой.

📄 Читать текст: https://k-d.center/homeschooleducation

⏳ Время прочтения: ~13 минут

▶️ Смотреть дискуссию: https://youtu.be/L9D2pR5Nwt0

🧩 Подписывайтесь на Коллективное действие и читайте важные исследования о городской и региональной политике

📊 Тренды и факторы, стоящие за экологической мобилизацией в российских регионах

В постсоветской России заметен резкий скачок экологических акций протеста. После перехода от плановой к рыночной экономике резко увеличился, с одной стороны, объём отходов, а с другой — власти сняли сильные ограничения по контролю за обществом. Это поспособствовало экологической мобилизации граждан. Интернет и соцсети позволили протестующим координировать свои действия и развивать сети гражданского взаимодействия.

Ученые и исследователи из ВШЭ проследили эволюцию и динамику российского экопротестного движения с 2007 года. В исследовании они отметили несколько ярких трендов. Например, в период с 2007 по 2021 год в России состоялось 1905 протестных акций, связанных с экологической повесткой. Пик пришелся на 2018-2020-е годы, когда обострилась проблема с переработкой мусорных отходов.

Кроме того, учёные составили типологию регионов по уровню мобилизации:

Регионы без экологической мобилизации (11 регионов)

В этих регионах не зафиксировано ни одного протеста за 15 лет. В эту категорию попали Республика Ингушетия, Республика Калмыкия, Магаданская область, Смоленская область, Ямало-Ненецкий автономный округ.

Регионы со слабо выраженной и нестабильной мобилизацией (15 регионов)

Протесты возникали эпизодически, но оставались на низком уровне. Примеры: Белгородская область, Липецкая область, Республика Алтай, Ханты-Мансийский автономный округ, Курганская область.

Регионы с высокой, но нестабильной протестной активностью (19 регионов)

В этих регионах в некоторые периоды фиксировалась высокая мобилизация, но она носила скорее разовый или краткосрочный характер. Например: Архангельская область и Республика Коми (Шиес); Приморский край – протесты против вырубки лесов.; Воронежская область – (кампания «Спасем Хопер!»).

Регионы со слабо выраженной, но стабильной протестной активностью (22 региона)

Здесь экологическая мобилизация оставалась на низком уровне, но фиксировалась регулярно. Среди них: Амурская область, Калужская область, Республика Саха (Якутия), Тверская область, Республика Бурятия, Республика Хакасия.

Регионы с высокой и стабильной протестной активностью (16 регионов)

Эти регионы можно назвать «лидерами экологического движения». В них наблюдалась как высокая интенсивность, так и регулярность протестов. Примеры: Москва, Санкт-Петербург, Московская область, Иркутская область, Новосибирская область, Свердловская и Челябинская области.

Исследователи также протестировали несколько гипотез о причинно-следственной связи экологических протестов и других факторов, влияющих на частоту протестных акций:

🔵 Уровень общей протестной активности региона напрямую коррелирует с числом экологических протестов.

🔵 Чем выше экономическое неравенство (индекс Джини), тем ниже уровень экологической мобилизации.

🔵 Чем дольше губернатор находится в должности, тем выше вероятность протестов, так как он ассоциируется с нерешенными проблемами.

🔵 В регионах, где губернаторы имеют связи с силовыми структурами (ФСБ, МВД), протесты подавляются более активно, особенно в условиях высокого уровня неравенства.

Если общий рост числа протестов можно объяснить постсоветской трансформацией общества и экономики, то распределение их по регионам имеет другое объяснение. Чем беднее регионы, тем сложнее его жителям объединяться для коллективной борьбы за свои права и мобилизовать ресурсы общества.

✏️ Мусор объединяет: что делает борьбу против свалок успешной? | Исследование

С середины 2010-х годов в России наблюдается устойчивый рост экологической протестной активности. Пик пришёлся на 2019 год, когда происходила борьба против строительства мусорного полигона в Шиесе. Этот беспрецедентный случай гражданской мобилизации вошёл в историю экологического движения России. Местные жители и активисты со всей страны объединились, чтобы защитить свои интересы, и в итоге добились отмены строительства мусорного полигона. Однако далеко не каждый экопротест оказывается успешным, а стремление защитить окружающую среду в своём регионе может привести к преследованиям.

Тем не менее, в отличие от политических протестов, экологические акции нередко воспринимаются властями как менее радикальная форма активности. Экологические протесты не ассоциируются с прямой угрозой, что позволяет им оставаться относительно легитимной формой коллективного действия. В условиях ограниченного политического пространства люди могут добиваться реальных изменений, если действуют организованно и стратегически. Но что определяет успех протеста против мусорных полигонов?

На примере региональных кейсов в этом разобрался приглашенный исследователь «Коллективного действия» Арсентий Тропаревский.

🔵 Какие факторы способствуют успеху протестов против строительства свалок?

🔵 Как локальная проблема перерастает в масштабное движение и какие формы поддержки необходимы?

🔵 Какие протесты оказываются успешными, и что нужно учитывать экоактивистам?

📄 Читать текст: https://k-d.center/musornyeprotesti

⏳ Время прочтения: ~11 минут

🧩 Подписывайтесь на Коллективное действие и читайте важные исследования о городской и региональной политике