Как провести выходные с пользой?
Выехать субботним обедом из города навстречу приключениям!
Сегодня за полдня посетили:
1. Уникальный музей в Граклиани, где посмотрели раскопки под открытым небом древнего кавказского города. Прямо у трассы на Гори. Само помещение музея сейчас закрыто на ремонт, но раскопки над ним все доступны. Городские дома, печи для обжига глины, дом кожевенника и его захоронение. Но самое ценное - ритуальная печь эпохи зороастризма и два типа загадочного культового письма в надписях 3000-летней давности. Пока еще до конца не разгаданные! Сам город существовал длительный период от 2500 до нашей эры до средних веков и пережил нашествие отрядов Македонского. Его начали активно исследовать с 2019 года коллективы из десятков разных стран, в 2020 построили музей. Копать там еще в шесть раз больше вверх по склону, так что открытия будут!
2. Чуть не дошли до руин средневекового замка Схвило, но добрались до руин церкви Креста под нею. Подробнее позже. Доберемся на неделе до замка, ближе к вечеру, когда будет не так жарко и будут шикарные виды заката с неё.
3. Там же рядом, в Квемо Чала, залезли на башню и сходили в церковь поместья князей Амилахвари. Весьма примечательное местечко. Тут же захоронены представители это фамилии и сохранился особняк с колоннами, но внутри заброшенный. Попозже будут подробности.
4. Поели в Мцхете, в том самом знаменитом ресторане у дороги. Место явно перехвалили, сервис там советский, то есть никакого.
5. Забрались через горы в крепость Армази. Одну из них, но вовсе не античную. Это укрепление в средние века защищало местные дороги и хребты, а напротив него на горе виден крест, который стоит на месте древнего храма зороастризма. По описаниям именно там когда-то стоял "идол Армази". Всю дорогу наверх нас сопровождала монастырская тетри дзагли;)
В общем, занимательный выдался день. Завтра пойдем в ботанический сад - тестировать на чайной церемонии вкусовые качества чая от бабушки Чай из Самегрело, ролик о которой я репостил не так давно.
Насыщенные места и времена, хоть и не простые!
Выехать субботним обедом из города навстречу приключениям!
Сегодня за полдня посетили:
1. Уникальный музей в Граклиани, где посмотрели раскопки под открытым небом древнего кавказского города. Прямо у трассы на Гори. Само помещение музея сейчас закрыто на ремонт, но раскопки над ним все доступны. Городские дома, печи для обжига глины, дом кожевенника и его захоронение. Но самое ценное - ритуальная печь эпохи зороастризма и два типа загадочного культового письма в надписях 3000-летней давности. Пока еще до конца не разгаданные! Сам город существовал длительный период от 2500 до нашей эры до средних веков и пережил нашествие отрядов Македонского. Его начали активно исследовать с 2019 года коллективы из десятков разных стран, в 2020 построили музей. Копать там еще в шесть раз больше вверх по склону, так что открытия будут!
2. Чуть не дошли до руин средневекового замка Схвило, но добрались до руин церкви Креста под нею. Подробнее позже. Доберемся на неделе до замка, ближе к вечеру, когда будет не так жарко и будут шикарные виды заката с неё.
3. Там же рядом, в Квемо Чала, залезли на башню и сходили в церковь поместья князей Амилахвари. Весьма примечательное местечко. Тут же захоронены представители это фамилии и сохранился особняк с колоннами, но внутри заброшенный. Попозже будут подробности.
4. Поели в Мцхете, в том самом знаменитом ресторане у дороги. Место явно перехвалили, сервис там советский, то есть никакого.
5. Забрались через горы в крепость Армази. Одну из них, но вовсе не античную. Это укрепление в средние века защищало местные дороги и хребты, а напротив него на горе виден крест, который стоит на месте древнего храма зороастризма. По описаниям именно там когда-то стоял "идол Армази". Всю дорогу наверх нас сопровождала монастырская тетри дзагли;)
В общем, занимательный выдался день. Завтра пойдем в ботанический сад - тестировать на чайной церемонии вкусовые качества чая от бабушки Чай из Самегрело, ролик о которой я репостил не так давно.
Насыщенные места и времена, хоть и не простые!
👏2
Древние надписи из Граклиани вновь наводят на мысли. Технически они имеют схожие элементы с другими Кавказскими надписями, которые также пока еще находятся вне научной парадигмы, так как не укладываются в имеющиеся представления о развитии культур региона в эпоху бронзы.
Если отбросить разного рода этно-мифологии, народившиеся за последние 50 лет вокруг разных находок и допустить, что некоторые из них не фальсифицированы советскими учеными (а они таким занимались постоянно в идеологических целях), то можно заметить интересную тенденцию.
Все эти надписи археологами датируются промежутком примерно в 13-10 века до нашей эры (3300-3000 лет). Это бронзовый век в самом его переломном, драматическом и финальном отрезке, когда весь "известный мир" (Западная Азия, Кавказ, Юго-Восточная Европа) достиг своего "золотого века" и рухнул. Цивилизации угасали, государства трещали по швам, общества рушились и драматически менялись под действием анархии и массовых миграций. "Катастрофа бронзового века" неплохо изучена, о ней написано множество книг и снято немало роликов.
Кавказ тоже пережил такие потрясения - тогда в его западной части стремительно завершилась дольменная культура, а в центральной части произошли значительные миграции. И в этом смысле и надписи из Граклиани (фото 1 и 2), и надписи на Сухумской плите (фото 3), и рисунки с надписями с Майкопского камня (фото 4) и плиты из Лоо (фото 5 и 6), могут говорить о некоем едином культурном и интеллектуальном пространстве Западного, Северного и Южного Кавказа в последнем "золотом веке" эпохи бронзы накануне катастрофы.
Посмотрим, что скажут ученые. Надписям из Граклиани повезло больше, их хотя бы изучают. Они не лежат мертвым грузом в музеях и не описываются узким кругом местных ученых. Здесь работает громадный международный научный коллектив, который уже ввел надписи в мировую академическую среду, сделал их известными. Далее дело за малым. Останется только как то включить в эту повестку остальные находки, находящиеся сегодня в плену мифов и стереотипов, а не науки, к сожалению.
Если отбросить разного рода этно-мифологии, народившиеся за последние 50 лет вокруг разных находок и допустить, что некоторые из них не фальсифицированы советскими учеными (а они таким занимались постоянно в идеологических целях), то можно заметить интересную тенденцию.
Все эти надписи археологами датируются промежутком примерно в 13-10 века до нашей эры (3300-3000 лет). Это бронзовый век в самом его переломном, драматическом и финальном отрезке, когда весь "известный мир" (Западная Азия, Кавказ, Юго-Восточная Европа) достиг своего "золотого века" и рухнул. Цивилизации угасали, государства трещали по швам, общества рушились и драматически менялись под действием анархии и массовых миграций. "Катастрофа бронзового века" неплохо изучена, о ней написано множество книг и снято немало роликов.
Кавказ тоже пережил такие потрясения - тогда в его западной части стремительно завершилась дольменная культура, а в центральной части произошли значительные миграции. И в этом смысле и надписи из Граклиани (фото 1 и 2), и надписи на Сухумской плите (фото 3), и рисунки с надписями с Майкопского камня (фото 4) и плиты из Лоо (фото 5 и 6), могут говорить о некоем едином культурном и интеллектуальном пространстве Западного, Северного и Южного Кавказа в последнем "золотом веке" эпохи бронзы накануне катастрофы.
Посмотрим, что скажут ученые. Надписям из Граклиани повезло больше, их хотя бы изучают. Они не лежат мертвым грузом в музеях и не описываются узким кругом местных ученых. Здесь работает громадный международный научный коллектив, который уже ввел надписи в мировую академическую среду, сделал их известными. Далее дело за малым. Останется только как то включить в эту повестку остальные находки, находящиеся сегодня в плену мифов и стереотипов, а не науки, к сожалению.
👍2
Будни Сочи образца весны рокового 1864 года...
Источник: Фонд 416 опись 3 дело №1195 Национального исторического архива Республики Грузия – «Отношение главнокомандующего Кавказской армией военному министру о занятии бывшего Головинского укрепления»:
"Отношение генерал фельцейхмейстера Михаила (Великий князь Михаил Николаевич Романов) к Военному министру от 4.04.1864 г.
Последнее отношение мое к вашему превосходительству о положении дел в Кубанской области было уже готово к отправлению, когда я получил телеграфическое донесение из отряда Генерал-майора Геймана о разбитии им Убыхского скопища, о занятии бывшего укрепления Головинского и о намерении его, пользуясь нравственным впечатлением, произведенным на Убыхов нашими успехами, идти безотлагательно на реку Сочу. При этом генерал-майор Гейман доносил, что старшины Убыхские явились к нему в лагерь с изъявлением полной покорности. Желая удостовериться в настоящем положении дел, принявших столь неожиданно-быстрый ход, а с другой стороны, опасаясь, чтобы начальник отряда увлекшись своими успехами, не подверг вверенных ему войск какой-либо опасности, я счел необходимым лично отправиться на место действий.
Взяв в Поти на пароход две роты стрелков, я 31 марта прибыл в Сухум, где представился ко мне владетель Абхазии, а 1 апреля бросил якорь против бывшего укрепления Навагинского (устье р. Сочи), уже занятого отрядом генерала Геймана. Высадившись 2-го числа на берег, я нашел в этом отряде (состоящем из 13-ти батальонов, дивизиона горной батареи, эскадрона драгун и сотни казаков), Командующего войсками Кубанской области; тут же ожидали меня старшины тех Шапсугов, которые жили между Псекупсом и Шахе, старшины Убыхов, Джигетов и Ахчипсоу. Все они были приняты мною по очереди и все от лица всего народа изъявили безусловную покорность, с единственною просьбою дать им некоторое время для приготовления к переселению и пособие для переезда в Турцию, которая им ближе известна, нежели те земли, какие мы предназначаем им на Кубани.
Я объявил им положительно, что земли их назначаются для поселений русских, что даю им месячный срок для того, чтобы они выбрались из аулов своих к морскому берегу, что беднейшим из них прикажу оказать пособие для морского переезда, и что затем, если через месяц кто-либо из них не исполнит моего приказания и останется в горах, то прикажу войскам действовать силою оружия и в таком случае с ослушниками будет поступлено как с военнопленными. Все они приняли мое решение с видом полной покорности и даже с благодарностию.
В искренности слов Шапсугов и Убыхов я почти не сомневаюсь, потому что влиятельнейшие из их фамилий частию уже переселились, частию оставили горы и спустившись к морю со своими подвластными ожидают только удобного случая и средств к отъезду. Таким образом упорство последних и самых ожесточенных племен, преодолено настойчивостью и беспримерными трудами Кавказских войск. Хотя до тех пор, пока войска наши не пройдут по всем горным ущельями и не вытеснят последних обитателей их, я не считаю себя вправе сказать, что война Кавказская совершенно окончена, но могу однако-же надеяться, что упорнаго сопротивления мы уже нигде не встретим и что оставшиеся в горных трущобах племена, по самой малочисленности своей не могут считаться сколько-нибудь для нас опасными, какой бы оборот не приняли наши внешние дела.
Для того, чтобы уничтожить и эти слабые остатки враждебных нам горцев, я приказал войскам не останавливать исполнения тех движений, которые изложены были в сообщенном уже Вашему Превосходительству предположении с тою лишь разницею, что войска Гренадерской дивизии, вместо высадки (вставлено) к Убыхскому берегу, высадятся близ устья р. Мзымты и начнут разработку дороги навстречу той колонне, которая спустится в вершину этой реки через перевал от малой Лабы; отряд же Убыхский (Генерал-Майора Геймана) не устраивая уже кордона по реке Шахе, будет разрабатывать дорогу от устья Псахе в верховья р. Шахе и на перевал р. Белой.
Источник: Фонд 416 опись 3 дело №1195 Национального исторического архива Республики Грузия – «Отношение главнокомандующего Кавказской армией военному министру о занятии бывшего Головинского укрепления»:
"Отношение генерал фельцейхмейстера Михаила (Великий князь Михаил Николаевич Романов) к Военному министру от 4.04.1864 г.
Последнее отношение мое к вашему превосходительству о положении дел в Кубанской области было уже готово к отправлению, когда я получил телеграфическое донесение из отряда Генерал-майора Геймана о разбитии им Убыхского скопища, о занятии бывшего укрепления Головинского и о намерении его, пользуясь нравственным впечатлением, произведенным на Убыхов нашими успехами, идти безотлагательно на реку Сочу. При этом генерал-майор Гейман доносил, что старшины Убыхские явились к нему в лагерь с изъявлением полной покорности. Желая удостовериться в настоящем положении дел, принявших столь неожиданно-быстрый ход, а с другой стороны, опасаясь, чтобы начальник отряда увлекшись своими успехами, не подверг вверенных ему войск какой-либо опасности, я счел необходимым лично отправиться на место действий.
Взяв в Поти на пароход две роты стрелков, я 31 марта прибыл в Сухум, где представился ко мне владетель Абхазии, а 1 апреля бросил якорь против бывшего укрепления Навагинского (устье р. Сочи), уже занятого отрядом генерала Геймана. Высадившись 2-го числа на берег, я нашел в этом отряде (состоящем из 13-ти батальонов, дивизиона горной батареи, эскадрона драгун и сотни казаков), Командующего войсками Кубанской области; тут же ожидали меня старшины тех Шапсугов, которые жили между Псекупсом и Шахе, старшины Убыхов, Джигетов и Ахчипсоу. Все они были приняты мною по очереди и все от лица всего народа изъявили безусловную покорность, с единственною просьбою дать им некоторое время для приготовления к переселению и пособие для переезда в Турцию, которая им ближе известна, нежели те земли, какие мы предназначаем им на Кубани.
Я объявил им положительно, что земли их назначаются для поселений русских, что даю им месячный срок для того, чтобы они выбрались из аулов своих к морскому берегу, что беднейшим из них прикажу оказать пособие для морского переезда, и что затем, если через месяц кто-либо из них не исполнит моего приказания и останется в горах, то прикажу войскам действовать силою оружия и в таком случае с ослушниками будет поступлено как с военнопленными. Все они приняли мое решение с видом полной покорности и даже с благодарностию.
В искренности слов Шапсугов и Убыхов я почти не сомневаюсь, потому что влиятельнейшие из их фамилий частию уже переселились, частию оставили горы и спустившись к морю со своими подвластными ожидают только удобного случая и средств к отъезду. Таким образом упорство последних и самых ожесточенных племен, преодолено настойчивостью и беспримерными трудами Кавказских войск. Хотя до тех пор, пока войска наши не пройдут по всем горным ущельями и не вытеснят последних обитателей их, я не считаю себя вправе сказать, что война Кавказская совершенно окончена, но могу однако-же надеяться, что упорнаго сопротивления мы уже нигде не встретим и что оставшиеся в горных трущобах племена, по самой малочисленности своей не могут считаться сколько-нибудь для нас опасными, какой бы оборот не приняли наши внешние дела.
Для того, чтобы уничтожить и эти слабые остатки враждебных нам горцев, я приказал войскам не останавливать исполнения тех движений, которые изложены были в сообщенном уже Вашему Превосходительству предположении с тою лишь разницею, что войска Гренадерской дивизии, вместо высадки (вставлено) к Убыхскому берегу, высадятся близ устья р. Мзымты и начнут разработку дороги навстречу той колонне, которая спустится в вершину этой реки через перевал от малой Лабы; отряд же Убыхский (Генерал-Майора Геймана) не устраивая уже кордона по реке Шахе, будет разрабатывать дорогу от устья Псахе в верховья р. Шахе и на перевал р. Белой.
😢4
Теперь я на месте и лично убедился, что самым действительным и необходимым средством к окончанию войны должно стать предоставление горцам возможно легкаго средства к переезду через море в Турцию. В течение марта из Туапсе отправилось до 30 тысяч душ, теперь в Анапе, Новороссийске, Джубге и Туапсе до 50 тысяч ожидают на берегу своей очереди и по крайней мере столько же должно будет отправиться от берегов Убыхских и Джигетских. Не только отказ в перевозочных средствах, но даже промедление в доставке их, доведет скопившееся в этих пунктах население до крайности и может быть вынудит его снова разбежаться по лесам. Чтобы избежать этой крайности, для нас весьма невыгодной, а равно и для того, чтобы освободить войска, которые теперь в весьма значительном числе расположены вдоль берега с исключительною целью наблюдать за горскими таборами, я приказал для перевозки горцев зафрахтовать пять частных пароходов и отправил в Константинополь к поверенному в делах наших состоящаго по особым при мне поручениям Штабс-Капитана Фон Шака для того, чтобы просить (зачеркнуто Действующего Статского Советника) Новикова отклонить те затруднения, какие могли бы встретиться в этом деле со стороны Турецкаго Правительства.
Бывшее Навагинское укрепление я нашел уже совершенно исправленным и вооруженным полевой артиллерией. Войска составляющие отряд Генерала Геймана не смотря на все лишения, испытанные ими в горах в течение бывшей необычайно суровой зимы и необыкновенные труды, которые перенесли они в продолжении безостановочных действий своих при движении от Туапсе к Сочи, когда они несколько раз поднимались к главному хребту и снова спускались к морю, переходя ежедневно в брод десятки разлившихся горных потоков, сохранили вид совершенно бодрый.
Ненастная погода помешала мне сделать рекогносцировку окружающей укрепление местности в таком размере, как я предполагал, но сколько можно было судить при обозрении с высот, ближайших к бывшему укреплению, край этот вовсе не имеет того сурового характера, в котором представляется с моря и вполне способен к принятию населения земледельческого, а особенно к садоводству.
Далее неразборчиво, зачеркнуто."
П.С. Обратите внимание, какой неожиданностью оказался прорыв войск в Убыхские земли и как князь подчеркивает лишения от суровой зимы и разлившихся рек, перенесенные войсками. О том, как суровая зима и разлившиеся реки отразились на панически и массово бежавшем к морю населении, князь стыдливо умолчал. Впрочем, некоторые подробности нам оставил поляк Александр Фонвилль в книге "Последний год войны Черкессии за независимость". Слабонервным лучше не читать.
Бывшее Навагинское укрепление я нашел уже совершенно исправленным и вооруженным полевой артиллерией. Войска составляющие отряд Генерала Геймана не смотря на все лишения, испытанные ими в горах в течение бывшей необычайно суровой зимы и необыкновенные труды, которые перенесли они в продолжении безостановочных действий своих при движении от Туапсе к Сочи, когда они несколько раз поднимались к главному хребту и снова спускались к морю, переходя ежедневно в брод десятки разлившихся горных потоков, сохранили вид совершенно бодрый.
Ненастная погода помешала мне сделать рекогносцировку окружающей укрепление местности в таком размере, как я предполагал, но сколько можно было судить при обозрении с высот, ближайших к бывшему укреплению, край этот вовсе не имеет того сурового характера, в котором представляется с моря и вполне способен к принятию населения земледельческого, а особенно к садоводству.
Далее неразборчиво, зачеркнуто."
П.С. Обратите внимание, какой неожиданностью оказался прорыв войск в Убыхские земли и как князь подчеркивает лишения от суровой зимы и разлившихся рек, перенесенные войсками. О том, как суровая зима и разлившиеся реки отразились на панически и массово бежавшем к морю населении, князь стыдливо умолчал. Впрочем, некоторые подробности нам оставил поляк Александр Фонвилль в книге "Последний год войны Черкессии за независимость". Слабонервным лучше не читать.
😢5👏1