Мы провели переговоры и сказали Европейскому Союзу, а также странам НАТО: вы должны платить больше. Это несправедливо, что мы делаем гораздо больше. Мы, вероятно, вложили в Украину уже около 200 миллиардов долларов, чтобы поддерживать её в войне.

Европа, по сути, не внесла значительного вклада в финансовом плане. Это несправедливо. Мы хотим видеть баланс. Они должны вкладывать больше денег, и это нужно сделать.

В то же время у нас был очень хороший разговор с президентом Путиным, буквально вчера. Также у нас был хороший разговор с президентом Зеленским. Я думаю, что мы сможем что-то сделать. Я надеюсь, что мы сможем заключить сделку, потому что эта война ужасна. Это кровавая война, в которой, по некоторым данным, уже погибло около полутора миллионов солдат. Поля боя усеяны телами, как никто не видел со времён Второй мировой войны.

Мы работаем с президентом Зеленским и президентом Путиным. У меня сложилось впечатление, что оба хотят заключить сделку. Я хотел убедиться в этом, прежде чем начинать какие-либо подробные обсуждения.

Встреча и разговоры, включая встречу со Стивом Уиткоффом в Москве, были очень успешными. Мой телефонный разговор с ним также прошёл успешно.

Россия ввязалась в конфликт, в который, я думаю, они бы не хотели ввязываться. Если бы я был президентом, этого бы не произошло. За четыре года моего президентства ничего подобного не случилось. Если посмотреть на предыдущих президентов: при Буше Россия многое потеряла, при Обаме они забрали Крым, а при Байдене, похоже, они могут потерять всё.

При мне Украина ничего не потеряла. Россия ничего не захватила. А теперь посмотрите на трёх других президентов — они допустили серьёзные потери.

Сейчас Россия захватила значительную часть территории Украины. С самого начала, задолго до Путина, Россия заявляла, что не допустит вступления Украины в НАТО. Они говорили это решительно. Я думаю, что это стало одной из причин начала войны. Байден и Зеленский также говорили об этом, и это только усугубило ситуацию.

Я считаю, что это кровопролитие должно прекратиться. Мы находимся далеко от этого конфликта, между нами и полями смерти — океан. Это важнее для Европы, чем для нас. Европа должна взять на себя больше ответственности.

Что касается переговоров, то пока рано говорить, чем всё закончится. Может быть, Россия откажется от чего-то, а может быть, и нет. Всё зависит от того, как пойдут переговоры. Но я скажу одно: Россия никогда не примет вступление Украины в НАТО. Это было ясно задолго до Путина.

Украина знала это. Они не стремились к членству в НАТО до недавнего времени. И я думаю, что это так и должно быть.

Президент Трамп начал переговоры с президентом Путиным о прекращении российского агрессивного вторжения на Украину. Для нас это не стало неожиданностью. И всё же эти события и предложения требуют от Европы ясной, быстрой и решительной позиции. Ничего об Украине без украинцев и ничего о Европе без европейцев. Чтобы было понятно: мир должен быть долгосрочным. Он должен обеспечить суверенитет Украины.

Поэтому мир, навязанный диктатом, никогда не получит нашей поддержки. Помимо вопроса о том, как достичь справедливого мира на Украине, речь идёт также о фундаментальных вопросах безопасности Европы и будущем трансатлантического альянса. Мы должны сделать всё возможное, чтобы в Германии никогда больше не было войны. Я понимаю, что это непривычные и, возможно, для многих тревожные слова из уст федерального канцлера.

Но в этой ситуации такое заявление соответствует истине. Ведь сейчас речь идёт о войне и мире в Европе. Чтобы Европа оставалась равноправным союзником для США, мы должны значительно больше делать для нашей безопасности, чтобы продолжать жить в мире. И я предложил, как это можно осуществить. Во-первых, нам нужна реформа долгового ограничения, чтобы исключить инвестиции в нашу безопасность и оборону из-под его действия.

Во-вторых, Бундестаг должен как можно скорее принять решение о том, чтобы война на Украине и её серьёзные последствия для безопасности Германии и Европы были признаны чрезвычайной ситуацией в соответствии со статьёй 115, пункт 2 Основного закона. Это позволит нашей поддержке Украины, которая сегодня важна как никогда, больше не идти в ущерб другим задачам, которые государство должно выполнять перед своими гражданами.

В-третьих, мы будем продвигать дискуссию внутри Европейского Союза о том, как обеспечить инвестиции в нашу оборону и создание сильной европейской оборонной промышленности. Важно, чтобы мы быстро пришли к эффективным результатам. Я, как федеральный канцлер, принёс присягу защищать немецкий народ от вреда. Поэтому 24 февраля 2022 года я принял глубокие решения, чтобы решительно отреагировать на переломный момент, который означала агрессия Росии я не позволю этого в этот критический для нашей страны момент.

ЕС подвергается агрессии со стороны России.

Эти слова могут стать неожиданностью не только для самого ЕС. В конце концов, на улицах европейских городов нет танков, они не окружены траншеями, и сирены воздушной тревоги не предупреждают о приближении баллистических ракет или беспилотников. Такова жизнь здесь, на Украине.

Тем не менее, я убеждён, что Россия уже развязала войну против ЕС.

Это многоплановая война, этапы и методы которой Кремль оттачивал на Украине на протяжении десятилетий. Режим президента России Владимира Путина ищет щели в европейском доме, а когда находит их, заливает кипятком или пытается расширить ломом.

По словам президента Франции Эммануэля Макрона, своими действиями на Украине Россия начала новую гибридную мировую войну, используя информацию, энергию и продовольствие в качестве военных инструментов. Но дело не только в этом.

Когда российские корабли своими якорями разрушают интернет-кабели на дне Балтийского моря у берегов Финляндии, это тоже является актом российской агрессии. Когда крылатые ракеты входят в воздушное пространство Польши или Румынии, это является актом российской агрессии. Когда беспилотники кружат над авиабазой Рамштайн в Германии, это является актом российской агрессии. Миграционный кризис на границах Литвы и Польши, демаркация границы с Эстонией, прямая поддержка сепаратизма и радикальной политики, кибератаки и информационные атаки — всё это является проявлениями многомерной российской агрессии против ЕС и его стран-участниц.

Цель вполне ясна: Россия пытается посеять панику, вызвать хаос и заставить граждан усомниться в способности их собственных правительств защитить их. Это буквально разрушение существующего порядка. Именно этого пытается добиться Россия, в том числе поддерживая радикальные политические силы в ЕС.

Блок уже не просто стоит на пороге новых вызовов в сфере безопасности. Он живёт с ними. Но есть страна, которая не только столкнулась с различными проявлениями российской агрессии, но и, что самое важное, знает, как им противостоять.

Эта страна — Украина. Именно поэтому вступление Украины в ЕС — это не только моральное обязательство, но и стратегический шаг, который в первую очередь необходим самому блоку. Шаг, который укрепит его восточный фланг в военном отношении и повысит его геополитический вес в мире.

ЕС нуждается в Украине, чтобы защитить ее.

Я буду предельно откровенен. Никто не понимает войну лучше, чем украинцы. Каждый день мы переживаем её, мы умираем, теряем близких, считаем свои потери. Но мы также становимся сильнее, более находчивыми и лучше приспосабливаемся к трудностям жизни в условиях войны.

Ни одна другая страна в европейском сообществе не обладает таким современным военным опытом. Именно украинцы сделали невозможное, создав инфраструктуру для производства дронов — «новой артиллерии XXI века» — практически с нуля. В 2022 году в Украине было произведено не более 5000 дронов, а в конце 2024 года только на передовую было отправлено более 1 миллиона дронов FPV.

Украинцы также продемонстрировали, как применяются стандарты НАТО. Это уникальное достижение, учитывая, что Украина ещё не является членом Североатлантического альянса.

Конечно, мы ценим вклад наших союзников, и — я обещал быть откровенным — Украина вряд ли смогла бы продержаться против России три года в одиночку. У нас больше воли и желания защищать нашу страну, чем ресурсов для этого.

И это сочетание финансовых возможностей ЕС с военным опытом Украины является ключом к нашему дальнейшему сотрудничеству.

Вступив в ЕС, Украина и её Вооружённые силы могли бы стать основой единой европейской армии, о которой на континенте говорят уже несколько десятилетий. В конце концов, как заявила премьер-министр Италии Джорджия Мелони, угроза европейской безопасности, исходящая от России или откуда-либо ещё, не исчезнет, как только закончится война в Украине, — и ЕС должен быть к этому готов.

Закалённая в боях украинская армия может стать альтернативой армии США, которая в настоящее время насчитывает более 65 000 военнослужащих в ЕС, причём самые крупные контингенты размещены в Германии, Италии и Испании. Помимо практического значения, это решение может укрепить отношения с США, поскольку Вашингтон всё чаще ставит под сомнение необходимость размещения своих войск за рубежом.

Таким образом, согласившись на вступление Украины в ЕС, страны Евросоюза не просто расширят свои границы. Они получат надёжных защитников с большим военным опытом, готовых первыми принять удар не только от России, но и от других возможных военных и политических группировок на восточных границах Европы.

Мы не та страна, которая умоляет о вступлении в ЕС ради получения государственных средств, преференций или льгот. Мы — страна, которая знает себе цену и честна со своими союзниками. Мы — страна, которая может стать основой для защиты всей Европы — мы уже стали ею.

И учитывайте эти факторы тоже:

В недрах Украины содержатся 22 из 30 полезных ископаемых, которые считаются критически важными для ЕС. Украина занимает первое место в Европе по запасам урановой руды и способна удовлетворять собственные энергетические потребности, а также экспортировать уран, особенно с учётом растущего спроса на ядерную энергию в Европе.

Украина также обладает крупнейшими запасами лития в Европе, и его использование в мире только растёт. В 2021 году было потреблено 460 тысяч тонн карбоната лития, а к 2030 году мировой спрос, по прогнозам, достигнет 6 миллионов тонн. Мы готовы создавать совместные предприятия в этой сфере, что, несомненно, станет стратегическим преимуществом для ЕС.

Более того, Украина входит в десятку стран с доказанными запасами титановой руды, и только 10 процентов этих доказанных запасов в настоящее время разрабатываются. Мы могли бы заменить российский титан на европейском рынке, способствуя развитию как гражданской промышленности ЕС, так и передовых военных технологий. Не говоря уже о том, что, в отличие от партнёрства с Россией, которое основано на шантаже и обмане, на нас можно рассчитывать.

Проект восстановления Украины, который был запущен сразу после того, как Россия напала на нас, может стать важным фактором роста всей европейской экономики и консолидации блока. Речь идёт о сотнях миллиардов долларов, в которых могут участвовать европейские компании, а также о создании производства и рабочих мест как здесь, так и в странах блока. Любой, кто видит свои перспективы, захочет принять в этом участие.

ЕС — это наш осознанный выбор, а не временная прихоть. И мы доказываем искренность наших намерений, взявшись за руки.