25 апреля Президиум Верховного Суда (ВС) РФ опубликовал Обзор практики по вопросам привлечения компаний к административной ответственности за антимонопольные нарушения. Позиция ВС особенно важна для крупного бизнеса, который чаще сталкивается с проверками и претензиями со стороны ФАС России. Новый Обзор ВС внесет больше определенности в правоприменительную практику, чем поможет бизнесу защититься от необоснованных претензий антимонопольного органа, снизив риски крупных финансовых потерь и репутационного ущерба. Обзор актуален для текущих административных и судебных дел по антимонопольным вопросам: компании уже сегодня могут ссылаться на позиции Верховного Суда, изложенные в документе.

Ознакомившись с Обзором, бизнес получит четкое понимание подходов судов к оценке нарушений антимонопольного законодательства и порядку привлечения к административной ответственности за такие нарушения, включая вопросы установления доминирующего положения, расчета штрафов и порядка предоставления информации в антимонопольный орган.

В документе подчеркиваются несколько ключевых моментов:

1. Коллективное доминирование (пункт 6). ВС указал, что если внутри группы доминирующих участников сохраняется конкуренция, то действия одного участника нельзя автоматически признавать нарушением без анализа поведения остальных.
2. Законные интересы бизнеса (пункт 7). При оценке злоупотреблений учитываются не только формальные признаки нарушений, но и реальные потребности бизнеса, например, в области безопасности или экономической эффективности.
3. Доказывание последствий нарушений (пункт 9). Суд требует от ФАС конкретных доказательств ограничения конкуренции, а не общих формулировок.
4. Отношения контроля в группе компаний (пункт 13). Если компания реально управляет деятельностью другой, такое взаимодействие нельзя автоматически признавать антимонопольным нарушением.
5. Банкротные сделки (пункт 17). ВС подтвердил необходимость предварительного согласования сделок при банкротстве с ФАС, если они превышают определенные в законе пороговые значения.
6. Банковская и налоговая тайна (пункт 18). Верховный Суд указал, что компании не обязаны предоставлять ФАС информацию, составляющую банковскую и налоговую тайну.
7. Порядок расчета штрафов: применение смягчающих и отягчающих обстоятельств, иные основания для снижения штрафов (пункты 32, 34, 36, 38, 39). Судом детализированы подходы к порядку расчета штрафов.

На этой неделе мы сделаем серию публикаций, подробно разбирая наиболее значимые положения Обзора. Эти материалы помогут понять отдельные тонкости антимонопольного регулирования и избежать ошибок в отношениях с регулятором. Следите за нашими публикациями!

Вопросы, связанные с так называемым индивидуальным злоупотреблением в составе коллективного доминирования – предмет неутихающих дискуссий в российском антимонопольном праве. Именно на этом примере можно наблюдать наибольшее число противоречий между официальным толкованием норм Закона о защите конкуренции ФАС России, судебным толкованием ВС РФ, данным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 N 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства», с одной стороны, и практикой антимонопольных органов – с другой.

Как нам представляется, ВС РФ подтвердил и старался развить свою правовую позицию, сформулированную в Постановлении Пленума № 2, о том, что при рассмотрении данной категории дел судами оценивается возможность совокупного влияния всех субъектов коллективного доминирования на условия обращения товара на товарном рынке в целом.

В данном пункте Обзора ВС РФ отметил, что при выявлении состава административного правонарушения, предусмотренного соответствующей частью статьи 14.31 КоАП РФ, в предмет доказывания наличия злоупотребления хозяйствующим субъектом своим доминирующим положением в рамках коллективного доминирующего положения входят вопросы соотношения действий участника коллективного доминирования (ответчика в антимонопольном деле – прим. автора) и поведения всех остальных его членов, обусловленного указанным совокупным влиянием всех субъектов коллективного доминирования на условия обращения товара на товарном рынке, подтвердив, тем самым, свою ранее сформулированную позицию.

Суд в развитие положений Постановления Пленума № 2 указал, что поведение одного из участников коллективного доминирования при сохранении конкуренции между ними (такая конкуренция может быть, например, по цене товара, работы, услуги и другим условиям – прим. автора), без оценки действий (поведения) иных участников коллективного доминирования не может быть признано нарушением антимонопольного законодательства.

Однако при рассмотрении подобных дел ФАС России зачастую фокусируется на количественных критериях коллективного доминирования и недостаточно глубоко анализирует как наличие качественных критериев, так и поведение других компаний в составе коллективного доминирования. При этом в соответствии с Разъяснениями ФАС России № 15 «О привлечении к ответственности за злоупотребления доминирующим положением хозяйствующих субъектов, признанных коллективно доминирующими» (утв. протоколом Президиума ФАС России от 24.10.2018 N 11), в таких делах антимонопольным органам необходимо исследовать взаимосвязь между положением компании на товарном рынке, ее действиями (бездействием) и негативными последствиями именно ее поведения, учитывать условия предложения (реализации) товара, работы, услуги другими хозяйствующими субъектами (например цену, объемы, качество, наличие скидок др.), в отношении которых выполняются условия коллективного доминирования, общие условия обращения товара на рынке, наличие у покупателей возможности переключения на иной товар.

Надеемся, что данный Обзор сможет переломить подход ФАС России в делах о злоупотреблении доминирующим положением в составе коллективного доминирования и в целом будет способствовать развитию конкуренции.

В данном пункте Обзора ВС повторил свою правовую позицию, изложенную в пункте 11 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 N 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства». Причем в Пленуме она сформулировала более широко и не ограничивается примерами необходимого соблюдения хозяйствующим субъектом нормативно установленных требований к ведению профессиональной деятельности.

В частности, при оценке наличия злоупотребления в поведении доминирующего на рынке субъекта суд принимает во внимание законные интересы этого субъекта, которые вправе преследовать любой участник рынка вне зависимости от его положения на рынке. Например, связанные с соблюдением правил безопасности при осуществлении деятельности, необходимостью выполнения иных обязательных и (или) обычных для соответствующей сферы деятельности требований, обеспечением экономической эффективности (экономия затрат) его собственной деятельности как участника рынка.

Наличие либо отсутствие негативных последствий в виде недопущения, ограничения или устранения конкуренции разграничивает квалификацию нарушения по ч. 1 и ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ.

Установление административным органом последствий в виде ограничения (недопущения, устранения) конкуренции влечет более строгий вид ответственности в виде оборотного штрафа от суммы выручки на рынке, на котором было установлено нарушение (ч.2 ст. 14.31 КоАП РФ), в том время как по ч. 1 ст. 14.31 КоАП РФ максимальный размер штрафа ограничен 1 млн. рублей.

При этом антимонопольными органами в постановлениях о привлечении к административной ответственности при описании негативных последствий злоупотребления доминирующим положением нередко используются формулировки общего характера (например, «получение сверх выручки»), что приводит к незаконной и необоснованной квалификации нарушения по ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ.

В этой связи в обзоре судебной практики вполне оправдано обращено внимание на то, что постановление о привлечении к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ должно содержать обоснование наличия угрозы или фактического ограничения конкуренции.

Данная правовая позиция, безусловно, вызовет большой интерес. На практике иммунитет для так называемой «подконтрольной группы лиц» в форме контроля одного лица в отношении другого по основанию осуществления функций исполнительного органа признавался антимонопольными органами только при определенных условиях.

В правоприменительной практике антимонопольные органы преимущественно исходили и исходят из того, что для подтверждения передачи управляющей организации полномочий единоличного исполнительного органа, требуется не только заключить соответствующий договор, но и внести сведения о лице, которое на основании такого договора получило полномочия исполнять функции единоличного исполнительного органа общества, в ЕГРЮЛ. То есть информация о факте заключения такого договора должна быть общедоступной.

В 2023 году Конституционный Суд РФ принял знаковое для судьбы иммунитета от картелей на торгах поставление, по сути поддерживающее позицию ФАС России в этом вопросе о недопустимости расширительного толкования ч. 7 ст. 11 Закона о защите конкуренции. Позиция многих экспертов по данному вопросу тогда не была услышана.

В постановлении от 30 марта 2023 г. No 12-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что «отсутствие прозрачности оснований контроля, когда он юридически надлежащим образом не выражен, приводило бы к тому, что позитивное для участников правоотношений значение (в смысле возможности заключения не допускаемых по общему правилу соглашений) придается такому контролю, который может быть обусловлен противоправными мотивами, в частности намерением скрыть свою активную роль в деятельности формально независимого хозяйствующего субъекта».

Таким образом, на практике подтверждением передачи функций исполнительного органа признавался факт передачи таких функций решением органа управления общества, заключения договора управления и его подтверждение в записи ЕГРЮЛ.

Правовая позиция ВС РФ, полагаем, может применяться судами вне сомнения о противоречии с правовой позиций Конституционного Суда, если фактическое осуществление функций исполнительного органа осуществлялось открыто для участников гражданского оборота до / в период предполагаемого нарушения, а не используется для придания видимости контроля в попытках избежать ответственности.

Следует отметить, что в подавляющем большинстве случае антимонопольные органы устанавливают картели при проведении торгов (п. 2 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции). В силу изменений ч. 7 ст. 11 Закона о защите конкуренции, с сентября 2023 года на подконтрольную группу лиц, образованную по любому из оснований, указанных в ст. 9 Закона о защите конкуренции, больше не распространяется иммунитет на заключение ограничивающих конкуренцию соглашений при проведении торгов. Таким образом, в настоящее время иммунитет в отношении соглашений при проведении торгов не действует. Однако правовая позиция ВС РФ может быть применена в делах о нарушениях, имевших место до сентября 2023 года.

Отсутствие прямого указания в Законе о банкротстве на необходимость получать предварительное согласие на совершение сделок в отношении акций/долей/имущества хозяйствующих субъектов не является основанием для неполучения такого согласия.

Нормы Закона о защите конкуренции устанавливают специальные условия, при соблюдении которых сделка (иное действие) в отношении акций/долей/имущества/пр. хозяйственных обществ, подлежит предварительному согласования с ФАС России вне зависимости от того, каким «профильным» законом такая сделка регулируется.

Так, при превышении установленных ст. 27-29 Закона о защите конкуренции пороговых значений, приобретение лицом акций/долей/ имущества хозяйственного общества возможно только после получения согласия антимонопольного органа: как в рамках гражданско-правовых отношений, так и отношений, связанных с реализацией корпоративных прав, банкротными делами, делами о наследстве и пр.

ФАС России в своих Разъяснениях No 19 прямо указывает, что требований о получении предварительного согласия распространяются даже на ситуации, при которых приобретение прав, позволяющих определять условия осуществления предпринимательской деятельности, может осуществляться без направленной воли приобретателя.

В частности, такие случаи могут иметь место при выходе одного из участников объекта экономической концентрации из общества с ограниченной ответственностью (в порядке, предусмотренном статьей 26 Закона об ООО) или при предъявлении акционерами акций общества к выкупу самим обществом (например, в порядке, предусмотренном статьей 75 Закона об АО).

Такие подходы представляются обоснованными и не противоречащими законодательству. ФАС России в рамках рассмотрения ходатайств осуществляет контроль за экономической концентрацией при совершении сделок в целях недопущения получения теми или иными лицами возможности ограничить конкуренции на товарных рынках. Приобретя акции/доли/ имущество в рамках банкротных процедур, крупные игроки могут усилить своим позиции на рынке, тем самым создав риски ограничения или устранения конкуренции и последующего ущемления прав третьих лиц. Именно поэтому сделки в рамках банкротства не могут осуществляться без прохождения процедуры контроля со стороны ФАС.

Случаи, когда требование о получении предварительного согласия ФАС на совершение сделки (иного действия) не применяется, прямо определены анализируемыми статьями (например, сделки между входящими в одну группу лицами (либо находящимися в отношениях контроля между собой, либо при соблюдении дополнительных условий); сделки, осуществление которых предусмотрено актами Президента или Правительства РФ).

При отсутствии специально установленных исключений в отношении сделок, совершаемых в рамках процедуры банкротства, они не могут быть совершены без согласия ФАС России.

Указанные выводы уже неоднократно подтверждались арбитражными судами (см., например, дело No А40-5857/22-21-44, А40- 177625/21-21-1355 и др.).

История дискуссии по вопросу об обязанности банков предоставлять сведения, составляющие банковскую тайну, давняя. Ранее ФАС удавалось выигрывать подобные споры с банками. Однако в 2019 году ВС встал на сторону Связь-банка в деле No А40-199212/2017 и указал, что антимонопольные органы не включены в перечень лиц, которым могут быть предоставлены сведения, содержащие банковскую тайну (ст. 26 Закона «О банках и банковской деятельности»), поэтому банки не могут быть привлечены к ответственности за непредоставление такой информации по запросам антимонопольных органов, а их право запрашивать документы и информацию ограничено. В Обзоре, по сути, процитирована ранняя правовая позиция ВС РФ из этого дела, поэтому новой ее назвать нельзя.

Что касается вопроса об обязанности налоговых органов предоставлять сведения, составляющие налоговую тайну, то и по этому вопросу в 2022 году Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в деле No А70-6980/2021 сформировал позицию, которая сейчас включена в Обзор, о том что действующим законодательством антимонопольные органы не отнесены к лицам, уполномоченным на получение сведений, представляющих налоговую тайну.

Суд тогда дополнительно отметил, что данный вывод подтверждается, в том числе проектом Федерального закона N 628805-6 "О внесении изменений в пункт 6 статьи 102 НК РФ" (о возможности получения антимонопольным органом сведений, составляющих налоговую тайну), который был снят с рассмотрения Советом Государственной Думы Российской Федерации в соответствии с протоколом от 18.04.2017 N 42.

П. 19 Обзора не формирует принципиально нового подхода к толкованию и применению норм, наделяющих антимонопольный орган правом направления субъектам экономической деятельности предписаний с запросами о представлении необходимых документов и информации (п. 11 ч. 1 ст. 23 Закона о защите конкуренции) и позволяющих привлечь к административной ответственности не исполнивших корреспондирующую такому праву обязанность (ч. 1 ст. 25 Закона о защите конкуренции) субъектов. При этом анализируемый пункт Обзора может послужить хорошим напоминанием о пределах предоставленных законом властных полномочий ФАС России.

Подробный анализ пункта по ссылке ниже.

Верховный суд по сути обратил внимание на то, что производство по делу об административном правонарушении регламентировано КоАП РФ и предполагает установление события административного правонарушения и доказывание его состава, в частности объективной и субъективной стороны. При этом решение антимонопольного органа является лишь одним из доказательств в деле и лишь поводом к его возбуждению.

Однако следует обратить внимание, что правовая позиция ВС сформулирована более широко, в то время как в приведенном в Обзоре примере спор касался ответственности должностного лица хозяйствующего субъекта, в отношении которого было принято решение о нарушении антимонопольного законодательства, а материалах дела об административном правонарушении отсутствовали доказательства вины конкретно этого должностного лица. То есть в данном конкретном деле имели место нарушения процедуры доказывания со стороны должностного лица антимонопольного органа.

В то же время при привлечении самих хозяйствующих субъектов – юридических лиц к административной ответственности антимонопольные органы руководствуются принятым решением по делу о нарушении антимонопольного законодательства и отдельно состав административного правонарушения не доказывают, цитируя свое же решение.

Дополнительно следует отметить, что правовая позиция ВС хотя и формально соответствует букве закона, на практике имеет ограниченное применение. Это обусловлено тем, что административная процедура установления факта антимонопольного правонарушения и административная процедура привлечения хозяйствующего субъекта к ответственности регламентируются разными законами и не являются единой процедурой. Факт нарушения Закона о защите конкуренции устанавливается комиссией антимонопольного органа, а к ответственности хозяйствующего субъекта привлекает должностное лицо антимонопольного органа единолично. Странно допускать, что одно такое должностное лицо установит и докажет больше, чем это сделала комиссия специалистов, в числе которых и отраслевые специалисты, и юристы.

Так, например, Евразийская экономическая комиссия рассматривает дела о нарушении общих правил конкуренции на трансграничных рынках и привлекает к ответственности в рамках единой процедуры, лишенной тех правовых пробелов, свойственных российскому правопорядку.

Ярослав Кулик примет участие в Петербургском международном юридическом форуме (ПМЮФ) и станет спикером деловой программы, выступив в ходе панели «Использование биржевых индексов для определения рыночной цены товаров в юридических процедурах».

Тематика панели посвящена актуальной проблематике формирования и применения биржевых индикаторов в правоприменительной практике. Биржевая торговля, обеспечивая организацию торговой деятельности, формирует репрезентативные ценовые ориентиры, способствующие созданию доверительной среды на финансовом и товарном рынках, снижению рисков манипулирования и эффективному управлению рыночными рисками.

Сегодня, в условиях сокращения присутствия иностранных ценовых агентств на российском рынке, остро стоит вопрос надежного источника рыночной информации. Это особенно критично для сделок, налоговых расчетов, антимонопольного регулирования, а также судебных разбирательств, где необходима объективная оценка стоимости имущества. В этой связи использование биржевых индексов становится важным инструментом подтверждения рыночности цены и требует нормативного и практического осмысления.

Обсуждение пройдет с участием представителей государственных органов, профессионального и экспертного сообщества.

Для тех, кто не сможет присутствовать лично 21.05.2025
10:00–11:30, организована онлайн-трансляция мероприятия.

В течение часа стартует деловая сессия «Ведомостей» на ПМЮФ: Юридический радар 2025: стратегические вызовы и тактические решения. Среди участников — ведущие эксперты, представители бизнеса и юридических фирм, в том числе Ярослав Кулик. В фокусе мероприятия — стратегическое управление юридическими рисками в условиях усиления государственного контроля, турбулентности рынков и трансформации бизнес-моделей, а также новые форматы взаимодействия бизнеса и государства, актуальные тенденции M&A и практическое применение законодательства.

Участвуя в дискуссии, Ярослав подробно раскроет следующие тезисы:

Беспрецедентные проверки по 57-ФЗ: ФАС и Генпрокуратура существенно усилили контроль за соблюдением закона об иностранных инвестициях, охватывая даже неочевидные ситуации.

Широкое толкование понятия «контроль»: Судебная практика расширяет критерии определения иностранного контроля, включая личные связи менеджмента и каналы сбыта продукции.

Риск есть у всех: Даже отсутствие второго гражданства или ВНЖ не исключает применения 57-ФЗ из-за родственников и скрытых элементов структуры владения.

Аудит рисков обязателен: Любые сделки с иностранным элементом требуют тщательного предварительного анализа структуры собственности и корпоративных документов.

Жесткие последствия нарушений: Ошибки или умолчания теперь ведут не просто к штрафам, а к риску изъятия имущества (акций, долей) в доход государства.

ФАС России выявила ограничения в доступе провайдеров в жилые комплексы (ЖК) застройщика ПИК в четырех регионах – Москве, Московской области, Петербурге и Ленинградской области – пишут «Ведомости». Служба начала проверку по сообщениям об ограничении доступа к услугам провайдеров для жильцов комплексов ПИК еще 28 марта 2025 г.

По сообщениям ФАС:

«По результатам анализа полученной информации служба выявила ограничения в доступе и возможность подключения к одному интернет-провайдеру только в тех ЖК, где управляющая компания входит в группу лиц ПИК и услуги связи предоставляются «Ловител» – единственным оператором самого застройщика», – говорится в сообщении ФАС.

Антимонопольный орган направил запросы «Ловител» и 10 УК застройщика. Они должны предоставить данные о количестве поступивших запросов операторов и результатах их рассмотрения, а также обоснование недопуска конкретных провайдеров в многоквартирные дома.

ПИК отрицает наличие препятствий в доступе операторов связи в возведенные им дома:

В жилых кварталах ПИК работают как минимум 20 интернет-провайдеров, при этом в некоторых кварталах провайдер Lovit не представлен

МТС:

ПИК и «аффилированный с ней провайдер» блокируют доступ других операторов в дома, тем самым исключая возможность конкуренции и лишая жильцов какой-либо альтернативы. МТС получала немотивированные отказы в проведении работ по подведению и прокладке кабелей, в размещении оборудования, доступе к кабельным каналам и каналам электроснабжения, в проведении оценки возможности использования существующей инфраструктуры и технических условий подключения.

Мегафон:

«Мегафон» регулярно сталкивается с УК, которые уклоняются от исполнения требований закона, говорит представитель компании. Представители компании считают, что назрела необходимость усиления контроля со стороны государства.

Telecom Daily:

Застройщики часто создавали «карманных» провайдеров, и проблема распространена. Отсутствие конкуренции приводит к низкому качеству, высоким ценам и малому выбору тарифов. Доля домов с одним оператором составляет около 10–15% жилого фонда страны — именно там проверки стоит провести в первую очередь с учетом новых законов.

Что грозит «Ловител» и ПИК по мнению Елизаветы Савиной:

В случае установления ФАС России злоупотребления доминирующим положением путем ограничения доступа интернет-провайдеров, последствия для нарушителя могут заключаться в наложении штрафа, предусмотренного ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ. Норма предусматривает для юридических лиц оборотный штраф в размере от 100 тыс. руб. до 15% выручки от реализации товара (услуги), на рынке которого совершено нарушение; а для должностных лиц – штраф от 20 тыс. руб. до 30 тыс. руб. либо дисквалификацию на срок до 3 лет. К ответственности могут быть привлечены лица, непосредственно ограничившие конкуренцию, включая управляющие компании ЖК застройщика «ПИК». Если управляющая компания не участвовала на рынке, где произошло нарушение, штраф составит минимальные 100 тыс. руб.

Кроме того, ФАС может выдать поведенческое предписание для предотвращения нарушений в будущем. В данном случае такое предписание может заключаться в обеспечении беспрепятственного размещения сетей связи интернет-провайдеров в жилых комплексах застройщика «ПИК». Ранее аналогичные нарушения уже были предметом рассмотрения ФАС и судов. Например, в п. 5 Обзора судебной практики, связанной с привлечением к административной ответственности за нарушения антимонопольного законодательства (утв. Президиумом ВС РФ 25.04.2025) был отражен кейс, когда при схожих обстоятельствах действия управляющей компании, связанные с ограничением в доступе операторов связи к общему имуществу дома, были признаны нарушением ст. 10 Закона о защите конкуренции и на управляющую компанию был наложен штраф в соответствии с ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ. Также в практике ранее были известны случаи привлечения к ответственности по ч. 1 ст. 14.31 КоАП РФ. Однако с появлением нового Обзора ВС РФ, подходы к ответственности за ограничение доступа интернет-провайдеров могут пойти по описанному в Обзоре подходу.

Арбитражный суд Республики Башкортостан признал ничтожными действия по внесению изменений в правила доверительного управления ЗПИФ и взыскал в доход Российской Федерации акции и доли хозяйственных обществ — даже тех, которые не вели стратегическую деятельность, прямо указанную в Законе № 57-ФЗ.

Почему этот кейс имеет значение — читайте в нашем разборе.

Анна Митрошкина выступит в рамках сессии «Контроль за сделками M&A: тренды и точки напряжения» на Антимонопольном форуме. Анна расскажет о практических вопросах получения согласий на сделки с участием ЗПИФов в порядке Законов № 135-ФЗ и № 57-ФЗ. В условиях растущего интереса регуляторов к использованию инвестиционных фондов при структурировании бизнеса особое значение приобретает корректное определение необходимости согласования, выбор заявителя и понимание критериев контроля.

Сессия будет посвящена также комплексному анализу текущего и перспективного регулирования в отношении иностранных компаний, покинувших российский рынок после 2022 года и рассматривающих возможность возвращения. Анна поделится ключевыми рисками и практическими рекомендациями, которые помогут участникам избежать правовых последствий.

Ждём вас уже на следующей неделе на площадке форума! Подробнее о сессии — на сайте мероприятия.