От книги про великого актера или режиссера все-таки ждешь чего-то большего, нежели упражнения в литературщине. Скажем, можно по-разному относиться к Долину, особенно сейчас, но его книжку о Джармуше я прочитал с большим интересом, хотя на тот момент не видел ни одного джармушевского фильма, а книжка про фон Триера мне в самом деле помогла узнать датчанина лучше. «Алан Рикман. Творческая биография» — увы, не такая. Лилия Шитенбург прилежно описывает путь артиста от и до, но по сути это растянутое до размера книги эссе, говорящее больше про авторку (и отсутствие редактора), чем про героя. «Догме» в нем уделен абзац, «Love Actually» — ненамного больше. Про «Гарри Поттера» и «Крепкого орешка» написано немало, но тоже так по верхам, что ничего в памяти не остается. Цитаты Рикмана из его интервью занимают отдельным разделом четверть книги, которая интереснее и приятнее трех прочих четвертей. Уже по первым опубликованным фрагментам этой «Творческой биографии» она мне показалась сомнительной; обидно, что я не ошибся.

Логическим продолжением истории с «Распутиным» должен был оказаться проект, в котором Алан Рикман сыграл бы знаменитого оккультиста и сатаниста Алистера Кроули (режиссер и драматург Сну Уилсон вынашивал идею годами). Но есть, вероятно, некая высшая логика в том, что эта затея так и не состоялась (хотя вовсе без «магических темных искусств» в карьере актера, как известно, не обошлось), и Алан Рикман остался «на стороне ангелов». В том числе и буквально. В 1999 году он принимает участие в съемках комедии Кевина Смита «Догма». Ангел Метатрон, Глас Божий (для актера, получившего прозвище Голос, в этом есть нечто провиденциальное), появлялся из огненного столпа в скромной спаленке героини Линды Фиорентино, претерпевал муки пожаротушения, брезгливо сушился, разъяснял избранной Всевышним бедняжке ее высокую миссию, с ангельской кротостью демонстрировал отсутствие половых органов, хвастался размахом серафимских крыльев, плевался текилой, запальчиво ругал экранизации на религиозные темы, ходил по воде и делился маленькими интимными наблюдениями о поведении Бога в быту. Это веселое хулиганство, несомненно, доставляло удовольствие актеру, который впоследствии даже сетовал, что в Англии таких фильмов не снимают. Кислая усмешка Метатрона и его индивидуальный стиль убеждения — еще одно любопытное упражнение на тему: «Как раздражение и досада наставника преобразуются во вдохновение и энтузиазм воспитанника». Свой исключительный педагогический дар герои Алана Рикмана начали демонстрировать задолго до Хогвартса.

Для выдающихся британских мастеров не существует предела эксцентрике, и после ехидного ангела в том же 1999 году в фантастической комедии «В поисках галактики» Алан Рикман играет актера, который в свою очередь играет ученого-инопланетянина с дружественной, но проблемной планеты. Доктор Лазарус мрачен, сосредоточен, не подвержен эмоциям (в отличие от исполнителя его роли, который истерит в гримерке, вспоминая свой былой триумф в Ричарде III); невероятный мозг инопланетного гиганта мысли с трудом вмещается в причудливый панцирь-череп, а суровые брови вразлет довершают пародийное сходство с легендарным Споком из «Стартрека». Исполненная самого величественного и идиотского пафоса коронная фраза доктора Лазаруса: «Клянусь молотом Граптора, вы будете отмщены!» — доставляет шекспировскому актеру едва ли не физические мучения. Но, волею сюжета попав в космос, совершив множество подвигов и возглавив восстание дружелюбных осьминогов против злобных поработителей, актер успевает проявить себя мудрым самоотверженным учителем и даже находит место для патетического прощания с названным сыном-осьминогом по всем канонам классической трагедии, а одиозную фразу про «молот Граптора» произносит так серьезно и прочувствованно, словно эту белиберду написал сам Уильям Шекспир. Собственно, со времен Алека Гиннесса в роли Оби-Ван Кеноби британские актеры в голливудских блокбастерах именно так и поступают.

Эдвин Ландсир "Обезьяна, которая увидела мир", 1827

Изобретение водорода (если исключить намек на водородную бомбу как возможную губительницу всего человечества) опрокидывает причинно-следственную связь: если химический элемент порождается позже того места, где он мог бы располагаться, «Россия-родина» нематериальна настолько, что лежит в основе Вселенной — в основе творения материи как таковой.

https://knife.media/tyagunov/

Ах, Новосибирск, восхищалась Майя и расспрашивала иногда о жизни Академгородка («Там правда тайга вместо центральной площади и профессора катаются на лыжах?»)

«Табия тридцать два», Алексей Конаков