О французах и фашистах

Был такой совершенно эпический и любимый мной персонаж (из числа великих неудачников) - Пьер Дриё Ла Рошель. Он был странным, сумасшедшим человеком, с откровенно неприятными политическими и общественными взглядами, но в нем было так много таланта, что от него нельзя просто отмахнуться. Безмерно талантливый журналист и писатель, ставший нацистом еще в 1930-е, презиравший официальный французский культ Республики и его главных жрецов. Когда в 1924 году хоронили Анатоля Франса - "самого французского, самого парижского художника", группа литераторов, в которую входил и Ла Рошель опубликовала коллективный памфлет под названием "Труп", с такими вот заголовками - "Обыкновенный старикашка", "Не подлежит погребению", "Вы уже дали пощечину мертвецу?".

Ла Рошель был таким - яростным, страстным радикалом-сюрреалистом, презиравшим окружавший его либеральный и буржуазный мир. По нему как катком проехалась мировая война (на фронт он ушел с "Заратустрой" Ницше), сильно изменившая его восприятие реальности - он стал видеть войну везде и во всем, бояться и ненавидеть ее, а также тех, кто его на эту войну посылал: политиков, журналистов, буржуа и обывателей.

Но как он был талантлив! Он писал восхитительные книги, в которых с горечью и болью рисовал грядущий закат Европы и гибель Франции и всего того, что она десятилетиями олицетворяла. Не удивительно, что с такими взглядами он со временем стал фашистом - фашизм в принципе довольно декадентское политическое течение (хотя и любят себя отсылать к "традиции" и "истокам"; уверен, что повернись история немного по-другому, фашистом стал бы и Блок, и Хлебников, и Катаев, и Гумилев). Ла Рошель ездил в Германию, восхищался национал-социализмом, и ненавидел ту среду, в которой вращался в Париже - презирая ее за еврейскость, масонство и любовь к либерализму.

Но хоть он и был нацистом и коллаборационистом, он оставался в какой-то степени порядочным человеком. Писатель-коммунист Андре Мальро предлагал ему вступить танковую бригаду, воевать с немцами - чтобы добиться прощения за свои грехи, но Ла Рошель отказался. А ведь в начале оккупации Дриё вытребовал у немцев - в обмен на свой активный коллаборационизм - освобождения из лагерей военнопленных писателей, в том числе Сартра, и гарантий неприкосновенности для антифашистов Мальро и Полана, коммуниста Луи Арагона, издателя Гастона Галлимара. Все это, впрочем, не мешало ему возглавлять во время войны Nouvelle Revue Française, превращая его по мере в сил в пронацистский листок, а также поддерживал Дорио.

Во время войны он вел знаменитый дневник, полный желчи, ярости, боли, ненависти и отчаяния - в нем он сначала восхищался Гитлером, потом разочаровался в нем и стал восхищаться мощью советского империализма и кровавой жестокости Сталина. Он много раздражался, ведь он так надеялся, что в какой-то момент мерзкая парламентская демократия будет уничтожена совместными усилиями красных и коричневых. Этого не случилось, и сидя в своей парижской квартире он потихоньку сходил с ума, все больше погружаясь в пучину антисемитизма. В конце концов, совершенно не желая попадать ни в руки американцев, ни возвращающихся францухских властей, Ла Рошель с третьей попытки покончил жизнь самоубийством, засунув голову в газовую плиту (по другой версии - отравившись люминалом).

Потом, спустя почти 20 лет Луи Маль снимет по одной из его самых известных книг фильм "Блуждающий огонек" - наверное, один из лучших фильмов о суициде и депрессии. Главный герой, сыгранный Морисом Роне действительно трогает и заставляет почувствовать и боль, и тоску, и внутреннее безумие и желание смерти. Такие вещи меня всегда поражают - как в человеке может сочетаться столько всего - безумная желчь с ярким и пронзительным талантом, острота ума с зашоренностью взглядов, а личная беспорядочная жизнь с представлениями о неких правильных моральны идеалах.

Но раз такое бывает, то зачем-то и кому-то это нужно. И слава Богу.

Тут не видно, но я видел это фото в оригинале - Киров сидит у Орджоникидзе на коленях. Боюсь представить себе их жаркие ночи во Владикавказе в 1918 году.

"Пика была все же оружием спорного значения; прежде всего, она была средством против конницы и в таком качестве функционировала очень хорошо. Находились, однако же, такие, кто, подобно знаменитому немецкому писателю фон Гриммельсгаузену, ставили под вопрос уместность пики на поле сражения. Фон Гриммельсгаузен — который сам участвовал в Тридцатилетней войне — шутил, что те, кто убивают пикинёра, убивают невинного. Сам он крайне редко видел,чтобы пикинёр убивал кого-либо в бою, «а если с кем-либо и вправду случалось, что он становился жертвой пики, то виноват в этом был только он сам, ибо зачем ему надо было на пику лезть?». Введение штыка сделало пику несовременной — теперь каждый мушкетер имел возможность использовать свое оружие как пику в миниатюре,— и пика и в самом деле стала уже исчезать с полей сражения в Европе. Однако и русские, и шведы еще были вооружены этим старомодным оружием, третья часть каждого батальона состояла из пикинёров".

Теперь еще и Сталинград, мда.

За все эти годы и десятилетия о войне и победе было сказано столько, что, в общем, любое подробное высказывание обесценилось. Для меня и война, и победа всегда были важным праздником, а на всю эту государственную машинерию мне всегда было глубоко наплевать.

Для меня 9 мая - это мой прадед, который был призван из деревни Сенниково, на Вятке (одна половина деревни села, другая отправилась на войну - и деревни той больше нет) и воевал на Невском пятачке, был ранен, познакомился под конец войны в Кривом Роге с прабабушкой и с ней и прошел всю жизь - служил в Группе советских войск в Германии, потом жил на Украине и там и умер - за несколько лет до моего рождения.

Это другой прадед, уроженец Ростова Великого, который был слишком молод чтобы служить - и почти всю войну был помощником машиниста - из Ярославля до Москвы и обратно; а под конец войны начавший работать на военном заводе.

Это прабабушка, родившаяся и выросшая в небольшой деревеньке под Пушкинскими горами и оказавшаяся в 11 лет на оккупированной немцами территории. Работавшая на поле вместо старшей сестры (старшую сестру всю войну прятали от немцев - чтобы немцы не изнасиловали или в Германию не угнали), видевшая и партизан, и гестаповцев, расстрелявших кого-то из деревенских, и добродушных немцев-обозников, дававших детя шоколад. После войны ее направили строить и восстанавливать Ленинград - и всю жизнь она работала - сначала строителем, а потом маляром и рабочей на Ижорском заводе.

Победа и война для меня - это они. А все это громокипящее трескучее - это что-то другое. Я все понимаю про победу, про значимость ее в политических и исторических раскладах, и я много о ней читал и у меня есть свой на нее взгляд. Но говорить обо всем этом я не хочу сегодня и не буду.

Всех с праздником.

Ну и вот почитайте меня о мифах о Великой Отечественной

"6. Финская армия не переходила по территории СССР дальше границы, которая была до Зимней войны. А финская артиллерия не стреляла по Ленинграду, потому что Маннергейм любил город и не хотел ему вредить.

Элементы этого мифа встречаются не только в школьных учебниках, но и в газетах, статьях и постах в интернете. Это тот случай, когда за таким представлением почти ничего не стоит.

На самом деле, если взглянуть на карту занятых финскими войсками территорий, легко убедиться, что старые границы пересечены во многих местах. Финская армия принимала участие в боях за Тихвин, которые вела немецкая армия, и в случае успеха было бы замкнуто ещё и внешнее кольцо блокады. Но операция оказалась неуспешной, и немцам не удалось удержаться в Тихвине. Наступление на Ленинград было остановлено не из-за благородства и великодушия Маннергейма, а из-за того, что финская армия не смогла преодолеть Карельский укрепрайон, преграждавший путь к городу. Штурм укрепрайона, скорее всего, привёл бы к полному уничтожению финской армии, поэтому было принято решение остановить наступление.

Что касается артиллерии и бомбардировок, то финская армия изначально не вела их из-за отсутствия такой дальнобойной артиллерии. Попытки обстреливать город были, но чисто символические, поскольку снаряды просто не долетали до города. К тому же у финнов банально не хватало боеприпасов."

http://mel.fm/istoriya/2531790-war_myth

Часто думаю о том, какой классный можно было бы снять сериал (да и не на один сезон) про Политбюро. Нет, не смейтесь сразу, а подумайте, что при хорошем сценарии можно здорово показать всю атмосферу тех лет. Можно начать с середины 1960-х – оттепель еще не свернулась, все еще относительно молоды и полны сил, волюнтариста Хрущева отодвинули, косыгинские реформы. Но с каждым годом все ветшает, скрипит, дядечки в солидных костюмах и шляпах стареют и им уже совсем ничего не хочется – ни реформ, ни войны, ни перемен. Ничего.

Можно показать всю это многоподъездную систему, звонки, обсуждения, интриги византийского масштаба и изощренности. Переговоры, встречи с товарищами из регионов, обострение с Китаем. И через весь сериал сквозной линией - тема времени и старения. Или показывать одну и ту же вещь в каждой серии – какую-нибудь портьеру. Или телефон на столе одного из героев – желтеющий от времени, все хуже работающий, в который надо дуть, чтобы на том конце провода тебя услышали. Соррентино тот же на такой теме построил не один фильм - старость и наша жизнь.

А в центре всего этого увядающего великолепия Брежнев. То есть у каждого героя своя история и линия, зачастую сильно отличающаяся от остальных, но все они вращаются вокруг главного героя. Который ужасно устал от всей суеты и хочет уйти на покой – но боится, да и его окружение не дает ему этого сделать, сделав заложником всей этой дурацкой неповоротливой системы. Больной, потерявший силы старик, не очень уже понимающий что он делает, зачем и почему. И вокруг все эти лисы-стариканы, превратившиеся из молодых и прогрессивных товарищей попросту в ничто, в пустое место. Но сбежать нельзя и никто не бежит.

Все эти линии – пожалуй даже можно выбирать главного персонажа в каждом сезоне, с чьей позиции мы видим действие – должны складываться в постоянно звучащую симфонию советской власти. Это даже стало бы неплохим названием для сериала – «Симфония». Несколько напоминает по подходу фильм о итальянском премьере Джулио Андреотти «Изумительный» (Il Divo), если кто-то видел – там тоже старый, уставший от власти человек, который не уходит из политики только потому, что его команда, его банда еще не наелась досыта этой самой властью. И не наестся никогда.

Жалко только, что такой сериал у нас никогда не снимут – дорого, сложно, долго и большие риски. Да и не получится просто, я думаю. Но главное, что если снять его предельно честно, то получится очень антисоветское кино, что сейчас немного чревато – ведь именно оттуда, из застоя, черпают вдохновление актуальные кремлевские идеологи.

А. Герасимов за работой над картиной И.В. Сталин и К.Е. Ворошилов в Кремле. 1937 год

Немного устав читать бесконечные дискуссии о политике, Навальном и о том, кто у кого и как, я хочу продолжить начатый мной обзор не очень популярных (пока что), но довольно интересных телеграмов. Максимальный перепост этой записи очень и очень приветствуется, потому что я за то, чтобы помогать хорошим людям и интересным авторам.

@britishpolitics - великолепный канал под названием Вестминстер. Как многие знают, я большой фанат британской политики и стараюсь частенько о ней писать - и именно поэтому мне так нравится этот канал. Тут куча мелочей и деталей из актуальной британской политики, вместе с едкими комментариями. Я уже немного посотрудничал с каналом, опубликовав там текст о местных выборах в Британии и, надеюсь, посотрудничаю еще.

@sofglaz - знакомая, уехавшая в Австралию, очень интересно описывает свое житье, бытье и Австралию в целом. Все это читается как истории из параллельной реальности, но на нашу все-таки похожую. Но главное, что читать интересно.

@museumlamer - другая знакомая ведет канал, который довольно хорошо описывается словосочетанием "спам о музеях". Ссылки на интересные инстаграмы, новые опубликованные архивы, фотки, новости и все тому подобное - прилагаются.

@luckoftheirish - продолжая тему Британских островов - канал петербуржца, живущего в Ирландии и рассказывающего о ней с большой любовью - там и о дне Святого Патрика, и об Ирлансдской Республиканской армии, о новом трейлере "Зведных войн", о вискаре и Кровавом Воскресенье. Я Ирландию люблю, так что не подписаться не мог

@frekenbook - странноватый, но гипнотически манящий канал о странных детских книгах. Там и какие-то сербские книги о разговорах между какашками, и картинки про поросят с котятами, и даже ввод советских танков в Чехословакии. Чем больше я этого вижу, тем больше поражаюсь тому, как странно развивается издательская индустрия, но при этом в ней находится место реально всему. Даже не знаю, прекрасно это или не очень.

На этом на сегодня все, как-нибудь потом продолжим. Еще раз призываю к перепостам, чтобы больше людей узнало о прекрасных и интересных штуках и немного отвлеклось от бесконечных политических монологов в никуда.

О том, как проходили хлебозаготовки в СССР - полный мрак

"Массовые многодневные допросы без сна и пищи дополнялись карнавалами. Вот описание одного из них: Держателей хлеба (46 человек), из которых большинство были середняки, вызвали в школу и вели обработку. Затем им вручили черное знамя, на котором было написано «Мы — друзья Чемберлена». Говорят, что это у них происходило без особого нажима. Когда учитель вручил черное знамя одному из кулаков, тот его ударил ногой, после чего этого кулака пришлось скрутить, связать ему руки назад, остальные добровольно без всякого нажима взяли после этого знамя. Тогда они выстроили этот карнавал с черным знаменем по улице. Сзади шли деревенские активисты и беднота с красным знаменем. Кругом бегали детишки и улюлюкали".

***

"Одним из таких средств (по добыче хлеба у крестьян) стали запреты и бойкоты. Они принимали самые курьезные формы. Запрет на воду означал посты у колодцев, которые определяли, кому давать воду, а кому нет. Бойкот на здравствования означал запрет здороваться с бойкотируемыми. Бойкот на курение запрещал давать закурить или прикуривать. Бойкот на огонь запрещал затапливать печь, а если хозяин ослушался, то приходили и заливали ее. Бойкот на свет — забивали окна, чтобы в избе было темно. Запрещалось ходить к бойкотируемым в гости, а если нужно по делу, то брали понятых. О бойкоте предупреждал плакат на воротах: «Не ходи ко мне — я враг советской власти». В случае исчезновения плаката бойкотируемого штрафовали, поэтому его семья беспрерывно дежурила у ворот, дабы плакат не стащили. Был также запрет на посещение общественных мест: гнали из больницы, из сельсовета, детей бойкотируемого исключали из школы. А то и вообще семье бойкотируемого запрещали выходить за ограду дома. Мазали ворота и окна дегтем. Около года отделяло эти события от времени, когда Политбюро примет решение о раскулачивании и выселениях, а некоторые сельские собрания уже в заготовительную кампанию 1928/29 года постановляли отбирать землю у бойкотируемого, а самого выселять. Бывало, одна половина деревни бойкотировала другую. Все это сопровождалось персональными допросами, которые шли и днем и ночью, с единственным вопросом: «Когда будешь сдавать хлеб?»"

***

"Вот еще один из применяемых методов нажима. Сами создатели назвали его «заготовка оркестром и фотографом». «Зажимщика» хлеба сначала возили по деревням для показа, затем собирали собрание сельчан. Всех зажимщиков сажали на высокую скамью и вызывали поодиночке в президиум, где задавали только один вопрос: «Везешь хлеб али нет?» Если отвечал «да», то играли ему туш, фотографировали и записывали на Красную доску. Если «нет», то били в барабаны, не фотографировали и записывали на Черную доску. Похоже на игру, но у таких игр, как свидетельствуют документы, бывали смертельные исходы.

Одной из разновидностей широко применяемых в ходе заготовок массовых допросов являлись так называемые «ударники». Крестьян, не поддававшихся уговорам сдать хлеб, держали в закрытом помещении по нескольку дней (от 2 до 6 суток), бывало, что им не давали есть и спать. Для кулаков устанавливался наиболее жесткий режим, «на выучку» с кулаками посылали и строптивых середняков. Под нажимом «комиссаров», «боевых штабов», «оперативных троек» крестьяне, запертые в помещении, требовали один от другого раскрыть потайные ямы и сдать хлеб. На время ударника запрещалось кому-либо уезжать из села."

Вчера узнал, что старшей фрейлине королевы Елизаветы II - 97 лет. Очень впечатлился. Ее зовут Форчен ФицРой и она фрейлина с 1953 года. Трудно поверить, конечно

О неудачной семейной жизни, немытых принцессах, любовницах и изменах

Жил да был в Англии такой Георг, принц-регент - известный также как как Георг IV, Толстый король. Больше всего он любил предаваться гедонистическим развлечениям, пьянствовать, спать с любовницами и вообще жить на широкую ногу. Поэтому расходов у него всегда было в разы больше, чем доходов, а долгов у него и вовсе накопилось безмерное множество - он только на конюшни тратил суммы, сравнимые со всем своим годовым доходом. Отец же Георга, то же Георг (Георг III, известный некотором как Безумный король- на самом деле он страдал порфирией), отказывался помогать сыну.

В 1794 году ситуация с долгами стала совсем критической и друзья Георга в парламенте посоветовали ему жениться; Уильям Питт-младший, премьер-министр Великобритании пообещал увеличить цивильный лист наследнику престола в случае женитьбы. Вообще-то Георг уже был женат на своей любовнице Мэри-Энн Фицгерберт, но об этом браке Георг широко не распространялся, сохраняя его в тайне - этот брак шел не только в разрез со всеми правилами женитьбы монархов, так и супруга была еще католичкой.

В общем, Георг согласился и стал подыскивать невесту. Было два основных варианта - Каролина Брауншвейгская и Луиза Мекленбург-Стрелицкая. Но Луиза была красивее и любовница убедила Георга остановиться на Каролина - она была уверен, что с некрасивой женой ей будет проще конкурировать за внимание Георга. К Каролине Брауншвейгской отправился посланец Георга.

Проблема с Каролиной была не столько в ее внешности (судя по портретам, там все было вовсе не так все плохо), сколько в том, что невеста была довольно плохо образована - она писала и читала с большим трудом и предпочитала диктовать свои письма, она слишком открыто увлекалась мужчинами (ходили слухи, что она в 15 лет родила от ирландского офицера) и не особо за собой следила.

Прибыв в Брауншвейг, посланец Георг лорд Малмсбери, наслышанный о привлекательности девушки, был неприятно удивлён, обнаружив принцессу растрёпанной и, очевидно, несколько дней не мывшейся; говорила она грубо и фамильярно. Малмсбери почти 4 месяца пытался исправить поведение и внешность принцессы, но с очень относительными успехами.

Из всего этого, конечно, ничего не вышло. Каролина не понравилась жениху, и при первом взгляде на неё Георг произнёс «Харрис, мне нехорошо, прошу, дай мне стакан бренди» После того как принц ушёл, Каролина заявила Малмсбери: «Я думаю, что он очень толстый, и не такой уж красавец, как изображён на портрете». Позднее Георг заявлял в письме к другу, что делил с супругой постель лишь трижды (дважды в брачную и один раз в следующую ночь) из-за того, что с трудом преодолевал отвращение к супруге, и что принцесса прокомментировала размер его полового органа, что навело принца на мысль о том, что Каролине было с чем сравнивать и она давно не девственница. Сама Каролина намекала, что принц был импотентом, а большую часть первой брачной ночи он провёл у каминной решётки, куда упал, будучи сильно пьяным.

В итоге, перестала жить вместе, но Каролина за эти три раза успела забеременеть. Следующие 25 лет были наполнены борьбой за дочку, за политическое влияние, за деньги, за развод - за все что угодно. Каролина очень долго жила в Европе с любовником, шпионы Георга пытались ее уличить. В итоге Каролина вернулась - но умерла через три недели после коронации Георга. В общем, нужда в невесте может привести к ужасным результатам.

Сам хотел скинуть завтра ссылку на книгу, но меня опередили. Обратите внимание!

"Некоторые источники приписывают Бюнуа создание очень популярной песни L’homme arme, «Вооруженный человек». Что странно, ее мелодия затем была использована более чем в сорока мессах в период между 1450-м и 1700 годами. Тогда было обычным брать популярные песни и включать их в религиозные произведения, особенно в мессы, как бы возвращая греховные мелодии в лоно святости.

Несмотря на жизненные проблемы Бюнуа, все кончилось для него неплохо. Он смог получить прощение у папы римского, и отлучение было снято. По всей видимости, он усвоил урок и оставил практику избиения священников. Действительно, его более поздние современники превозносили его золотой характер и способность наставлять учеников не только в музыке, но и в морали. Возможно, все, что ему нужно было раньше, — хороший военный поход с Карлом Смелым, чтобы иметь возможность надирать задницы гражданским врагам и таким образом не портить себе репутацию.

Самого же Карла ждал печальный конец в битве при Нанси в январе 1477-го. Его армия потерпела поражение, а тело герцога, утыканное копьями, было обнаружено лишь через несколько дней после битвы. Голова была разрублена почти пополам алебардой (топором на длинной ручке). Так что Бюнуа в сравнении со своим господином отделался легко".

Не про оперу, но тоже интересно. Должна быть весёлая книжка.
https://theoryandpractice.ru/posts/16029-cherep-betkhovena-mafiya-saleri-i-srednevekovyy-rok-n-roll-mrachnaya-istoriya-klassicheskoy-muzyki?utm_medium=rss&utm_source=rss

Существует миф, активно поддерживавшийся участниками переворота в Эстонии в 1933 году, который гласит, что захват власти был необходим для того, чтобы СССР не ввел войска в страну в случае прихода к власти вапсов.

Из изучения МИДовских архивов, переписки дипломатов и протоколов переговоров следует совсем не такая картина. В СССР были озабочены популярностью вапсов, эта тема была абсолютно публичной. Так, 11 октября 1933 года в "Известиях" вышла статья "Рост фашистской опасности в Прибалтике" - которая дала старт целой серии статей в издании, посвященных вапсам (забавно, что обвиняя "ветеранов" в финансировании из Берлина "Известия" ссылались на эстонское социалистическое издание Rahva Sõna - журналисты которой, в свою очередь ссылались в своих текстах на "Известия"). Более того, в Наркомате иностранных дел прекрасно понимали, что самым подходящим кандидатом для Советского Союза был бы Константин Пятс (совсем идеальным вариантом был бы Аугуст Рей, но в ведомстве понимали, что шансов у него нет совсем).

Несмотря на все это, СССР совсем не готовился к агрессивным действиям. Даже по линии социалистов и коммунистов (которые уже в 1924 году предприняли попытку захвата власти в Эстонии) не было предпринято каких-то движений. Не шло и речи о каких бы то ни было военных операциях.

Не получается связать и произошедший переворот с СССР - советская внешняя разведка не знала заранее о готовящемся заговоре (как не знала и британская - для самой Эстонии Британия была экономическим и торговым партнером номер один, но британцы не так серьезно были озабочены проблемами в Эстонии), как не знали и дипломаты.

Мы привыкли часто думать о простой линейности событий, о зависимости "дал денег - получил переворот", о том, что все просто и понятно: произошел переворот - значит виноват Госдеп. Или Кремль. В общем, кто-то из них.

А при этом реальность не так проста и очевидна, как кажется некоторым. Об этом никогда нельзя не забывать.

Лежащие в земле Лайдонер, Ларка, Пятс, Рей и Сирк, чьи политические споры уже давно закончились, а вот мифы об их жизни - умирать не собираются, не дадут соврать.

Вчера пересматривал великий фильм Винтерберга "Охота" и вспомнил о своей рецензии на него, которую я написал года 4 назад - которая, в общем, не столько о фильме, сколько об ужасе общинного коллектива:

Лукасу 40 лет, он работает в детском саду, разведен, а его бывшая тиранит его и не дает видеться с сыном-подростком. Все понемногу начинает налаживаться, появляется девушка – тоже работница детсада, вроде и сына удается отсудить у жены – как вдруг все рушится. Маленькая Клара, дочь близких друзей, обидевшись на Лукаса, обвиняет его в приставаниях к ней. Вся община сразу же меняет отношение к Лукасу и ополчается против него.

«Охота» - это полтора часа избиения невинного. Главный герой, про которого сам режиссер говорит, что это «пример настоящего христианина», стоически выносит все поношения, плевки, косые взгляды, избиение, убийство любимой собаки, впервые взрываясь и давая сдачи лишь к концу фильма. Он страдает, но настолько преисполнен осознанием собственной правоты, что даже не снисходит до объяснений. Когда ты знаешь что прав, сложно что-то ответить на лживые обвинения – они кажутся дурным анекдотом.

Можно сказать, что это на него так обрушилась судьба и он как Иов, пораженный язвами, должен верить в победу всего хорошего и честного, над всем плохим и лживым. Что самое примечательное, эта очевидная трактовка, получает здесь необычную трактовку. Лукас действительно попал в немилость у главного бога современного мира. Но не жестокого бога из Ветхого Завета, нет. Он вызвал недовольство ребенка.

«Дети не могут врать» - говорит директор детсада. «Клара не может врать» - говорят ее родители. «Ребенок соврать не может» - твердят жители городка. Слово ребенка не обсуждается. Раз говорит – значит, можно спускать цепных псов. Можно выдвигать обвинения и арестовывать. Можно избивать за желание купить еды. Душить собаку. Коситься вслед. Никто не осудит – ты защищаешь ребенка. Ты морально непогрешим, твои одежды белы, твои помыслы чисты.

Такая ситуация ненормальна. Также ненормальна, как и жестокое обращение с детьми, бывшее нормой до начала двадцатого века – если кто не в курсе, почитайте про воспитание в 19 веке (можно – научные работы, можно и просто Диккенсом обойтись). И мне кажется, что этот фильм может стать началом для серьезного обсуждения ненормальности такого положения. Такое вот богоборчество.

Но кроме снятия масок с современных богов этот фильм еще и об общине. Есть старая, еще народническая идея «коллективистского» русского народа. Что, конечно, не очень похоже на правду. Таких общин, какую мы видим в этом фильме у нас нет уже очень давно. Большевики, создавая свои главные коллективистские проекты, тратили огромное количество сил и ресурсов, чтобы просто поддержать их существование. А когда сил и насилия сдерживать это все в рамках не осталось, то все очень быстро развалилось.

Здесь же, в начале 21 века, община настолько мощна, что может перемолоть кого угодно. Для скандинавской литературы и кинематографа, тема общины до сих пор стоит на первых местах - уж не знаю дело ли в скандинавском социализме или в национальных особенностях. И самое страшное в общине – она ничего не забудет. И никогда не простит. Она такая же жестокая как 100, 300, 500 лет назад. Дикая и питающаяся страхами.

И это отчаяние в глазах Мадса Микельсена, когда он понимает, что пощады ждать не приходится, что один раз – пидорас, пожалуй, пугает посильнее чем любые кошмары в фильмах ужасов.

А еще я часто думаю о том, как сильно меняется восприятие мира людьми со временем. Сегодня ночью мне снилась великая и гениальная песня Дэвида Боуи Life on Mars и проснувшись я подумал о том, что поразительно как сильно раньше человечество болело космосом.

Большую часть 20-го века и до совсем недавних пор путешествие к звездам казалось идеальной мечтой и чем-то таким прекрасным, к чему точно стоит стремиться. И это было не только в Советском Союзе, где дети мечтали стать космонавтами, а вообще везде. Этим была пронизана массовая культура - от Боуи до Звездных войн, от Доктора Кто до Незнайки на Луне. Космос казался чем-то таким прекрасным, таким волшебным, где не будет всех несправедливостей и боли нашего мира, зато будет свобода, счастье и, практически, коммунизм.

А потом это кончилось. И я далек от мысли, что кончилось это только потому что раньше сверхдержавам космос был нужен как побочный эффект от производства межконтинентальных ракет. Так любят думать циники, указывая, что человечество просто придумало способ извлекать из космоса деньги, а о полетах забыло. Нет, ушло что-то большее. Космос теперь так не зажигает сердца людей, не манит и не кажется таким волшебным, каким казался людям еще 40-50 лет назад.

Я это знаю в том числе и по себе. Мне, конечно, в детстве тоже тема казалась интересной, я читал всякие энциклопедии и биографии космонавтов - как и книжки про динозавров, впрочем. А потому это ушло и никогда больше не казалось интересным. Нынешнее легкое оживление космической темы в кино - это в чистом виде реплика старых произведений искусств и испытание новых компьютерных технологий, не более того. Вот как так получилось? Почему?

Майор Том летит вместе с Песочным человечком, но ракета уже давно не посылает и не принимает сигналов. Центр управления полетам плюнул на своих космонавтов и сдает землю под рестораны.

Существует такой человеческий тип, который стоило бы назвать, наверное, талантливый романтический бунтарь. Или как-то в этом духе, подозреваю, что в каком-нибудь языке, которому свойственно давать точные определения (навроде немецкого) есть слово более точно соответствующее такому человеку. Но я его не знаю, а примеры таких людей привести могу. В Италии таким был Габриэле д'Аннунцио, в современной России таким человеком является Эдуард Лимонов.

А в Японии человеком того же типа был Юкио Мисима. Удивительный и поразительный писатель, в чем-то очень смешной, но, тем не менее, до ужаса трагичный. Его мачизм, его лиричность и любовь к национальным традициям, подчас доходящая до абсурда, его тонкие описания чувств и сложности в собственной личной жизни, не кажутся глупыми, над ними не хочется смеяться - наоборот, все вместе они звучат, как грозная и величественная симфония жизни. И борьба с собственными комплексами, которую он вел всю свою жизнь - отголоски этой борьбы щедро рассыпаны на страницах его произведений - заставляет проникнуться сочувствием к этому удивительному человеку.

Два его произведения меня восхищали и восхищают.( Collapse )
Нет, не "Исповедь маски" - все-таки, утонченные гомосадистские откровения проходят мимо меня, несмотря на то, как они талантливо написаны. Меня восхищало другое - во-первых, одна из центральных идей "Золотого храма" о том, что важна не подлинность и оригинальность красоты, а ее идея, символ неземного изящества. А во-вторых, я был заворожен описанием харакири в рассказе "Патриотизм" - кровь, стекающая по мундиру молодого офицера, красавица жена, с восхищением и страхом наблюдающая за своим мужем. И над всей этой картиной - пугающей, страшной и глупой - довлеет идея защиты чести и достоинства, которые в таком аспекте предстают чем-то вроде древнего тяжелого фамильного медальона, который должен носить на себе каждый последующий наследник рода. Удивительное, непривычное для европейца отношение к смерти, потустороннее - страстная любовь к красивой гибели, крови, отрубленным головам. И вместе с тем - умение почувствовать прекрасное в самом обыденном процессе, желание довести до совершенства любое начинание.

И эти темы можно назвать центральными для Мисимы. Тонкое чутье и стилистическое совершенство, сентиментальность, вместе с напускной серьезностью продлили его жизнь в искусстве за пределы отпущенного ему века. Понятно, что читать мне его приходится на русском, но я доверяю переводам Чхартишвили.

Но он бы не был талантливым бунтарем если бы остановился только на литературе. Он все время преодолевал свою слабость, свою детскую болезненность, воспитание в доме у строгой и деспотичной бабушки, затворившей маленького Кимитакэ (таким было его настоящее имя) в своем доме, не давая видеться с матерью и сверстниками. И не удивительно, что уничтожая свои недостатки, он прежде всего хотел подчеркнуть свою мужественность. А мужественность - эта агрессия. Он вторгался во внешний мир, сумев уже в довольно юном возрасте добиться серьезного успеха: профессионального (работа в Министерстве финансов) и литературного ("Исповедь маски" была опубликована когда Мисиме было 24 года). Он упражнялся и занимался гимнастикой, накачивал мышцы, возводя культ тела и физической силы до ранга божественного и мистического. Мисима был сильной личностью и, конечно, вокруг него всегда был круг близких учеников и друзей.

Неудивительно, что эти задатки - романтизм, восторженное отношение к японским традициям, слава и умение привлекать почитателей, привели его к созданию военизированной политической организации "Общество щита", которое он сам и содержал и оплачивал единую летнюю и зимнюю форму для юношей-участников общества. Несомненно, что на идеологию этого объединения (которая, в принципе, была довольно расплывчатой, но очевидно располагалась в правой части идеологического спектра - защита консервативных ценностей, нации, императора) оказало сильное влияние политическое положение послевоенной Японии. Семилетняя оккупация, закат имперского размаха, запрет на армию и военный флот, иностранные военные базы на территории страны, да и вообще западная культурная экспансия в целом, побуждали дать ответ. Никаким другим, кроме как консервативным этот ответ быть не мог.

Лично мне кажется, что ответ удался не очень. Идея понятна - больше культурное, нежели политическое общество, должно было по задумке создателя всколыхнуть что-то в народе, пробудить национальный дух. Вместо этого получилась карикатура на революцию. Проникновение на военную базу, призывы к перевороту, провал, сэппуку. Финал, все расходятся. И это притом, что Мисима по своему потенциалу мог бы стать Че Геварой японского национального бунта, а может быть и переворота. Но его понесло совершенно не туда и вместо этого получился довольно карикатурный политик - японцам, когда они попробуют подняться, можно всегда указывать на Мисиму и говорить: "да чего же вы заполошные хотите? Видите, был у вас один, и чего наделал?".

Наверное, даже хорошо, что так вышло. Хорошо, что нам остался в наследие великий писатель Мисима, а не посредственный политический деятель, неоднозначно оцениваемый согражданами и современниками. Искусство вечно, талантливо построенные политические конструкции - тоже, но с первым у Юкио Мисимы было гораздо лучше, чем со вторым. Пусть конец будет таким:

Когда поручик довел лезвие до правой стороны живота, клинок был уже совсем не глубоко, и скользкое от крови и жира острие почти вышло из раны. К горлу вдруг подступила тошнота, и поручик хрипло зарычал. От спазмов боль стала еще нестерпимей, края разреза разошлись, и оттуда полезли внутренности, будто живот тоже рвало. Кишкам не было дела до мук своего хозяина, здоровые, блестящие, они жизнерадостно выскользнули на волю. Голова поручика упала, плечи тяжело вздымались, глаза сузились, превратившись в щелки, изо рта повисла нитка слюны. Золотом вспыхнули эполеты мундира.

Англия 1970-х местами удивительно напоминала Советский Союз тех же годов

Читая политические журналы времен первой русской революции, лего понять, что темы для политического юмора в России за 100 лет не сильно поменялись. Вот, например, шутки из журнала "Нагаечка" за 1906 год (орфографию я осовременил):

"Политические задачи

Министерство Императорского Двора предполагает истратить в 1907 году 16.400.000 рублей. Из этой суммы на расходы собственного двора уйдет 12,000.000 рублей, а 3.600.000 рублей ассигнуется на императорские театры. Спрашивается, сколько из 3.600.000 рублей народных денег грошей крестьян деревни Перловки уходит на поддержание балета и балерин, если известно, что некоторые из балерин имеют собственные дворцы в столицах!» и роскошные виллы за границей?

Бывший министр финансов Коковцев ездил в. Париж с целью заключить заем в 800 миллионов рублей с процентами не превышающими 2-3. А ему удалось с трудом заключить заем лишь в 100 миллионов и по 5 1/2%. Спрашивается: 1) во сколько раз меньше рублей ему удалось выклянчить 2) насколько выгодны для государства такие ростовщические проценты и 3) каково доверие в Париже к нашей Реакции, которая котируется почти как рента?

В Москве при обыске служебного персонала Александровской больницы Московского Купеческого общества на Шипке, у многих из них не оказалось денег и разных мелких вещиц в виде часов и колец на сумму 92 рубля. Спрашивается, сколько перепало полиции за свои „труды" за все время обысков. если они продолжаются в течение трех недель и таких больниц имеется в Москве до 145?

Известно, что шестнадцать редакторов политико-сатирических журналов привлечены к суду и с каждого из них требуется не менее 10.000 рублей залога. Спрашивается, сколько денег соберет правительство?

Для поддержания „порядка" внутри страны правительство расходует ежедневно 1.000.000 рублей. Спрашивается, сколько миллионов оно уже потратило народных денег и сколько еще потребуется, если „порядок!» этот восстанавливается правительством уже четыре месяца и восстановить его можно будет лишь с созывом Учредительного Собрания четырехчленной формулой?"

В общем, это такой фейсбук, только бумажный. Совпадает во всем - тот же пафос, также не смешно и так же бессмысленно в конечном итоге.

А вот название журнала - хорошее.