Никто:

Президент Байден: высокоскоростной доступ в интернет является очень важной частью инфраструктуры общества

Джереми Корбин: ни слова больше!

На месте Иеремии Корбиневича мы бы нон-стоп шитпостили теми бЕзУмНыМи оПАсНыМи КомМуНиСтИчЕсКиМи лЕйБоРиСтСкИмИ иДеЯмИ, которые уже работают в Штатах, Европе или попросту были сворованы правительством тори, если уж нынешняя оппозиция неспособна обратить на это внимание.

Хотел написать в комментарии, но напишу здесь. Уважаемые друзья, полная национализация высокоскоростного интернета, вплоть до сервиса (как лейбы в манифесте-2019 предлагали) – абсолютно убогая идея. Как минимум из-за того, что в руках государства окажутся и ваши данные. Как максимум – не частники станут полными монополистами, а государство. Это прямой путь в Китай.

При этом, безусловно, на сегодня проблема с доступом к скоростному интернету, особенно в деревнях, стоит остро (исследование причём от Ofcom), и тори едва ли хотят что-то менять. Тэтчер так вообще практически зарыла индустрию, не дав ей даже начаться. Сейчас рынком интернет-провайдеров заправляют крупные игроки-монополисты – BT + EE, Sky, Virgin Media и TalkTalk, на чью долю приходится большая рынка, и они не спешат проводить интернет в малодоступные места. Я лично пользуюсь Hyperoptic, который за 40 фунтов в месяц (по скидке) даёт гигабитный интернет. Для сравнения, за эту же цену Virgin предлагает скорость в три раза меньше, Vodafone в пять, ЕЕ вообще позор.

Какая альтернатива?
– вкладывание в инфраструктуру;
– национализация максимум инфраструктуры, но при этом провайдеры будут частными;
– создание среды для появления малых провайдеров и в идеале как кооперативов, чтобы была здоровая конкуренция и провайдеры бы ответственно подходили к предоставлению доступа.

Вот здесь уже будут толчки в правильном направлении. И Байден как раз предлагает подобное. А Макдоннелл, при всём уважении к нему, толком не объяснил и лишь этим подпортил шансы лейбов в 2019-м.

(ответ к этому посту от моих друзей из ППТМ)

8 апреля исполнилось 8 лет со дня смерти Маргарет Тэтчер, которая, как известно, была сукой.

Её сторонники часто говорят, что да, она поломала множество судеб, разрушила множество местных укладов, разнесла принципы послевоенной Британии, но это ведь было необходимо, это была горькая пилюля, это было необходимое лечение, ведь так?

Но нет. Она не спасла Британию от краха. Она оставила британскую экономику в состоянии хуже, чем та была до неё, и оставила Британию разделённой и неравной, с тлеющим социальным конфликтом внутри.

Всё произошедшее было бесполезным, ненужным и сугубо вредным мероприятием.

28 ноября 1990 года она в последний раз проводила пресс-конференцию на ДС10. Выступая перед толпой журналистов, она с гордостью сказала, что "оставляет Британию в гораздо лучшем состоянии, чем до неё."

Действительно, сложно отрицать, что в тот момент, когда Тэтчер свергла Кэллахана и пришла к власти, у Великобритании имелось достаточно проблем. Среднегодовая инфляция составила 10% в 1979 году, страна была вынуждена одалживаться у МВФ и профсоюзы порой имели больший контроль над экономикой, нежели правительство. Наверное, что-то нужно было предпринять. Но решения, принятые Маргарет и её правительством, имели катастрофические последствия для населения и экономики Юкеши, которые не исцелены и через 30 лет.

Первое — при Тэтчер замедлился экономический рост. В 1980 году он составил всего 2.1%, после роста в 3.7% в 1979 году и в 4.2% в 1978-м, затем он вообще стал отрицательным и еле выкарабкался к 1985 году. После, при каждом новом правительстве темпы экономического роста выходили ещё меньшими, чем при предыдущем. Средние доходы в пересчёте на одно домохозяйство обвалились. Более всего доходы рухнули у низов среднего класса и представителей наиболее необеспеченных страт общества — у тех, у кого было меньше всего, отнялось больше всех.

Объём кредитов на руках у населения за период правления Маргарет вырос с 37% до 70% — т.к. народонаселение всё больше полагалось не на заработную плату, а на банковский кредит — и эти же привычки и этот же объём закредитованности очень больно ударил по британцам во время банковского кризиса 2008 года, когда кредиты пришлось досрочно и неожиданно погашать.

В апреле 1984 года безработица в стране дошла до показателя в 9.5% — если у вас в классе было 29 одноклассников, то трое из вашего класса, скорее всего, не имели бы работы в Англии 1984 года — и без всякого Оруэлла и ангсоца.

Тэтчер также выкорчевала и основу индустриальной мощи страны. Предыдущие стабильные отрасли, такие как добыча угля, металлов, станкостроение, литейное производство, научные и конструкторские заделы — всё это испарилось. Объём экспорта из страны упал на 15%, Британия не могла предложить миру goods в привычном понимании этого слова.

По некоторым регионам страны это вдарило куда больней, чем по другим. Уже к концу второго года руководства Тэтчер уровень безработицы в Шотландии достиг 20%. Шесть ваших одноклассников из стандартного шотландского класса торчали бы без работы.

От программ по переобучению и переквалификации отказались — равно как и от инвестиций в разорённые земли. Всё самое интересное теперь происходило в столице и околостоличном регионе, который единственный показывал рост — в отличие от национальных окраин, Севера и Мидлендс.

Не будет преувеличением сказать, что по пострадавшим регионам как Мамай прошёл. Показатели продолжительности жизни, удовлетворённости жизнью, обеспеченности медициной и бытовыми благами, даже средний уровень успеваемости в школах — всё рухнуло в нечто, отдалённо напоминавшее 90-е в России. Снижение уровня жизни и показательное нежелание власти заниматься тонущими регионами оставили на британском обществе такие отпечатки, которые легко заметить и сейчас.

Вдобавок, Тэтчер уничтожила хрупкий баланс между самыми бедными и самыми богатыми. В 1979 году в Британии было выстроено достаточно эгалитарное общество — 10% самых богатых британцев аккумулировали всего 21% общенационального дохода, остальные 90% получали 79% денег. В 1991 году верхний дециль получал уже 35% национального дохода.

Сама Маргарет не отрицала расслоения — она пыталась замаскировать его фразами типа "...социалисты хотят, чтобы все были одинаково бедными, они будут против того, чтобы бедняк разбогател в три раза, если хоть кто-то при этом разбогатеет в тридцать раз". Это, наверное, было бы весьма неплохо, если бы дела при Тэтчер и в самом деле шли так, но в реальности доход незащищённых слоёв общества снижался, пока сливки общества, да, стремительно богатели.

Это ведь не только моральный вопрос: средства, аккумулирующиеся в руках уже богатых людей с наибольшей вероятностью не будут потрачены, а будут сохранены как сбережения — значит и экономический рост будет меньше, и влияние этих "мёртвых" денег на экономику будет меньше, чем при более равномерном их распределении.

Тэтчер развязала настоящую войну против профсоюзов — и задушила их пучком законов, которые принимались так же, как сейчас принимает законы российская Госдума. Почти полный запрет права на забастовку, запрет агитации при забастовке, запрет на нахождение на рабочих местах при забастовке (что означало лёгкий доступ штрейкбрехеров), полный запрет на забастовки солидарности и т.д. и т.п. Разумеется, в итоге бизнес избавился от определённой части своих обязательств перед сотрудниками и гарантированные трудовые и социальные права наёмного персонала были существенно порезаны.

Была уничтожена та роль посредника и демпфера, которую профсоюзы играли в экономике, вставая между работодателем и работником. В 1979 году 82% британцев трудоспособного возраста были членами профсоюзов и были защищены коллективным договором. В 1990 году их число упало до 35% и до 26% в настоящее время. Это не было "урезанием" всесилия профсоюзов — Маргарет протаранила товарным поездом сложившиеся трудовые отношения, и это напрямую сказывается на уровне неравенства в обществе, которое мы имеем сейчас — не только в Великобритании, но и везде в мире.

Тэтчер знаменита ещё и тем, что она запустила гигантскую волну приватизации и обращения общественного и государственного имущества в частные руки. Прежние государственные службы не должны были больше стараться предоставить услуги населению — они должны были обязательно окупаться, быть коммерчески выгодными, даже в ущерб этим самым услугам.

Питьевая вода. Техническая вода. Электричество в розетках. Газ в трубах. Телефонная связь и телевидение. Всё это было распродано частным владельцам. Маргарет заложила основу для последующей распродажи государственной почты, государственной сети железных дорог и для ползучей приватизации бесплатной государственной медицины, которая продолжается и до сих пор.

Затем Маргарет Тэтчер выпустила демона приватизации квартир и домов. Хотя эта схема принесла правительству краткосрочную выгоду и позволила людям получить средства, приватизировав и продав своё жильё, она стала одноразовым источником денег для бюджета — и привела к уничтожению государственного рынка жилья, в том числе и социального. Государство больше не должно было строить жильё для населения, всё это отдавалось на усмотрение частным инвесторам.

По сравнению с 1980 годом, цены на жильё в Великобритании к 1990 году выросли в 10 (десять) раз — вероятно, по пальцам можно пересчитать те категории населения, доходы которых выросли пропорционально — так что и доступность жилья не стала оправданием для Маргарет. В настоящее время 40% молодых специалистов не могут накопить даже первоначального взноса для покупки своего дома в Юкеше.

Четыре из каждых десяти приватизированных домов или квартир в стране принадлежат теперь лендлордам — людям, которые профессионально сдают жильё, а не живут в нём сами.

Что всё это значит? Тэтчер создала хрупкую, неравновесную экономику, которая порождала и порождает конфликты в обществе. Целые области были разрушены, как после войны, профессии вымирали, трудовая сила прогорала без всякого переиспользования или переобучения, государство публично отказалось от решения проблем вверенного ему населения, зарплаты упали, экономический рост снизился, с жильём стало хуже, чем было раньше. И все проблемы были сброшены в будущее — с ними предстояло разбираться тем поколениям, которые придут после Тэтчер.

И вместо инвестиций в британскую экономику, вместо помощи населению, вместо решения проблем и создания задела на будущее, Тэтчер просто использовала все полученные и сэкономленные средства... для резкого снижения налогов с тех, кто и так жил неплохо. Идиотская теория "просачивания богатства сверху вниз" завладела умами — мол, богатые люди создают экономический рост, вкладываются в бизнес и платят жирные зарплаты своим работникам, горничным и шофёрам, которые потом тратят всё это и стимулируют экономику.

Теория просачивания оказалась, мягко говоря, ерундой. Доходы элиты по большей части или складывались на банковские счета, или инвестировались в оффшоры, а вовсе не просачивались "вниз", в экономику.

А ещё Маргарет жутко везло. Нефтяной бум принёс Британии 270 миллиардов фунтов в тогдашних деньгах как с куста — деньги натурально дал шотландский подводный Аллах. Это примерно равняется суммарным затратам на всё британское здравоохранение за десять тэтчеровских лет.

В какой-нибудь сталинистской Норвегии на эти средства бы создали "фонд национального благосостояния". Вместо этого средства вкладывались в укрепление национальной валюты — несмотря на крики экспортёров, утверждавших, что сильный фунт губит желание иностранцев покупать британское. В 1990 году 50% автомобилей в Великобритании были иностранного происхождения. С точки зрения британских автозаводов или текстильных комбинатов "сраную нефть лучше было бы оставить лежать в земле".

Маргарет была консерватором — и последовательно отстаивала консервативные ценности, типа крепкой семьи, святости брака и тяжести наказания за преступления. Однако к моменту, когда она давала свою прощальную пресс-конференцию, уровень преступности в стране вырос на 34% по сравнению с 1980 годом.

Количество разводов в стране за то же время выросло на 11% — большинство экономистов прямо связывали это с неравенством доходов и потерей пресловутой "уверенности в завтрашнем дне". Короче, консервативные ценности при Маргарет как-то поломались.

В этом и состоит самообман тэтчеризма. В идеале, вы сохраняете консервативные ценности и воспитываете в людях чувство ответственности за собственные поступки, потому что "мир жесток и никто тебе ничего не должен". Но в реальности, как только вы начинаете изрекать благоглупости типа "не говорите мне об обществе, нет такой вещи как общество, есть только отдельные люди со своими личными интересами", как только вы начинаете сознательно разделять общественное и экономическое, то у вас всё разваливается. В том числе и консерватизм и семейные ценности и безопасность.

Неравенство взлетает до небес, а правительству похеру на общественную безопасность и на уровень благосостояния людей. Профсоюзы топчут копытами, наплевав на то, какую балансирующую роль они играют в экономике. Регионы сжигаются напалмом без какого-то планирования того, как они будут жить через десять или тридцать лет.

Главной проблемой рейгановской экономики или тэтчеровских реформ является то, что обществу и миру они были проданы под этикеткой невероятной эффективности, компетентности и ответственности, хотя в реальности их было бы проще сравнить с атомными бомбардировками своей страны. С водопадом ошибок. А вовсе не с работой ангелов, модернизаторов и спасителей.

"Монетаризм" при Тэтчер стал новым Священным Писанием, Библией от Милтона Фридмана — правительство больше не волновалось о том, есть ли работа или доходы у людей, правительство больше не пыталось влиять на экономику, ведь всё автоматически наладится, Если Держать Инфляцию Низкой.

Фридман верил, что все экономические проблемы вызваны ведьмой-Инфляцией, а инфляция вызвана слишком большим количеством денег в экономическом обороте. Уменьшите поступление денег в экономику, инфляция затихнет и всё будет окей. Правда, Фридман ещё что-то говорил о "естественном необходимом уровне безработицы", но мы пропустим эти его слова мимо ушей.

Защитники Тэтчер могут сказать — да, но она же значительно сократила инфляцию в начале 80-х, то есть её политика сработала? Да, но ко второй половине 80-х инфляция разогналась вновь — из-за снижения налогов для богатых и из-за того, что население страны как раз начало активно пользоваться кредитами. Инфляция в начале 80-х снижалась по всему миру, а не только в Великобритании — из-за спада промышленного производства. В Германии, Франции и Японии инфляция снижалась более быстрыми темпами, чем в Великобритании и затем росла куда медленнее, несмотря на то, что власти этих стран и не думали о драконовских тэтчеровских мерах, а Франция и вовсе управлялась социалистами.

Смысл Тэтчер был в том, что она стала проповедником и символом новой религии. Она сломала консенсус и мир в британском обществе и не стыдилась этого. Но даже это не было её личной заслугой. Неолиберализм начал размывать кейнсианские принципы экономики уже в 70-е. Деннис Хили, лейбористский министр финансов, был вынужден принять принципы монетаризма уже в 1976 году — иначе МВФ не дал бы займов. Правда, у Хили была совесть называть это "чудовищным монетаризмом". Тэтчер называла это "величайшей добродетелью".

Но её собственная модель была полна противоречий — инфляция во второй половине 80-х была ускорена дерегуляцией банковской сферы и снятием ограничений с Сити и британских банков. Кредитный пузырь вырос, перегрел экономику, разогнал инфляцию и привёл страну в очередной рецессии в 90-х годах при Мэйджоре — но Тэтчер уже была в отставке.

Ах да. Как мы писали в начале, когда Маргарет пришла к власти в 1979 году, ужасная британская инфляция составила 10.3%. В 1990 году Тэтчер оставила стране показатель в 10.9%.

К сожалению, "новый лейборизм" не стал бороться с тэтчеровским мифом. Под закат своей жизни Маргарет Тэтчер честно назвала Тони Блэра "своим величайшим достижением" — даже лейбористская партия приняла правила игры тэтчеризма. Лейбористы при Блэре, на самом деле, пошли куда дальше. Они сделали Банк Англии независимым от правительства — шаг, на который не решилась сама Тэтчер. Они снова расширили права банков и дали им большую степень финансовой свободы. Экономика предсказуемо попёрла вверх и предсказуемо рухнула.

Долгий бум закончился кризисом 2008 года — и до сих пор Британия не может выйти на экономические показатели этого времени. Пузырь кредитования опять обрушил британскую экономику, но в этот раз тряхнуло куда сильнее, чем в 1990-е, потому что у Британии больше не было своих товаров, которые можно было предложить миру, а были лишь банки и полная встроенность в глобальную экономику.

Именно благодаря Тэтчер Британия так и не смогла стать второй Норвегией — но с лучшими сортами пива и более мягкой погодой. Любые разговоры о скандинавских странах с тэтчеристом закончатся тем, что вас объявят отвратительным марксистом и северным корейцем, гнусным животным, ничего не понимающим в прелестях свободного рынка.

Не существует "компетентной" тэтчеровской политики, не существует "эффективной" тэтчеровской модели. Разобрать этот исторический рекламный труп по косточкам и есть задача современного левого движения.

Британцы считают, что вся проблема в том, что Тэтчер использовала деньги от нефти не для решения проблем страны, а для покрытия расходов от снижения налогов для своих друзей из бизнеса.

Шотландцы думают иначе: Тэтчер украла нашу нефть, чтобы потратить деньги на снижение налогов своим друзьям из бизнеса и сделать Англию ещё богаче, а Шотландию — ещё беднее.

Как писал Кен Лоуч в 2013 году: "Зачем устраивать государственные похороны? Давайте приватизируем их! Разве это не то, чего хотела бы сама Мэгги? Устроим открытый аукцион и продадим права на похороны тому, кто согласится быть подрядчиком за наименьшую цену! Это полностью совпадает с её идеями."

Как жаль, что мы похоронили только её тело.

Смерть принца-консорта Филипа, видимо, притормозит (все мы люди, все мы человеки), но не остановит окончательно серию журналистских расследований, посвящённых полу-тайному бизнесу королевской семьи и возможностей королевы жить по немножко другим законам, нежели обычные жители Соединённого Королевства.

В частности, нужно разделить два понятия: "royal assent" и "royal agreement".

Это разные вещи.

Первый даётся для обычных биллей, принимаемых Парламентом, и, традиционно, вот уже с 1708 года Корона не вмешивается в управление страной — короли и королевы всегда подписывали билли, исходящие из Парламента.

А вот второй тип "королевского одобрения" даётся для биллей, которые напрямую затрагивают королевскую семью, её положение и её прерогативы — причём без согласия он даже не поступает на обсуждение. И вот royal agreement за 20-й и 21-й века не давался аж 39 раз.

Какие же билли могут затронуть королевскую семью напрямую? Многие. Например, имущественные и сельскохозяйственные билли — потому что у Короны есть и имущество и земли в собственности.

Так, например, 6 января 2020 года королеве был отправлен для ознакомления сельскохозяйственный билль — который затрагивал королевское поместье в Сандрингеме, в графстве Норфолк (восемь тысяч гектаров).

Очень смешно, но как и любой землевладелец, королева получает дотации из бюджета — дотации на развитие сельского хозяйства. Обычно они равняются примерно одному миллиону фунтов в год — в прошлом году это было £936 000.

Впрочем, представители королевы в Сандрингеме отвечают: а чо, у нас есть органическое сельское хозяйство, а ещё мы дикую природу сберегаем. Короче, сельское хозяйство королевы отгружает пшеницу, ячмень, фасоль и чёрную смородину на рынок продукции в Юкеше. Кроме того, три с половиной тысячи гектар сдаётся в аренду местным фермерам.

Короче, у королевы точно есть интерес в сельском хозяйстве, поэтому она тщательно изучает все сельскохозяйственные билли — и имеет право их отклонить, поскольку они, как мы помним, затрагивают её лично. Так случалось уже восемь раз.

В последний раз к королеве поступали документы о сельском хозяйстве в 2020-м году: Джонсон провозгласил эру "революции в контрактах в сельском хозяйстве" и направил билль об урегулировании споров между арендодателями и арендаторами и о сборе информации о доходах арендаторов в Парламент. За десять дней до этого королева уже прочла этот билль — к ней он поступил задолго до законодателей.

Периодически королева не отклоняла напрямую билли, касающиеся её "бизнеса", но лоббировала изменения в них.

Например, в 2017 году после просьбы королевы были внесены изменения в билль о культурном наследии.

Билль был предназначен для предотвращения ввоза в Великобританию похищенных с мест войн и вооруженных конфликтов музейных экспонатов (мы все помним, что творил ИГИЛ — запрещённая в Российской Федерации организация?).

Однако специальная поправка в билле запрещала полиции и специалистам министерства культуры инспектировать коллекцию искусства, принадлежащую королевской семье.

Пресс-служба королевы, конечно же, отвергла любые подозрения в том, что в королевских замках хранятся какие-либо похищенные из мировых музеев артефакты. Но объяснений, почему в законе появилась эта строчка, не дала.

Журналисты "Гардиан" также обнаружили, что, когда в 1973 году правительство Хита подготовило закон, запрещавший инвесторам тайно приобретать акции и хранить данные о своих приобретениях в тайне, то его принятие могло бы заставить королеву обнародовать данные о ее частных вложениях, в том числе о принадлежащих ей долях в частных компаниях и их стоимости. Поэтому в законе опять же появилось исключение для королевской семьи.

Мэттью Фарер, специалист из юридического агентства Farrer & Co, консультировавший королеву, настоял на том, чтобы сведения о сделках королевской семьи не появлялись в государственном реестре операций с ценными бумагами — даже если это, например, искажало данные годовых отчётов или иных документов, предоставлявшихся советами директоров государству.

Про общее состояние королевы до сих пор мало что известно — даже неясно, из чего оно состоит: из личных подарков, из драгоценностей, из произведений искусства, из долей в различных компаниях, из прочих инвестиционных вложений? Известно, что до 2011 года инвестициями королевы управляла специальная компания Bank of England Nominees Limited. В 2011 году от её услуг отказались. Кто сейчас занимается этим делом — неясно.

Возвращаясь к закону об охране мирового культурного наследия от разграбления — в то время как для остальных граждан владение незаконно ввезённым, похищенным или приобретённым на чёрном рынке музейным экспонатом наказывается семью годами тюрьмы, Корона официально освобождена от таких ограничений согласно пункту 6 подпункту 30.

Как заявил чиновник из министерства культуры, "нет никаких оснований предполагать, что закон делает исключение для чего-то незаконного: для королевской семьи традиционно делаются подобные уступки."

Из разряда "пустячок, а неприятно" — принц Чарльз в своё время попросил маму заблокировать билль, который бы позволял арендаторам, живущим на его земле, оценивающейся примерно в один миллиард фунтов (а он всё ещё принц Уэльский и герцог Корнуольский), выкупить недвижимость у принца в свою собственность.

На землях герцога расположено несколько деревень, жители которых считаются арендаторами у лендлорда, то есть у принца.

Соответственно, принц Чарльз был заинтересован в том, чтобы его арендаторы не могли бы приватизировать своё жильё — и продолжали бы таким образом платить ему арендную плату.

Это несколько мешает обычной жизни людей — например, в Великобритании можно заложить своё жильё банку в старости, или в случае серьёзных финансовых проблем — но живущие на королевской земле не имеют такого финансового инструмента.

Герцогство Корнуолл, площадью в 52 000 гектаров, по разного рода экспертным оценками приносит Чарльзу доход примерно в 22 миллиона фунтов в год. Интересно, что оно не всё расположено в Уэльсе и Корнуолле — в него включены эксклавы, например, несколько площадок для гольфа в Лондоне, часть Дартмурского болота и отдельные куски земли в Глостершире, Сомерсете, Уилтшире и Дорсете.

"Гардиан" подозревает, что принц как минимум 275 раз с 1970 года вмешивался в законотворческий процесс ещё на этапе планирования — сообщая свои пожелания.

Самым явным вмешательством было как раз упомянутое вмешательство в закон о лизхолде (leasehold): в Великобритании практически невозможно приватизировать землю, она принадлежит либо Короне, либо лендлордам. Соответственно, большая часть "купленных" домов в Великобритании не принадлежит владельцам на самом деле — при "покупке" они заключают с лендлордом договор об аренде на 99 лет. Но закон вводил норму, согласно которой арендатор всё же может принудительно выкупить у лендлорда своё жильё.

В 1993 году Чарльз попросил маму изменить закон так, чтобы он не касался его владений на прибрежном архипелаге Силли и в Дартмурском болоте. Что опять же создало проблемы жителям этих мест — если вы купили дом в лизхолд, то перепродать его, пока срок лизхолда ещё велик, не составляет проблем. А вот когда до окончания срока лизхолда осталось 20 или 30 лет, то число желающих приобрести его резко уменьшается — ведь вам придётся перезаключать договор с лендлордом ещё при вашей жизни, причём лендлорд имеет полное право его не продлить, и вы попросту лишитесь жилья, которое "купили".

В 2002 году он попросил сделать это снова — на сей раз ради своей деревни Ньютон-Сен-Лу около города Бат в Сомерсете — ей угрожал новый закон о пересмотре условий лизхолда, который собирался принять Парламент.

Друзья, вы просто не представляете себе, что такое лендлорды, земельная аристократия, и как их ненавидят люди, живущие на арендованной земле и в домах, за которые уплачены огромные деньги, но которые на самом деле в полном смысле слова жильцам не принадлежат.

Ну просто потому что в ex-СССР такого феномена нет.

Хороший, но несколько путаный тред про британскую юридическую систему прав на недвижимое имущество и про лизхолд был в твиттере.

Волосы стынут в жилах, как говаривал Лапенко.

В свете вчерашних материалов довольно забавно вспоминать, что в начале 90-х (никто же не ожидал, что Елизавета II будет жить настолько долго) Чарльзу приписывали республиканские взгляды, чуть ли не социалистические симпатии, ненависть к Тэтчер и желание модернизировать страну.

Лучше всего это видно в тогдашнем втором сезоне сериала "Карточный домик", где молодой король сталкивается с коварным и ещё-более-правым-чем-Тэтчер премьер-министром Уркхартом: сценаристы нарисовали Чарльза "народным королём", который по ходу действия мечтает основать "народную партию" и уйти в Парламент заниматься политикой как "гражданин Виндзор".

Разумеется, рано или поздно иллюзии рассыпались — всё началось с дела принцессы Дианы, продолжилось сведениями об интрижке с Камиллой Паркер-Боулз, а затем принц мало того, что публично высказался в поддержку гомеопатии, астрологии и всяких мистических вещей вроде биополя вокруг камней и кристаллов, а ещё и Стоунхенджа и его связи с иными цивилизациями, так затем и отличился парой очень верноподданических высказываний в духе "при мне всё будет как при маме".

Но вообще факт интересный — на рубеже 80-х и 90-х именно с прямым вмешательством короля или королевы связывали надежду на изменения в обществе и на реформу монархии. Что все эти надежды оказались не более прочными, чем детский замок из песка — тоже, в общем-то, логично.

A propos: вероятно, после Чарльза ситуация только ухудшится.

Представьте себе поколение Елизаветы II и Филипа. 1926 и 1921 год рождения. При всём прочем, они довольно чётко понимали, что короны на их головах еле держатся, и, скорее всего, слетят ещё при их жизни.

По Европе прокатилась волна революций, Филипа выслали из Греции на военном крейсере в изгнание, отца чуть вообще не расстреляли по обвинению в сознательном проигрыше войны с турками, дядю Елизаветы заставили отречься от престола и сослали губернатором на Багамы, к старой революционной волне после ВМВ добавились ещё и отречения румынского короля, итальянского короля, китайского императора, история с императором японским.

Дальше: деколонизация и развал Британской Империи. Ещё до этого Великобритания теряет Ирландию и проходит через потрясения тридцатых: от забастовки 1926 года до чернорубашечников Мосли.

Короче, это только сейчас послезнанием как бы "очевидно", что в Британии сохранилась и сохранилась бы монархия. Елизавета, видимо, достаточно чётко понимала, что совершенно ничего не гарантирует ей сохранения короны на голове. Особенно после деколонизации и Суэцкого канала — ну зачем нам королева, если Империя сжалась до размеров 1170 года?

Поэтому королева осторожно ходила по натянутому канату и по кирпичику выстраивала образец монархии как милого и приятного душе архаизма, служащего одной из главных рекламных витрин страны. Поэтому, когда что-то клалось в карман монархии, то это делалось очень осторожно и максимально незаметно. Поэтому часть всех владений короны был передана "Национальному тресту" и музеефицирована для народа.

Поэтому после смерти Дианы и "дианагейта" королевская семья на несколько лет ушла под землю, их было и не слышно и не видно — в соцопросах республиканские настроения перевешивали монархические — и под шумок Блэр продавил реформу Палаты Лордов (жаль, потом не захотел вовсе отказываться от неизбираемой верхней палаты).

(до смерти принцессы Дианы общественное мнение штормило ещё после развода принца Эндрю с герцогиней Йоркской, Сарой Фергюсон, и после сведений об измене Дианы Чарльзу — это были примерно 1992-1993 года)

Но вот младшее поколение, оно не чувствует этого — всю жизнь прожив за мамой и бабушкой, оно считает, что монархия в Великобритании вечна и неколебима, как небо над головой и коллекционный виски в подвале.

Чарльз-то, возможно и вымуштрован. Принц Эндрю и так шёл вразнос, а с делом Эпштейна и вовсе утонул — его быстро спрятали в задней комнате дворца, запретив приближаться к ограде. А вот Уильям и Гарри, ну вы сами видите.

p.s. про кризисы вокруг британской королевской семьи мы писали тут: про развод принца Эндрю и Сары Фергюсон, про развод принцессы Анны и её мужа, офицера ВМФ Марка Филипса и про скандал вокруг измен Дианы и Чарльза.

Нам тут немного предъявили в комментариях, дескать, Тэтчер богоподобна, а нефтяного бума в 80-е не было, шах и мат, леваки.

Штош.

According to official figures, UK government revenues (прибыль британского правительства — прим. ППТМ) from oil and gas jumped from £565 million in the 1978-79 tax year to £2.3 billion in 1979-80, and rose to over £12 billion in 1984-85.

Удвадцатичетырёхрение доходов от нефти за семь лет. Много это или мало? Бум это или не бум?

Хезелтайн, министр обороны при Тэтчер (и заместитель премьера Мэйджора после Тэтчер) ещё в 80-е начал критиковать то, как тратятся средства, заработанные торговлей нефтью. По его мнению, Тэтчер потратила средства на компенсацию выпадающих доходов бюджета из-за снижения налогов, плюс стимулировала краткосрочный потребительский бум вместо инфраструктурных и инвестиционных вложений в будущее Британии.

Окей, а что там с теми, кто не являлся критиком Тэтчер? New York Times, 1986 год — критика использования Тэтчер "нефтяных денег".

Вот отчёт МВФ о том, как нефтяные деньги повлияли на правительство Тэтчер.

Так много или мало зарабатывала Тэтчер на нефти?

Годовой доход правительства от нефти в 1985 году, равный 2.5% ВВП (12 млрд. фунтов против 489 млрд.)

Доходы бюджета в 1985 году составили примерно 198 млрд. долларов, если высчитывать их из цифр бюджетных расходов (211 млрд.) и дефицита бюджета (13 млрд.)

Фунт стерлингов относился к доллару как 1 : 0, 69.

Соответственно, 198 млрд. долларов 1985 года = 136 млрд. фунтов стерлингов.

12 млрд. фунтов это 8.8% доходов бюджета. Почти девять процентов всех доходов британского государства генерировала нефть Северного моря.

(В России доходы бюджета в 2021 году планируются в $248 миллиардов, а доходы от нефти — 67 миллиардов, 27%, таким образом, Великобритания в середине 80-х от нефти получала пропорционально своему бюджету всего в три раза меньше Российской Федерации в 2020-м)

А если сравнить с расходными статьями бюджета? Траты на образование составили 10.5%, траты на оборону 13.2%.

Полная статистика по тому, как Тэтчер пустила по ветру самые жирные годы британской нефти, доступна тут: статья New Statesman.

p.s. про кризисы вокруг британской королевской семьи мы писали тут:

• про развод принца Эндрю и Сары Фергюсон (и истории про облизывание сосков и пальцев ног)
• про развод принцессы Анны и её мужа, офицера ВМФ Марка Филипса (и про беременность новозеландской учительницы)
• и про скандал вокруг измен Дианы и Чарльза.

1992-й год был крайне тяжёлым для британской монархии и почти выбил почву из под её ног — пожалуй, даже сильней, чем 1997-й, когда Диана разбилась в парижском туннеле.

Злобно напоминаем, что нас (увы!) не репостят ни @tankies, ни @vestnikburioriginals, ни @politsturm, ни @leftblock, ни @Marx_Ch и т.п., донатов мы никогда не просили и не просим, работаем чисто из любви к искусству, к долбанутой Бриташке и её левым в частности, на сгущённой пролетарской ненависти и незамутнённой любви к Джереми Корбину и Тони Бенну.

Обожайте нас.

p.s. @Marx_Ch исправился! нет, серьёзно, ребят, мы считаем, что выкапываем темы, интересные и для левого движения целиком, и для пропагандистских целей левых, "блокнотика агитатора".

p.p.s. @tankies исправились и прекрасно пообщались с нами в комментариях!

Наш вечер только что стал лучше.

p.s. забыли помянуть, что левак и ленинист Маргарита Альфредовна Тэтчер ещё и территорию Гонконга коммунистическому Китаю отдала...