В отличие от многих других случаев, у байки под условным названием «Дзауджикау-за-героизм», судя по всему, есть конкретный источник — автобиография Кубади Кулова (правитель Северной Осетии с 1944 по 1953 гг.). Правда этот источник так мною и не был найден, но его, допустим, цитирует ингушский историк Тамерлан Муталиев:

«Хозяин (т.е. Сталин), — пишет он [Кулов], — мне прямо из Кремля позвонил и на ломаном осетинском языке спросил: (далее фраза на осетинском и ее перевод) „Как наш город назывался раньше?“ — „Я сперва растерялся, — продолжает далее Кулов, потом ответил: — Владикавказ“. — Далее в тексте вновь следует фраза на осетинском языке и ее перевод: „Нет, я спрашиваю по-осетински, кацо!“ — „О, о Дзауджикау!“ — попросил извинения. — „Так назовите его, как раньше. Дзауджикау, за то, что наши во время войны показали себя героями“. — Тогда же, — завершает этот эпизод своих воспоминаний Кулов, — по Указу ВС СССР город Орджоникидзе был переименован в Дзауджикау».

Этот же разговор о ссылкой на поэта Реваза Асаева явно цитируют Герсан Кодалаев и Чермен Багаев в статье «Чи дæ, Сталин?» («Фидиуæг», №12, 1988, стр.76). Там (на скрине) говорится, что в 1949 г. делегация Грузинской СССР, в составе которой был Асаев, приехала на празднование 25-летия Северо-Осетинской АССР в Редант. Для неё был организован банкет, на которой Кубади Кулов рассказал историю про «Дзауджикау-за-героизм». С этой версией есть определенные проблемы:

1. Фактическая ошибка — 25-й день рождения в 1949 г. был не у Северо-Осетинской АССР, а у Северо-Осетинской АО;

2. Никак не мог Кулов сказать о звонке Сталина «знон» («вчера») в 1949 г., так как переименование в Дзауджикау состоялось в 1944 г.

В данном случае не важно кто что напутал, для нашего повествования необходимо зафиксировать то, что в 40-х история о звонке Сталина не была каким-то секретом — Кулов рассказывал её охотно и публично.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

Отвлечемся на секунду от наших деконструктивистских штудий и обратим внимание на сюжет: под эпичные трели «Берёзоньки» курортом «Мамисон» было взято в плотное кольцо окружения святилище, которое было необходимо «сохранить и защитить» в его «исторической среде». По словам главы республики, это значило установление «особого режима использования земель, который полностью запрещает строительство и ограничивает хозяйственную деятельность».

Какие еще нужны доказательства того, что все задачи будут выполнены?!

Канал Тамира Салбиева (@Obnovlenijemira) — одно из ярких открытий осетинского Telegram, а его автор — один из наиболее оригинальных современных осетинских мыслителей, чье виденье поражает широтой охвата и глубиной понимания нашей культуры.

Тамир — настоящий «художник-живописец от мира этнографии», но художник, который пишет свои полотна широкими, смелыми мазками. Вероятно, поэтому бывают случаи (впрочем, весьма редкие), когда я не могу согласится с его идеями. В серии публикаций об «орнитологических мотивах» в элементах традиционных танцев Тамир отмечает, что «не случайно при оформлении сборника своих стихов "Ирон фæндыр" ("Осетинская лира"), Коста Хетагуров изобразил на обложке парящего в небе орла)». Однако, как мне кажется, здесь идея слегка увлекла моего уважаемого старшего. Дело в том, что за пару лет до выхода «Ирон фæндыр» точно такой же орёл украсил обложку «Æфхæрдты Хæсанæ» Кубалова. Можно предположить, что это просто стандартный элемент-украшение продукции типографии Шувалова. Что касается Коста, то он вряд ли успел принять какое-либо серьезное участие в подготовке к печати «Ирон фæндыр». Выход книги он встретил уже в ссылке, и, насколько я помню, в письмах оттуда просил прислать ему экземпляр.

Во Владикавказе открыли первый в регионе центр пробации для бывших осужденных

«Центр пробации представляет собой социальное общежитие, в котором смогут бесплатно проживать оказавшиеся в трудной жизненной ситуации лица, освободившиеся из мест лишения свободы, а также граждане, имеющие судимость, не связанную с лишением свободы» (см. TV-cюжет)

А какой месседж? Бывшим зэкам будут рассказывать про бывшего уголовника-рецидивиста Сталина, ставшего «паровозиком, который смог»?

Вышла в свет книга доктора исторических наука Явуса Ахмадова «Народ и земля: Горная Чечня начала ХХ в. в трудах современников», посвященная «вопросам географии, истории, этнографии, землепользования и хозяйства жителей горных чеченских обществ Терской области первого десятилетия ХХ в.» Осетинскому читателю она будет интересна еще и тем, что это исследование по материалам работ статского советника Ибрагима Боевича Шанаева (1850–1921), лесного ревизора и инструктора Ставропольско-Терского управления земледелия и государственных имуществ, сыгравшего значительную роль в описании дореволюционной горной Чечни. К сожалению, книге изначально суждено было стать библиографической редкостью, ибо она издана на деньги благотворительного фонда только для библиотек и раздачи. В любом случае, ваш покорный слуга сыграл микроскопическую роль в выходе этой работы, чему несказанно рад)

«Это совсем другое!» Осетинки, как грится, «хиджабов не носили».

1. Осетинка из сел. Ходз (1931);
2. Осетинка из сел. Нижний Унал (1920–1930-е гг.);
3. Осетинка из сел. Джава (1931).