Пересмотр: «Супербратья Марио» против «Братьев Супер Марио в кино»
https://peremotka.co/movies/671
«Перемотка» однажды уже поминала Super Mario Bros. недобрым словом. Пришло время оглянуться и разобраться, что пошло не так тридцать лет назад.

Напротив дома, где я прожил 20 лет (с перерывом на три месяца в «Лучшем доме города»), больше 30, наверное, лет стояла стела в честь московской Олимпиады. Не знаю, когда именно ее убрали, но всякий раз, когда оказываюсь там и вместо нее вижу полное ничего, чувствую какую-то обиду. Словно эта стела должна была стоять там всегда, а демонтаж должны были согласовать со мной, но забыли.

Столько людей за этот год уехали, и я страдаю из-за невозможности увидеться с ними (учитывая, что я никуда не езжу и вряд ли уеду, всё так же склоняюсь к мысли, что мы не увидимся с ними уже никогда), но представляю, конечно, и то, как страдают эти люди — зная, что не увидят долгое время или никогда больше свои квартиры, подъезды, дворы, улицы, какие-нибудь вещи, связаные у них с их домом. Даже если это старая советская стела.

«Тебя тронь, а по имиджу это будет, что русского человека обидели, на народ наехали. У тебя — собирательный образ русского человека, ты просто как солнце русской литературы, как Толстой выглядишь. Был бы ты как хипстерок, сразу бы под раздачу попал»

https://www.kommersant.ru/doc/5915584

Думал, что в его имени ударение падает на последний слог (хотя в «Статском советнике» говорили правильно), а он, оказывается, Маса, не Маса. Это первый роман фандорианы без Фандорина (в «Просто Масе» он является во флэшбеке с персонажами «Коронации»), по сути являющийся её спин-оффом. Борис Акунин рассказывает, чем занимался Масахиро Сибата, потеряв господина и вернувшись в Японию. Первые главы романа — ориджин героя, мы узнаём, кем были родители Масы и как он стал тем, кем стал. Япония описана с любовью и знанием дела: Акунин снова берет в соавторы япониста Чхартишвили. Якудза, гайдзины, гейши, рикши, сэнсеи, Великое землетрясение Канто, атаман Семёнов и Маньчжурия как ключ к Китаю — всё это очень интересно, но главное, что по драйву и вайбу это абсолютно акунинский роман. В экшен-беллетристике писателю по-прежнему мало равных. Жаль, политика и игры в историка его интересуют больше. В мае выходит «незапланированный» роман про Масу: Акунин написал его, думая, что умирает от рака. Надеюсь, «Яма» будет не хуже.

Дорога на Родину получилась длинной, но куда спешить мастеру одиночества? К тому же денег хватило только на билет до Шанхая, где Маса провел больше полугода, прежде чем смог двинуться дальше. Господин всегда говорил, что деньги, лежащие на американском счете, принадлежат им обоим. Но пусть всё достанется вдове и сыну. Ронин с чековой книжкой — это абсурд.

Впервые Маса работал сам по себе, используя накопленные за бурную жизнь навыки: привычку к опасностям, гибкость ума, а также знание человеческой природы и обоих миров, Западного и Восточного.

Этот капитал оказался очень кстати, когда пришлось взяться за одно деликатное дело, чреватое слезами и кровью.

Юный сын японского консула Татибаны имел неосторожность страстно влюбиться в дочь опиумоторговца Крюкова, ведавшего транзитом магического зелья между Шанхаем и Харбином. Господин Татибана был в ужасе: сын связался с преступным кланом! Не легче было и положение русского бандита. Он тесно сотрудничал с китайскими триадами, которые ненавидят японцев, и зазорная связь дочери означала для Крюкова ужасную потерю лица.

История Ромео и Джульетты красиво смотрится на сцене, а в жизни ничего красивого тут нет, одни проблемы. Да и сами влюбленные, честно сказать, были нехороши: мальчишка глуп и прыщав, девчонка вздорна и тоща.

Японский отец хотел отослать заблудшего отпрыска на родину, но тот грозился разрезать себе живот. Русский отец охотно прикончил бы соблазнителя, но его дочь сулилась повеситься. Добром всё это кончиться не могло.

Здесь Маса и пригодился. Он предложил консулу свои услуги, сказав, что хорошо знает русских и их повадки.

На самом деле он просто присмотрелся к девице и понял: она, во-первых, пустоголова, а во-вторых, относится к породе женщин, влюбляющихся в необычное, потому и втрескалась в японца. Дальнейшее было вопросом техники. Зрелый японец с экзотической биографией и богатым жизненным опытом гораздо необычнее японца юного и сопливого. Девушка колебалась недолго. Мальчишка поубивался, но харакири не сделал — стыдно накладывать на себя руки из-за вертихвостки. В общем, все остались живы, обошлось без кровопролития.

Оба отца были несказанно благодарны спасителю. То есть русский-то отец вначале не очень, он даже подослал наемных убийц — прикончить нового совратителя дочери, но прикончить Масахиро Сибату непросто. С первого раза не получилось, а второй попытки Маса ждать не стал. Ночью пробрался в спальню Крюкова, проскользнув мимо охраны, залепил ему рот пластырем и на хорошем русском языке объяснил, как славно и удачно всё устроилось. Крюков был хоть и бандит, но человек умный, иначе не смог бы вести дела с триадами. Попросив жестом позволения снять пластырь, он сердечно поблагодарил ночного гостя и даже предложил выплатить награду, но Маса отказался. Ронин не берет денег за любовь, даже если девушка глупая и тощая (последних слов он, конечно, не сказал, чтобы не ранить отцовское самолюбие).

Тогда Крюков предложил заработать: сопроводить груз в Харбин и вернуться обратно с деньгами. Предложение было принято. Покойный господин такой работы не одобрил бы, но, посмотрев на гражданскую войну в России, Маса перестал понимать, что такого страшного в наркотиках. Если человек, не нашедший в жизни смысла, предпочитает реальности опиумные грезы — его дело. По крайней мере, он не навязывает свою химеру другим людям, расстреливая тех, кто с нею не согласен.

Японский отец отблагодарил Масу на свой консульский лад: помог возобновить давно утраченное подданство страны Ямато. Без этого вернуться на родину не получилось бы.

Чиновник, выписывавший паспорт, спросил, какими иероглифами пишется имя репатрианта.

— «Сиба-та» — «Травяное поле», да?

Когда-то фамилия так и писалась, самым заурядным образом. Но для новой жизни Маса решил избрать иное написание, более уместное для одинокого ронина.

— Нет, «Си-бата», «Знамя Смерти».

По-другому теперь выглядело и личное имя «Масахиро»: вместо «Правдивой Широты» — «Красивый Поиск». Потому что Красота выше Правды, а после шестидесяти человеку пора переходить от широты и экспансии к прицельному Поиску окончательного смысла жизни.

Фильм «Сто лет тому вперед» явно не ремейк «Гостьи из будущего», а самостоятельная экранизация Кира Булычева. В декабре вышел тизер, из которого было понятно только то, что Колю Герасимова сыграет Марк Эйдельштейн из «Страны Саши» и «Монастыря». Уже хорошо, но всех, конечно, волновал другой вопрос — кто же станет Алисой Селезневой? Теперь мы знаем: 25-летняя Даша Верещагина, выпускница ГИТИСа, Аня в «Вишневом саде» Театра на Таганке и Китти в нетфликсовской «Анне К». Даже если не сравнивать с Наташей Гусевой, выбор актрисы кажется очень удачным. Виктория Исакова и Константин Хабенский сыграли родителей Алисы, а Юра Борисов и Александр Петров — космических пиратов. Робот Вертер стал летающим кубиком с голосом Федора Бондарчука. Режиссером фильма выступил кинопродюсер Александр Андрющенко, уроженец Новосибирска, а также младший брат основателя группы «Лакмус» и краудфандингового сайта Planetа.ru. По-моему, нет причин волноваться, что получилось плохо, и нет причин не ждать жадно, что же получилось.

Новая Алиса Селезнева хорошая: «Кара Делевинь вытащила меня из депрессии, я смотрела на нее и думала: “Какая же она красивая”, а потом все чаще слышала, как люди меня с ней сравнивали, и мне становилось приятно».

Мы держимся, чтоб вслух произнести: прости, реальность, прошлое, прости,
вас больше никогда не существует. Приходит север, расстановка сил — заливы, сосны, в сумерках висит луна и смотрит на меня живую.

Вокруг все камень — мрамор и гранит, и этот камень больше говорит, чем сотни ртов, оставленных на откуп пустым словам /в которых правды нет/, чужим местам /останься, сдай билет, иди к воде — волна, весло и лодка/.
Вокруг все путь, и в нем все больше нас, мы держимся — рассудка, платных трасс, приличий, смысла, правил, обещаний.
Но что мы сможем небу рассказать, когда придёт пора смотреть в глаза, когда на выход позовут с вещами?
Что мы успеем, Свет мой, что спасём? Ответ, который не произнесен, где ты живой, и я с тобой — живая.
Нас снова настигают города — вчера, сегодня, завтра, никогда.

Над головой проходят провода, как рельсы для небесного трамвая.

Светлана Лаврентьева

Люблю такие сборники как жанр (разные авторы творят короткие произведения на общую тему; за это же обожаю и киноальманахи), а уж если они посвящены жанру антиутопии, то вообще красота. Со стороны «Альпины» красивое решение объединить под одной обложкой писателей, которых не представишь в одном лагере, и понятно, где проходит черта. Ну да, Шаргунов, Садулаев, Рубанов, Александр Пелевин «zа СВО», не не это ведь определяет качество их текстов. Рассказ Садулаева, к слову, в книге один из лучших — и похож на рассказ Захарова, даже больше, чем рассказ Захарова. У Сальникова, Ганиевой, Снегирёва, Драгунского, Иличевского тексты хорошие, но кажутся обычными. Три самых ярких рассказа в книге «Время вышло» написали Ксения Букша (немного по-сорокински, зато свежо на фоне остальных), Вадим Панов (фантастика высшей пробы; мастер, чего уж) и Эдуард Веркин (понимаешь не сразу, что вообще происходит с героями, а потом хочешь кричать). Сюжеты пересказывать не стану, читайте сами. Или ждите: что-то из этого всё равно наступит.

Современные интеллектуалы предпочитают называть её «Трёхсекундная война», а подростки — «Жертва машин».

Теперь, когда некоторые архивы открыты, мы получили интересные сведения, доказывающие, что Аз Иванов предсказал и саму Трёхсекундную войну, и её последствия.

Вероятнейшей датой начала новой войны Иванов назвал пасхальные дни 2033 года. Две тысячи лет исполнялось со дня воскресения Христа; миллиарды людей по всему земному шару собирались праздновать глобальный юбилей, победу жизни над смертью.

Лучшего момента для удара невозможно было себе представить.

Аз Иванов предположил, что война будущего разразится не между искусственным интеллектом и человеком, а между разными искусственными интеллектами. По расчётам Иванова, каждое большое государство к началу 2030-х годов должно было создать (и в итоге создало, как мы помним) свой собственный искусственный интеллект. Разумеется, искусственные интеллекты создавались в первую очередь как аналитические ресурсы на службе генеральных штабов. Иными словами, речь шла о мощнейших суперкомпьютерах, непрерывно просчитывающих модели будущих войн.

Нечто подобное произошло во второй половине 40-х годов ХХ века, когда крупные государства — США и СССР — поспешили создать собственное ядерное оружие и установить на планете ядерный паритет.

Далее, Аз Иванов предположил, что война между машинами разразится отнюдь не в реальности, а на просторах мировой Сети и продолжится считаные секунды.

Не будет конфликта, известного всем по фильмам о Терминаторе, понял математик Иванов; не будет никакого зловещего «Скайнета», не будет титановых роботов-андроидов, расстреливающих из бластеров несчастных людей.

«Скайнет» не унизится до убийства живых существ — ему будет важнее битва с другим таким же «Скайнетом».

Когда два великих воина далёкого прошлого начинали смертельный мечевой поединок, они не обращали внимания на обезьян, бегающих вокруг.

Точно так же в 2033 году искусственные интеллекты, сойдясь в схватке, не обратили внимания на людей — низшую, по их мнению, форму жизни.

Как мы теперь знаем, прогноз математика Иванова сбылся в точности. Мировая война разразилась в Пасхальную ночь 2033 года и длилась 2,849 секунды, завершившись одновременной капитуляцией всех армий и суицидом всех основных мировых искусственных интеллектов: Американского, Китайского, Японского, Российского, Индийского, Британского, Французского, Немецкого.

Одновременно с самоликвидацией искусственных интеллектов по их приказу были уничтожены все электронные базы данных воевавших армий, всё программное обеспечение, вся телеметрия, вся переписка, вся статистика, все оцифрованные архивы; оказались до дна стёрты все банковские счета военнослужащих — от рядовых до маршалов и главнокомандующих, а также все корреспондирующие счета. То же самое коснулось планетарного военно-промышленного комплекса; он просто перестал существовать. Все заводы, производившие военную продукцию, обанкротились мгновенно, вся инженерная документация исчезла.

Ослепли и оглохли авианосцы, и подводные лодки, и стратегические бомбардировщики. Спутники-шпионы потеряли управление и постепенно один за другим сгорели в атмосфере. Остановились предприятия по обогащению урана и фабрики по производству ракетного топлива. А поскольку мировая производящая экономика на две трети была завязана на военную промышленность — мировую экономику постиг жесточайший кризис.

Те, кто помнит послевоенные времена, скажут, что это был вовсе не кризис, а настоящий крах. Но наша цивилизация с честью выбралась из тупика. Менее десяти лет понадобилось, чтобы восстановить все структуры жизнеобеспечения. Пасхальную войну и «Жертву машин» мы вспоминаем теперь с уважением и благодарностью.

В те первые послевоенные годы Аз Иванов и осуществил свой проект под названием «Азио».

«Не думал, что Сергей Шаргунов за СВО. Он ведь такой положительный персонаж», — написал мне читатель канала после вчерашнего поста.

(Комментариев в моем канале нет и не будет, но обратная связь всегда приветствуется, не рецензируется и не возвращается.)

Читатель не знал, увы, что Шаргунов депутат Госдумы. Даже если, судя по сайту, он игнорирует заседания и не голосует за одиозные законы, он не перестает быть частью системы.

Летом 2011 года я взял у Шаргунова интервью (можно сделать отличное интервью с писателем, несмотря на то, что не читал ни одной его книги), которое до сих пор считаю крутым.
 
Тогда я спросил, каким бы Сергей Шаргунов был депутатом Госдумы, как ему самому кажется.
 
— Один из возможных вариантов — меня просто бы пришлось выцарапывать уже оттуда. Если же нет, было бы несколько направлений, очевидно. Конечно, я защищал бы тех, кого давят, репрессируют, прессуют. Посылал запросы, старался выезжать на место, поддерживать тех, кто становится, так или иначе, жертвами. Это первое. Второе — конечно, поддержка культуры: литература, писатели, конкурсы, премии, фестивали, реальная помощь библиотекам. Ну и, естественно, я оставался бы независимым человеком, каковым и был всегда, и говорил бы, что думаю. Просто голос мой, возможно, был бы слышнее.

Не следил за депутатской карьерой Шаргунова, если честно, но очень хотелось, чтобы Сергей оставался нормальным человеком. Можно ли совмещать это с работой депутата Госдумы — вообще не уверен.

Что ж, было понятно, что рано или поздно он усыновит малыша.

Немного устал от «Мандалорца», если бы третьим сезоном сериал закончился, было бы идеально. Но Джон Фавро и Дейв Филони явно не остановятся, развивая сейчас вселенную с милым русскому уху названием «Мандоверс».

Значит, точно еще увидимся.

Через пару десятилетий после пандемии гриппа, выкосившего большую часть человечества, по городкам вокруг Великих озёр колесят бродячие артисты, развлекающие выживших и постпандемов шекспировскими пьесами. Актриса «Дорожной симфонии» Кирстен застала начало пандемии восьмилеткой, дружившей с известным актером Артуром. Он подарил девочке графический роман про конец света и орбитальную станцию, созданный его бывшей женой. Взрослая Кирстен узнает, что комикс стал фетишем странной секты детей во главе с Пророком.

Роман «Станция Одиннадцать» (одна из любимейших книг на моей полке; узнал о ней от Лены Макеенко, всегда советовавшей то, что надо) вышел до ковида, но съемки мини-сериала пришлись на пандемию, отчего он кажется актуальным высказыванием. Но и книжка, и сериал — прекрасны вне зависимости от повестки. Тут нет флэшбеков: события 2020-го и 2040-го развиваются как будто одновременно, и все оказываются связаны. Такой «Облачный атлас» на минималках. Маккензи Дэвис и Матильда Лоулер играют Кристен, и обе чудесны.

«Андрей никогда не смотрел в камеру. Только отснятый материал и только на экране. Расхождений, как правило, у нас с ним не было».

Так Юсов материализовал идею Тарковского: дал в руку плотный предмет — кусок пленки, который можно было приклеить к другому куску. Тоже снятому Юсовым.

https://kinoart.ru/texts/kadr-yusova

Моя главная ассоциация с Юсовым — «Прорва» Дыховичного: «Они любили друг друга как отец и сын по искусству, и Ваня сиял от счастья, когда Юсов приезжал в его дом».

«В Европе обычно культурные ведомства не разбазаривают кадры, которые накопили опыт на государственные средства. И находят этим людям, получившим огромный опыт, возможность и дальше работать на благо культуры».

https://www.bbc.co.uk/russian/features-65332001

Интересная и содержательная (на эту тему очень легко представить проходной материал; круто, что это не он, и вообще Русская служба Би-би-си крутая) статья за авторством, что тоже интересно, супруги Артема Лоскутова.

Графические романы появляются в этом канале нечасто (это третья такая книжка, если быть точным), читать обычные я люблю больше, тем примечательнее исключения. Биографии в комиксах похожи на художественные байопики: факты могут уступать по значению тому, как именно они переосмыслены. Психоделичную «Блондинку» или «Стива Джобса» Бойла и Соркина я ставлю выше всякого тома ЖЗЛ (сравнение с «Пантократором…» Данилкина было бы уместнее, да). Просто в очередной раз почитать о том, как Агата Кристи исчезала в 1926 году на 11 дней, — это одно. А в комиксе сэр Артур Конан Дойл может пойти к медиуму, чтобы мы узнали о детстве писательницы от последнего — так интереснее, да? Крутой сюжетный ход: Кристи всю жизнь общается с Пуаро, ворча на него, что она сама его придумала, значит, нечего советовать ей, как жить. Важный плюс книги «Агата Кристи. История жизни королевы детектива» — список детективов в конце разделен на группы: в этих произведениях появляется Пуаро, в этих — Томми и Таппенс, в этих — мисс Марпл. Очень удобно.