Отдельный хайлайт — “Отверженные” (1925): шесть часов немой экранизации Гюго, показанные по одной серии в течение четырёх дней. Ради этих утренних сеансов я в 9 утра уже стояла в очереди и таяла от жары. Как в 1920-е — пропустил серию, и всё, второй шанс не гарантирован. Тяжело тогда было быть фанатом сериалов. Показ сопровождал Нил Брэнд — английский пианист, уже 40 лет аккомпанирующий немым фильмам. Наблюдать за работой самого Нила было не менее интересно, чем за самим фильмом. Он играл без нот, смотрел на экран и играл так проникновенно, что я всю последнюю серию проревела и после подошла его поблагодарить. Увидев мое зареванное лицо Нил обнял меня за плечи и успокоил. Я думаю, ему было важно увидеть какие эмоции вызывает его музыка.

Бывали и накладки. На показе “О мышах и людях” Майлстоуна плёнка съехала, картинка на экране уползла вниз, всё остановили — и через пару минут продолжили. Но даже в таких моментах есть очарование. Ты как будто переносишься в старые времена, когда плёнка рвалась, зажёвывалась — или вспыхивала прямо в проекторе.

Я посмотрела 33 фильма за 6 дней — и влюбилась в кино снова. Некоторые из этих фильмов ещё всплывут на канале в других постах, так что оставайтесь рядом. Это был скорее эмоциональный пост.

Il Cinema Ritrovato — это про то, как кино продолжает жить.
Не в музейной витрине и не в архивной коробке, а здесь и сейчас.
На площади. В зале. В рояле, который играет под кадр.
В детском смехе и в искренних слезах.

Но мое самое любимое, это заботливая надпись на сейфе с деньгами в пивнушке.

В 2020 вышел ремейк с Харрисоном Фордом, где все собаки — CGI. Чтобы, цитирую, «расширить эмоциональный диапазон» и не травмировать животных. В итоге пострадали зрители. Бак теперь делает глаза лучше половины актёров, но выглядит так, будто вот-вот заговорит голосом из «Кошки против собак».

Сансет Бульвар, 1950 год. Реж. Билли Уайлдер.

Еще один юбиляр этого месяца - фильм, который проводит нас закулисы киноиндустрии. Нуарная трагикомедия Билли Уайлдера о начинающем сценаристе (Уильям Холден), которого буквально “запирает” у себя в особняке бывшая звезда немого кино — Норма Дезмонд (Глория Свенсон). Она мечтает о возвращении на экран и нанимает героя доработать её “великий” сценарий по «Саломее».

И пусть вас не пугает напыщенная игра Глории Свенсон - она играет актрису, чьё тело привыкло говорить за неё — ведь её звезда взошла в немую эпоху.

Фильм культовый. Без него не обходится ни один список «лучших за всю историю», но мне особенно интересны две вещи:
— отношение Нормы к звуковому кино
— и камео старой гвардии Голливуда.

Переход от немого к звуковому кино прошел болезненно для большого количества звезд. Вообще сделать бы отдельный пост на эту тему, но пока приведу короткую статистику:

1927, 1-я церемония «Оскара» — 25 номинантов, из них 24 немых.

1928, 2-я церемония — из 28 фильмов только 7 полностью немые, ещё 6 — частично.

1929, 3-я церемония — только один немой документальный фильм. Остальные — звуковые.

Звук пришёл стремительно. Тот, кто не успел адаптироваться, исчезал из индустрии.

Но у Нормы Дезмонд на это — своё мнение. Она уверена: настоящее искусство — немое кино. И она такая не одна. Через нее режиссер Билли Уайлдер и сценарист Чарльз Брэккет выразили мнение очень многих кинодеятелей. Сколько раз, читая разные мемуары, я сталкивалась с рассуждениями, что звук — это, конечно, хорошо, но он убьет кино. И вообще поиграются, и вернутся в родную немую гавань. И вот, как говорится, мы здесь. Спустя 100 лет. Хотя после некоторых современных фильмов мне самой очень хочется включить режим “Нормы Дезмонд”.

Камео. О, я фанат камео. Я тот человек, который выискивает Хичкока в каждом фильме Хичкока. Камео Стэна Ли я тоже всегда любила находить.

В “Сансет Бульвар” нам подготовили несколько очень знаковых камео.

Сцена с игрой в бридж — настоящая мини-ретроспектива. Там появляются:

Х.Б. Уорнер (на фото справа) — звезда немого кино, позже — характерный актёр у Френка Капры.

Анна К. Ниллсон (на фото вторая слева) — одна из ведущих актрис 20-х, чья карьера затихла с приходом звука.

Бастер Китон (на фото слева. О, этот его муд) — легенда немой комедии, не сумевший также уверенно перейти в эпоху звука.

Главный герой называет их всех “кабинетом восковых фигур” — и это звучит особенно болезненно.

Я вижу в этих появлениях не просто эффектные вставки. Это почти прямая отсылка к утерянному фильму “Голливуд” (1923) — ленте, в которой снялись в камео более 50 звёзд немого кино. Это был своеобразный “тур по студии Paramount”, и “Сансет Бульвар” словно продолжает ту же традицию, только сквозь призму мрака и безумия.

Очень надеюсь, что “Голливуд” когда-нибудь найдут. Мне бы хотелось не просто посмотреть, но и найти в нем все камео.