Вряд ли кто-то из съёмочной группы представлял, что этот снятый за два дня и одну ночь фильм станет культовой классикой B-хоррора — с мюзиклом, ремейками, отсылками и даже карьерой одного из главных актёров современности. Тогда они, кажется, просто пытались успеть в срок.

А речь сегодня пойдёт про “The Little Shop of Horrors”, который вышел 5 августа 1960 года — и отмечает в этом году 65-летие. Поздравим цветочек с юбилеем!

Фильм снят королем В-Movie - Роджером Корманом.

Вообще, Корман — это отдельная киновселенная. Он давал работу вчерашним выпускникам киношкол, чтобы те учились режиссуре, монтажу и операторскому делу на практике. Его «ученики» потом сняли “Крёстного отца”, “Таксиста”, “Терминатора” и “Молчание ягнят”. Думаю, масштаб понятен.

Корман снимал быстро и дёшево. Его фильмы крутили пачками в ночных drive-in кинотеатрах, где их смотрела в основном молодежь. Но “The Little Shop of Horrors” умудрился вырасти из категории «проходного трэша» — или хотя бы занять в нём коронное место.

Сюжет: чтобы привлечь покупателей в цветочный магазин, его работник приносит туда странный цветок, выращенный дома. Цветок становится популярным… но есть один нюанс. Он питается человеческим мясом. С этого всё и начинается.

Фильм дешёвый и это видно: ни тебе настоящего экшена, ни спецэффектов. Но в нём есть убийства, погони, неловкие свидания, очень смешные диалоги — и, конечно, говорящий цветок, который умеет только "Feed me!" и "I’m hungry!" (чисто мой кот утром). Да, временами всё выглядит абсурдно, но в этом и есть очарование.

Синефильский рай на земле.

Не специальный репортаж с фестиваля Il Cinema Ritrovato 2025.

Раз в год Болонья превращается в место силы для всех, кто любит кино. То, что начиналось в конце 80-х как трёхдневный слёт киноманов, превратилось со временем в один из крупнейших фестивалей архивного кино. В этом году было показано примерно 450 фильмов, многие из них - на пленке. Многое из увиденного — из недр архивов: заново найденные или только что отреставрированные ленты.

Программа настолько обширная, что абсолютно каждый найдет для себя что-то интересное. В этом году были и фильмы 1905 года, довоенные фильмы японского режиссера Микио Нарусэ, ретроспективы Льюиса Майлстоуна и Кетрин Хепберн, Скандинавский Нуар, найденное и восстановленное кино, вплоть до культовой классики типа “Пролетая над гнездом кукушки”. Всего и не перечислить. В перерывах между сеансами можно было сбежать от жары в книжный магазин фестиваля — и там уже бороться с другим искушением: скупить всё подряд.

Отдельный хайлайт — “Отверженные” (1925): шесть часов немой экранизации Гюго, показанные по одной серии в течение четырёх дней. Ради этих утренних сеансов я в 9 утра уже стояла в очереди и таяла от жары. Как в 1920-е — пропустил серию, и всё, второй шанс не гарантирован. Тяжело тогда было быть фанатом сериалов. Показ сопровождал Нил Брэнд — английский пианист, уже 40 лет аккомпанирующий немым фильмам. Наблюдать за работой самого Нила было не менее интересно, чем за самим фильмом. Он играл без нот, смотрел на экран и играл так проникновенно, что я всю последнюю серию проревела и после подошла его поблагодарить. Увидев мое зареванное лицо Нил обнял меня за плечи и успокоил. Я думаю, ему было важно увидеть какие эмоции вызывает его музыка.

Бывали и накладки. На показе “О мышах и людях” Майлстоуна плёнка съехала, картинка на экране уползла вниз, всё остановили — и через пару минут продолжили. Но даже в таких моментах есть очарование. Ты как будто переносишься в старые времена, когда плёнка рвалась, зажёвывалась — или вспыхивала прямо в проекторе.

Я посмотрела 33 фильма за 6 дней — и влюбилась в кино снова. Некоторые из этих фильмов ещё всплывут на канале в других постах, так что оставайтесь рядом. Это был скорее эмоциональный пост.

Il Cinema Ritrovato — это про то, как кино продолжает жить.
Не в музейной витрине и не в архивной коробке, а здесь и сейчас.
На площади. В зале. В рояле, который играет под кадр.
В детском смехе и в искренних слезах.

Но мое самое любимое, это заботливая надпись на сейфе с деньгами в пивнушке.

В 2020 вышел ремейк с Харрисоном Фордом, где все собаки — CGI. Чтобы, цитирую, «расширить эмоциональный диапазон» и не травмировать животных. В итоге пострадали зрители. Бак теперь делает глаза лучше половины актёров, но выглядит так, будто вот-вот заговорит голосом из «Кошки против собак».