Раз люди кончают самоубийством, значит, существует нечто, что хуже чем смерть. Поэтому-то и пробирает до костей, когда читаешь о самоубийстве: страшен не тощий труп, болтающийся на оконной решётке, а то, что происходило в сердце за мгновение до этого.

Симона де Бовуар. «Прелестные картинки»

Когда тобой владеют страсти, волны будут вскипать даже на поверхности замерзшего пруда и ты, даже находясь в горах и лесах, не увидишь покоя вокруг тебя. Когда ты взрастил в себе пустоту, удушливая жара тебе будет прохладой и ты, находясь на рынке или при дворе, не услышишь окружающего тебя шума.

Хун Цзычен. «Вкус корней»

Отчего это хромой человек нас не раздражает, а умственно хромающий раздражает? Оттого, что хромой сознаёт, что мы ходим прямо, а умственно хромающий утверждает, что не он, а мы хромаем; если бы не это, то мы питали бы к нему сожаление, а не гнев.

Блез Паскаль. «Мысли»

Не существует путей к счастью, счастье – это и есть путь.

Тит Нят Хань

Ненавижу невежество и необразованность. Напыщенность и фальшь. Злобу и зависть. Ворчливость, низость и мелочность. Всех заурядных мелких людишек, которые не стыдятся своей заурядности, коснеют в невежестве и серости. Люблю честность, свободолюбие, стремление отдавать. Созидание и творчество. Жизнь взахлёб. Люблю всё, что противоположно пассивному наблюдательству, подражательству, омертвению души.

Джон Фаулз. «Коллекционер»

Когда человек ищет, случается, глаз его видит лишь то, что он ищет, и он не в состоянии ничего найти, не в состоянии ничего воспринять, ибо думает всегда лишь об искомом, имеет цель, одержим этой целью. Искать — значит иметь цель. А находить — значит быть свободным, распахнутым настежь, не иметь цели. Ты, верно, и впрямь искатель, ведь, стремясь к своей цели, не видишь того, что совсем рядом, у тебя перед глазами. Ты слишком много ищешь; из-за чрезмерного искания ты не успеваешь находить.

Герман Гессе. «Сиддхартха»

​​На протяжении миллионов лет наши предки жили в малых группах, которые редко превышали численность в тридцать особей и уж тем более выходили за сто. Они пребывали в постоянной конкуренции за территорию и пищу с такими же группами своего вида по соседству, как и с другими живыми существами в той же экологической нише.

Деление на «своих» и «чужих» было полезным механизмом, который помогал не упустить интереса собственной группы и выжить в этой борьбе. Он следовал очень грубой и простой логике: «свое» значит хорошо, а «чужое» есть плохо.

Жизнь с тех пор сильно изменилась, но инстинкты за ней не поспели. Они остались теми же. Сегодня нам куда реже нужно драться с окружающими за еду и территорию, либо это происходит не рыком, клыками и когтями, а путем убеждения и демонстрации своих творческих сил, своей компетенции. Получает больше ресурсов и надежнее их удерживает тот, кто справляется со стоящими перед ним задачами, а не тот, кто особенно злобен и готов рвать конкурентов на части в прямом смысле этого слова.

Малый ум лимбической системы толкает нас именно на глупую лобовую конфронтацию, как в доисторических джунглях. Он производит много информационного шума, искажений восприятия и разъедающих разум эмоций.

Более того, эти разрушительные силы постоянно наводятся не на тех, кто и правда представляет для нас угрозу и с кем нам есть, что делить. Они провоцируют конфликты на пустом месте и при этом совсем не помогают одержать в этих конфликтах верх.

Одновременно мы принимаемся считать «своими» тех, кто совсем не «свой» и никакой помощи нам не оказывает. Мы записываем врагов себе в друзья, записываем в свою стаю случайным образом оказавшиеся в нашей жизни идеи, традиции, порядки и распорядки. Тогда им автоматически достается наша верность — так же незаслуженно, как другим досталось наше отторжение и враждебность. Этот эволюционный механизм все больше и больше изживает себя.

Пропаганда и иные виды информационного яда кормятся изъянами в устройстве нашего мозга. Они культивируют стадность, стайность, наше агрессивное и снедаемое жаждой животное начало. Вступив в союз с этими силами, они подговаривают нас предать самих себя, предать высшие возможности собственного развития.

Большинство закрывают глаза на побочные эффекты такого предательства, потому что боятся остаться одни, боятся усилия и неопределенности. Хищные общественные институты и их пропаганда предлагает им уют коллектива и уют ложного смысла. Это кредитор, который дает небольшое утешение сейчас, но затем забирает все.

Если мы в состоянии выстоять и не предать себя, мы сможем научиться не предавать других и по-настоящему встать на их сторону. Здесь и кроется долгосрочное решение бытовых, экономических, экологических и даже политических проблем. Оно находится в структуре психики и в том культурном климате, в котором люди живут.

Нам нужны не новые доводы и объяснения, а способы усилить в человеке то, что способно им внять. Когда люди невежественны на глубоком психологическом уровне и охвачены бессознательными программами, аргументация имеет малое воздействие.

Речь здесь идет о пути развития разума, о тренировке нашего большого ума в противовес животному малому уму. К этому призывали все великие учителя человечества, но по-разному расставляли акценты и предлагали различные методы.

Олег Цендровский. «Действие вместо реакции»

Масса — это те, кто плывёт по течению и лишён ориентиров. Поэтому массовый человек не созидает, даже если возможности и силы его огромны.

Хосе Ортега-и-Гассет. «Восстание масс»

# 150. Слушать на iTunes, Яндекс.Музыка и YouTube👇

# 150. Почему попытки Толстого помочь ближним постоянно терпели поражение и из-за чего теория так сильно расходится с практикой?

1. Читать ВКонтакте

2. Читать на Яндекс-Дзен

3. Аудиоверсия YouTube (файл отдельно сброшен выше)

4. Дополнительные материалы и поддержать проект

5. Что такое «Письма»: инструкция по применению

Никто не может видеть выше себя. Этим я хочу сказать, что человек может видеть в другом лишь столько, скольким он сам обладает, и понять другого он может лишь соразмерно с собственным умом. Если последний у него очень невелик, то даже величайшие духовные дары не окажут на него никакого действия, и в носителе их он подметит лишь одни низкие свойства, то есть слабости и недостатки характера и темперамента.

Артур Шопенгауэр. «Афоризмы житейской мудрости»

​​Друг мой, любить людей так, как они есть, невозможно. И однако же, должно. И потому делай им добро, скрепя свои чувства, зажимая нос и закрывая глаза (последнее необходимо). Переноси от них зло, не сердясь на них по возможности, «памятуя, что и ты человек».

Разумеется, ты поставлен быть с ними строгим, если дано тебе быть хоть чуть-чуть поумнее средины. Люди по природе своей низки и любят любить из страху; не поддавайся на такую любовь и не переставай презирать. Где-то в Коране Аллах повелевает пророку взирать на «строптивых» как на мышей, делать им добро и проходить мимо, — немножко гордо, но верно.

Умей презирать даже и тогда, когда они хороши, ибо всего чаще тут-то они и скверны. О милый мой, я судя по себе сказал это! Кто лишь чуть-чуть не глуп, тот не может жить и не презирать себя, честен он или бесчестен — это всё равно.

Любить своего ближнего и не презирать его — невозможно. По-моему, человек создан с физическою невозможностью любить своего ближнего. Тут какая-то ошибка в словах с самого начала, и «любовь к человечеству» надо понимать лишь к тому человечеству, которое ты же сам и создал в душе своей (другими словами, себя самого создал и к себе самому любовь) и которого, поэтому, никогда и не будет на самом деле.

Фёдор Достоевский. «Подросток»

Несчастная судьба многих людей – следствие не сделанного ими выбора.

Эрих Фромм

Я с детства считал, что отношениям мужчины с женщиной не хватает той доверительной и легкомысленной простоты, которая существует между друзьями, решившими вместе принять на грудь.

Виктор Пелевин. «Бэтман Аполло»

Жизнь на десять процентов состоит из того, что вы в ней делаете, и на девяносто – из того, как вы её принимаете.

Уильям Сомерсет Моэм

Хорошее воспитание заключается в том, чтобы скрывать, как много мы думаем о себе и как мало мы думаем о других.

Марк Твен

Никто не спорит так долго, как два человека, спорящие о том, о чём они не имеют ни малейшего представления.

Леон Баттиста Альберти

На людей с детства возлагается обязанность заботиться о своей чести и имуществе, а также об имуществе и чести их друзей. Их обременяют делами, обучают языкам и наукам, внушая при этом, что счастье их заключается в здоровье, чести, богатстве, как их самих, так и друзей, и что недостаток одного из этих благ влечёт за собою потерю счастья.

Таким образом, им дают дела и занятия, которые потом мучат их всю жизнь. Вот, скажете вы, странный способ приносить людям счастье; не вернейшее ли это средство сделать их несчастными? Вы хотите знать, как можно достичь этого?

Стоило бы только отнять у них все эти заботы, тогда бы они увидали себя, стали думать, что они такое, откуда и куда идут. Но трудно привлечь их к этим занятиям и отвлечь от иных. Потому-то, надавав столько дел, советуют им всякую свободную минуту употреблять на развлечение, игру и занимать себя всецело.

Блез Паскаль. «Мысли»

Самое большое зло, какое нам может сделать враг, это приучить наше сердце к ненависти.

Франсуа де Ларошфуко. «Максимы»

​​Являются ли зеленые рубашки теплыми, а красные мягкими? Можно ли утверждать, что квадратные предметы — прочные и тяжелые, а треугольные вещи стоят дорого? Действительно ли люди с карими глазами жестокие, светловолосые любят отдых на природе, а худые слишком разговорчивы?

Конечно, ответом будет решительное «нет». Все это похоже на бред сумасшедшего, поскольку здесь усматривается закономерность — причем необходимая — там, где она напрочь отсутствует.

На этом простом примере хорошо просматривается одна из главных причин, почему мудрые люди в большинстве своем решительно выступали против расизма, нацизма и любой иной невежественной ксенофобии. Они понимали, что информация о принадлежности людей к большим группам просто не обладает достаточной познавательной силой. На ее основе нельзя заключить, кем является стоящий перед нами человек, чем он живет и чего от него ждать.

Точно так же из свойства квадратности нельзя вывести веса или прочности, а из цвета одежды мягкость или жесткость ее ткани.

Люди, считающие, что китайцы трусливы, болгары завистливы, бедные ленивы, а буддисты щедры, — совершают интеллектуальный просчет. Такая привычка становится особенно опасной, когда на основании коллективной идентичности делается вывод о том, что те или иные группы людей являются плохими по определению. Это не просто ошибочно, но и губительно с практической точки зрения, так как умножает количество пустых раздоров в мире и напрямую ведет к геноциду.

Конечно, с позиции социологии и статистики можно кое-что возразить. Может так случиться, что на конкретной точке исторических координат квадратные предметы будут тяжелее, чем предметы других форм. Следуя этой логике, в определенных условиях красные рубашки могут изготавливаться таким образом, что они особенно нежны и приятны на теле.

Следовательно, и людям из определенных больших общностей некоторые свойства могут быть присущи в большей мере, чем другим людям, в том числе свойства, которые мы считаем дурными. И все это, разумеется, верно.

Однако в реальной действительности такая статистическая информация имеет очень мало ценности и скорее сбивает с толку, нежели помогает разобраться. Когда мы заходим в магазин и видим красную рубашку, неужели будет разумно сразу заключить о ее мягкости и понести пробивать чек? Да, у нас есть немного повышенный шанс попасть в яблочко, но не проще ли проверить это напрямую? Подойти к ней, рассмотреть, потрогать руками, примерить?

Аналогичным образом дело обстоит и с социальными стереотипами. Допустим, нам может быть достоверно известно, что болгары на 15% более честны и надежны, чем все прочие народы. Но было бы нелепо на одном лишь этом основании делать выводы о конкретном человеке или конкретной их группе.

Не стоит совершать опасный логический прыжок и автоматически заключать от одного к другому. Намного точнее будет исследовать интересующее свойство по прямой траектории, а не за счет его хрупкой связи с коллективной идентичностью.

При оценке с помощью стереотипа (пусть даже и верного стереотипа) погрешность наших суждений может быть столь велика, что лучше бы мы вообще не обладали этой информацией. Свободные от стереотипов, мы проверяем честность сразу и напрямик. Обремененные ими, мы довольствуемся иллюзией знания и забываем про более совершенные методы его добычи.

Вторая проблема состоит в том, что взаимосвязь свойств личности и коллективной идентичности не является необходимой и устойчивой. Это просто корреляция, это совпадение и взаимодействие множества обстоятельств, которые сущностно с групповой принадлежностью не связаны.

Квадратность не порождает прочность, а красный цвет не ведет необходимым образом к мягкости ткани. Просто так может совпасть. С ходом времени, однако, эта взаимосвязь может оказаться легко разорвана. Люди же, выносящие суждения с помощью инстинктивных стереотипов, видят случайную и временную взаимосвязь как необходимую и постоянную.

Олег Цендровский. «Действие вместо реакции»

Из-за специфики современной эпохи проявления любви сегодня практически сведены к нулю. Но идеал любви остаётся прежним. Пребывая, как всякий идеал, вне времени, он не может ни измениться, ни исчезнуть. Отсюда несоответствие между идеалом и реальностью, вопиющий разлад, богатейший источник страдания.

Всё решается в период отрочества. Если у вас сложилось представление о любви хоть сколько-нибудь близкое к идеальному, хоть сколько-нибудь благородное и возвышенное, вы пропали. Вас уже ничто не спасёт, вам всегда будет мало того, что есть.

Мишель Уэльбек. «Оставаться живым»