я думаю, что мы должны читать лишь те книги, что кусают и жалят нас. если прочитанная нами книга не потрясает нас, как удар по черепу, зачем вообще читать ее ? скажешь, что это может сделать нас счастливыми ? бог мой, да мы были бы столько же счастливы, если бы вообще не имели книг; книги, которые делают нас счастливыми, могли бы мы с легкостью написать и сами. на самом же деле нужны нам книги, которые поражают, как самое страшное из несчастий, как смерть кого-то, кого мы любим больше себя, как сознание, что мы изгнаны в леса, подальше от людей, как самоубийство. книга должна быть топором, способным разрубить замерзшее озеро внутри нас. я в это верю.
на языке цветов сирень означает первую любовь.
и, наверное, поэтому её принято дарить лишь один раз, как первый букет любви.
когда впервые признаешься в своих чувствах, актуален будет букет ароматной сирени, который без слов может рассказать о волнении и первой, чистой, трепетной любви.
ты моя сирень.
и, наверное, поэтому её принято дарить лишь один раз, как первый букет любви.
когда впервые признаешься в своих чувствах, актуален будет букет ароматной сирени, который без слов может рассказать о волнении и первой, чистой, трепетной любви.
ты моя сирень.
headpieces by paco rabanne and alexander mcqueen reworked for dune’s movie second part
прокрастинация. страсть к откладыванию дел на потом, доходящая до мании. я дышу только тогда, когда откладываю дела. но это ощущение свободы быстротечно и вскоре сменяется угрызениями совести, и я в отчаянии от того, что не сделал того, что должен был сделать, хотя и не верил в это.
может быть, ты чувствуешь себя опустошенными, потому что оставлял частички себя во всем, что раньше любил ?
не ропщу. напротив, я твёрдо знаю, что наша встреча была не напрасной, и я рад, что мы были вместе, пусть и не очень долго.
если когда-нибудь, в следующей жизни, в далёком-далёком будущем, мы встретимся вновь, я улыбнусь тебе и вспомню наше лето. мы многому научились тогда друг от друга, а главное – научились любить.
и может быть, на самый короткий миг ты почувствуешь то же, что и я, и улыбнешься мне, вспомнив всё, что мы пережили вдвоём.
если когда-нибудь, в следующей жизни, в далёком-далёком будущем, мы встретимся вновь, я улыбнусь тебе и вспомню наше лето. мы многому научились тогда друг от друга, а главное – научились любить.
и может быть, на самый короткий миг ты почувствуешь то же, что и я, и улыбнешься мне, вспомнив всё, что мы пережили вдвоём.
я считаю, в ноябре каждый порядочный человек должен от трёх до десяти дней проваляться в депрессии. если вы почему-либо не валяетесь, как алюминиевая ложка, это говорит о недостаточно тонкой душевной организации. поэтому хотя бы не признавайтесь никому, не позорьтесь. упомяните, между прочим, что выходные пролежали лицом вниз, размышляя о тленности всего сущего, даже не могли спать и кушать, а морда у вас вовсе не сытая, а отёчная от пьянства. потому что вынести этот мир на трезвую голову совершенно невозможно. ноябрьская депрессия обязательна для всякого интеллигентного человека, как рождественский пост для христианина.