Время от времени у меня происходят разговоры внезапные. Так мой собеседник вдруг заявил: «я всю жизнь шел по пути наименьшего сопротивления, вот во всем, брал что лежит, а не то, что хотел», - я не берусь переубеждать, «ладно, хорошо», - в принципе все, что я могу ответить.
Но эта мысль – она очень правильная, правильная подводка к вопросам, которые должны быть поставлены: а что, собственно, хотеть?
Думая, что никогда не брал, что хотел, приходит такое разочарование что ли. Штука в том, что можно много раз взять то, что хотел, а потом все равно такой – ну и что?
Мое мнение, раз мы все находимся в пути, принципиально важно выработать скил добычи желаемого. Навыков, образования, каких-то штук, женщин, связей – ты как бы учишься оптимуму, необходимому и достаточному.
Не буду говорить фраз типа «большинство мечт осуществляется в такой-то срок», - это действительно так, но скажу что появившиеся желания имеют удивительную особенность представать в каком-то идеалистическом образе.
Идеал, в принципе, то еще гонево, потому как все заветное – это точно такое же «от мира сего». Но невзятые вершины имеют удивительное свойство отравлять жизнь и собственную самооценку.
Мечтайте по-крупному, грешен, сам иногда забываю об этом)
Но эта мысль – она очень правильная, правильная подводка к вопросам, которые должны быть поставлены: а что, собственно, хотеть?
Думая, что никогда не брал, что хотел, приходит такое разочарование что ли. Штука в том, что можно много раз взять то, что хотел, а потом все равно такой – ну и что?
Мое мнение, раз мы все находимся в пути, принципиально важно выработать скил добычи желаемого. Навыков, образования, каких-то штук, женщин, связей – ты как бы учишься оптимуму, необходимому и достаточному.
Не буду говорить фраз типа «большинство мечт осуществляется в такой-то срок», - это действительно так, но скажу что появившиеся желания имеют удивительную особенность представать в каком-то идеалистическом образе.
Идеал, в принципе, то еще гонево, потому как все заветное – это точно такое же «от мира сего». Но невзятые вершины имеют удивительное свойство отравлять жизнь и собственную самооценку.
Мечтайте по-крупному, грешен, сам иногда забываю об этом)
Жизнь сопровождает ритуал. И это я сейчас не про тотем, табу и прочие мысли очень мрачной германской мысли.
Ритуал буквально во всем: от того как вам «моют ножки» до того как вам моют ноги на столе в морге.
Многие ритуалы бытовые – штука, чью важность нельзя недооценивать. Это тоже не про кошку в новый дом и сушку для домового, хотя кто сказал что это неважно.
Я про ритуал социальный, или даже социально-коммуникативный. Человеческое общество иерархично, или даже кастово. Если не бояться остегиваться и путешествовать между этими кастами, поглядеть можно на всякое. Как?, – мне бы кто ответил, но вот наводочка:
Отходя в детский сад человек становится вдруг «подготовлен» к школе.
Отходя в школу – вдруг «подготовлен» к «взрослой жизни» и получению профессии.
Отходя в профессиональное учебное заведение – ну точно профессионал теперь.
Походил на работу некоторое время – вдруг «специалист».
Это про карьеру, а есть ведь еще и «личное»: провели столько-то времени вместе, все, лепший кореш или там спутница.
И сам ритуал он как бы одобряет поступательное движение: тут в щечку, там уже за ножку.
Если вы набирали воздуха в грудь раздутыми ноздрями, хоть раз, но вы задавались вопросом «какого хрена» и как это все обойти.
Варианты имеются, вот один вспомнился. Если вы на некоторое время исчезните, а потом появитесь с хорошей историй, ваш ранг изменится.
Хотя в месте, куда вы исчезли, вы можете пересмотреть все эти игрища и отказаться участвовать в них, но вариант живой.
Ритуалу нужен ареал (зона его обитания, а вот ореол – это уже вокруг сосцов). Из этих ареалов обычно вырываешься вынужденно, это как попробовать прийти на прошлую или позапрошлую работу, после приветствий и чая становится трудно дышать.
Невозможное, зачастую, точно такой же ритуальный закон конкретно в этой местности (ареале). Ну а местность – это люди, верящие в ритуал.
Ритуал буквально во всем: от того как вам «моют ножки» до того как вам моют ноги на столе в морге.
Многие ритуалы бытовые – штука, чью важность нельзя недооценивать. Это тоже не про кошку в новый дом и сушку для домового, хотя кто сказал что это неважно.
Я про ритуал социальный, или даже социально-коммуникативный. Человеческое общество иерархично, или даже кастово. Если не бояться остегиваться и путешествовать между этими кастами, поглядеть можно на всякое. Как?, – мне бы кто ответил, но вот наводочка:
Отходя в детский сад человек становится вдруг «подготовлен» к школе.
Отходя в школу – вдруг «подготовлен» к «взрослой жизни» и получению профессии.
Отходя в профессиональное учебное заведение – ну точно профессионал теперь.
Походил на работу некоторое время – вдруг «специалист».
Это про карьеру, а есть ведь еще и «личное»: провели столько-то времени вместе, все, лепший кореш или там спутница.
И сам ритуал он как бы одобряет поступательное движение: тут в щечку, там уже за ножку.
Если вы набирали воздуха в грудь раздутыми ноздрями, хоть раз, но вы задавались вопросом «какого хрена» и как это все обойти.
Варианты имеются, вот один вспомнился. Если вы на некоторое время исчезните, а потом появитесь с хорошей историй, ваш ранг изменится.
Хотя в месте, куда вы исчезли, вы можете пересмотреть все эти игрища и отказаться участвовать в них, но вариант живой.
Ритуалу нужен ареал (зона его обитания, а вот ореол – это уже вокруг сосцов). Из этих ареалов обычно вырываешься вынужденно, это как попробовать прийти на прошлую или позапрошлую работу, после приветствий и чая становится трудно дышать.
Невозможное, зачастую, точно такой же ритуальный закон конкретно в этой местности (ареале). Ну а местность – это люди, верящие в ритуал.
Сегодня все мы стоим на развилке. Кто-то чувствует это тоньше, острее, кто-то некоторое время продолжит прикидываться шлангом, но и те, и другие в любом случае едут во что-то иное.
Можно слететь с катушек и есть пропагандистское ширево с того или иного стола, упиваться сценами убийств, разливаться в циничных, а по факту, унижающих собственное человеческое достоинство рассуждениях.
Понимать происходящее, в принципе, дано не каждому. Любое происходящее. К этому нужно иметь подготовленный, натренированный ум, рассудок, который может сопоставлять, проводить параллели и хотя бы справочно знать аналогии.
Вот две книги, не помню, в какой последовательности я их прочел, но с обеими связаны какие-то истории.
Клаузевица мне пришлось дать почитать в обмен на учебник по маркетингу, я уже не помню, какой конкретно, что-то из классической литературы по рекламе. Хозяин той книги встречался мне в жизни два раза: один раз в одной компании, другой раз в другой, и туда, и туда мы пришли своими дорогами, думаю, сегодня он на другой стороне.
Макиавели я потерял вместе с сумкой с вещами, которая осталась на халтурке, куда меня устроил хозяин учебника по маркетингу. Утром я перечитывал эту книгу, к обеду все кончилось дракой с людьми, которые в принципе не читают, и увольнением.
Все это происходило в начале прошлого десятилетия.
Клаузевиц – прикладной, приложение к системному, Макиавели же более системный. Труды не претендуют на истину в последней инстанции, потом еще чего порекомендую.
Можно слететь с катушек и есть пропагандистское ширево с того или иного стола, упиваться сценами убийств, разливаться в циничных, а по факту, унижающих собственное человеческое достоинство рассуждениях.
Понимать происходящее, в принципе, дано не каждому. Любое происходящее. К этому нужно иметь подготовленный, натренированный ум, рассудок, который может сопоставлять, проводить параллели и хотя бы справочно знать аналогии.
Вот две книги, не помню, в какой последовательности я их прочел, но с обеими связаны какие-то истории.
Клаузевица мне пришлось дать почитать в обмен на учебник по маркетингу, я уже не помню, какой конкретно, что-то из классической литературы по рекламе. Хозяин той книги встречался мне в жизни два раза: один раз в одной компании, другой раз в другой, и туда, и туда мы пришли своими дорогами, думаю, сегодня он на другой стороне.
Макиавели я потерял вместе с сумкой с вещами, которая осталась на халтурке, куда меня устроил хозяин учебника по маркетингу. Утром я перечитывал эту книгу, к обеду все кончилось дракой с людьми, которые в принципе не читают, и увольнением.
Все это происходило в начале прошлого десятилетия.
Клаузевиц – прикладной, приложение к системному, Макиавели же более системный. Труды не претендуют на истину в последней инстанции, потом еще чего порекомендую.
В публике накинули про Анголу, немножко картиночек закинем и сюда. Мир огромен