Редакторское

Почти закончили командную редактуру книги «Аналитическое поле и его трансформации» (фундаментальный труд!), вспоминая, что многие студенты (и не только!) обращаются к музыке в своих научных работах, делюсь цитатой из предпоследней главы:

Другая особая сила философии Мерло-Понти представлена ​​его размышлениями об искусстве. В течение некоторого времени мои интересы были сосредоточены на идее эстетического опыта как модели того, что на самом деле происходит в психоанализе (Civitarese, 2011a, 2012, 2013b). Мерло-Понти, будучи, как и Фрейд, по всей видимости, нечувствительным к музыке, больше интересуется живописью. «Музыка, — пишет он, — находится слишком далеко, по ту сторону мира и обозначаемого, чтобы изображать что-либо, кроме определенных схем Бытия — его приливов и отливов, его роста, его потрясений, его водоворотов» (Merleau-Ponty, 1964, p. 123). На самом деле, именно потому, что музыка находится по ту сторону мира, она — возможно, даже в большей степени, чем живопись, — дает представление о зарождении идентичности; именно благодаря своему «тактильному» качеству, которое создает меньшую дистанцию, чем живопись, она является самой трогательной из всех видов искусства. Музыка погружает непосредственно в мир вещей куда сильнее, чем живопись. В книге Ethics of Sexual Difference (Irigaray, 1993) Люс Иригарей критикует Мерло-Понти за недооценку тактильного и объясняет такое отношение параллельным обесцениванием женского начала (Murphy, 2008). Она также утверждает, что во внутриутробной жизни осязание (и слух) предшествует зрению, поэтому приоритет, отдаваемый ему Мерло-Понти, не оправдан. Именно применительно к внутриутробной жизни Бион говорит о «недоступном бессознательном». Дело в том, что философия восприятия продолжает предполагать субъектно-объектный дуализм, хотя и стремится к его преодолению. Именно этот дуализм хотел превозмочь Мерло-Понти с помощью новой концепции «плоти», для которой в традиционной философии еще не было названия.

#АнтониноФерро #ДжузеппеЧивитарезе #Книга_Аналитическое_поле_и_его_трансформации

Издательское

1) Мы, наконец-то, отправили в типографию книгу «Аналитическое поле и его трансформации». Я изначально недооценил уровень ее сложности для редактуры и перевода, она прям фундаментальная (и очень важная!). Я надеюсь, что к концу года книга уже будет в продаже. В этой прекрасной точке опишу (или воспою!) подвиги всех участников этой борьбы (с собой, сложностью идей и нашим незнанием. Но, долг перед нашими читателями, все-таки, оказался самым главным и победившим нарративным героем!).
Пока можно насладиться обложкой (очевидно, со скрытым смыслом).

2) На маркетплейсах закончились три наши книги (рады и благодарны, кстати, что их так активно разбирают): «Внимание и интерпретация»,«Женщина внутри» и «Травматическое одиночество детей». Дополнительные тиражи сейчас в печати, и будут в декабре. Пока эти книги можно купить у партнеров – Когито и НикБук. Ну или, в электронном виде на Digital WB.

UPDATE (07.12): «Внимание и интерпретация» и «Женщина внутри» уже приехали на склад и доступны для заказа.

UPDATE (15.12): Книга «Травматическое одиночество» доступна на маркетплейсах.

Николи: Можете ли вы дать несколько советов, как действовать, чтобы повысить способность пациента воспринимать содержание, символы, эмоции? Подсказки относительно стиля, маленькие или большие хитрости...

Болоньини: В целом пациенты многому учатся, ощущая, как аналитик переживает психическое пространство и как он делает его доступным для них: для того,
чтобы они могли создать психический контейнер для своих собственных эмоций и мыслей, важно предоставить им подлинный опыт размещения в психике, готовой принять их. Если аналитик соглашается слушать пациента, не претендуя на то, чтобы давать немедленную реакцию и отвечать в течение длительного времени, с помощью этого воспринимающего слушания он начинает создавать опыт внутреннего пространства, контейнера, ненавязчивого
присутствия. Чтобы понять, насколько этот аспект неочевиден, просто подумайте о том, что обычно происходит, когда человек встречает на улице кого-то знакомого и начинает говорить с ним о своих трудностях. Чаще всего собеседник позволяет ему высказываться совсем недолго, после чего прерывает, чтобы объяснить ему, что он должен делать, или — вторгаясь еще сильнее — чтобы рассказать, что случилось с ним самим, быстро выводя на первый план собственную центрированную на себе субъективность, обычно чтобы заставить первого замолчать или обойтись более или менее краткими и поспешными формулировками. В анализе такого не происходит, и это существенная разница.

#СтефаноБолоньини #Книга_Фрейд_и_меняющийся_мир

Редакторское

Из предисловия Говарда Б. Левина к книге Франко де Мази «Психоаналитический подход к лечению психозов»:

В широком понимании, в психоанализе существует два принципиально разных теоретических дискурса относительно природы психоза, каждый из которых берет начало в работах Фрейда. Согласно первому, психоз является злокачественной вариацией раннего этапа развития психики и сил, порождающих невроз, а его определение с позиции метапсихологической теории остается в поле понятия о неврозе и ранних, нормативных примитивных механизмах и состояниях, которые, предположительно, не были адекватно преобразованы и не смогли развиться.

Во втором дискурсе, убедительно представленном Франко де Мази в этой книге и в других его работах, психоз структурно и метапсихологически отличается от невроза. Это особая форма соблазнительного психического убежища, измененное состояние сознания и альтернативная (ложная) реальность, которая часто зарождается в ранний период жизни и обладает способностью соблазнять, колонизировать и подчинять более адаптированные к реальности функции психики, это «таинственный мир, который ни одна дисциплина до сих пор не смогла убедительно объяснить» (de Masi 2009, p. xxiii).

#Книга_Психоаналитический_подход_к_лечению_психозов

Издательское

Книги как «тяжелый» бизнес. В декабре, ровно два года назад, когда мы только начинали свою деятельность, в типографии была напечатана наша первая книга «В кабинете психоаналитика», и у нас еще не было в аренде склада, и в целом я как руководитель не понимал очень многих вещей. А книгу нужно было куда-то принять. И я дал для доставки просто свой домашний адрес, и утром в субботу приехала грузовая машина, и в ней было две палеты книг (2000 шт.) суммарным весом 1500 кг.
Процесс «познания» длился, насколько я помню, несколько часов, я выгрузил все это как-то в подъезд, отпустил водителя и остался наедине с физическим воплощением интеллектуального труда, который нужно было тащить на лифте на второй этаж и потом в квартиру. Незабываемый опыт.
Сейчас, конечно, у нас свой склад на аутсорсинге, где есть и приемка, и хранение, и отгрузка, а мы как команда сосредоточены на создании самого продукта и его качестве.
Но с того дня я прекрасно ощущаю необходимость «донесения» книги до читателя «на руках», несмотря на трудности. Ведь писатель становится настоящим, только когда у него есть читатели, а издательство — когда выпущенные книги покупают и читают (можно просто купить, они красиво смотрятся на полке, шутка).

Спасибо, что вы с нами эти два года и отдаете нам место на ваших полках, письменных столах и в ваших сердцах!

Выложили (наконец-то!) в наш канал на YouTube интервью с Лукой Николи, где он рассуждает про книгу «Искусство злиться и любить, не теряя себя» и, самое главное, отвечает на прямые вопросы аудитории о его способе быть психотерапевтом.

Ссылка:
https://www.youtube.com/watch?v=77c3nrkstxk

Новогодне-издательское

Новый год – время подарков. В каждом доме елка призывно стоит посредине комнаты, и мы все, служители своей миссии, старались успеть, и наша команда, и наша типография. И подарки приехали, осталось заказать и положить их в правильное место.

Итак, главная предновогодняя книга выходит в продажу.
«Аналитическое поле и его трансформации» – совместная работа Антонино Ферро и Джузеппе Чивитарезе, двух главных соавторов теории поля. Книга метафорическая, философская и непростая, но очень важная. Важная для более глубокого понимания теории аналитического поля, переднего края научных изысканий в этой области, споров с другими направлениями (как, например, реляционным) и клинической практики.

Мы очень рады, что книга состоялась и вы можете положить ее себе (или другому) под елку.

Приятного чтения и приятных подарков тем, кто вам важен!

Команда проекта: Юлия Пыльцина (перевод), Оксана Гончарова (литературная редактура, корректура), Дмитрий Селиванов (научная редактура), Мария Гусева (дизайн обложки и форзацев, верстка).

Огромная благодарность команде! Это был героический труд и одна из самых сложных для перевода и редактуры книг.

Купить бумажную книгу на Ozon:
https://www.ozon.ru/seller/beta-2-alpha-676592/

Купить бумажную книгу на Яндекс Маркете:
https://market.yandex.ru/business--beta2alpha/43114660

Купить цифровую версию на WB:
https://digital.wildberries.ru/author/1693295

С благодарностью коллегам за распространение знания и отличный выбор цитат из нашей новой книги!

Прикасаться к чему-то — значит одновременно ощущать прикосновение к самому себе.

Ощущение мира, которое у нас есть, — это не просто интеллектуальное содержание, оно не может абстрагироваться от опыта нашего тела; оно проистекает из нашего плотского существования и присутствует еще до того, как сформируется осознание себя.

Мерло-Понти может, таким образом, утверждать: «Я есть поле, я есть опыт» (Merleau-Ponty, 1945, p. 473), то есть система отношений.

Антонино Ферро, Джузеппе Чивитарезе. Аналитическое поле и его трансформации / Перев. с итальянского Ю. Пыльциной. — М.: Издательство Beta 2 Alpha, 2024. — 272 с.

#психоанализ

Редакторское

Редактируем сейчас книгу Ларри Хиршхорна «Внутри рабочей среды» посвященную психодинамике в организациях, и я конечно не могу не видеть аналогий с теорией аналитического поля. Автор, в частности, для описания процесса развития групповой ситуации, опирается именно на реляционную модель и даже использует метафору силового поля (пока просто как удобную для описания ситуации, а не как основу для теоретического понимания).

Часто можно обнаружить, что ключевые дисфункциональные отношения в организации воспроизводятся в отношениях между консультантом и лидерами организации. Это явление представляет собой аналог переноса в психотерапевтических отношениях, находясь в котором клиенты относятся к своему терапевту так же, как они относятся к другим значимым людям в их жизни. Я считаю, что меня вовлекали в такую модель взаимодействия, которая отражала отношения Блэка с его подчиненными. Как и я, они обращались к нему по поводу решений и задач. Он казался бесчувственным; они тревожились и, чтобы защитить свою эффективность, ставили его лидерство под сомнение (как это почти сделал я в случае с его сопроводительным текстом). Блэк, в свою очередь, всё больше дистанцировался, словно подтверждая, что он действительно не может руководить своими подчиненными и поддерживать их. Я подозреваю, что его демонстративная бесстрастность была защитой, сигналом того, что он тревожился, когда от него ожидали руководящих действий. Если мои переживания отражали переживания подчиненных Блэка, он и его подчиненные создали «силовое поле» тревоги, в котором его тревога как лидера и их тревога как подчиненных подрывали существующие между ними отношения. Поскольку проблема заключалась не только в Блэке, но и в сфере взаимоотношений, создавалось впечатление, что, если это силовое поле можно было бы изменить, если бы новое поведение могло прервать повторяющийся и зашедший в тупик танец отстранения Блэка и отступления его подчиненных, поведение Блэка могло бы измениться само по себе.

#ЛарриХиршхорн #Книга_Внутри_рабочей_среды_Психодинамика_организационной_жизни

Издательское

Полностью распродан первый тираж книги «Матрица психики. Объектные отношения и психоаналитический диалог». Она оказалась очень востребованной, и 1500 экземпляров разлетелись за полгода. Мы печатаем новый тираж, и книга снова будет доступна во второй половине января следующего года (как говорится, давайте уже после праздников).

Я очень благодарен всей команде, которая сделала эту книгу возможной.

Но мы не останавливаемся, а двигаемся по плану, намеченному совместно с доктором Огденом, и готовим перевод следующей книги — «Это искусство психоанализа», его не менее прекрасной и чуть более современной работы. Переводит ее также Анна Левченко, а вся редакторская команда в нетерпении за этим следит.

Трудности перевода

В очередной раз сталкиваемся с английским термином Self в новой книге. Мне кажется, что предпочтение по переводу этого термина на русский сильно зависит от того, в каком виде вы его встретили в первый раз, или скажем, в первой достойной книге или в материалах у первого хорошего преподавателя.

Так как это вопрос довольно интересен, предложу нашим читателям опрос.

Наконец-то (!) из типографии пришел новый тираж книги Томаса Г. Огдена «Матрица психики» и ее можно опять заказать на маркетплейсах. Прошлый тираж разлетелся очень быстро, и знаю, многие ждут этой возможности.

Я приводил много цитат из книги в этом канале, и полностью опубликоал предисловие к русскому издания. Хочу еще раз напомнить вам самое его начало:

Психоанализ — это гуманистическое стремление понять, что делает нас людьми. Это исследование того, что нас мотивирует, того, как наш опыт меняет нас, как мы выстраиваем свои отношения с другими людьми, группами и культурами, в которых живем мы и другие. Психоанализ не навязывает поведение; он создает процесс и является творческим процессом создания. Это процесс, в ходе которого человек начинает лучше узнавать себя и проживать жизнь таким образом, который ощущается более настоящим, более живым, более личным, более неординарным и более сострадательным.

Купить физическую книгу на Ozon:
https://www.ozon.ru/seller/beta-2-alpha-676592/

Купить физическую книгу на Яндекс Маркете:
https://market.yandex.ru/business--beta2alpha/43114660

Купить цифровую версию на WB:
https://digital.wildberries.ru/author/1693295

Из последних достижений в области искусственного интеллекта. Всю неделю Твиттер обсуждает выход новой модели от китайских исследователей DeepSeek R1, называя это ‘sputnik moment’, точкой в истории, в которой США поняли, что сильно отстают от СССР в космических технологиях. Модель DeepSeek революционна во многих аспектах, как в качестве самих ответов, так и в скорости и цене ее обучения. Решил попробовать задать ей вопрос ниже:

Какие авторы является основными создателям теории аналитического поля?

Ответ модели:

Теория аналитического поля развивалась благодаря вкладу нескольких ключевых фигур в психоанализе. Вот основные авторы и их вклад:

1. Уилфред Бион (Wilfred Bion)
- Вклад: Бион считается одним из основоположников идей, лежащих в основе теории аналитического поля. Его концепция "контейнирования" (containment) и идея о том, что аналитик и пациент совместно создают эмоциональное поле, стали фундаментальными для этого подхода.
- Ключевые идеи:
- Аналитик как "контейнер" для эмоций пациента.
- Важность "здесь и сейчас" в терапевтическом процессе.
- Идея о том, что бессознательное аналитика и пациента взаимодействуют.

2. Хайнрих Ракер (Heinrich Racker)
- Вклад: Ракер развивал идеи о контрпереносе и его роли в аналитическом процессе. Он подчеркивал, что реакции аналитика на пациента являются важной частью терапевтического взаимодействия.
- Ключевые идеи:
- Контрперенос как инструмент для понимания пациента.
- Взаимодействие между бессознательным аналитика и пациента.

3. Дональд Винникотт (Donald Winnicott)
- Вклад: Хотя Винникотт не формулировал теорию поля напрямую, его идеи о "переходном пространстве" и важности взаимодействия между матерью и ребенком повлияли на развитие теории аналитического поля.
- Ключевые идеи:
- Переходное пространство как область совместного творчества.
- Роль аналитика в создании безопасного пространства для пациента.

4. Антонино Ферро (Antonino Ferro)
- Вклад: Ферро является одним из самых известных современных представителей теории аналитического поля. Он развил идеи Биона и адаптировал их для современной клинической практики.
- Ключевые идеи:
- Поле как пространство для совместного создания смысла.
- Использование метафор и сновидений в терапевтическом процессе.
- Акцент на "здесь и сейчас" и эмоциональной атмосфере сессии.

5. Томас Огден (Thomas Ogden)
- Вклад: Огден развивал идеи о "аналитическом третьем" (analytic third) — концепции, которая описывает, как аналитик и пациент совместно создают новое, уникальное пространство для взаимодействия.
- Ключевые идеи:
- Аналитическое поле как результат взаимодействия двух субъектов.
- Важность бессознательного взаимодействия между аналитиком и пациентом.

6. Джузеппе Чивитарезе (Giuseppe Civitarese)
- Вклад: Чивитарезе — современный психоаналитик, который активно развивает теорию аналитического поля. Он фокусируется на эстетических и эмоциональных аспектах терапевтического процесса.
- Ключевые идеи:
- Поле как пространство для эмоционального и символического взаимодействия.
- Роль сновидений и фантазий в создании поля.

7. Сандра Бюхлер (Sandra Buechler)
- Вклад: Бюхлер исследует роль эмоций аналитика в терапевтическом процессе, что также связано с теорией поля.
- Ключевые идеи:
- Эмоциональная вовлеченность аналитика как ключевой элемент терапии.
- Важность эмпатии и эмоционального контакта.

8. Итальянская школа психоанализа
- Вклад: Итальянские психоаналитики, такие как Антонино Ферро и Джузеппе Чивитарезе, активно развивают теорию аналитического поля, интегрируя её с современными подходами.
- Ключевые идеи:
- Поле как динамическое пространство для совместного творчества.
- Акцент на эмоциональной атмосфере и взаимодействии.

Итог:
Теория аналитического поля — это результат работы многих психоаналитиков, которые развивали идеи о взаимодействии между аналитиком и пациентом. Основной вклад внесли Уилфред Бион, Антонино Ферро, Томас Огден и другие современные авторы. Их работы помогают лучше понять, как бессознательные процессы обоих участников влияют на терапевтический процесс.

(P.S.: текст разбился на два поста из-за его длины, это все ответ модели)

Пост выше, очевидно, вызвал широкий резонанс, думаю стоит написать про мое понимание о том, какие идеи являются фундаментальными для теории аналитического поля. Как говорится – “Stay tuned!”

Между тем, перешли с командой к редактированию отличной книги Франко Де Мази «Уроки психоанализа. Психопатология и клинический психоанализ для аналитиков в тренинге».
Расскажу о ней больше чуть позже (must read для всех, кто начинает свой путь в нашей профессии), а пока буду делиться цитатами в процессе:

Часто слово «психопатология» рассматривается как патологизирующее. Однако, если мы отложим в сторону предвзятые суждения, мы сможем увидеть, что клинический подход базируется на психопатологии; она является основным компонентом, который пронизывает и структурирует аналитический процесс и отмечает моменты тупика, равно как и моменты трансформации. Выражаясь точнее, мы можем сказать, что присутствует постоянное диалектическое напряжение между психопатологией и набором инструментов, используемых аналитиком для понимания и создания возможности изменений.

В этой книге изучение психопатологии является тем самым элементом, который лежит в основе клинического подхода. Что я бы хотел подчеркнуть, так это важность, которую представляют собой психопатология и психоаналитическая клиническая работа для превращения психоанализа в единое целое. И именно из-за этой единой структуры психоанализ может допускать сосуществование различных моделей и теорий, а также их непрерывное сравнение, что иногда приводит к их диалогу, а иногда — к конфликту.

#ФранкоДеМази #Книга_Уроки_психоанализа

Стыд и вина

Заканчиваем редактировать книгу Ларри Хиршхорна «Внутри рабочей среды. Психодинамика организационной жизни», и в ней есть сноска, где автор рассуждает про вину и стыд. Его понимание, на мой взгляд, скажем так, является дискуссионным, но что такое настоящий психоанализ, как не столкновение идей?

Привожу эту сноску полностью:

Этот критический анализ ограничений вины как трансформирующего чувства основан на аргументах Нормана О. Брауна, который утверждает, что вина является неотъемлемой частью борьбы за власть в обществе (см. Brown, 1959). Предполагая, что стыд, а не вина, играет ключевую роль в формировании процесса репарации, я разовью рассуждения Кляйн по данному вопросу. Она утверждала, что чувство вины сопутствует депрессивной позиции и помогает создать желание загладить вину. Я считаю, что, описывая репарацию как опыт развития, она на самом деле описывала стыд, а не вину, потому что только стыд предоставляет контекст для полного саморазоблачения и, таким образом, для развития. Я согласен с Линд, которая, в отличие от большинства психоаналитиков, предполагала, что, поскольку вина искупается через отдельные акты покаяния, она скорее поддерживает, а не развивает способ, которым человек относится к другим, сохраняя у него тем самым состояние расщепленного сознания. Стыд, обнаруживающий ложь, которую человек говорит сам себе, а не другим, вызывает, таким образом, гораздо больше тревоги и потенциально является признаком большего развития. Психоаналитические мыслители, начиная с Фрейда, в большинстве своем игнорировали критическую роль стыда, потому что не исследовали связи, соединяющие сексуальное наслаждение, переживание телом своей потенциальной целостности и личный опыт истины. Стыд и его противоположность, гордость, объединяют эти три аспекта. Испытывая подлинную гордость, люди не нуждаются в хранении секретов, следовательно, они не лгут; напротив, они охотно показывают свои тела, которые воспринимают как прекрасные, и чувствуют себя вправе получать удовольствие в силу своего положения. Однако, если следовать духу размышлений Фрейда, мы испытываем искушение изолировать переживание истинности от сексуального опыта, сводя поиск истины к «реактивному образованию». Например, искатель истины — это только параноик, который находит потенциальные опасности повсюду. В общем, поскольку Фрейд предпочитал работать «в подвале», а не на «крышах» (как он однажды заметил), он не применял психоаналитическое мышление к идеалистическим и ценностным поискам людей, подозревая, что они являются прикрытием для невротических конфликтов. Так, щедрые люди скрывают свое презрение к бедным, скрывают свою врожденную скупость и так далее. Однако в своей теории репарации Кляйн сделала важный шаг вперед, связав репарацию — процесс отдавания другим — с попыткой человека почувствовать себя более целостным как психически, так и телесно. Однако, утверждая, что именно вина, а не стыд, играет ключевую роль в этом процессе, Кляйн, на мой взгляд, скомпрометировала свое достижение, связав желание целостности и, следовательно, истинности с бегством человека от чувства вины. Неявным образом она поддержала концепцию Фрейда, согласно которой поведение, направленное на поиски истины и идеала, — это просто «реактивные образования».

#ЛарриХиршхорн #Книга_Внутри_рабочей_среды_Психодинамика_организационной_жизни