Сегодняшний день не является праздником социал-демократии

День Октябрьского переворота — это не праздник, а серьёзная травма для социал-демократоа, ибо у нас не получилось победить, а после 70-лет Советского режима левые идеи и идеи прогресса в массовом сознании связываются в большинстве своем лишь с коммунистами, марксистами.

Почему же не смогли победить?

Как и 90-х, так и период 1917-1923 гг. — это периоды масштабных потрясений, проблем, а значит и поляризации общества. В такие периоды умеренным силам вроде социал-демократов очень сложно найти своих стронников, самим не увлечься радикальными проектами и желанием примкнуть к одной из сторон. На этом и погорели — в 1917 в массе своей поддержали большевиков лишь бы не было Корнилова, а в 90-х поддерживали либералов — лишь бы не было коммунистов. Итогом стал абсолютный раскол, потеря собственного лица и идентичности.

Сейчас происходят попытки эту идентичность восстановить. В чем-то очень хорошие, а в чем-то весьма опрометчивые, так как игнорируется история России, её специфика, но зато проявляется желание копировать Европу, где у социал-демократов получилось.

Это опасно и именно поэтому мы должны помнить этот день, чтобы понимать, что 1917 оказался возможен именно в России, исходя из наших условий и идеологические предки нынешней российской социал-демократии их не учли в должной мере, а потому проиграли.

#Алексей_Челюскин
@Reception_Progress_bot

🇺🇸🇻🇪 Возможное вторжение в Венесуэлу

Автор: Алексей Челюскин

Данный материал выражает личную позицию автора, не является официальным заявлением, а взгляды автора могут не совпадать со взглядами других участников.

После выступления Дональда Трампа по вопросам внешней политики, в котором прозвучали резкие высказывания в адрес президентов Венесуэлы и Колумбии, а также прямая угроза о возможном вторжении, многих интересует вопрос: насколько эти заявления реальны или это очередной пример торга и риторики со стороны американского лидера.

Чтобы разобраться в этом, важно понимать, что в вопросах, касающихся Американских континентов, США действуют гораздо решительнее, чем в любой другой точке мира. Объяснение простое: если Европу можно условно считать задним двором, где даже горящий сарай не обязательно угрожает дому, то Американские континенты — буквально пристройка к самому жилищу. Если здесь что-то идет не так у США находится гораздо больше причин и желания немедленно это исправить. Так было всегда, начиная с XIX века и доктрины Монро. Поэтому подобные угрозы в адрес стран этого региона стоит воспринимать более серьезно, чем аналогичные заявления в отношении Ирана или любой другой страны.

Являются ли наркокартели настоящей причиной таких угроз?

Скорее всего, нет и хорошим примером этого служат отношения США с Колумбией, соседкой Венесуэлы. До тех пор, пока руководство Колумбии было относительно лояльно и не заявляло о национализации полезных ископаемых, США не акцентировали внимание на наркотрафике из этой страны, редко вспоминая даже историю с Пабло Эскобаром. При этом исторически отношения между Колумбией и Венесуэлой были напряженными, и американская администрация часто рассматривала Колумбию как рычаг давления на Каракас.

Ситуация изменилась. Колумбия заговорила о национализации своих ископаемых и даже несколько улучшила отношения с Венесуэлой. Это стало возможным после избрания президентом левого политика Густаво Петро (7 августа 2022), который борется с бедностью в стране и, как следствие, рассматривает национализацию ресурсов в качестве меры для реализации этой политики. Вероятно, именно потеря этого рычага и обострение отношений еще с одной страной региона привели к тому, что США стали радикальнее в своих заявлениях и действиях, вплоть до демонстративного перемещения флота и переброски войск. Это, в первую очередь, попытка сохранить контроль, и лишь во вторую — борьба за нефть.

Почему нефть?

Нефть, безусловно, играет здесь важную роль, поскольку Венесуэла обладает крупнейшими в мире запасами чёрного золота. Однако здесь есть две основные проблемы:

1. Значительная часть этих запасов не разрабатывается из-за сложной географии страны.
2. Большая часть нефти Венесуэлы — это особый тип тяжелой нефти. Она имеет густую консистенцию, и ее невозможно транспортировать по трубопроводам без предварительной переработки, что делает логистику крайне сложной и дорогой.

Таким образом, если цель — прямой доступ к нефти, логичным шагом могло бы стать свержение действующего режима и установление лояльного правительства. Это позволило бы строить перерабатывающие заводы и наладить контролируемую добычу.

Каким образом может быть осуществлено вторжение?

Венесуэла слабо заселена из-за своих особенностей: большая часть страны покрыта джунглями. В случае военного вторжения эти неудобства превратятся в преимущества для организации партизанского движения, к чему уже готовятся власти. По этой причине прямое сухопутное вторжение маловероятно. Скорее, можно ожидать ужесточения экономической блокады и точечных воздушных ударов, чтобы дестабилизировать ситуацию в стране и спровоцировать протест против Мадуро.

Если местные силы не справятся, им на помощь могут быть направлены Частные Военные Компании, но на большее США вряд ли пойдут, чтобы не рисковать.

Разумеется, это не оправдывает режим Мадуро, который является диктатурой. Однако и действия США по отношению к Венесуэле невозможно интерпретировать иначе, как акт империализма.

Участие Official l Участие Lite l Связаться l Участвовать