Амос Оз
«Иуда»

Эта книга дословно упала мне в руки с книжной полки в магазине «Республика». Я решила, что это знак, (когда что-то само идет в руки, надо брать), и купила, не глядя. Не знаю, что Вселенная хотела мне сказать, но книга оказалась про Израиль, и это, кажется, первый в моей жизни художественный текст, переведенный с иврита (и текст, и перевод, сразу скажу, блестящие).

Амоса Оза, к своему стыду, мне пришлось погуглить — и расстроиться, что писателя такого масштаба и такого таланта я открыла для себя уже после его ухода (Оз умер в 2018-м). «Иуда» (2014) — последний его роман.

Такие тексты принято называть «роман идей» — книга, в которой слова и мысли персонажей важнее поступков. Жанр, по многим причинам почти утраченный в современной литературе. Озу однако хватает и мастерства рассказчика, и, что еще ценнее, — идей, чтобы его реализовать.

«Иуда» — по-настоящему редкая книга, которую не просто интересно читать, но и немедленно хочется обсуждать. Предметов для обсуждения Оз подкидывает много и разных — от религиозных до политических, от нравственных до социальных. Почти все они — полемичные, конфликтные, болезненные, кровоточащие на протяжении многих веков и для разных поколений (заглавная тема романа — отношение евреев к Христу).

При такой остроте проблематики «Иуда» неожиданно «спокойная» книга — неторопливая, негромкая, интонационно ровная, если не сказать — отстраненная. Четыре почти случайных персонажа, один великий город, один старый дом, одна общая боль и много неразрешенных противоречий.

Долго искала, с чем сравнить нарратив «Иуды», и, пожалуй, первым на ум приходит Каннингем. А вторым Хёг. Ни тот, ни другой не мои любимые авторы, а вот у Оза, кажется, есть шанс.

Возможно, дело в бережности, с которой автор относится к своим очень непростым героям, возможно, в отказе от соблазна давать ответы вместо того, чтобы ставить вопросы, а, возможно, меня просто заворожил Иерусалим (как и переводчика Виктора Радуцкого, который посвятил городу собственный полный подробностей и любви раздел в финале книги). Спасибо Вселенной, «Иуда» оказался чтением не только для ума, но и для сердца.

Читать? Стоит.
Язык перевода: блестящий.
Язык оригинала (иврит): не проверяла.

Идеальный сувенир из любого места (конкретно эти — из Папского дворца в Авиньоне).

Планирую начать их коллекционировать. (Но пока не получается: слишком часто использую и вечно теряю.)

Угадали, что это?

Что-то пошло не так, и при редактировании поста потерялась первая фотография, а вместе с ней все комментарии. Грущу 🙁

Сальваторе Шибона
«Конец»

С этой книгой все с самого начала пошло не так. Во-первых, при покупке я была уверена, что это перевод с итальянского, а оказалось, что Сальваторе Шибона — американец и пишет по-английски. По-английски я стараюсь читать оригиналы.

Во-вторых, по описанию и первым страницам я настроилась на неспешную семейную сагу в духе «Жены башмачника» или «Дома на краю ночи» (итальянцы первой волны эмиграции обустраиваются в Штатах), а к началу второй главы обнаружила психологический триллер с сильно деконструированной фабулой.

В-третьих, аннотация на задней обложке русскоязычного издания небрежно выдает очень обидный спойлер. (Не читайте! И на саму обложку не смотрите, художник книгу не читал). Перевод тоже слегка хромает, особенно в диалогах и внутренних монологах, где много намеков и игры слов.

В результате этих недоразумений после первой главы (это 80 страниц) у меня было труднопреодолимое желание бросить и не дочитывать.

Текст местами показался психоделическим, диалоги скатывались в полную ахинею, персонажи возникали ниоткуда, а их поступки вели в никуда. Во второй главе, впрочем, кое-что начало проясняться, проступила задумка автора, намеченные сюжетные линии хотя бы отчасти стали собираться в единую фабулу, и мне стало по-читательски любопытно. К финалу повествование набрало обороты и окончательно выправилось (хотя все равно осталось впечатление, что далеко не все развешенные по стенам ружья в итоге выстрелили).

В целом, «Конец» оставляет ощущение не очень ровной книги, в которой автор перехитрил сам себя.

Манера повествования, когда новые персонажи со своими интроекциями буквально выскакивают на тебя из середины строки, по началу обескураживает, потом приедается и, в конце концов, начинает утомлять. Многостраничная интерлюдия, в которой мало что понятно (и особенно мало понятно — зачем), даже после развязки выглядит необязательной. Некоторые многообещающие сюжетные линии обрываются, как будто автор потерял к ним интерес и не стал докручивать.

Но, как ни странно, в этой неровности и нецельности есть свое обаяние. Если преодолеть первоначальное сопротивление текста, вжиться в него, за сюжетом становится интересно следить.

Канва событий у Шибоны проступает медленно и ненадежно, как проступает рисунок на запотевшем стекле, постепенно проявляя свою все более сложную конфигурацию. Точно так же проступают характеры персонажей и мотивы их действий, осторожно становясь все более четкими, ясными, явными.

Можно придумать много объяснений метафорическому названию «Конец». Моя версия в том, что текст Шибоны (как и любой текст) стремится обрести законченность, финализироваться — в процессе чтения. Давайте ему поможем.

Читать? С определенной осторожностью.
Язык перевода: приемлемый.
Язык оригинала (английский): не проверяла.