Всë будет

#ЛФП_мюсли

История ускорила шаг, что нам, родившимся в интербеллум, может казаться чем-то ненормальным. Но пора бы уже попрощаться со старым миром и принимать роды нового.

Но сейчас не об этом. Политические режимы в наше время живут недолго. В среднем где-то в два раза меньше продолжительности жизни человека. И это прекрасно — раньше всякие династии и их политические строи могли существовать веками, а теперь каждый из нас может быть уверен, что он увидит на своем веку и перевороты, и революции, и коллапсы, и подъемы.

Мы вступаем в удивительную, бурную, будоражащую умы эпоху. Нам невероятно повезло, и главное теперь — не сойти с дистанции раньше времени (обидней ничего быть не может).

Берегите себя и своих близких. Не совершайте глупостей. Все только начинается. Всë будет.

#Борис_Свердлов

Сегодняшний день не является праздником социал-демократии

День Октябрьского переворота — это не праздник, а серьёзная травма для социал-демократоа, ибо у нас не получилось победить, а после 70-лет Советского режима левые идеи и идеи прогресса в массовом сознании связываются в большинстве своем лишь с коммунистами, марксистами.

Почему же не смогли победить?

Как и 90-х, так и период 1917-1923 гг. — это периоды масштабных потрясений, проблем, а значит и поляризации общества. В такие периоды умеренным силам вроде социал-демократов очень сложно найти своих стронников, самим не увлечься радикальными проектами и желанием примкнуть к одной из сторон. На этом и погорели — в 1917 в массе своей поддержали большевиков лишь бы не было Корнилова, а в 90-х поддерживали либералов — лишь бы не было коммунистов. Итогом стал абсолютный раскол, потеря собственного лица и идентичности.

Сейчас происходят попытки эту идентичность восстановить. В чем-то очень хорошие, а в чем-то весьма опрометчивые, так как игнорируется история России, её специфика, но зато проявляется желание копировать Европу, где у социал-демократов получилось.

Это опасно и именно поэтому мы должны помнить этот день, чтобы понимать, что 1917 оказался возможен именно в России, исходя из наших условий и идеологические предки нынешней российской социал-демократии их не учли в должной мере, а потому проиграли.

#Алексей_Челюскин
@Reception_Progress_bot

Можно вечно смотреть на многие вещи, в том числе на то, как социал-демократы плачут и трясутся над собственными поражениями.

#ЛФП_мюсли

У социал-демократов не получилось победить в силу собственной политической импотенции. Утверждение о том, что в периоды кризисов «умеренным силам сложно найти сторонников», суть признание собственной исторической ничтожности. Потеря собственного лица социал-демократов не является случайностью или контекстом конкретной исторической ситуации. Такова сущность тех, кто вешает на себя ярлык «умеренной социал-демократической силы».

Исторический контекст, по сути, не важен. Важен прежде всего вопрос о таких персонажах, ведь их проблема не в радикализации масс, которые не следуют более умеренным вариантам, а в собственной сути, ведь проигрывать это их главная историческая функция. Не важен век, не важен год, важно то, что левоцентристские лакеи буржуазии с радостью продолжат служить буржуазной системе, маскируя собственное бессилие под умеренность, рациональность и реализм.

Друзья, 7 ноября не день скорби, не травма, и уж тем более не повод для социал-демократических соплей о поражении и утраченной альтернативе. 7 ноября — День Великой Октябрьской социалистической революции. Так что с праздником, товарищи!

#VS

Между переворотом и революцией

#ЛФП_мюсли

Настоящая Русская Революция имела место в летние месяцы 1917-го. В этот период крестьяне овладевали землей, рабочие фабриками, таким образом, демонстрируя хорошее понимание социальной революции. Октябрьский переворот был последним штрихом к работе, начатой шестью месяцами ранее. В великом восстании большевики присвоили себе голос народа. Они примеряли на себя аграрную программу эсеров и индустриальную тактику анархистов. Но как только прилив революционного энтузиазма вознес их на вершину власти, большевики отказались от этого маскарада. Именно тогда началось духовное отчуждение между большевиками и Русской Революцией. С каждым последующим днем промежуток становился более широким, их интересы все более расходились. Сегодня не будет преувеличением заявить, что большевики являются заклятыми врагами Русской Революции.

(c) Эмма Гольдман, «Моё разочарование в России»

Сейчас предпочту высказаться скорее тезисно, чем в виде широкого текста, как того и заслуживает формат комментария по в очередной раз повторяющейся дате:

• Революция – благо. Великие социальные достижения народа, установление советской власти, обобществление производства и земли – триумф народной свободы и социальной справедливости, и октябрьский переворот сыграл свою роль в реализации этих народных устремлений и в их краткосрочном успехе...

• ...краткосрочном успехе, поскольку взявшие власть на фоне революции ленинисты оказались не её продолжателями, а наоборот, большевистской контрреволюцией, что установила полное, неограниченное господство коммунистической партии над пролетариатом и крестьянством. Большевистская диктатура уничтожила вольность Советов, извратив их и превратив в придатки партии, заменила народную власть Исполкомами, продолжила продразвёрстку, ввела милитарную трудовую повинность, закрепощающую пролетариат, и пошла на сговор с империалистическими державами Европы. Большевики – контрреволюционеры.

• Продолжателями дела Революции, дела Октября в том числе, были Кронштадтское восстание, Нестор Махно, левые эсеры и другие организации, лидеры и движения что вели последовательную борьбу за свободу крестьянства, власть независимых советов и рабочее владение фабриками. Но большевистская контрреволюция уничтожила продолжателей революционного дела.

• Режим Керенского не заслуживает его идеализации умеренными левыми, и он не тождественен Учредительному собранию. Вопреки игнорирующему исторические факты заблуждению многих социал-демократов, Керенский – не эталон демократии и левизны, а оппортунистический диктатор, стоявший на пути у народной воли. Хотя важно отметить, что этот диктатор хотя бы был идейным противником откровенной реакции в лице монархистов и ультраправых, что, правда, не отрицает буржуазно-авторитарной сути его режима. Временное правительство не заслуживает поддержки, и его свержение само по себе – благо.

Сегодня день Революции, и Революции, к сожалению, узурпированной и задавленной большевиками – теми, кто воспользовался сложившейся в стране ситуацией для установления собственной безраздельной власти, когда народ был близок к свободе как никогда.

#KORALL

108 лет назад над Россией взошло солнце Свободы

#ЛФП_понятное

И озарило весь мир своими лучами, что до сих пор, от Нью-Йорка до Гуанчжоу, от Москвы до Гаваны, от Берлина до Йоханнесбурга обжигают кровососов и согревают всех мечтателей о новом мире.

108 лет назад началась новая эпоха, последняя для доисторических времен. И нам суждено ее завершить. И это прекрасно.
Всё будет!

#Борис_Свердлов

Я давно пишу о кризисе в социал-демократии и в частности многие из этих мыслей родом еще с периода вк и 2023 года.

Также я вполне согласен с Кагарлицким (Экстремист), что в России просто не может быть социал-демократии и скандинавской модели, потому что у нас нет стольких шведов. Находясь на периферии мирового капитализма нам, конечно, не хватит ресурсов, чтобы построить такую эффективную модель перераспределения, как на Западе, да и сам запад уже с этим не справляется.

Вот это предметный разговор и по-существу, а всякие разговоры про лакеев буржуазии и прочее — самих уже тошнить должно от этой риторики и оборотов речи, это ярлыки, а не попытка к переосмыслению, чем страдают многие левые, соцдемы и вы

#Алексей_Челюскин

#ЛФП_мюсли #ЛФП_предложка

Сегодня, в 108-годовщину Великого Октября, споры вокруг это события продолжаются и в левой среде, что видно и на примере Левой Философской платформы. Социал-демократы кличут это событие вредным переворотом, коммунисты конечно поддерживают, а различные неортодоксальные радикалы, подобно Кораллу, занимают промежуточную позицию, подобно левым коммунистам типа Розы Люксембург.

Но я, как тот, кто обучается на истфаке и занимается в свободное время вопросами истмата, хотел бы дать более менее взвешенный анализ, конечно, оставаясь верным своей марксистской позиции. Для этого необходимо поставить ряд вопросов, и дать на них ответ:
1) Была ли Россия к 1917 году готова к социализму?
2) Был ли приход к власти большевиков необходимой мерой?
3) Какие надежды большевики возлагали на зарубежный пролетариат?

Отвечая на первый вопрос, конечно можно сказать только одно: нет, Россия, страна, с крайне низким на тот момент уровнем развития производительных сил, с высокой долей крестьянства и многочисленных феодальных пережитков, не была готова к переходу к социализму. Но, тут стоить, почему в таких условиях революция приняла не буржуазный характер, хотя бы левобуржуазный (а значит, мелкобуржуазный, ибо якобинцы опирались на ремесленников), как это было в якобинский период во Франции, а именно пролетарский, при блоке с трудящимся крестьянством (особенно если записывать в пролетарии сельских батраков), а именно пролетарский? А дело тут в разительном противоречии между отсталостью деревни и крайней концентрацией пролетариата в промышленных центрах: ни в одной другой стране Европы не было такой концентрации промышленности, как в Российской империи. Ускоренная начальная индустриализация, разразившаяся в конце XIX века, породила, вопреки воле правящих классов царской России, своего могильщика, красного Прометея.

Первая мировая война подобно скальпелю хирурга, вскрыла все гнойники российского общества и обострила до крайних пределов общественные противоречия. Хотя большую часть населения и составляли крестьяне, начавшие в 1917 году свою классовую войну в деревне (черный передел земли, вопреки всем положениям бездельников из Временного правительства), первую скрипку сыграл именно пролетариата, и особенно питерский пролетариат. Как уже было сказано, пролетариат сконцентрированный, поставленный царизмом в скотские условия, но при этом наиболее грамотный и передовой отряд трудящихся, он уже давно тянулся к марксизму, а марксизм – к пролетариату. И вот, осень 1917 года является закономерным плодом всего предшествующего развития, всех тех противоречий, развивавшихся в Российской империи.

Альтюссер называл это примером сверхдетерминации. Мне не очень нравится эта концепция, но тут её можно упомянуть, хотя бы в символическом смысле. Действительно, концентрация пролетариата вкупе с противоречиями отсталой страны дала нам российскую пролетарскую революцию, которая, тем не менее, соседствовала с буржуазной, и была вынуждена выполнять её нерешённые до конца задачи.

Таким образом, произошёл исторический парадокс, когда в отсталой, ещё находящейся на стадии буржуазной революции стране, произошла революция пролетарская. Троцкий называл это перманентной революцией – когда слабая буржуазия страны второго-третьего порядка, связанная с империалистическими центрами, теряет свою революционную субъектность и прогрессивность, вставая в один ряд с отживающими своё феодальными классами. А Ленин называл это революционно-демократической диктатурой рабочих и крестьян, которые выполняют задачи буржуазной революции без крупной буржуазии, а затем начинают социалистическое строительство – таким образом, в отсталой стране начинается опосредованное движение к социализму.
И тут мы должны ответить с вами на второй вопрос - был ли приход к власти большевиков необходимой мерой? Безусловно, да – и речь тут не только о революции пролетарской, и её задачах, но и спасении прогрессивных завоеваний Февраля. Ведь Временное правительство, состоящее из политических импотентов, не могло и не хотело разрешать назревшие проблемы, спихивая всё на Учредилку.

Но трудящиеся массы рабочих и крестьян, в условиях продолжающейся и поддерживаемой этим самым Временным правительством мировой бойни, не хотели терпеть и ждать, пока уважаемые господа в смокингах соберутся зимой на Учредительном собрании, и изберут правительство. Не хотели терпеть и ждать и наиболее реакционные слои буржуазии и помещиков, с их цепным псом – военщиной. Августовский мятеж Корнилова есть ярчайший пример этого.

История всех стран, где провалилась красная, пролетарская революция, точно доказывает: там, где подавлены «коммунистические радикалы», к власти приходят чернорубашечники и штурмовики фашизма. И если бы большевики повторили судьбу своих западных коллег, если бы Ленин, подобно Розе Люксембург, сброшенной в ландвер-канал, был бы сброшен в Неву, вместе с товарищами, России «посчастливилось» бы стать пионером фашистского строительства государства «порядка и сплочения вокруг родины». Были заказчики с железным мотивом – испугавшиеся «красной заразы» круги крупной буржуазии и помещиков, с их цепными псами из военщины. Были и кандидаты – тот же Борис Савинков, желающий после свершения захвата власти рабочими и крестьянами стать военным диктатором и затопить оных в крови. Если бы его планы свершились, Савинков был бы первым дуче.

Если кто-то относится к возможности фашизации России в случае провала большевисткой революции со скепсисом, то им стоить посмотреть на опыт Украины в период правления гетмана Скоропадского, которого буквально выбрали реакционнейшие круги помещиков. Меры достопочтенного гетмана по наведению порядка были следующими:
1) Запрет всех стачек и забастовок.
2) Увеличение длительности рабочего дня на предприятиях до 12 часов.
3) Восстановление крупного помещичьего землевладения, при жесточайшем терроре против крестьянства.

И всё это при поддержке со стороны империалистических хозяев, а конкретно Германии. В случае России же были бы все те же самые перечисленные выше меры, умноженные на два, учитывая больший размах России.

Квазифашистская диктатура, выражающая интересы наиболее реакционных слоёв буржуазии и помещиков, при опоре на военно-силовой аппарат, жестко подавляющий любое сопротивление эксплуатируемых классов, при внешнем полуколониальном положении по отношению к империалистическим центрам – вот что бы ждало Россию, если бы Красный Октябрь провалился. А если вспомнить опыт Китая в эру милитаристов, то скорее всего все эти Деникины, Дутовы, Корниловы и Врангели устроили бы нехилую такую мясорубку, в борьбе за то, чтобы быть главным «борцом за порядок». И без сомнения, каждый выбрал бы в покровители или страны Антанты, или Германию. Всё, как в 1920-е годы в Китае.

Именно поэтому октябрьская революция была необходимым шагом – не только из-за требований пролетариата, но и просто из-за того, что альтернативой была вовсе не буржуазная демократия кадетов, правых меньшевиков и правых эсеров, а диктатура самой чёрной реакции, опирающейся на наиболее реакционные слои буржуазии, помещиков и генералитета.

И теперь пора перейти к третьему вопросу – о соотношении октябрьской революции и мировой истории.

Сразу стоит говорить, что большевики рассматривали Октябрь в России лишь как пролог к Октябрю во всем мире, к мировой революции, и особенно её победы в Германии? Стоит ли говорить, что большевики понимали, то в рамках отдельно взятой России новое общество во всей полноте не построишь?

Именно надежда на Мировую революцию была главной мотивацией действий большевиков. И в тех условиях, вопреки насмешкам и упрекам многих современных буржуазных историков, Мировая революция была вовсе не призраком, а реальной фигурой, повисшей над буржуазной Европой, и дающей надежду Европе пролетарской. Восстание спартакистов, Баварская советская республика, Бременская советская республика, Венгерская советская республика, Эльзасская советская республика, Советская республика Лимерик и Лабинская республика – вот те ростки Мировой социалистической республики, те искры Мировой революции, предвидя рост коих большевики осмелились взять власть в стране, не готовой к социализму.

И не их вина, что эти ростки были затоплены в крови пролетариата силами реакции, не их вина, что эти искры были затушены мировой буржуазией.

Провал Мировой революции на Западе есть величайшая трагедия русской пролетарской революции, которая вынудила Страну советов идти к социализму зигзагообразным, сложным путём, на котором, увы, российский пролетариат в конце концов заблудился и пришел обратно, к тому, от чего ушел – к диктатуре буржуазии.

Но если подводить итог всему вышесказанному, то можно сказать только одно: при всей своей противоречивости (а что в нашем диалектическом мире непротиворечиво?) Октябрьская революция является наиболее прогрессивным, наиболее значимым событием в истории России и человечества в целом. Воспоминания о пламени Октября до сих пор греют душу сознательных пролетариев, и настанет час, когда это пламя возгорится вновь, но уже в мировом масштабе, как и надеялись большевики. И я верю, что в этот веке мир увидит череду новых пролетарских революций, которые довершат начатое товарищами-большевиками, ведь как сказал Ильич – лёд тронулся!

Есть у революции начало, нет у революции конца!

#Камиль_Эгалите

Я одна умная, в белом пальто стою красивая

#ЛФП_мюсли

Во-первых, я не знаком и в силу обстоятельств не должен быть знаком со всеми размышлениями относительно кризиса социал-демократии, особенно в том случае, когда они тянутся уже больше двух лет. Надеюсь, в данном случае претензий ко мне нет, я отвечаю только на те тексты, которые вижу в настоящий момент.

Во-вторых, вопрос о перераспределении меня не волнует от слова вообще. Почему этот вопрос поднимается в данном случае я не совсем понимаю, так как основной предмет спора заключался в обсуждении отсутствии исторической субъектности у социал-демократов как силы. И конечно же, в этом случае уместно говорить про лакейство, ведь ничем иным, кроме мальчиками на побегушках у властвующей классовой элиты социал-демократы не являются. Я бы рад изменить своё мнение по этому поводу, но никаких эмпирических свидетельств обратному нет, так как сама суть социал-демократических партий состоит в построении этатистской модели перераспределения капитала и создании системы социального страхования.
Прошу вспомнить слова Маркса касательно частичной социализации и её последствиях и не строить иллюзии относительно того, что социал-реформистские движения могут действительно преуспеть. Они преуспевают постольку, поскольку на то есть политическая воля буржуа.

В-третьих, я не считаю, что социал-демократические принципы вообще можно как-то функционально переосмыслить. Например, можно отказаться от перераспределительной и реформистской риторики, но тогда добро пожаловать в леворадикальный лагерь. Можно вообразить более консервативное и более "умеренное" движение, но в таком случае недалека судьба странного американского социал-либерализма. Так что отказ от принципов, на которых основана социал-демократия, представляется крайне странным, ведь в таком случае произойдёт самоотречение движения от самого себя, что весьма и весьма нелепо.

#VS

Проблема в том, что мое сообщение не предполагало необходимого ответа с твоей стороны, потому что несмотря на то, что я отсылся к твоему тексту он с ним по-существу не спорил, а как мне казалось расширял твою мысль.

Отсылка к ранним работам просто отсылка, конечно, никто не обязан читать мою графоманию.

Спора у меня с тобой нет, потому что я считаю, что ты пишешь и говоришь неплохие вещи, которые я и сам до известной степени писал, но меня смущает язык каким ты это делаешь. Он кажется догматичным, буквально повторением и калькой с того, что писали классики, а потому сложно понять насколько ты сам осознаёшь что пишешь. Это в целом проблема всех тех, кто прибегает к устойчивой марксисткой фразеологии, поэтому я бы предпочёл, чтобы мы ее избегали.

Другой момент, что ты, как и всякий революционрчик думаешь о какой-то абстрактной социалистической революции, которую предают такие же абстрактные социал-демократы. Но на деле, все сложнее.

Социал-демократы это люди, которые увидев ужасы большевистской России, весь этот ад и реальный упадок, я думаю, что никто не будет отрицать, что перовое время у большевиков творился треш в котором никто из нас в здравом уме не хотел бы оказаться и его пережить, увидев все это они попытались договориться с внутри своих стран и под страхом большевизма выбить преференций для своего пролетариата и при этом избежать социальных экспериментов, которые непонятно куда могут вывести. В этом нет ничего плохого в самом по себе, если ваш идеал не абстрактный коммунизм, который никто не знает, а что-то более реальное, то соцдем это неплохой вариант.

Я написал бы еще немного, но боюсь, что не могу себе этого сейчас позволить. Вернемся к этой теме когда-нибудь

#Алексей_Челюскин

🇺🇸🇻🇪 Возможное вторжение в Венесуэлу

Автор: Алексей Челюскин

Данный материал выражает личную позицию автора, не является официальным заявлением, а взгляды автора могут не совпадать со взглядами других участников.

После выступления Дональда Трампа по вопросам внешней политики, в котором прозвучали резкие высказывания в адрес президентов Венесуэлы и Колумбии, а также прямая угроза о возможном вторжении, многих интересует вопрос: насколько эти заявления реальны или это очередной пример торга и риторики со стороны американского лидера.

Чтобы разобраться в этом, важно понимать, что в вопросах, касающихся Американских континентов, США действуют гораздо решительнее, чем в любой другой точке мира. Объяснение простое: если Европу можно условно считать задним двором, где даже горящий сарай не обязательно угрожает дому, то Американские континенты — буквально пристройка к самому жилищу. Если здесь что-то идет не так у США находится гораздо больше причин и желания немедленно это исправить. Так было всегда, начиная с XIX века и доктрины Монро. Поэтому подобные угрозы в адрес стран этого региона стоит воспринимать более серьезно, чем аналогичные заявления в отношении Ирана или любой другой страны.

Являются ли наркокартели настоящей причиной таких угроз?

Скорее всего, нет и хорошим примером этого служат отношения США с Колумбией, соседкой Венесуэлы. До тех пор, пока руководство Колумбии было относительно лояльно и не заявляло о национализации полезных ископаемых, США не акцентировали внимание на наркотрафике из этой страны, редко вспоминая даже историю с Пабло Эскобаром. При этом исторически отношения между Колумбией и Венесуэлой были напряженными, и американская администрация часто рассматривала Колумбию как рычаг давления на Каракас.

Ситуация изменилась. Колумбия заговорила о национализации своих ископаемых и даже несколько улучшила отношения с Венесуэлой. Это стало возможным после избрания президентом левого политика Густаво Петро (7 августа 2022), который борется с бедностью в стране и, как следствие, рассматривает национализацию ресурсов в качестве меры для реализации этой политики. Вероятно, именно потеря этого рычага и обострение отношений еще с одной страной региона привели к тому, что США стали радикальнее в своих заявлениях и действиях, вплоть до демонстративного перемещения флота и переброски войск. Это, в первую очередь, попытка сохранить контроль, и лишь во вторую — борьба за нефть.

Почему нефть?

Нефть, безусловно, играет здесь важную роль, поскольку Венесуэла обладает крупнейшими в мире запасами чёрного золота. Однако здесь есть две основные проблемы:

1. Значительная часть этих запасов не разрабатывается из-за сложной географии страны.
2. Большая часть нефти Венесуэлы — это особый тип тяжелой нефти. Она имеет густую консистенцию, и ее невозможно транспортировать по трубопроводам без предварительной переработки, что делает логистику крайне сложной и дорогой.

Таким образом, если цель — прямой доступ к нефти, логичным шагом могло бы стать свержение действующего режима и установление лояльного правительства. Это позволило бы строить перерабатывающие заводы и наладить контролируемую добычу.

Каким образом может быть осуществлено вторжение?

Венесуэла слабо заселена из-за своих особенностей: большая часть страны покрыта джунглями. В случае военного вторжения эти неудобства превратятся в преимущества для организации партизанского движения, к чему уже готовятся власти. По этой причине прямое сухопутное вторжение маловероятно. Скорее, можно ожидать ужесточения экономической блокады и точечных воздушных ударов, чтобы дестабилизировать ситуацию в стране и спровоцировать протест против Мадуро.

Если местные силы не справятся, им на помощь могут быть направлены Частные Военные Компании, но на большее США вряд ли пойдут, чтобы не рисковать.

Разумеется, это не оправдывает режим Мадуро, который является диктатурой. Однако и действия США по отношению к Венесуэле невозможно интерпретировать иначе, как акт империализма.

Участие Official l Участие Lite l Связаться l Участвовать