Ирвинг Стоун
«Жажда жизни»
Дочитала «Жажду жизни». Сразу скажу, у меня нет намерения теперь читать (и писать) только про художников, просто книжка нашлась на полке.
Главное потрясение (а я немножко потрясена) в том, что Ирвинг Стоун был практически современником Ван Гога. Они разминулись на 13 лет, но это не помешало Стоуну застать в живых многих из тех, кто художника знал и любил (включая, например, доктора Гаше, семью Мауве, семью Дени и др.).
Т.е. при полной (и вот тут бесспорно — высокой) художественности произведения, это, тем не менее, в прямом смысле слова документальный текст. Сам Стоун в послесловии признается, что выдумал (или, правильнее сказать, додумал) только диалоги. Все остальное написано по горячим следам, реконструировано по письмам и дневникам, воскрешено по свежим воспоминаниям близких, т.е. предельно точно воспроизводит реальность. И это шокирующая реальность.
Ирвинг Стоун (в отличие от того же Лонгони) — блестящий рассказчик. А «Жажда жизни» — блестящий художественный текст. Книга, которую читаешь и дочитываешь не из праздного любопытства, а из искреннего погружения в сюжет и глубокого сопереживания героям. Простите за пошлое клише, но это пример той прозы, в которой персонажи «как живые».
И эта встреча с «живым» Ван Гогом (после многих и многих встреч с его полотнами и репродукциями) лично на меня произвела большое впечатление.
«Жажда жизни» — история беспримерного одиночества, сомнений, лишений, непонимания, недоверия, тотального, сокрушительного неуспеха (на долю Ван Гога не досталось даже тех проблесков прижизненного признания, которые испытал Модильяни).
И одновременно это история веры. Тут просится сказать — веры в себя (в свое призвание, талант, искусство — you name it), но на самом деле — веры в тебя. История о том, что никто не способен верить в себя, если хоть кто-то один в тебя не верит. Это история человека, в которого верили — деятельно, терпеливо и безрассудно — до самопожертвования. Это не рассказанная история про брата Тео.
В мае в Амстердаме на юбилейной выставке к 170-летию со дня рождения Ван Гога были представлены, среди прочего, 40 автопортретов, написанных с 1885-го по 1890-й год. Мы разглядывали их с сыном, и тот спросил:
— Зачем художники рисуют самих себя?
— Возможно, им больше некого.
— Ну, значит, Ван Гог был очень одинок…
Читать? Однозначно!
Язык перевода: отличный (советская школа).
Язык оригинала (английский): не проверяла.
«Жажда жизни»
Дочитала «Жажду жизни». Сразу скажу, у меня нет намерения теперь читать (и писать) только про художников, просто книжка нашлась на полке.
Главное потрясение (а я немножко потрясена) в том, что Ирвинг Стоун был практически современником Ван Гога. Они разминулись на 13 лет, но это не помешало Стоуну застать в живых многих из тех, кто художника знал и любил (включая, например, доктора Гаше, семью Мауве, семью Дени и др.).
Т.е. при полной (и вот тут бесспорно — высокой) художественности произведения, это, тем не менее, в прямом смысле слова документальный текст. Сам Стоун в послесловии признается, что выдумал (или, правильнее сказать, додумал) только диалоги. Все остальное написано по горячим следам, реконструировано по письмам и дневникам, воскрешено по свежим воспоминаниям близких, т.е. предельно точно воспроизводит реальность. И это шокирующая реальность.
Ирвинг Стоун (в отличие от того же Лонгони) — блестящий рассказчик. А «Жажда жизни» — блестящий художественный текст. Книга, которую читаешь и дочитываешь не из праздного любопытства, а из искреннего погружения в сюжет и глубокого сопереживания героям. Простите за пошлое клише, но это пример той прозы, в которой персонажи «как живые».
И эта встреча с «живым» Ван Гогом (после многих и многих встреч с его полотнами и репродукциями) лично на меня произвела большое впечатление.
«Жажда жизни» — история беспримерного одиночества, сомнений, лишений, непонимания, недоверия, тотального, сокрушительного неуспеха (на долю Ван Гога не досталось даже тех проблесков прижизненного признания, которые испытал Модильяни).
И одновременно это история веры. Тут просится сказать — веры в себя (в свое призвание, талант, искусство — you name it), но на самом деле — веры в тебя. История о том, что никто не способен верить в себя, если хоть кто-то один в тебя не верит. Это история человека, в которого верили — деятельно, терпеливо и безрассудно — до самопожертвования. Это не рассказанная история про брата Тео.
В мае в Амстердаме на юбилейной выставке к 170-летию со дня рождения Ван Гога были представлены, среди прочего, 40 автопортретов, написанных с 1885-го по 1890-й год. Мы разглядывали их с сыном, и тот спросил:
— Зачем художники рисуют самих себя?
— Возможно, им больше некого.
— Ну, значит, Ван Гог был очень одинок…
Читать? Однозначно!
Язык перевода: отличный (советская школа).
Язык оригинала (английский): не проверяла.
👍14❤12🔥3
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
И как, скажите, теперь жить без этой вазы? 🤔
😍24❤12🔥1
Jessie Burton
The Miniaturist
Книжка, случайно купленная в Амстердаме по принципу «понравилась обложка» (кстати, очень надежный принцип, рекомендую), оказалась… про Амстердам. Будем считать, что у меня «голландский период» 🇳🇱
Голландия, XVII век, 18-летняя Нелла приезжает в столицу — в дом богатого немолодого мужа, которого видела дважды в жизни. В качестве свадебного подарка Нелла получает дорогую бессмысленную игрушку — кукольный дом, в миниатюре воспроизводящий их подлинное жилище и, кажется, саму жизнь.
Дальше все предсказуемо идет не так: муж Неллу избегает, сестра мужа Неллой пренебрегает, слуги многозначительно перешептываются и явно многого не договаривают.
По-английски такие книги называют page-turner, по-русски — «невозможно оторваться». Я лично проглотила 430 страниц за полтора дня и ближе к финалу, каюсь, была готова перелистывать страницы, чтобы узнать, чем все закончится.
Тут, собственно, главная сложность: в книге одна за другой разыгрываются три драмы (вокруг трех мрачных семейных тайн) плюс разворачивается одна большая сквозная интрига. Это создает то самое благословенное читательское напряжение, ради которого и придумана художественная литература. Но вместо развязки (спойлер!) получается немножко пшик.
Т.е. тайны разрешаются, как положено, и разгадывать их по ходу чтения вполне увлекательно, но вот сквозной (заглавный) сюжет не завершается буквально ничем. Ощущение странное, как будто лишили сладкого.
Если притвориться, что мы этого не знаем, «Миниатюрист» — отличное летнее чтение, с очень хорошим языком (не знаю, правда, что с ним стало в переводе, но оригинал написан прекрасно), богатой повествовательной манерой (быт, еда, наряды, диалоги — все наглядное, плотное, достоверное, сочное, как мы любим) и по-настоящему захватывающим сюжетом. По ощущениям, книга из той же серии, что «Тринадцатая сказка», но написана лучше.
Бонус: в основе сюжета «Миниатюриста» — актуальная «повестка», помещенная в декорации и правовые реалии XVII века. Судя по отзывам на Литресе, не всем русскоязычным читателям это понравилось, но, как по мне, напротив, исторический контекст добавляет современным (а на самом деле — вневременным) проблемам и дискуссиям неожиданный объем. При этом Бёртон удается не скатываться в «Бриджертонов». Читайте, пока в России не запретили.
Читать? Стоит.
Язык оригинала (английский): богатый.
Язык перевода: не проверяла, но он есть (Джесси Бёртон, «Миниатюрист»).
The Miniaturist
Книжка, случайно купленная в Амстердаме по принципу «понравилась обложка» (кстати, очень надежный принцип, рекомендую), оказалась… про Амстердам. Будем считать, что у меня «голландский период» 🇳🇱
Голландия, XVII век, 18-летняя Нелла приезжает в столицу — в дом богатого немолодого мужа, которого видела дважды в жизни. В качестве свадебного подарка Нелла получает дорогую бессмысленную игрушку — кукольный дом, в миниатюре воспроизводящий их подлинное жилище и, кажется, саму жизнь.
Дальше все предсказуемо идет не так: муж Неллу избегает, сестра мужа Неллой пренебрегает, слуги многозначительно перешептываются и явно многого не договаривают.
По-английски такие книги называют page-turner, по-русски — «невозможно оторваться». Я лично проглотила 430 страниц за полтора дня и ближе к финалу, каюсь, была готова перелистывать страницы, чтобы узнать, чем все закончится.
Тут, собственно, главная сложность: в книге одна за другой разыгрываются три драмы (вокруг трех мрачных семейных тайн) плюс разворачивается одна большая сквозная интрига. Это создает то самое благословенное читательское напряжение, ради которого и придумана художественная литература. Но вместо развязки (спойлер!) получается немножко пшик.
Т.е. тайны разрешаются, как положено, и разгадывать их по ходу чтения вполне увлекательно, но вот сквозной (заглавный) сюжет не завершается буквально ничем. Ощущение странное, как будто лишили сладкого.
Если притвориться, что мы этого не знаем, «Миниатюрист» — отличное летнее чтение, с очень хорошим языком (не знаю, правда, что с ним стало в переводе, но оригинал написан прекрасно), богатой повествовательной манерой (быт, еда, наряды, диалоги — все наглядное, плотное, достоверное, сочное, как мы любим) и по-настоящему захватывающим сюжетом. По ощущениям, книга из той же серии, что «Тринадцатая сказка», но написана лучше.
Бонус: в основе сюжета «Миниатюриста» — актуальная «повестка», помещенная в декорации и правовые реалии XVII века. Судя по отзывам на Литресе, не всем русскоязычным читателям это понравилось, но, как по мне, напротив, исторический контекст добавляет современным (а на самом деле — вневременным) проблемам и дискуссиям неожиданный объем. При этом Бёртон удается не скатываться в «Бриджертонов». Читайте, пока в России не запретили.
Читать? Стоит.
Язык оригинала (английский): богатый.
Язык перевода: не проверяла, но он есть (Джесси Бёртон, «Миниатюрист»).
👍16❤5
Сходили на экскурсию «Легендарная Ленинка» — в Библиотеку имени Ленина, которая, как ни странно, до сих пор имени Ленина (хотя памятник у входа все-таки Достоевскому).
Видели пневмопочту, по которой раньше читательские требования доставлялись в книгохранилище (устарела и не используется), и телелифт, который доставляет книги из хранилища читателям (по-прежнему используется вовсю).
Были в «Профессорском зале», куда героиня Муравьевой ходила искать женихов в «Москва слезам не верит» (туда теперь пускают всех, не советую).
Разглядывали прижизненные издания «Евгения Онегина» и «Братьев Карамазовых» в «Музее книги».
В целом, сходить стоит хотя бы ради запаха. В библиотеке пахнет даже не книгами, а любовью к книгам. Лучший запах в мире.
Видели пневмопочту, по которой раньше читательские требования доставлялись в книгохранилище (устарела и не используется), и телелифт, который доставляет книги из хранилища читателям (по-прежнему используется вовсю).
Были в «Профессорском зале», куда героиня Муравьевой ходила искать женихов в «Москва слезам не верит» (туда теперь пускают всех, не советую).
Разглядывали прижизненные издания «Евгения Онегина» и «Братьев Карамазовых» в «Музее книги».
В целом, сходить стоит хотя бы ради запаха. В библиотеке пахнет даже не книгами, а любовью к книгам. Лучший запах в мире.
❤30👍7🔥2
Амос Оз
«Иуда»
Эта книга дословно упала мне в руки с книжной полки в магазине «Республика». Я решила, что это знак, (когда что-то само идет в руки, надо брать), и купила, не глядя. Не знаю, что Вселенная хотела мне сказать, но книга оказалась про Израиль, и это, кажется, первый в моей жизни художественный текст, переведенный с иврита (и текст, и перевод, сразу скажу, блестящие).
Амоса Оза, к своему стыду, мне пришлось погуглить — и расстроиться, что писателя такого масштаба и такого таланта я открыла для себя уже после его ухода (Оз умер в 2018-м). «Иуда» (2014) — последний его роман.
Такие тексты принято называть «роман идей» — книга, в которой слова и мысли персонажей важнее поступков. Жанр, по многим причинам почти утраченный в современной литературе. Озу однако хватает и мастерства рассказчика, и, что еще ценнее, — идей, чтобы его реализовать.
«Иуда» — по-настоящему редкая книга, которую не просто интересно читать, но и немедленно хочется обсуждать. Предметов для обсуждения Оз подкидывает много и разных — от религиозных до политических, от нравственных до социальных. Почти все они — полемичные, конфликтные, болезненные, кровоточащие на протяжении многих веков и для разных поколений (заглавная тема романа — отношение евреев к Христу).
При такой остроте проблематики «Иуда» неожиданно «спокойная» книга — неторопливая, негромкая, интонационно ровная, если не сказать — отстраненная. Четыре почти случайных персонажа, один великий город, один старый дом, одна общая боль и много неразрешенных противоречий.
Долго искала, с чем сравнить нарратив «Иуды», и, пожалуй, первым на ум приходит Каннингем. А вторым Хёг. Ни тот, ни другой не мои любимые авторы, а вот у Оза, кажется, есть шанс.
Возможно, дело в бережности, с которой автор относится к своим очень непростым героям, возможно, в отказе от соблазна давать ответы вместо того, чтобы ставить вопросы, а, возможно, меня просто заворожил Иерусалим (как и переводчика Виктора Радуцкого, который посвятил городу собственный полный подробностей и любви раздел в финале книги). Спасибо Вселенной, «Иуда» оказался чтением не только для ума, но и для сердца.
Читать? Стоит.
Язык перевода: блестящий.
Язык оригинала (иврит): не проверяла.
«Иуда»
Эта книга дословно упала мне в руки с книжной полки в магазине «Республика». Я решила, что это знак, (когда что-то само идет в руки, надо брать), и купила, не глядя. Не знаю, что Вселенная хотела мне сказать, но книга оказалась про Израиль, и это, кажется, первый в моей жизни художественный текст, переведенный с иврита (и текст, и перевод, сразу скажу, блестящие).
Амоса Оза, к своему стыду, мне пришлось погуглить — и расстроиться, что писателя такого масштаба и такого таланта я открыла для себя уже после его ухода (Оз умер в 2018-м). «Иуда» (2014) — последний его роман.
Такие тексты принято называть «роман идей» — книга, в которой слова и мысли персонажей важнее поступков. Жанр, по многим причинам почти утраченный в современной литературе. Озу однако хватает и мастерства рассказчика, и, что еще ценнее, — идей, чтобы его реализовать.
«Иуда» — по-настоящему редкая книга, которую не просто интересно читать, но и немедленно хочется обсуждать. Предметов для обсуждения Оз подкидывает много и разных — от религиозных до политических, от нравственных до социальных. Почти все они — полемичные, конфликтные, болезненные, кровоточащие на протяжении многих веков и для разных поколений (заглавная тема романа — отношение евреев к Христу).
При такой остроте проблематики «Иуда» неожиданно «спокойная» книга — неторопливая, негромкая, интонационно ровная, если не сказать — отстраненная. Четыре почти случайных персонажа, один великий город, один старый дом, одна общая боль и много неразрешенных противоречий.
Долго искала, с чем сравнить нарратив «Иуды», и, пожалуй, первым на ум приходит Каннингем. А вторым Хёг. Ни тот, ни другой не мои любимые авторы, а вот у Оза, кажется, есть шанс.
Возможно, дело в бережности, с которой автор относится к своим очень непростым героям, возможно, в отказе от соблазна давать ответы вместо того, чтобы ставить вопросы, а, возможно, меня просто заворожил Иерусалим (как и переводчика Виктора Радуцкого, который посвятил городу собственный полный подробностей и любви раздел в финале книги). Спасибо Вселенной, «Иуда» оказался чтением не только для ума, но и для сердца.
Читать? Стоит.
Язык перевода: блестящий.
Язык оригинала (иврит): не проверяла.
❤19👍12😍2
Ничего особенного — просто Джеймс Нортон (James Norton) читает книжки в Лондонской библиотеке.
Официально это рекламная кампания Montblanc — The Library Spirit, но, как по мне, это идеальная рекламная кампания чтения.
Как пройти в эту библиотеку? 🤔
Официально это рекламная кампания Montblanc — The Library Spirit, но, как по мне, это идеальная рекламная кампания чтения.
Как пройти в эту библиотеку? 🤔
🔥26👍4❤1