«‎Живу тихо и сонно, то есть идеально» (Давид Самойлов, запись в дневнике за 20 декабря 1975 года; источник — отличный канал «‎День в дневнике»)

​​25 лет назад на экраны вышел фильм Барри Левинсона Wag the Dog (у нас его переводят то «Плутовство», то «Хвост виляет собакой») — о том, как политтехнолог и голливудский продюсер фабрикуют войну на Балканах, чтобы отвлечь внимание общественности от президентского секс-скандала; через месяц Билл Клинтон скажет, что он did not have sexual relations with that woman, через два — начнётся Косовская война.

В общем, пророческий фильм.

И на днях в Vanity Fair вышел большой материал о создании фильма с воспоминаниями режиссёра, сценаристов, актёрского состава и прочих причастных. Там много интересного:
— об отличиях от первоисточника (в оригинальном романе, написанном во времена Буша-старшего и конфликта в Заливе, войну ведут на самом деле, а не всего лишь создают видимость);
— о творческом процессе Дэвида Мэмета ('I find Dave to be very forgiving and very patient, because I think he is aware his shit is hard to memorize, man');
— о том, что дом пафосного голливудского продюсера (которого играл Дастин Хоффман) — это почти что в неизменённом виде дом первого космического туриста Денниса Тито (в котором он не жил, поскольку строил его для совместной жизни с женой, бросившей его сразу после того, как дом был достроен);
— и, конечно, о том, как журналисты приезжали к дому Левинсона и расспрашивали его, откуда он всё знал.

Но, наверное, самое интересное — это два абзаца, которые я прочитал, обратив внимание на упомянутую впроброс реакцию Бориса Ельцина на фильм: 'Also, when Boris Yeltsin wrote his book, Midnight Diaries, he talks about how the filmmakers of Wag the Dog got it right'.

Я решил посмотреть, что же Ельцин писал в «Президентском марафоне» (он же Midnight Diaries в английском переводе) про Wag the Dog. И там всего пара абзацев, но звучат они — особенно второй абзац — в 2022 году так же актуально и пророчески, как и сам фильм. И очень сложно, конечно, представить в 2022 году, что это пишет российский президент:

«Недавно я посмотрел фильм "Плутовство" (по-английски он, кажется, называется "Хвост виляет собакой"). Очень интересный фильм. Снят он еще до косовского кризиса. Но с удивительной прозорливостью создатели этой картины предвидели все: и критическую точку в мире, откуда придет беда (Балканы), и внутриполитический фон в США, и вообще механизм возникновения войны как компенсатора или регулятора каких-то других, внутренних проблем.

Но в жизни война не бывает "виртуальной". Она вполне реальная, кровавая, с человеческими жертвами. Она развращает тех, кто ее ведет, — ибо приучает людей к диктату силы. Приучает их не задумываться над причинами того, что же происходит на самом деле».

(И нет, в этом нет никакого кидания говном в загнивающий Запад, потому что дальше Ельцин как раз пишет о том, что война, которую ведут США, может привести к росту «агрессивного антиамериканизма» в России, и переживает по поводу того, что только наметившееся сближение двух стран поставлено из-за этого под угрозу. И да, я понимаю, что Ельцин сам далеко не святой в том, что касается войн, но все равно: по нынешним меркам такое антивоенное высказывание, исходящее от российского президента, кажется чем-то невероятным, а сопровождающие его рассуждения об отношениях с Западом — верхом рефлексивного и вдумчивого подхода к внешней политике.)

«Ни одна литература так не переполнена ресентиментом, как молодая русская литература. Книги Достоевского, Гоголя, Толстого просто кишат героями, заряженными ресентиментом. Такое положение вещей — следствие многовекового угнетения народа самодержавием и невозможности из-за отсутствия парламента и свободы печати дать выход чувствам, возникающим под давлением авторитета».

(Макс Шелер, «Ресентимент в структуре моралей», 1912 г.)

Key & Peele предсказали Соловьёва.

Случайно узнал некоторые подробности о проблемах зарубежного книгоиздания. Глава издательства Hachette в ежегодном декабрьском письме клиентам, авторам, переводчикам и прочим говорил о сложностях с логистикой и привёл такой пример: в 2021 году отправить контейнер с книгами из Великобритании в Австралию стоило четыре тысячи австралийских долларов, в 2022 году — 16 тысяч.

У ирландского писателя и критика Марка О'Коннелла есть отличная статья о превращении беккетовского fail better в мотивационное клише. Помимо всего прочего она меня подкупила признанием, что когда О'Коннелл писал кандидатскую, у него на рабочем столе было то же изображение, что и у меня, когда я писал кандидатскую (созданное прекрасным дизайнером и беккетоведом Рисом Трантером).

И не могу не поделиться фрагментом, где О'Коннелл комментирует кринжовый ролик, где Лиам Нисон зачитывает беккетовский текст: «‎I find it hard to watch this, by the way, without imagining Beckett on the phone to Neeson, calmly intoning “I will look for you, I will find you, and I will kill you.”».

наш студент прислал видео из Черногории: АИГЕЛ исполняют "Кожу" на концерте в Будве. как люблю ребят

(Этим студентом был Альберт Эйнштейн я.)

«Карамора» норм.

Наткнулся вчера на историю о профессоре Ричарде Вайзмане, решившем в своём проекте LaughLab исследовать юмор количественными методами и найти самые смешные шутки на свете. Кто угодно мог зарегистрировать в проекте свои любимые шутки, а дальше люди читали их и голосовали за те, которые сочли смешными, и те, которые такими не показались. Угадайте, такая ли смешная шутка заняла первое место?

Два охотника выходят из леса, один из них вдруг падает на землю. Кажется, он не дышит, его глаза остекленели. Другой охотник выхватывает телефон и вызывает 911. Он кричит в трубку: «Мой друг мёртв! Что мне делать?»
Оператор отвечает: «Успокойтесь, мы вам поможем, но сначала давайте убедимся, что ваш друг действительно мёртв».
Некоторое время в трубке тишина, потом слышится выстрел. Затем охотник говорит диспетчеру: «ОК, что дальше?»

Не будем слишком строги, как минимум эта шутка теряет в переводе на русский. "Make sure he's dead" значит больше, чем «убедиться, что он мёртв». Есть и классная история — удивительно, но Вайсман смог найти оригинал шутки: в 1951 году в комедийной радиопередаче The Goon Show вышел практически аналогичный скетч, написанный ирландским комиком Спайком Миллиганом. Кстати, сотрудника службы спасения в нём играл сам Питер Селлерс, известный, например, тремя ролями в кубриковском докторе Стрейнджлаве!

Приятно знать автора самой смешной шутки в мире. Но тем не менее если завлекать читателя таким громким заголовком, кажется, тот будет немного разочарован? Думаю, всё логично, и думаю, что если какой-то шутке каждый пользователь поставит по пятибалльной шкале скромную четвёрку, она выиграет такой конкурс с отрывом. Не скажу ничего нового, но мне кажется, это что надо учитывать при чтении любых хит-парадов лучшего чего-то по мнению такой-то редакции: конечно, вы разойдётесь с журналистами в оценке чего угодно, и мы с вами разойдёмся, и даже выросшие в одном доме близнецы скорее всего это сделают.

Кстати, меня очень согрело то, что среди лучше всего зашедших мировому сообществу шуток оказался известный мне с детства анекдот о том, как Ватсон наслаждается красотой звёзд, а Холмс путём дедукции вычисляет, что у них украли палатку. Ахаха! Лучшая ли это шутка в мире? Наверное, нет, но приятно, что мы с 350 тысячами случайных пользователей интернета из 2002 года (кстати, наверное, важный момент при оценке результатов эксперимента в целом — наверное, за 20 лет восприятие юмора в мире в целом сдвинулось) можем посмеяться над одним и тем же.

Про сдвиг в восприятии юмора. У Фрая и Лори (ну, в основном у Лори, конечно!) есть несколько песенных скетчей, которые раньше казались мне безумно смешными. Какие-то испытание временем для меня не прошли, но всё ещё кажутся как минимум симпатичными музыкально. А вот от этой штучки до сих пор искренне смеюсь. К тому же она даёт ответ на важный вопрос, что нам делать, чтобы мир стал капельку лучше? Достаточно простого советского...

https://youtu.be/Q8chs2ncYIw

Записал для «Афиши» соображения о работе фактчекера: почему, зачем, что помогает. И сформулировал несколько очевидных, но важных принципов — с примерами! Старался, чтобы было и полезно, и интересно (но тут, конечно, возможны ещё три варианта).

P.S. Большое спасибо Егору Михайлову за заказ и прекрасную — вдумчивую и уважительную — редактуру: он действительно сделал мой текст гораздо лучше.

Ещё в статье лучшие теги.

Зачем-то узнал, что есть премия под названием «Имперская культура». Слово «имперская», разумеется, «подразумевает всё многообразие российской культуры».

Вручается с 1999-го года и по сей день.

Среди победителей есть известные имена: Алексей Пушков, Константин Малофеев, Никита Михалков, Константин Кинчев («за создание песенного образа борца за Россию»), Сергей Лавров и Башар Асад (2011 год, номинация «События. Подвиги. Люди», с мотивировкой «за сопротивление западной экспансии»).

Но большинство всё-таки малоизвестные (мне) деятели культуры: орский поэт Николай Пашков, автор книги «Шофер в законе»; критик Сергей Семанов, отмеченный за «нелицеприятную критику современного литературного процесса»; Борис Белоголовый, автор жизнеописания «Участковый» (номинация «Душеполезное чтение»); и прозаик Вячеслав Немышев, автор романа о Чеченской войне под названием «Буча» (2010 год).

Иногда логика отнесения того или иного произведения к конкретной номинации остаётся непонятной: почему, например, серия «книг, посвященных 1600-летию памяти святителя Иоанна Златоуста», была отмечена в номинации «Геополитика»? А иногда прям понятна: как не отметить в номинации «Социальная литература» книгу под названием «Рожать под звон колоколов» (там на самом деле грустная история)?

Но я тут недавно был в музее Сребреницы в Сараево и до сих пор под впечатлением, поэтому больше всего меня поразил один из победителей 2008 года: Радован Караджич, номинация — «Славянское братство», мотивировка — «за мужество, верность и стойкость в служении единству православных славянских народов».

Кстати, раз уж речь зашла о джойсоведах, расскажу отличную историю об эксцентричном учёном, о которой два года назад прочитал в NYT.

Эта статья заслуживает того, чтобы из неё сделали остросюжетный фильм или как минимум подкаст.

Причём здесь целых два захватывающих сюжета.

Во-первых, академическая карьера самого литературоведа — Джона Кидда. Блестящий студент, заслуживший уважение преподавателей и выигрывавший научные конкурсы, он поступил в аспирантуру и стал одержим амбициозным проектом — подготовить самое текстологически выверенное и лишенное неточностей издание «Улисса» (хотя непосредственно диссертацию писал и о другом): скупал все издания «Улисса», до которых мог дотянуться, и с маниакальной скрупулёзностью сверял каждую строчку каждой страницы разных версий. Дело в том, что, как говорит автор статьи, судьба самого известного романа — это «одиссея ошибок», которая началась с 1922 года, когда полный текст произведения был впервые опубликован.

И на какой-то момент Кидд стал суперзвездой — и не только в узком мирке джойсоведения.

В 1988 году группа немецких учёных под руководством Ханса-Вальтера Габлера подготовила исправленное издание, которое должно было стать самой авторитетной версией джойсовского текста: ‘Ulysses’ as Joyce wrote it. Казалось бы, «одиссея ошибок» подошла к концу.

Но не тут-то было: в New York Review of Books вышла язвительнейшая статья Кидда, в которой тот, — чередуя сухой академический стиль и почти уличные панчи, — разнёс в пух и прах работу Габлера. Начиналась она с разбора такой неточности, которую допустил немецкий текстолог: у Джойса упоминается велосипедист H. Thrift, но Габлер исправил это имя на H. Shrift. Фрагмент, в которой цитируется это начало киддовского разбора, — наверное, мой любимый момент во всей статье:

(В честь дня рождения Джойса предлагаю перечитать отличную историю о войнах джойсоведов. Продолжение в следующих за репостнутой записях.)