Обреченные на левизну

Российский либерализм в массовом смысле начинался как относительно левый и вероятно, что им быть и обречён, несмотря на отдельные зигзаги или ответвления вроде либертарианства.

Откуда взялась эта левость?

Дело в том, что более менее массовое распространение политика, а вместе с тем и идеология, начали с 1860-х, то есть с момента Великих реформ и начала развития капитализма, когда стало появляться много разночинцев, которые искали бы для себя какое-то основание в жизни, способ смотреть на нее и окружающие, весьма болезненные процессы. В этот момент стал развиваться и массовый либерализм, социализм, консерватизм. Однако в России, как в стране, которая культурно весьма зависима от Европы, не могло быть так, чтобы ее идеологии развивались совсем самостоятельно, поэтому они повторяли текущие западные дискуссии.

В 60-х в Европе уже начался раскол либерализма на его более классическую версию, из которой в ХХ и вышло либертарианство, и социал-либерализм, который был вынужден говорить и о социальных проблемах, стремясь таким образом выбить почву из под ног социалистов. Социал-либералы выступали за увеличение налогов, создание социальных услуг, чтобы снять градус напряженности в обществе и этим обеспечить стабильное развитие для бизнеса, капитализма и не допустить пересмотра прав частной собственности. И это движение набирало мощь.

Российский либерализм потому был вынужден ориентироваться больше на социал-либерализм тем более, что его главными конкурентами в массовом сознании были как раз таки протосоциалистические и социалистические проекты, которые российская интеллигенция генерировала и потребляла весьма охотно, так как в России, по давней традиции, хоть сколько-нибудь реалистично звучат именно радикальные проекты, они же и служат способ экзальтации.

Весьма интересно в этом контексте посмотреть и на российский консерватизм, который связан в нашей традиции с Карамзиным.
Центральная идея консерватизма — это единство (или мир) общества. По этой причине в Западной, прежде всего Э. Берка консерватизме предусматривается, что государство должно очень осторожно вводить нововведения, так как если это делать быстро, то провоцируются социальные конфликты, нарушается единство. В Европе, которая исторически имела развитое городское самоуправление, а особенно в Англии, где была еще англосаксонская судебная практика это звучит очень логично. Но в России все не так, Карамзин в своей «Истории государства Российского» вполне показывает, что общество в России изначально расколото и неедино, оно имеет множество конфликтов на различной почве, что логично, учитывая наши широты, масштабы, культурные, языковые, конфессиональные отличия. Все это делает возможным поддерживать единство общества только через развитое и централизованное государство. Таков взгляд Карамзина и ему наследуют наши государственники, которые и являются в российских реалиях самыми настоящими консерваторами.

В сумме все это делает буквально все идеологии в России левыми, так как они в том или ином виде вынуждены отсылать к весьма существенному государственному вмешательству. Этим заняты и их современные наследники, кроме совсем уж узкой прослойки более западных интеллектуалов.

#Алексей_Челюскин
#ЛФП_мюсли

Красные линии

Когда-то я уже писал здесь и в Классическом Леваке о том почему Рудой стал резко критиковать Сталина и что за этим стоит, но не обозначил один важный нюанс, который может нас интересовать куда более сильно — а насколько далеко он может зайти в своей критике?

Почему он в целом это делает, давайте напомню.

Основная проблема для современного, условно, мейнстримного левого движения в России, что оно развивалось как антитеза либерализму. Либерализм выступал за ликвидацию всего советского, за более радикальный и динамичный рынок, очернял советское прошлое — левые это оспаривали. Это борьба на таком вот идейном уровне была довольно лёгкой при Ельцине и раннем Путине, но оказалась проблемной уже с середины 10-х. Проблема заключалась в том, что сама власть начала обращаться к советским нарративам, чтобы было проще объяснять населению свои шаги и советские нарративы о злом империалистическим западе оказались в тему, тем более, что у нас стареющее общество, которое в большей степени имеет связь с чем-то советским, чем постсоветским, советское поэтому понятнее. Попутно государство стало крепнуть, стали вводиться довольно этатистские меры регулирования, которые мог бы одобрить каждый левак, если бы они еще проводились под красным знаменем.

В этих условиях все также продолжать бороться с либералами, которые сами маргинализировались и переживают тяжелейший кризис — бред. Но и бесперспективно также продолжать обелять Сталина, развенчивать какие-то антисоветские мифы. Это успешно делают власти, не обычным левакам с этим тягаться.

А значит эти знатоки диалектики теперь должны делать все в точности, да наоборот. Идти на союз с либералами, пробуя их перещеголять в демократичности, и критиковать СССР, но уже с точки зрения того, что и на солнце бывают пятна и эти пятна могут быть большими.

На острие этой борьбы Рудой, как самый медийный, но он же известен как старый левый, который раньше также развенчивал либеральные мифы, также боролся с либералами. Он проходит трансформацию, но это трансформация имеет свои пределы, которые связаны с тем, что медийное лицо не может полностью отречься от всего сказанного, чтобы не пришлось отказываться от всей старой аудитории и собирать ее с нуля. У него есть красные линии, которые он никак не сможет пересечь исходя из этого обстоятельства и конечно субъективных барьеров в виде невозможности кардинальной переоценки всего своего прошлого опыта.

И таким образом встает прямо вопрос о том, чтобы создать систему, которая могла бы консолидировать это критическое переосмысление и его продолжить уже не сдерживаясь проблемами самого Рудого и таких как он. Однако вряд ли такая структура сможет развиваться быстро, да и для ее начала тоже не вполне достает условий и ресурсов

#Алексей_Челюскин
#ЛФП_мюсли