Мне очень понравилась идея того, что на «Арт-Тавриде» этого года все объекты искусства недостроены. Тут метафорически очень ладно и красиво, но по-своему воспроизводится концепция того, что любое произведение искусства становится цельным только вместе со зрителем. Как в квантовой физике, наблюдатель, меняющий движение потока частиц, так и тут - ты всегда творец вне зависимости от контекста (потому что важен исключительно тот контекст, в котором ты сам находишься).

Все современное искусство абстрактно в том смысле, что оно пронизано идеей гораздо больше, чем воображением формы и содержания. Иначе говоря, совриск концептуален тем, что фетишизирует исключительно концепт. А сотворение дискурса лежит исключительно на плечах зрителя. В том числе и потому, что сам объект без дискурса не имеет никакой ценности.

Интересно, что получится у ребят в итоге. Ведь в пространстве форума у них нет шанса не превратиться из наблюдающих в создателей, как в смысле физическом, так и метафорическом.

Помню, как проходила в своё время кастинг на «Танцы на ТНТ». Зрителям кажется, что участники в телевизоре оказываются чудесным образом. На то она и магия телевидения, конечно. На мою долю выпал тяжелейший преотбор в Москве из тысячи участников, я была пятисотой. В томлении целый день я ждала своей очереди, тахикардия истязала, сомнения съедали изнутри. А потом тебе дают 30 секунд, которые могут превратиться в 5 по велению измученного огромным количеством количеством участников бесцеремонного наставника. Мне тогда повезло, я танцевала и 30 секунд, и потом ещё минуту, и потом меня ещё долго расспрашивали обо всём - слишком уж необычной показалась я Кате Решетниковой.

На «Арт-Тавриде» сейчас проходит множество кастингов во все топовые тв-шоу, начиная от «Голоса» и заканчивая моими любимыми «Танцами на ТНТ». Тут участник может раскрыться полностью, пообщаться с наставниками, показать себя без спешки и нервяка. Ну, и, конечно же, самые крутые сразу попадут в телевизор. А это, как ни крути, федеральное вещание!

Надеюсь, все уже успели обзавестись свежевышедшим Пелевиным (на полках книжных магазинов он, начиная с сегодня). Иначе, что ещё нам с вами будет критиковать!

https://daily.afisha.ru/brain/12767-vse-chto-tebya-kasaetsya-stoit-li-chitat-novuyu-knigu-viktora-pelevina/

Редакция «Бахчисарайских Гвоздик» настойчиво рекомендует к ознакомлению роскошное эссе Виктора Ерофеева «Русский Апокалипсис. Минетчицы» !!

«Инквизиция использовала минет как средство для выявления ведьм. Тех женщин, кто делал минет искусно, инквизиторы оставляли при себе, предварительно сняв с них тяжкие обвинения, и не сжигали до тех пор, пока они им не надоедали. Великий японский поэт Мацуо Басе (1644–1694) призывал куртизанок не уронить «ни одной росинки», когда они делают ему минет. Гораздо раньше, в Индии, Камасутра свидетельствует о «жемчужной влаге» как результате «сосания плода манго».

https://public.wikireading.ru/56576

«The Last Supper 2.0», Наталья Гудович

А биеннале «Арт-Тавриды» приятно удивляет!

Запуталась в этом кукольдном треугольнике

Вся жизнь — это Бельгия, а ты в ней — Бодлер.

Идеальная дискотека по Сорокину на русском Бернинг Мэне.

Пожалуй, подумаю сегодня о своём фолк-аутфите на следующую «Арт-Тавриду». Хочется зажечь под киберпанк в кокошнике, например!

Главному ветерану пылающих фронтов неоправославия и психоделического пост-рока Петру Мамонову ещё, конечно, рановато уходить в трансцендентное ничто, поэтому болею за него всей душой!

https://lenta.ru/news/2019/08/24/mamonov/

«Бюрократ — это кормушечник, и неосталинизм — это его кормушечная идеология», - любил повторять самый легендарный советский разведчик Дмитрий Быстролетов.

Сведения, добытые им, по сей день составляют государственную тайну и носят первую степень секретности. Быстролётов являлся внебрачным сыном графа Александра Толстого. Кроме того, Дмитрий знал 22 иностранных языка, инкогнито окончил медицинский факультет Цюрихского университета, став доктором гинекологии, учился живописи в Академиях художеств Берлина и Парижа, написал 17-томник «Пир бессмертных», посвящённый профессиональной деятельности.

Особенно в работе сексоголику и денди Быстролетову помогал успех у противоположного пола. К примеру, ему удалось завербовать 29-летнюю секретаршу французского МИДа, которая имела доступ к переписке и шифрам сотрудников министерства, которыми она снабжала советских чекистов на протяжении 8 лет под псевдонимом «Ларош».

Пять стадий развития левого философа

Это я в районной Магнолии с подругой в 5 утра в субботу после Симачева выбираю яйца для пашота на завтрак.

На этом всё

​​«Друбич для меня как любимый браунинг для Дзержинского»

75-летний юбилей вчера отметил любимый отечественный режиссер редакции БГ Сергей Соловьев, наиболее откровенно продемонстрировавший в своих произведениях совокупность болезненных синдромов поздне- и постсоветского общества.

Безусловно, на руку сыграла детская дружба с Ким Чен Иром, обусловленная номенклатурной должностью отца Сергея, работавшего в Северной Корее. С возрастом круг общения Соловьева претерпел значительные метаморфозы. Нынче одним из ближайших друзей Сергея является Ричард Гир, который должен был сыграть Пушкина в его предсмертные годы, но проекту не было суждено осуществиться.

Полагаю, представить себе режиссера, более тонко осознавшего нарратив декадентского безвременья поздних восьмидесятых и начала девяностых, никак невозможно. Сергей Александрович виртуозно оформляет свои работы постмодернистскими методами кинематографа, снабжая их зачастую абсурдистским дискурсом, диалогами, разобранными на крылатые выражения, вводящим в катарсис звучанием русского рока и Таней Друбич - чуть ли не главным объектом-фетишем перестроечного искусства, которую Соловьев встретил аж в 13-летнем возрасте.

«Горько и страшно жить без родины. Но ещё горше и страшнее прожить жизнь с дураками. По их дурацким законам, без совести и правды. Только в совести и правде твоё будущее, и я хочу, чтобы оно у тебя было»,- говорит почти багровской интонацией герой Лобанов в абсурдистски прекрасной «Чёрной Розе - эмблеме печали, красной розе - эмблеме любви». И вот эту свою «внутреннюю родину», глухую, трагичную и в то же время невыносимо любимую, острее всего ощущаешь через фильмы Соловьева. И она, эта родина, словно чудесный Град Китеж, так и остаётся в безвременье, где-то между нежным возрастом и городом Золотым.