Знаете, я с президентом Трампом с 2015 года, и возвращаюсь к старой классике — искусству личности и искусству войны. И президент действительно это демонстрирует. Когда вы думаете о том, что он сделал менее чем за месяц с момента вступления в должность, он уже стремится положить конец войне, которая длится почти три года. 24 февраля исполнится три года. За один день он поговорил с Путиным. В тот же день он поговорил с Зеленским. Последовательные переговоры, чтобы свести эти две воюющие страны к какому-то миру, потенциально немедленно перейти к прекращению огня, а затем к долгосрочным мирным переговорам.

Но, послушайте, одна из причин, по которой мы здесь, — это реальная роль, которую Европа должна будет сыграть в этом. Это их лидерство. Это их «задний двор». И это одна из вещей, о которых мы будем говорить здесь, в Мюнхене, на конференции по безопасности, обсуждая это с высшими руководителями.

Я думаю, что крайне важно, чтобы они взялись за дело, выполнили свои обязательства и обеспечили долгосрочный мир в регионе.

Я думаю, что министр обороны Хегсет был прав: вы не вернётесь к 2014 году и границам, которые существовали до того, как русские вошли в Крым. Это понятно. Я думаю, что нам нужно будет заключить какое-то соглашение о потенциальной потере территории. Но, послушайте, нам не обязательно признавать этот документ. Мы этого не делали с Прибалтикой. Была такая вещь, как Доктрина Уэллса: когда Советы оккупировали страны Балтии, мы никогда не признавали, что они владеют этими странами.

Мы говорили, что они просто находятся под господством. И я думаю, что, возможно, это можно рассматривать в долгосрочной перспективе. Но это часть переговоров. Президент Зеленский сказал, что для достижения настоящего стабильного мира, который будет безопасным, необходимо соглашение о безопасности между всеми сторонами. Оно должно быть долгосрочным и устойчивым. И это во многом зависит от европейцев. Мы это понимаем.

Я уже говорил об этом минуту назад: это их «задний двор». Это в их интересах. Именно поэтому мы здесь, в Мюнхене, чтобы поговорить с высшим руководством, министрами иностранных дел, премьер-министрами, президентами стран, чтобы убедиться, что они это понимают и что они являются частью этой сделки, которую мы начинаем заключать, или которую начинает заключать президент.

Европейцы должны взять на себя ответственность.

Что я имею в виду под «ответственностью»? Это их «задний двор». Они должны сказать: «Хорошо, мы понимаем, куда идёт президент. Мы с президентом». Когда президент Соединённых Штатов, лидер свободного мира, говорит: «Мы идём налево», — вы идёте налево. «Мы идём направо», — вы идёте направо. Они должны поддерживать его и говорить: «Вот что мы собираемся сделать. Вот соглашения, которые мы собираемся заключить. Вот что мы обеспечим — экономически, дипломатически, в военном отношении». Это будет очень важно.

Поэтому, когда мы выйдем с этой конференции, надеюсь, с участием вице-президента и госсекретаря, у нас будут хорошие соглашения, чтобы все действовали согласованно, пока мы продвигаемся вперёд в этих переговорах между президентом Путиным, президентом Зеленским и президентом Трампом.

У Украины действительно есть много драгоценных металлов, и министр финансов был в Киеве. Он предложил Зеленскому пункты обсуждения, чтобы Украина согласилась на определённую компенсацию с использованием драгоценных металлов за объём помощи, предоставленной Соединёнными Штатами. Например, Украина экспортирует титан, а мы импортируем титан. Если вы посмотрите на западную часть Киева, на полумесяц там, то увидите, что в этой стране много драгоценных металлов.

Я думаю, что это хорошая идея — создать экономическое партнёрство, потому что это также обеспечивает безопасность для Украины. Когда они знают, что Соединённые Штаты вовлечены экономически и имеют интерес в Украине, это становится ещё одной гарантией безопасности для страны.

Я думаю, что в ближайшие дни украинцы поймут, что они согласятся на это соглашение, о котором говорил Скотт в Кипе, и мы выйдем с каким-то соглашением, которое подготовит нас к будущему. Мы говорим не просто об одном или двух долларах. Мы говорим о сотнях миллионов долларов в потенциале редкоземельных минералов, которые есть на Украине. Здесь, на Украине, очень много редкоземельных минералов, и мы должны извлечь из этого выгоду.

Президент Зеленский сегодня заявил, что Украина не примет никаких соглашений, если они не будут заключены с её участием. Украина должна иметь место за столом переговоров.

Украина, Россия и другие стороны будут вовлечены в процесс. Это сложная ситуация с множеством развилок, но война на Украине должна закончиться. Молодых людей убивают в масштабах, которых не видели со времён Второй мировой войны. Это бессмысленная война, и она должна быть завершена.

У меня был хороший разговор с президентом Путиным. У меня был хороший разговор с президентом Зеленским. Кто-то сказал: «О, мне следовало сначала позвонить Зеленскому». Но я так не думаю. Мы должны выяснить, хочет ли Россия заключить сделку. Я знаю, что Зеленский хочет, потому что он мне это сказал. Теперь я знаю, что и Россия готова к переговорам.

Министр обороны вчера точно отметил, что Россия не позволит Украине вступить в НАТО. Это было ясно задолго до Путина. Россия всегда была категорична в этом вопросе. Именно поэтому началась война: Байден заявил, что Украина может вступить в НАТО, и это было ошибкой. Как только он это сказал, я понял, что война неизбежна.

Эта война никогда бы не началась, если бы я был президентом. Байден проявил некомпетентность. Его слова о «небольшом вторжении» России были глупыми. Ещё одной причиной войны стало то, как плохо Байден и его генералы вывели войска из Афганистана. Путин увидел этот хаос и решил, что это подходящее время для действий.

Я верю, что Путин хочет мира. Когда я говорил с ним, он дал понять, что готов к переговорам. Я доверяю ему в этом вопросе. Но из-за действий Байдена война началась, и теперь миллионы людей пострадали, города разрушены, а последствия катастрофичны.

Россия и президент Путин примут участие в саммите в Саудовской Аравии. Завтра также состоится встреча в Мюнхене.

Меня спрашивают: «Вы планируете вернуть Россию в G7?» Да, я бы хотел. Это была ошибка — исключить их. Это не вопрос симпатий к России, но они должны быть за столом переговоров. Если бы Россия оставалась в G8, возможно, конфликта на Украине не было бы.

Я также хочу провести встречу с Россией и Китаем, чтобы обсудить сокращение ядерного оружия. У нас уже есть достаточно ядерного арсенала, чтобы уничтожить мир десятки раз. Мы тратим огромные деньги на создание нового оружия, вместо того чтобы направить эти средства на более продуктивные цели.

Я надеюсь, что в будущем мы сможем сократить военные бюджеты и сосредоточиться на денуклеаризации. Когда я был президентом, у нас было понимание с Путиным по этому вопросу. Китай также был открыт для обсуждения. Но затем началась пандемия COVID, и всё остановилось.

Что касается БРИКС, то я считаю, что эта организация потеряла своё значение. Если они попытаются играть против доллара, мы введём 100%-ные тарифы. Это заставит их пересмотреть свои действия. БРИКС больше не представляет угрозы, и страны-участницы даже не хотят признавать своё членство.

Мы провели переговоры и сказали Европейскому Союзу, а также странам НАТО: вы должны платить больше. Это несправедливо, что мы делаем гораздо больше. Мы, вероятно, вложили в Украину уже около 200 миллиардов долларов, чтобы поддерживать её в войне.

Европа, по сути, не внесла значительного вклада в финансовом плане. Это несправедливо. Мы хотим видеть баланс. Они должны вкладывать больше денег, и это нужно сделать.

В то же время у нас был очень хороший разговор с президентом Путиным, буквально вчера. Также у нас был хороший разговор с президентом Зеленским. Я думаю, что мы сможем что-то сделать. Я надеюсь, что мы сможем заключить сделку, потому что эта война ужасна. Это кровавая война, в которой, по некоторым данным, уже погибло около полутора миллионов солдат. Поля боя усеяны телами, как никто не видел со времён Второй мировой войны.

Мы работаем с президентом Зеленским и президентом Путиным. У меня сложилось впечатление, что оба хотят заключить сделку. Я хотел убедиться в этом, прежде чем начинать какие-либо подробные обсуждения.

Встреча и разговоры, включая встречу со Стивом Уиткоффом в Москве, были очень успешными. Мой телефонный разговор с ним также прошёл успешно.

Россия ввязалась в конфликт, в который, я думаю, они бы не хотели ввязываться. Если бы я был президентом, этого бы не произошло. За четыре года моего президентства ничего подобного не случилось. Если посмотреть на предыдущих президентов: при Буше Россия многое потеряла, при Обаме они забрали Крым, а при Байдене, похоже, они могут потерять всё.

При мне Украина ничего не потеряла. Россия ничего не захватила. А теперь посмотрите на трёх других президентов — они допустили серьёзные потери.

Сейчас Россия захватила значительную часть территории Украины. С самого начала, задолго до Путина, Россия заявляла, что не допустит вступления Украины в НАТО. Они говорили это решительно. Я думаю, что это стало одной из причин начала войны. Байден и Зеленский также говорили об этом, и это только усугубило ситуацию.

Я считаю, что это кровопролитие должно прекратиться. Мы находимся далеко от этого конфликта, между нами и полями смерти — океан. Это важнее для Европы, чем для нас. Европа должна взять на себя больше ответственности.

Что касается переговоров, то пока рано говорить, чем всё закончится. Может быть, Россия откажется от чего-то, а может быть, и нет. Всё зависит от того, как пойдут переговоры. Но я скажу одно: Россия никогда не примет вступление Украины в НАТО. Это было ясно задолго до Путина.

Украина знала это. Они не стремились к членству в НАТО до недавнего времени. И я думаю, что это так и должно быть.

Президент Трамп начал переговоры с президентом Путиным о прекращении российского агрессивного вторжения на Украину. Для нас это не стало неожиданностью. И всё же эти события и предложения требуют от Европы ясной, быстрой и решительной позиции. Ничего об Украине без украинцев и ничего о Европе без европейцев. Чтобы было понятно: мир должен быть долгосрочным. Он должен обеспечить суверенитет Украины.

Поэтому мир, навязанный диктатом, никогда не получит нашей поддержки. Помимо вопроса о том, как достичь справедливого мира на Украине, речь идёт также о фундаментальных вопросах безопасности Европы и будущем трансатлантического альянса. Мы должны сделать всё возможное, чтобы в Германии никогда больше не было войны. Я понимаю, что это непривычные и, возможно, для многих тревожные слова из уст федерального канцлера.

Но в этой ситуации такое заявление соответствует истине. Ведь сейчас речь идёт о войне и мире в Европе. Чтобы Европа оставалась равноправным союзником для США, мы должны значительно больше делать для нашей безопасности, чтобы продолжать жить в мире. И я предложил, как это можно осуществить. Во-первых, нам нужна реформа долгового ограничения, чтобы исключить инвестиции в нашу безопасность и оборону из-под его действия.

Во-вторых, Бундестаг должен как можно скорее принять решение о том, чтобы война на Украине и её серьёзные последствия для безопасности Германии и Европы были признаны чрезвычайной ситуацией в соответствии со статьёй 115, пункт 2 Основного закона. Это позволит нашей поддержке Украины, которая сегодня важна как никогда, больше не идти в ущерб другим задачам, которые государство должно выполнять перед своими гражданами.

В-третьих, мы будем продвигать дискуссию внутри Европейского Союза о том, как обеспечить инвестиции в нашу оборону и создание сильной европейской оборонной промышленности. Важно, чтобы мы быстро пришли к эффективным результатам. Я, как федеральный канцлер, принёс присягу защищать немецкий народ от вреда. Поэтому 24 февраля 2022 года я принял глубокие решения, чтобы решительно отреагировать на переломный момент, который означала агрессия Росии я не позволю этого в этот критический для нашей страны момент.

ЕС подвергается агрессии со стороны России.

Эти слова могут стать неожиданностью не только для самого ЕС. В конце концов, на улицах европейских городов нет танков, они не окружены траншеями, и сирены воздушной тревоги не предупреждают о приближении баллистических ракет или беспилотников. Такова жизнь здесь, на Украине.

Тем не менее, я убеждён, что Россия уже развязала войну против ЕС.

Это многоплановая война, этапы и методы которой Кремль оттачивал на Украине на протяжении десятилетий. Режим президента России Владимира Путина ищет щели в европейском доме, а когда находит их, заливает кипятком или пытается расширить ломом.

По словам президента Франции Эммануэля Макрона, своими действиями на Украине Россия начала новую гибридную мировую войну, используя информацию, энергию и продовольствие в качестве военных инструментов. Но дело не только в этом.

Когда российские корабли своими якорями разрушают интернет-кабели на дне Балтийского моря у берегов Финляндии, это тоже является актом российской агрессии. Когда крылатые ракеты входят в воздушное пространство Польши или Румынии, это является актом российской агрессии. Когда беспилотники кружат над авиабазой Рамштайн в Германии, это является актом российской агрессии. Миграционный кризис на границах Литвы и Польши, демаркация границы с Эстонией, прямая поддержка сепаратизма и радикальной политики, кибератаки и информационные атаки — всё это является проявлениями многомерной российской агрессии против ЕС и его стран-участниц.

Цель вполне ясна: Россия пытается посеять панику, вызвать хаос и заставить граждан усомниться в способности их собственных правительств защитить их. Это буквально разрушение существующего порядка. Именно этого пытается добиться Россия, в том числе поддерживая радикальные политические силы в ЕС.

Блок уже не просто стоит на пороге новых вызовов в сфере безопасности. Он живёт с ними. Но есть страна, которая не только столкнулась с различными проявлениями российской агрессии, но и, что самое важное, знает, как им противостоять.

Эта страна — Украина. Именно поэтому вступление Украины в ЕС — это не только моральное обязательство, но и стратегический шаг, который в первую очередь необходим самому блоку. Шаг, который укрепит его восточный фланг в военном отношении и повысит его геополитический вес в мире.