Сегодня вышел самый сложноустроенный и странный выпуск подкаста. Называется «У этой щуки ни крови, ни боли: почему мы верим в целительную силу музыки?». Формально он посвящен удивительной традиции лечебных песен — черкесским песням для вытаскивания пули из раны, грузинским колыбельным, отгоняющим корь от больного ребенка, песням перуанских шаманов, спетым на сновидческом языке духов Амазонки и так далее.

Но при этом у него такая сложная структура и так много людей помогло мне его сделать, что я решил написать про это отдельный пост. Возможно, для меня эта история началась с книжки Петера Хамеля «Через музыку к себе» — немецкого манифеста новой музыки и коллективной импровизации, который вышел в середине 1970-х и был издан на русском лет 30 спустя с предисловием Дмитрия Ухова (я ее упоминаю в выпуске). Или с издания на русском трактатов о музыке Боэция и Августина (спасибо Олесе Двоскиной) — в выпуске так получается, что Боэций и Пифагор рифмуются с беседой рэппера Птахи и полковника МВД на круглом столе в Госдуме.

Этого выпуска не было бы без книг Светланы Адоньевой — я бы сказал, что многих, но непосредственное отношение к теме имеет только что вышедший под ее редакцией двухтомник «Магические практики севернорусских деревень» и выходящий сборник «Ритуалы бедствия». В выпуске как раз звучит один из заговоров из архивов Pragmema — он в заголовок и вынесен (поразительно, кстати, что запись современная, сравнительно недавно записана, а некоторые из формул этого заговора на остановку крови еще Чехов цитировал).

Но по-настоящему все начало складываться, когда я увидел пост Александра Маноцкова о тренинге, на котором учат традиционному русскому плачу, с участием Марина Крюкова и ансамбля «Репей», которых я давно люблю. В общем, я отправился на этот тренинг, и в результате половина выпуска посвящена этому опыту, разговору с музыковедом Мариной Альтшулер, которая защитила диссертацию по русским плачам, и записям из ее архива. Запись отпевания студента-фольклориста — это просто фантастика.

То есть вот эта траектория — от Терри Райли через Боэция, древнекитайские трактаты и рэппера Птаху к колоколам, Бобу Марли и русским деревенским плачам — это, что называется, my idea of fun.

Отдельное спасибо Ярославу Тимофееву за консультацию на тему того, как русские звонари относятся к вере в целительность колокольного звона (и статье "Лечит ли колокольный звон от коронавируса" в журнале "Фома"), Илье Колмановскому — за обсуждение гарвардского исследования повторяющихся паттернов в песнях народов мира, Тамрико Квачадзе — за рассказ про странный мир «батонеби», Юле Гавриловой — за помощь и поддержку, Семену Парижскому — за консультацию по еврейской лечебной традиции, а Булату Халилову — за знакомство с музыкой Заура Нагоева (и вообще за все, что делает Ored Recordings). Кстати, у Заура сейчас концерт в Москве в рамках MMW, не пропустите.

https://music.yandex.ru/album/11521681

http://plach.tilda.ws — а так выглядел лендинг тренинга, если кто вдруг заинтересуется

Удивительно, как эти разговоры отзываются примерно по всему спектру профессий. Не первый раз сталкиваюсь: для архитекторов — это книжка про архитекторов, для сценаристов – про сценаристов, а для богословов — про состояние современного богословия.

К слову, читаю "Фермату" Мунипова, состоящую из интервью композиторов разных лет, и это занимательное с точки зрения сравнения профессий чтение: казалось бы, речь идёт об образовании композиторов в Украине, но так ли сильно оно отличается от морально устаревшей архитектурной вышки в России? Хотелось бы сказать, что эта неактуальность образования существует только в государственных архитектурных вузах, но нет, в более модных местах ситуация такая же.

"- Как зарабатывают украинские композиторы? Есть ли у вас возможность писать музыку для кино или театра, хватает ли этих заказов?

- Проблема в том, что как раз написанию прикладной музыки нас не учат. Нет отделения киномузыки, музыки для игр и приложений, для театра, для ТВ. Получается забавная вещь: государство дает бюджет на образование в дисциплине, которая практически не нужна, так как нет соответствующих фондов-заказов. В результате ситуация такова: одни идут в преподаватели (и/или концертмейстеры), другие сотрудничают с театрами, центрами современного искусства, иностранными фондами (я как раз в этих рядах), третьи уходят полностью в коммерцию (ТВ, игры, поп-музыка). С моей точки зрения, это серьезная проблема образовательной системы. Будь моя воля, я бы разделил эти специальности кардинально, по-разному бы учил им, может, даже в разных вузах. Что, насколько я знаю, практикуется на Западе, в частности в США".

Вообще, я бы посоветовала архитекторам обратить внимание на эту книгу. Темы, которые затрагивают в интервью композиторы - от учёбы до рефлексии о ненужности собственной профессии, - прекрасно согласуются с проблемами, с которыми сталкиваются архитекторы. Ну и тексты по-настоящему увлечённых своим делом людей всегда интересно читать

Заглянул после долгого перерыва, чем занимается один новосибирский мастер музыкальных инструментов — начинал с калимб и колесных лир из корпуса дешевой гитары, потом научился делать гусли и сурмандал, а сейчас пишет: "3 месяца назад узнал о существовании спинетов, решил сделать". И сделал!

Вчерашний концерт Мартынова и Moa Pillar в Третьяковке

https://youtu.be/OyYgUQS7R10

Сегодня в субботе в одном немецком городе большой праздник

ирландка Эйн О'Дуайер в этом десятилетии успела пройтись своим взором экспериментатора по плеяде жанров от полевого эмбиента до фолка а капелла, но свой опус магнум она словно бы случайно сделала в самом начале, еще в 2012 году. с детства освоив арфу и несколько других инструментов, отучившись в колледже искусств, Эйн вдруг осознала, что больше всего ее тянет к огромным церковным органам.

однажды она смогла договориться с лондонским храмом об "аренде" органа на пару месяцев; по сути это означало, что ей разрешили пробираться к нему для крохотных сессий только в свободное время. в итоге Эйн записывала свою музыку, пока по церкви бродили туристы, у дверей играли ожидающие дети, а внутри шумели пылесосы уборщиков. последним девушка и посвятила свою работу, дав ей имя music for church cleaners.

https://www.youtube.com/watch?v=NooCL1bVw-U

О'Дуайер и на органе играет по сути как на арфе: используя далеко не все его возможности, хаотично переключаясь между тембром и мелодией, перебирая клавиши крайне неспешно, иногда превращая звук в многослойный дрон. но именно уборщики и прочая братия посыпают эту музыку специей случайности: вползая в запись нечасто, но самым неожиданным образом, переговариваясь в перерывах и шаркая посреди треков. в какой-то момент одна из бурчащих прихожанок даже обратится к органистке: "милочка, а ты не могла бы почаще менять ноты?"

пылесос же выступает ключевым героем одной из лучших композиций здесь, feast of fools, и его звук так интересно вписывается, что если закрыть глаза, то совсем несложно навесить эту музыку на какую-нибудь изометрическую rpg или настольный модуль. "а что это так гудит?" — "магия, друг, магия".

Ужасно мило все это конечно. Трансляция со "смены аккорда" в самом длинном кейджевском произведении. На 3:30 примерно начинается.

https://www.youtube.com/watch?v=lW3FP_atp1w&ab_channel=JohnCageASLSP

На память (и для всех любителей нейронаук): научная работа о том, как инсульт повлиял на стиль сочинений Шнитке

Sudden Changes in the Musical Brain Indicated by Left Hemispheric Strokes: How Left Brain
Damage Changed Alfred Schnittke's Compositional Style

https://static1.squarespace.com/static/591b1b5be4fcb5e7bff44226/t/59ee18eaec4eb75eb1231a62/1508776172008/Schnittke+Paper+New.pdf

Очень интересно, конечно.

« Because a stroke is a physical trauma- a serious health condition,
its effects are assumed to be debilitating. However, Schnittke’s case raises the question of whether a
stroke can possibly lead to insight and provide access to new functions of the brain. Stroke survivors
like neuroscientist Jill Bolte Taylor, have reported positive aftereffects of strokes, such as the overall
stabilization of the mood, or an increase of creative output. Schnittke’s left hemispheric stroke didn’t
only leave him more productive than before, it also led him to change his compositional style
completely. Before 1985 Schnittke’s music was known to be particularly complex: his early
symphonies featured big orchestras, melodic and rhythmic patterns, and the individuality of each
instrument. After his stroke, these indicative compositional factors dissolved and left room for a
newborn Schnittke. In his symphonies no. 2 and 8, his inner and outer transformation are clearly
noticeable.»

Чехи шутят

https://youtu.be/mVUpKIFHqZk

Вот это находка. Шесть с половиной часов!
https://youtu.be/RXEdQDpCQcQ

Ну, и отдельно — запись самого Гурджиева
https://youtu.be/UYbB_l2XbXA

Какая прекрасная идея. In Columbia, SC.

Как говорится, не фотошоп. (Это Элен Гримо, французская пианистка).

За определение "Post-modern, (neo-classical) Ukrainian composer and pianist" DG тоже ответит в свой срок.

Но слушать-то все равно будем!
https://dg.lnk.to/Silvestrov

К новостям дня. Многие знают, что Мария Колесникова — действительно очень хорошая флейтистка. А вот тут она читает на минском TED лекцию про симфонический оркестр как метафору общества. 8 стоящих минут.

https://youtu.be/HYhnqREKNcA

Ну кстати, почитайте

Дорогой сердцу выпуск: нежнейшим образом обсуждаем с Олегом Нестеровым, как изоляция научила его слушать. И по этому поводу слушаем отрывки нового, еще не вышедшего альбома «Мегаполиса» «Ноябрь» (фантастического!). Перуанские джунгли и деревянный дом, Хендрикс и Оливейрос, Норвилишский замок и завод «Серп и молот», deep listening и серебряные бубенцы.

Featuring камео Брайана Ино, признающегося в любви к Чебоксарам, а также Лори Андерсон, Джона Кейджа, Стивена Макберни и Бьорк, и отрывок из «Я сижу в комнате» Элвина Люсье (которому этот выпуск, по сути, и посвящен). Плюс смертельный номер — я пою в коптской цистерне.

Также уместно будет напомнить, что только что на русском вышла прекрасная книга эссе Элвина Люсье (в издательстве Игоря Булатовского).

«Ноябрь» выходит 27 сентября, а послушать живьем его можно будет 1-3 октября на концерте / спектакле в Электротеатре — с интерлюдиями Дмитрия Курляндского и в постановке Бориса Павловича и Ксении Перетрухиной (!!!).

https://music.yandex.ru/album/11521681/track/71021244