Выбор января 2024 для книжного клуба «Давай читать»:

Элиф Шафак «40 правил любви»

Давайте читать 🙂

Сегодня день рождения у Донны Тартт. Я писала про два из трех ее романов: «Тайную историю» и «Маленького друга». А про «Щегла» писать не буду, но мы его обсуждали вот тут.

Пока выбирала фотографию к этому посту, наткнулась на статью с заголовком «Донна Тартт как эталонно плохая писательница». В принципе это всё, что нужно знать про Данну Тартт 🙂

Она изучала античную литературу и любит классическую музыку. Она пишет свои романы от руки и кромсает черновики ножницами, как Джейн Остин. У нее нет аккаунтов ни в одной социальной сети. Она всего полтора метра ростом. На каждую книгу она потратила 10 лет. Первый роман принес ей негласный статус литературного гения, а третий — Пулитцеровскую премию. Она входит в список «100 самых влиятельных людей мира». Ее книги переведены на 25 языков, включая все европейские. Каждый из трех ее романов стал мировым бестселлером. Ее по-прежнему называют плохой писательницей.

Мне очень нравится вот эта цитата из интервью Донны Тартт 2021-го года:

«Книга – это мечта, когда писатель и читатель мечтают вместе. Писатель задает направление и ведет читателя за руку. Читатель заполняет содержание книги своими мечтами, воспоминаниями и желаниями, так что книга в некоторой степени подстраивается под читателя. Книга индивидуальна для каждого читателя, в зависимости от того, что он привносит в нее.»

Давайте читать.
Давайте мечтать.

Пересматривала вчера The Holiday («Отпуск по обмену»). Оцените, какой выбор книжек у героини Камерон Диаз на прикроватном столике! «Поправки», «Искупление», «Бегущий за ветром».

17 лет прошло, а книжки по-прежнему в топе. И фильм, кстати, тоже.

«В фильмах всегда есть главная героиня и есть её лучшая подружка. Вы, я знаю, главная героиня, но почему-то ведёте себя, как её подружка.»

По-моему, это прекрасное Рождественское напутствие: давайте быть главными героями своей истории.

А в комментариях можно рассказывать, какие книжки у вас на прикроватном столике.

Вот да.

Последняя книга этого года, которую, кажется, все уже прочитали (а кто не читал, те посмотрели, потому что есть экранизация).

Жоэль Диккер
«Правда о деле Гарри Квеберта»

Это большой классический детектив, написанный в лучших традициях жанра. В аннотации фигурирует термин «интеллектуальный детектив», и я склонна полностью с ним согласиться.

Диккер написал захватывающую историю и написал с умом. Если вы, как и я, в момент выхода ее пропустили, закажите прямо сейчас: это идеальное отпускное чтение, лучший выбор скоротать вечера на длинных каникулах.

Завязка простая: в саду дома знаменитого писателя Гарри Квеберта обнаружено тело 15-летней девочки, пропавшей 33 года назад. К расследованию подключается лучший друг и ученик Квеберта — Маркус Гольдман, тоже писатель. Читателю предстоит вслед за Гольдманом погрузиться в историю маленького американского городка и его обитателей, чтобы попытаться вычислить убийцу и очистить доброе имя Гарри Квеберта.

Гольдман — классический пример того, что в литературоведении называется «ненадежный рассказчик». Он сам не знает всей правды, плодит домыслы и постоянно заблуждается. А читатели, т.е. мы с вами, заблуждаемся вслед за ним, перебирая гипотезы, которые рассыпаются по мере обнаружения новых фактов. Этот процесс по-настоящему затягивает, пока… не надоедает.

«Остросюжетность» романа (интрига сохраняется до последней страницы) — одновременно и главное достоинство книги, и ее ключевой недостаток. Диккер — чемпион по количеству ложных развязок. Принцип «всё не то, чем кажется» он понял буквально и не останавливается до тех пор, пока не разоблачит дословно всё (и всех).

Автору как будто тревожно от мысли, что читатель может найти разгадки раньше персонажа, поэтому он раз за разом «переобувается в полете», лишь бы мы продолжали идти по ложному следу. И к финалу это оставляет ощущение игрушечности, как от фотографии, где переусердствовали с ретушью, чтобы угодить заказчику. Нас так услужливо пытаются развлечь, что почти пренебрегают достоверностью.

Впрочем, за этот год я встретила столько книг, где авторы не потрудились предложить читателям хоть какую-то (!) развязку собственного сюжета, что жаловаться на Диккера за избыток развязок— грешно. Тем более, что у книги есть другие достоинства.

Сделав главными героями двух литераторов, Диккер дал старт большому и серьезному разговору о творчестве и писательском мастерстве. Его роман во многом построен на декомпозиции литературного процесса — мы не только следим за тем, как Гольдман ведет расследование, но и за тем, как он пишет книгу об этом деле, внутри которого пишется еще одна книга.

«Правда о деле Гарри Квеберта» — это книга в книге об еще одной книге. Литературная матрешка, пересобирать которую в конечном итоге едва ли не более интересно, чем искать убийцу.

Читать? На каникулах или в отпуске — идеально.
Язык перевода: хороший.
Язык оригинала (французский): не проверяла.

Есть экранизация: «Правда о деле Гарри Квеберта» (2018), 1 сезон, 10 серий, Патрик Демпси в заглавной роли.

Юрий Буйда
«Дар речи»

Время от времени на меня нападает тоска по великому и могучему полнокровному и полновесному русскому языку, которую непонятно, чем утолить, если не перечитывать классику. Поэтому я исследую списки номинантов и лауреатов «Большой книги» и «Русского Букера» (пока тот еще вручался). Юрий Буйда входит и в те, и в другие.

«Дар речи» попал в шорт-лист «Большой книги» 2023-го года, что отчасти забавно, потому что книжка совсем не большая — всего 300 страниц.

Большим скорее видится замысел: в одном из интервью Буйда говорит, что хотел написать роман о том, как прошлое влияет на настоящее, а «историческая достоверность как бы сама собой вырастает из личных правд, которые пересекаются, расходятся, ломаются, конфликтуют, роднятся, срастаются, образуя сложный рисунок эпохи».

Из фрагментов сюжета Буйда собирает историю семьи (и дальше — страны), где НКВДешные палачи породили интеллектуалов в КГБешных погонах, а те воспитали либералов со связями в ФСБ.

«Дар речи» — это история детей, брезгливо отмахнувшихся от подлинного семейного наследства — кожаного фартука, который отец надевал на расстрелы, чтобы не замараться. И история внуков, которые в жадной попытке заполнить пробелы в семейном нарративе присвоили чужое наследство — переписку соседей, репрессированных по доносу бабки и деда.

Но все это в романе странным образом оказывается второстепенным. По большей части текст состоит из разговоров, по большей части — пустых.

Группа персонажей с именами, похожими на подпольные большевистские клички (Шаша, Дидим, Папа Шкура, Бобинька, Шрамм), толкает заумные речи, цитирует Ратенау, Шлёцера и Кьеркегора в оригинале, много пьет, неразборчиво совокупляется и со скуки убивает друг друга.

«Дар речи» написан так, как будто раннего Пелевина скрестили с Трифоновым и Битовым и даже, прости господи, Достоевским (одну из героинь зовут Грушенька, я не придумываю!) — по принципу «смешать, но не взбалтывать».

Эта литературная эклектика (очевидно намеренная) вызывает сложные чувства: с одной стороны, безусловно работает на ту самую «историческую достоверность» (вот такая наша жизнь — то пелевенщина, то достоевщина), с другой — замыливает ее. Из «личных правд» здесь не вырастает никакая истина. Для «романа идей» в романе слишком мало идей.

Получилась книга о том, как люди с «нежными лицами» (это цитата) ведут на редкость пустую пакостную жизнь, бездарно разбазаривая тот самый бесценный дар — дар речи. Лучше бы, ей богу, помолчали.

Читать? На свой страх и риск.
Язык оригинала (русский): выдающийся.

Вот да 📚

Весь прошлый год книги находили меня сами. Падали в руки (с полок книжного магазина). Заманивали названием (бесконечно далеким от содержания). Доставались в подарок (с автографом автора). К концу года стало понятно, что все эти встречи неслучайны. Книги приходят, как ответ, когда есть вопрос. Главный вопрос 2023-го года: Как жить дальше — с тем, что происходит сейчас? Я отмотала свои читательские заметки на год назад и выбрала пять книг, которые стали для меня ответом…

https://spektr.press/pyat-knig-goda-anna-ivanova-avtor-telegram-kanala-daj-pochitat-predstavlyaet-svoj-sovsem-subektivnyj-vybor/

Кажется, я теперь не только «книжный блогер», но и «книжный колумнист».

Первая колонка по мотивам заметок в этом канале вышла сегодня и, скорее всего, станет ежемесячной.

Спасибо большое всем, кто читает меня и вместе со мной ❤️

Когда у тебя канал про книжки, новогодние подарки выглядят так 🙂

(Зато теперь я знаю, чем пахнет винтажная библиотека).

В очередной раз пытаюсь начать год со счастья. В прошлом году читала с этой целью «Министерство наивысшего счастья», в этом вспомнила про «Серотонин» (который, как известно, «гормон счастья»).

Мишель Уэльбек
«Серотонин»

Ожидать от Уэльбека истории про счастье, мягко говоря, наивно, но тут он превзошел сам себя. Если совсем коротко, «Серотонин» — это история про главную болезнь ХХI века — про депрессию. Очень правдивая, очень узнаваемая и очень убедительная. Про депрессию маленького человека, большой европейской страны, мировой экономики и, кажется, всего человечества.

Самый частый эпитет в отношении этой книги — «печальная». Но если это и печаль, то она не легкая и не светлая. Я бы сказала, что «Серотонин» — это книга, пронизанная тоской.

Уэльбек написал роман о человеке, в буквальном смысле умирающем от тоски. И эта злокачественная тоска мучительнее и смертоноснее опухоли, разъедающей героя «Уничтожить». Тоска по себе самому — такому, каким ты мог бы быть, но уже никогда не случишься. Тоска по любви — такой, какая была, но уже никогда не повторится.

Что удивительно, «Серотонин», кажется, единственный роман Уэльбека, где главный герой не вызывает никакого сочувствия (по крайней мере, у меня). Возможно, дело в том, что депрессии вообще тяжело сочувствовать, (и это одна из причин, почему ее по-прежнему не всегда диагностируют). А, возможно, потому, что голову четырехлетнего ребенка в оптическом прицеле «штайр-манлихера» нельзя оправдать никакой депрессией.

Читать? С осторожностью (особенно, если вы в депрессии).
Язык оригинала (французский): не проверяла.
Язык перевода: хороший.

А пока я читаю и перечитываю у Уэльбека то, до чего раньше не доходили руки, издательство CORPUS пошло еще дальше и анонсировало переиздание «Элементарных частиц», причем в новом переводе (не знаю, чем старый был плох).

Если у кого-то и были сомнения, кто главный автор современности, современность, похоже, все расставила по местам. Уэльбек начинает и выигрывает.

Ну и еще про Уэльбека. (Простите, что зачастила, но он на самом деле главный писатель современности).

Есть точка зрения, с которой трудно спорить, что Уэльбек — провидец (либо просто очень остро чувствует время). Почти каждый его роман с точностью, близкой к дословной, предсказывает события ближайшего будущего.

«Платформа» завершается кровавым терактом на островном азиатском курорте — через год 202 человека погибнут от взрывов в отеле на Бали.

«Покорность», где автор фантазирует о будущем Франции, если (когда?) исламисты придут к власти, поступила в продажу в день расправы над редакцией «Шарли Эбдо» — за карикатуры на пророка Мухаммеда.

«Серотонин», чья самая горькая тема и самая острая сцена — «бессмысленное и беспощадное» восстание разорившихся французских фермеров, всего на месяц опередил первые уличные акции «желтых жилетов».

Я лично закончила читать «Серотонин» вчера, а на скриншоте — европейские новости за сегодня.

Можем пофантазировать в комментариях, что нам сулит «Уничтожить»… Но, если честно, немножко страшно.

И каждый совершенно обычный тоже 📚

Татьяна Толстая
«Кысь»

Совершенно случайно и без всякого повода вспомнила про эту книжку. Вообще, (это важный дикслеймер), мне не нравится ничего, что делает Татьяна Толстая: ни ее рассказы, ни блог в ЖЖ и Фейсбуке, ни образ в «Школе злословия» (Дуня Смирнова нравится). И к ее сыну у меня тоже «много вопросиков».

Но «Кысь» — это нечто совершенно отдельное и, по моему очень скромному мнению, почти гениальное. А, может быть, не почти. В общем, даже если у вас, как у меня, идиосинкразия на Татьяну Никитичну, для этой книжки можно смело сделать исключение.

В жанровом смысле «Кысь» — это антиутопия. История про мир после условной «ядерной зимы» (роман был задуман сразу после Чернобольской катастрофы), где у каждого выжившего — «своё последствие». И этот мир, как ни странно, невероятно уютный. Лубочный, открыточный, почти муми-тролльный.

Пока писала этот пост, поняла внезапно, какую книжку напоминает эстетика «Кыси» — «Простодурсена»! Даже на уровне персонажей есть необъяснимое, но вполне уловимое сходство.

Т.е. это антиутопия, написанная языком детской книжки. Полагаю, что в этом и состоял авторский замысел, потому что именно стилистический (и отчасти сюжетный) диссонанс вполне буквально — наводит жуть. Нет, «Кысь» не страшная книжка, но при этом… жуткая.

Отдельная «жуть» состоит в том, до какой степени этот короткий роман, опубликованный в 2000-м году, не устарел, а, кажется, напротив, пророс в современность.

То, что в начале 2000-х задумывалось и считывалось как «постмодернистская ирония» и «деконструкция реальности», в 2020-х (неожиданно?) стало реальностью.

Даже гротескный, полуархаичный-полусказовый язык романа, который, со слов самой Толстой, вдохновлен перепиской Ивана Грозного, вдруг оказался почти современным. И мистическая, никем никогда не виданная, но от этого только еще более жуткая Кысь по-прежнему здесь, с нами. Или в нас.

Читать? Однозначно!
Язык оригинала (русский): великий.
Есть перевод на английский (The Slynx), который очень хвалят, но я не проверяла.

Я, (как и все, похоже), начала утро с того, что внимательно изучила список книг, рекомендованных к изъятию из продажи (пока только на уровне принадлежащего «Сберу» маркетплейса «Мегамаркет», но кто знает, что дальше»).

Удалять карточки товаров для книг из списка рекомендуют по причине того, что в них «содержится пропаганда ЛГбТ».

В списке 250 строк без какой-либо систематизации. Чтобы вы не тратили время на их изучение, я выбрала для вас самые «сливки». Получились два альтернативные списка 🙃

10 книг из списка, которые я читала, люблю и смело рекомендую

1. «Происхождение всех вещей», Элизабет Гилберт
Один из лучших «больших романов» ХХ века, после которого не осталось сомнений, что Гилберт — очень серьезный и очень талантливый автор. Обязательно напишу про эту книгу отдельно.

2. «Норвежский лес», Харуки Мураками
Не очень понятно, что про эту книгу можно сказать, кроме того, что это — Мураками в его лучшем варианте. Пронзительная книга о юности, любви и одиночестве.

3. «Песнь Ахилла», Мадлен Миллер
Про нее я подробно писала тут. (Непонятно, почему составители списка не предлагают сразу запретить «Илиаду» и остальные «мифы и легенды Древней Греции». Было бы логично.)

4. «Часы», Майкл Каннингем
Я не самый большой поклонник Каннингема, он сложный автор с тревожной, я бы сказала, царапающей прозой. Но его однозначно нужно читать, хотя бы, чтобы составить собственное мнение. Это большая литература. За «Часы» Каннингем в 1999-м году получил Пулитцеровскую премию, а в 2002-м по роману вышел оскароносный фильм с Николь Кидман в главной роли.

5. «Снежная королева», Майкл Каннингем
Еще один Каннингем. Печальная книга про одиночество и, как я теперь понимаю, про старение, когда друзья уходят. А еще это вдохновенная ода Нью-Йорку.

6. «Начинается ночь», Майкл Каннингем
И еще один Каннингем (вот ведь сделали люди автору рекламу!) Не самый известный его роман про то, о чем Каннингем, в общем, пишет каждую книгу — про скоротечность жизни и ускользающую красоту повседневности.

7. «Правила виноделов», Джон Ирвинг
Великая американская классика. Трудно представить человека, который эту книгу не читал (или хотя бы экранизацию не смотрел). Если вдруг книга прошла мимо вас, обязательно прочитайте. Это прекрасная (и, как ни странно, очень феминистическая) история любви. И отчасти краткая история Америки.

8. «Смятение чувств», Стефан Цвейг
Одна из тех книг, которые в нашей семье стояли на книжной полке. Поэтому прочитала я ее лет в 12-13 (привет составителям списка и возрастным маркировкам!) Ну что тут скажешь, это —Цвейг. В 1999-м году Le Monde включил эту новеллу в список «100 главных книг ХХ века». Предлагаю ориентироваться на мнение Le Monde, а не «Сбера».

9. «Тревожные люди», Фредерик Бакман
Удивительно, что «Тревожные люди» в список попали, а, скажем, «Вторая жизнь Уве» нет. Хотя, на мой вкус, это самая антигомофобная книга всех времен. (Впрочем, не будем облегчать работу составителям). Бакман, в отличие от того же Каннингема, это несложная и добрая проза. Я бы даже сказала, терапевтичная. За это мы его и любим, и читаем, и будем дальше читать.

10. «Как творить историю», Стивен Фрай
Еще один автор, который в представлениях не нуждается. «Как творить историю» — это антиутопию, причем очень острая, дажее остросовременная. (Как наверное почти любая антиутопия сегодня…) Фрай фантазирует, каким мог бы быть мир, если бы Гитлер не родился (спойлер: таким же). Есть о чем подумать.

Update: Успела удивиться, перепроверила и поняла, что сама пропустила. Поэтому вот — 11-й пункт:
«Маленькая жизнь», Ханья Янагихара
Про «Маленькую жизнь» я писала дважды — сразу после того, как прочитала, в Фейсбуке и потом, когда впечатления отстоялись и эмоции улеглись, здесь. Добавить к сказанному особо нечего.

А это второй список из того самого списка:

10 книг, которым мы искренне удивились

Не вижу смысла что-то говорить про каждую книгу, их и так все знают. Просто давайте удивляться вместе.

1. «Возвращение в Брайдсхед», Ивлин Во
2. «Оно», Стивен Кинг
3. «Доктор Сон», Стивен Кинг
4. «Орландо», Вирджиния Вульф
5. «Рыбья кровь», Франсуаза Саган
6. «Пир», Платон
7. «Фальшивомонетчики», Андре Жид
8. «Наследие», Владимир Сорокин
9. «Неточка Незванова», Ф.М. Достоевский
10. «Победитель остается один», Пауло Коэльо