Спектакль «Фуро» создатель, а теперь как бы «штатный хореограф» танцевальной компании «Батшева» Охад Наарин сочинил почти 20 лет назад, он поставил его в 2006 году по заказу Еврейского театра в Стокгольме и с тех пор дважды по разным поводам коротко возобновлял в Тель-Авиве уже со своими танцорами. Последний раз это было в 2012 году — тоже уже больше десяти лет назад, так что к нынешним показам, скорее всего, сменились все исполнители. Критик Дина Годер провела в зале «Батшевы» 4 часа и не пожалела об этом.

С 7 октября 2023 года Тель-авивский художественный музей живет в особом режиме. Постоянная экспозиция до сих пор закрыта, а временные выставки, приостановленные в первые трагические недели войны, хоть и возобновились, но не могут восприниматься в отрыве от происходящего в стране. Понятно, что это касается экспозиций современного искусства, ему и флаг в руки. Но и «старое» искусство проходит сегодня через сито военных бедствий и страданий, что, надо сказать, ему свойственно. Наш редактор Кира Долинина пошла смотреть новую выставку: музей вынул из своих фондов интереснейшие произведения на бумаге конца 19 – начала 21 веков — и обнаружила, что и этот разговор звучит актуально.

После 7 октября огромной частью городского нарратива Израиля стала тема заложников. Портреты жертв, требование вернуть их домой можно увидеть везде — от аэропорта Бен-Гурион до скамеек вдоль знаменитой улицы Дизенгоф. Чем ближе подходишь к Тель-авивскому художественному музею, к площадке, на которую выходят его корпуса, стихийно переименованной в площадь Заложников (Кикар ха-хатуфим), тем эти «голоса» громче. Писательница Анна Красильщик увидела в этом месте сложносочиненную композицию из арт-объектов и породивших их трагических реалий.

Хаг Шавуот самеах!

Через «семь полных недель», а именно через 49 дней после Песаха отмечают Шавуот в память о даровании евреям Торы на горе Синай во время Исхода из Египта. Кроме того, Шавуот, как и некоторые другие еврейские праздники, изначально был связан с сельскохозяйственными работами и отмечал окончание весеннего сбора ячменя и начало летнего сбора пшеницы.

Во время литургии на Шавуот читается Книга Рут (Руфь), которая является частью Танаха. Рут была молодой моавитянкой, которая вышла замуж за израильтянина. После смерти мужа она последовала за своей свекровью Наоми в Израиль, приняв еврейскую веру и народ как свои собственные. Чтобы прокормить себя и Наоми, она собирала колосья на поле богатого человека по имени Боаз. Он был очарован Рут, и в конечном итоге они поженились. Одним из их потомков стал знаменитый царь Давид. Рут часто считается образцом для всех, кто решает принять иудаизм, принимая Тору так же, как евреи приняли Тору на горе Синай. Кроме того, в книге Рут описан сбор урожая и это воспринимается как отсылка к Шавуоту, празднику первой жатвы. Подробнее о том, почему принято читать книгу Рут в Шавуот можно прочитать у нас на сайте.

В древности Шавуот был паломническим праздником, когда израильтяне со всей страны приходили в Иерусалим и приносили в Храм «первые плоды» своего урожая в качестве даров. В Торе это описывается как обязательная заповедь ««Начатки плодов земли твоей приноси в дом Господа, Бога твоего» (Исх. 23:19). После разрушения Храма жертвоприношение стало невозможно и на первый план вышло другое значение праздника — дарование Торы.

В средние века закрепился обычай в праздник бодрствовать всю ночь или до позднего вечера, изучая Тору. Эта традиция возникла из предания о том, что, когда израильтяне находились у Синая, они проспали и Моисею пришлось их будить. Чтобы загладить свою вину и доказать, что теперь уже они не заснут в ожидании, как их предки, многие современные евреи не спят всю ночь или учатся до позднего вечера, чтобы изучать и праздновать получение Торы. Этот обычай известен как Тикун Лейл Шавуот, что буквально означает "исправление ночи Шавуота", и помогает участникам снова пережить стояние у горы Синай, где еврейский народ получил Тору.

Для ранних сионистов, которые снижали акцент с религиозных аспектов иудаизма, сосредотачиваясь на его культурных элементах, очевидным направлением для Шавуота в Израиле было восстановление его библейского формата. Годами на кибуцах проводились фестивали первых плодов, включающие театральные представления и парады, демонстрации фруктов, тракторов и младенцев, а также радостное пение и танцы. Первые израильтяне также отмечали праздник представлениями первых плодов и церемониями для школьников, получающих свой первый текст Танаха. Практика Тикун Лейл Шавуот была распространена только в более религиозных общинах.

В последние годы, однако, Тикун Лейл Шавуот стал чрезвычайно популярным для всех евреев, как в Израиле, так и во всем мире. В Иерусалиме можно провести всю ночь, переходя от одного тикуна к другому, которые проходят в домах, синагогах, общественных центрах и образовательных учреждениях всех возможных религиозных и идеологических направлений. Большинство этих собраний представляют собой вечера изучения Торы и общения, и темы, которые они охватывают, бесконечны.

Приезд зарубежных поп- и рок-музыкантов высшей лиги в Израиль — событие по нынешним временам исключительное. Составной частью деколониального нарратива, традиционно близкого европейским и американским деятелям популярной музыки, чем дальше, тем, к сожалению, прочнее становится антиизраильская позиция — в свете этого даже те, кого не пугают боевые действия, непрерывно идущие с 7 октября на разных границах страны, предпочитают лишний раз в Израиле не появляться, чтобы не сталкиваться затем с активистскими упреками в потворстве «апартеиду» или «геноциду». К тому же, израильский рынок невелик, а географическое положение страны — неудобное: в Израиле нельзя выступить по дороге из одной европейской столицы в другую, сюда необходимо заезжать отдельно. Поэтому любая гастроль большого зарубежного артиста вызывает в стране ажиотаж, и приезд Джонни Гринвуда, гитариста и сооснователя групп Radiohead и The Smile, а по совместительству неоднократно номинированного на Оскар композитора, — не исключение: билеты на концерт в клубе «Барби» в порту Яффо 26 мая закончились задолго до мероприятия, и нам повезло, что критик Лев Ганкин смог на него попасть.

В начале июня в Музее Израиля в Иерусалиме открылась серия выставок, которые составили афишу второй половины 2024 года. Среди них выставка «Томер Ганихар / Филип Джонсон. Прозрачные секреты» — единственная не из фондов музея, а из куда более свободных на коллаборации планов прошлых лет. Кураторы выставки — Роберт Сторр и Гилад Райх. Музейный историк Наталия Копелянская считает, что эта экспозиция поразительно актуальна именно сейчас, когда израильское общество подвешено между рисками внешней безопасности и внутренней поляризации, и многие задаются экзистенциальными вопросами — ведь в ней речь идет о явном и тайном, которые иногда есть две стороны одной медали.

«Мы сегодня в России запрещенная группа, — сказал Юрий Шевчук в середине тель-авивского концерта. — Но ничего: вы нас спасаете». Тысячи человек, заполнившие трибуны и танц-партер спортивного комплекса «Менора Мивтахим», отозвались одобрительным гулом и аплодисментами. Причины и контекст абсолютного триумфа ДДД в Израиле анализирует музыкальный критик Лев Ганкин.

Рассказываем, почему имя Рохл Корн сегодня занимает одно из главных мест в модернистской литературе на идише. Разбираем биографию поэтессы, которую «никто не вёл под хупу на брак с еврейской литературой», а заодно приводим ключевые для понимания её творчества стихотворения (в оригинале и в переводе) и даём возможность услышать, как её поэзия звучит на идиш (в исполнении Катерины Кузнецовой).

Выпустили продолжение разговора c израильским политологом, профессором Зеэвом Ханиным о взаимоотношениях Израиля и еврейской диаспоры. В этот раз обсудили, выполнена ли задача классического сионизма и должен ли Израиль превратиться из «государства евреев» в «государство израильтян».

Прошедший в Тель-Авиве театральный фестиваль Jaffa Fest был богат на политические манифесты. Спектакли Максима Диденко, Кирилла Серебреникова, Егора Баранова, стихи Жени Беркович, голос Вениамина Смехова говорили о войне и тоталитаризме. Одним из самых ярких событий фестиваля стал показ спектакля «Последнее слово» (режиссер Максим Диденко, драматургия Анны Наринской, музыка Владимира Раннева). За полтора года, прошедшие с премьеры в берлинском театре имени Максима Горького, женские голоса из-за решетки в зале суда стали звучать только горше и чаще. Услышать эти голоса мы попросили израильского издателя Евгения Когана.

На концерте в немецком Дюссельдорфе сэр Андраш Шифф, уникальный пианист, один из лучших интерпретаторов Бетховена, не ограничился исполнением фортепианных опусов, но дал волю словам. Он говорил о Вагнере и Мендельсоне, говорил страстно и много. Ирина Мак свидетельствует, что это было приглашение немецкой публики к солидарности с еврейским миром, который так старательно пытался заставить молчать Вагнер. И к которому принадлежит Андраш Шифф.

Одним из последних залпов, выданных в этом сезоне ансамблем «Бат-Шева», стал спектакль Гилеля Когана «Апроприация». Речь идет о той «культурной апроприации», о которую ломают перья и зубы западные интеллектуалы. Где цитата, а где заимствование? Где восхищение красотой экзотического, а где превращение чужеземного в китч? Театральный критик Дина Годер искала в «Апроприации» ответы на эти и другие вопросы. Отвечали на них все участники спектакля.

«Лево/ право/ лево» — так называется новая выставка Галереи тель-авивского Дома архитекторов. Хотя слов в названии три, в экспозиции представлено лишь два проекта: «Крепость Зеева» (Мецудат Зеев) и «Дом Бренера» (Бейт Бренер). Оба созданы для Тель-Авива в середине 1930-х. Первое — основная штаб-квартира сионистского движения Бейтар, другое — первое представительство Гистадрута (профсоюза) в городе. То есть здание для правых и здание для левых, что экспозиционно выражается в лапидарном разделении зала на две половины. Архитектурный критик Мария Фадеева пошла на выставку разбираться с этой триадой.

Вдруг вы упустили. На нашем YouTube-канале вышла подборка интервью из архива проекта J-Doc. О прошлом (получилось так, что и о настоящем) рассказывают Александра Архипова, Леонид Млечин, Геннадий Костырченко, Андрей Пионтковский, Фёдор Лясс и Владимир Порудоминский.

Присоединяйтесь!

Animix — Международный фестиваль анимации и комиксов — проводят в начале августа в Тель-Авиве с 2000 года. В дни фестиваля через площадь перед Синематекой расстилали торжественную ковровую дорожку и выставляли стенды со злободневными карикатурами, в самой Синематеке на первом этаже работал рынок комиксов и тематического мерча, от которого не отлипали дети. На всех этажах по стенам тоже были выставки, а в залах с утра до ночи шли мультфильмы, мастер-классы и лекции для детей и взрослых, профессионалов и любителей, и даже такие неожиданные штуки, как баттлы комиксистов. Все это было интересно, но оставалось ощущение, что о фестивале мало кто знает, что рекламы и какого-то внятного продвижения в городе нет и залы могли бы быть гораздо полнее, если учесть, что больше все это увидеть негде. Дина Годер рассказывает о том, что изменилось в устройстве фестиваля, и какие фильмы программ Animix запомнились ей больше всего.

Все любят загадки, особенно те, что так и не были разгаданы, они будоражат воображение и напоминают нам о пределах наших возможностей. Новая выставка в Музее Израиля Most Likely: Designers, Archaeologists, and Mysterious Objects («Вероятно, это…: дизайнеры, археологи и загадочные предметы») — совместный проект Музея Израиля и магистерской программы факультета промышленного дизайна Академии художеств «Бецалель» — посвящена именно этой идее. Это маршрут из десяти археологических загадок: предметы, о назначении которых археологи пока не имеют представления, а дизайнеры (на последнем этапе и посетители) пытаются расшифровать. Все стороны выдвигают свои гипотезы, фактов не много, и почти все истории ученых и ответы художников, как правило, начинаются с осторожных и притягательных слов «вероятно, это…», они же вынесены и в название. Историк и исследователь музеев Наталия Копелянская проверяла загадки на себе.

Если вы читаете нас из Тель-Авива, приглашаем вас в АНУ на лекцию нашего постоянного автора Льва Ганкина «Израильский рок в зеркале мирового: от Арика Айнштейна до Mercedes Band».

Оформившийся во второй половине 60-х и окрепший после Шестидневной войны, израильский рок в последующие полвека с лишним вёл увлекательную и непредсказуемую жизнь. Он то поглядывал за границу, то копался в себе и изыскивал внутренние ресурсы для развития; он черпал вдохновение одновременно на Западе — и на Востоке; он озвучивал надежды и разочарования целой страны, изобретательно переводил на иврит заимствованные музыкальные течения, ностальгировал по прошлому и с волнением вглядывался в будущее. В лекции музыкального критика Льва Ганкина — краткая история израильской рок-музыки на фоне западной и опыт интерпретации этого уникального феномена.