Планы на выходные:

Иногда лучше поздно, чем никогда. Непростительно поздно открыл для себя группу The Wrens и их чудесный альбом The Meadowlands 2003 года – зато теперь вот не могу наслушаться.

Обложка с домиком не врёт: это американский инди-рок с налётом мидвест-эмо, который, впрочем, проявляет себя не в гитарной акробатике, а в царящих тут ностальгии и светлой печали (биттер-свитности, как выразился автор ныне закрытого (крайне жаль!) журнала Нагазин).

Это просто нормальный инди-рок – местами приглушённый и фолковый, частенько ласкающий/тревожащий слух необычными гитарными искажениями (то, как звучит гитара в главном здешнем хите «Everyone Choose Sides» – это нечто, я подобного больше нигде не слышал). Шумноватый, но интровертный. И глубоко продуманный. Поражаешься тому, сколько богатства прячется за с виду невзыскательным лоу-файнфым фасадом. При каждом переслушивании ухо цепляется за что-то новое: мелодичный пассаж, изгиб аранжировки, дополнительный смысловой слой.

Сила альбома – ещё и в текстах. Взять хотя бы пронзительную «13 Months in 6 Minutes», где из коротких строчек, отдельных сцен-вспышек автор рассказывает историю о недолгом, но незабываемом романе из времён юности – как всё началось, как всё закончилось, как люди перерастают романтику и остаются лишь сносками в биографиях друг друга.

Это зрелая музыка. На момент выхода участникам было сильно за 30, группа существовала с конца 80-х без особых перспектив. The Meadowlands имел огромный успех у критиков, и хотя коммерческий был поскромнее, The Wrens стали собирать полные залы (разогревали их, в частности, молодые и пока неизвестные Arcade Fire, которые явно вдохновлились нашими героями для своего дебютника Funeral).

Но конвертировать всё это в успешную музыкальную карьеру не удалось. Трое из четырёх участников группы побоялись бросать офисные работы, что сильно замедлило процесс, а следующий альбом, хоть и был записан, но так и не вышел. Вообще, подробнее о грустноватой истории The Wrens и их крайне замороченном подходе к сочинительству можно почитать на канале CAPYBARA TAPES. А сам The Meadowlands можно послушать тут:

Spotify / Apple / VK

Кстати, название группы переводится как крапивники. Это такие птички – пушистые, с хвостом торчком, мелкие, но с громким звучным голосом. Именно крапивника мы видим в самом начале заставки сериала Твин Пикс!

15 октября — идеальный день для прослушиваний этой песни.

Д’Энджело был ранимым артистом и человеком. Про его уязвимость ходили легенды. Самая известная — история с клипом «Unnoscriptd (How Does It Feel)»: менеджеры уговорили его сняться голым, чтобы добавить образу секс-аппила. В результате он так тяжело это воспринял, что на несколько лет выпал из музыки и вообще из жизни.

Он был артистом сложным. Срывал сроки релизов, бесконечно докручивал альбомы, не уживался с нормативами индустрии. Он, при этом, был артистом гениальным по музыкальности: как Принс, умел петь, играть на всех инструментах, продюсировать и великолепно танцевать. И он был беспощадно требователен к себе.

Соул — международный язык: это настолько притягательный и понятный на всех уровнях жанр, что в любом уголке планеты найдётся кто-то, кто делает соул. И одновременно мало какая музыка столь неразрывна с корнями. Были и есть выдающиеся белые, азиатские, какие угодно соул-исполнители, но соул немыслим без чёрной Америки. Всё естество Д’Энджело — очень чёрное.

Всё это — ранимость, физическая мощь, чувствование музыки, требовательность, чернота, проблемность — в концентрированном виде осталось на трёх удивительных пластинках, которые трудно осознать. Д’Энджело словно было мало просто петь, сочинять и держать планку качества. Раз за разом, выдерживая многолетние паузы, он возвращался и перестраивал соул подчистую — и одновременно дарил музыку, которую можно слушать вечно. Она сложна, оригинальна, действенна, красочна и по настроению лежит на тех самых неописуемых гранях эмоций, не поддающихся словесной расшифровке.

«Brown Sugar» — альбом, возможно, самых вкрадчивых, грувовых, полуночных мелодий, записанных на плёнку. «Voodoo» — головоломка уровня, не знаю, «Bitches Brew» или «Fear of a Black Planet». «Black Messiah» охватывает почти все эпохи поп-музыки и превращает ворох музыкальных воспоминаний в песни, из которых пробиваются трогательные сигналы инопланетной, неопознанной красоты.

Но всё это — слова, пепел. Выше — неловкая, эмоциональная, на скорую руку попытка объяснить историческую значимость и талант Д’Энджело. Сам он как-то спел важную и верную строчку: «Seasons may come and your luck just may run out, and all that you'll have is some memories». «Грянут новые времена, удача может от тебя отвернуться, и останутся только воспоминания». Поэтому о воспоминаниях.

Я видел Д’Энджело в один из самых памятных дней своей жизни. Кажется, я помню 7 июня 2015 года посекундно. Окленд, несмотря на свой мифический ореол, в то время был полуразрушенной и неопрятной дырой, зато именно поэтому там оставалась душа. Оставался соул.

Днём было около двадцати градусов тепла. Шла вторая игра финальной серии НБА: тогда ещё местные «Уорриорс» Карри-Томпсона-Грина против «Кэвс» Леброна. Матч проходил в Кливленде, но Окленде всё равно был пустым, все сидели дома или в барах и смотрели игру. Как только она закончилась вдруг наступил вечер, центр наводнили люди — и толпа вынесла нас к театру на концерт Д’Энджело.

И, возможно, я бы не запомнил всё, что было до концерта, если бы не сам концерт. Он был неописуем. Триумф музыки, сценического искусства, контакта с залом. Есть такой штамп — держать зал на кончиках пальцев. Д’Энджело держал. Играючи.

С тех пор я даже не искал даже запись того концерта. Просто не хочу знать, правда ли «Back to the Future» растянулась на пятнадцать минут; правда ли, что «Chicken Grease» сыграли так мощно, что стены ходили ходуном; правда ли, что «Unnoscriptd (How Does It Feel)» звучала как церковный гимн, при том что это песня про секс. В моей голове всё было именно так. И я не знаю, кому именно благодарен за то, что попал туда — потому что, как видим, шансов увидеть Д’Энджело у меня было мало. Богу, богам, удаче, самому себе, бывшей начальнице Жене Куйде, которая вывезла меня в США как раз тогда, — всем им. Мне посчастливилось увидеть величайшего артиста. Но сегодня я бы отдал тот день, чтобы он мог пожить подольше. Увы, не получится. Остаются только три записи. Остаётся душа. Это и так очень много.

У Афекса Твина вышло переиздание альбома Surfing On Sine Waves. Это был его дебют на лейбле Warp – изначально выходил в 1993-м под псевдонимом Polygon Window.

Для меня это – одна из любимых записей маэстро. Альбом – собирательный образ всего раннего творчества Ричарда Д. Джеймса. «Audax Powder» зависла между мягким эмбиент-техно SAW 85-92 и ломаными битами I Care Because You Do, «Quoth» – необработанная глыба тяжеловесного индустриального техно, «Supremacy II» – параноидальный эйсид в духе ранних синглов, а неземная, переливающаяся «Quino-Phec» идеально вписалась бы в SAW II.

Есть тут вещи и вполне уникальные и не имеющие аналогов в афексографии. Идущие одна за другой «UT1-Dot» и «Unnoscriptd» – звуковое воплощение такого качества, как таинственность. Ну а самая незабываемая вещь альбома, «If It Really Is Me» с её фортепианными переливами, отчаянно сентиментальна – идеальный саундтрек чтобы отправиться в ближайший парк хрустеть осенней листвой.

Несмотря на осеннюю гамму и хмурые отчуждённые мелодии, эта музыка прямо-таки согревает: тёплый аналоговый гул, характерный для афексовского творчества первой половины 90-х, тут присутствует в полном объёме.

Судя по промо-материалам, треки были записаны в период с 1986 по 1989 годы – то есть, когда Ричарду было от 15 до 18 лет. И только «Quoth» и «If It Really Is Me» пришлось перезаписать для релиза – виной тому стал кот, проливший сок на мастер-ленты с оригинальными треками. Правда всё это, или ещё одна афексовская мистификация – кто знает! Лично я предпочитаю верить всем его былицам и небылицам – так веселее.

Слушайте альбом: Spotify / Apple / bandcamp / VK

До нового выпуска «Послушай это недолго» осталось недолго, а пока узрите свежий выпуск подкаста про уральскую музыку от крутышей из Рамы:

Ты23

Диалог после сета

Один из слушателей: Антон, спасибо за рейв!
Антон (Ты23): Это для тебя рейв, а для меня — вся жизнь моя...

В эту пятницу выйдет новый альбом Кобылы и Трупоглазых Жаб. Мало какая группа дарит мне столько же радости в жизни. Бывает, выйдешь из дома осенним утром — холод, усталость, под флагом хвойных киборгов проходит кайнозой, вокруг измена и гранит, в лесах затихли павианы. И тут включишь, напримре, "Рептилек", и сразу другое дело: сразу и солнце светит, и силы есть, и вперёд, на помощь зубрам-маньшевикам. Мой прошлогодний текст вновь актуален — не отказывайте себе в удовольствии, послушайте всё это:

10 альбомов Кобылы и Трупоглазых Жаб, которые нужно послушать в этой жизни

В эту пятницу у великой группы Кобыла и Трупоглазые Жабы Искали Цезию, Нашли Поздно Утром Свистящего Хна выходит новый альбом «Эллада-2510» — уже 23-й. К артистам со столь большими и разнообразными дискографиями бывает непросто подступиться. Я решил отобрать десяток любимых записей, которые стоит послушать в преддверии нового релиза. Альбомы располагаю не по хронологии, в порядке, в котором, по-моему, лучше всего с ними знакомиться.

1917 (2018). Возможно, главная запись Кобыл — самый продуманный, самый выстраданный, насквозь концептуальный альбом про революцию 1917-го, решённый в духе передовой поп-музыки. Каждая из песен по отдельности — хит, но все вместе они производят совершенно сокрушительное впечатление. «Но мы найдём цезию и спасём Россию», — эти слова эхом звучат для меня в вечности.

Кобыла и Трупоглазые Жабы (2015). Самый эпичный альбом группы — размашистые песни с многоступенчатым развитием, могучие мелодии, боевики и баллады. Здесь есть неотразимо танцевальный «Мартин Лютер Кинг», чудесные «Тутейшие» (возможно, самая «нормальная» песня Кобыл) и, конечно же, «Молох» — натуральный эпик-метал, сыгранный на синтах.

Рептильки (2012). Сертифицированная трупоглазая классика: палеонтологический синти-поп в чистейшем виде. Концентрация хитов — 5 из 5. «Князья Бируши» и «Как я стал кайзером» нередко звучат в завершении концертов Кобыл и непременно исполняются хором.

Бойня (2022). Вышедший в разгар чёрного 2022-го и ставший утешением для многих слушателей, этот альбом не имеет какой-то единой концепции и просто радует разнообразными песнями: тут и пронзительный боевик про Крымскую войну, и ностальгический «Шередарь», и бодрый рок-урок про рок-бобров и прочую рок-фауну.

Единственный Нормальный Русский Рэп (2018). Альбом всецело соответствует своему названию и соответствует из хлёстких, качающих, опасных, начинённых панчами рэп-треков про Сербский деспотат, труды Энгельса, экзотических птиц и другие актуальные для хип-хопа темы. А на финал припасён обалденный евродэнсовый номер «Ритмы Византии» — любимая песня моей дочки.

№10 (2011). Одна из самых впечатляющих записей в раннем кобыльем творчестве: пропавшие динозавры и документальные фильмы про куропаток, минимал-синт и размашистые баллады, иллюзии и откровения. «Столыпин — это не повод жениться», — утверждение, с которым сложно не согласиться.

Саяны (2013). Даже трупоглазым жабам ведома печаль: это самый грустный альбом группы, выдержанный в стилистике холодного и отстраненного колд-вейва. О брокенхартной природе записи лидер Кобыл рассказывал в пояснительной записке (в раздаче на «рутрекере» такие прилагаются к каждому альбому, полюбопытствуйте, читать — одно удовольствие). Но вообще, всё и так понятно: «Велоцираптор, придя домой, не обнаружил там Марины», — плавали, знаем, узнали, согласны.

Серенгети (2011). Это джаз! Лучшую характеристику альбому дал сам автор: «Простецкий джазец/изи-листенинг, который вполне мог бы служить саундтреком советского приключенческого фильма».

Поруха (2022). Концептуальный альбом в жанре данжен-синт, сугубо музыкальными средствами рассказывающий о последних годах правления Ивана Грозного — похоже на саундтрек к старинной RPG.

Хасавюрт (2015). Напоследок — масштабный экскурс в область дарк-эмбиента / берлинской школы спейс-электроники, мрачный и таинственный. Хочется процитировать отзыв одной из слушательниц: «я просто хотела послушать новые задорные жабьи песни, качаясь в такт,.... но спустя полчаса обнаружила себя где-то в межхасавюртоастральнотрицератосинаптическом измерении.... 👍»

Конечно, этим дело вовсе не ограничивается: список будет неполным без пост-панкового монолита «Киржач», ретро-электронного «Тахрира», синглов разных лет. Но их оставим для самостоятельного изучения. Также стоит отметить, что многие альбомы Кобыл достаточно краткие, 4-5 песен — и готово. Поэтому не стоит бояться объемов, смело включайте – и вперёд, навстречу изумрудным китам и зубрам-меньшевикам.

#нормальнаядискография

Героиня нового выпуска подкаста “Послушай это недолго” — Тейлор Свифт. В этом эпизоде мы проходимся по всей дискографии исполнительницы и подробно останавливаемся на её эпохальном альбоме Red.

Выпуск получился необычным. Как правило, авторы этого подкаста плюс-минус сходятся в оценке обозреваемых артистов, но не в этом случае: один из ведущих — свифти, а другой — не то, чтобы хейтер, но относится к творчеству мисс Свифт с изрядной долей скепсиса. Кто из нас есть кто? Узнаете, когда послушаете! И как бы вы ни относились к этой исполнительнице, вам будет, с кем согласиться.

Также в эпизоде:
— фестиваль фольклора на эверморовых прудах;
— ромкомы нулевых;
— почему последний альбом — неудачный;
— “в чём феномен Тейлор Свифт”;
— топ-3 величайших песни XXI века по версии Димы;
— нормальный факин рок — well;
— Бон Ивер и Мэтт Бернингер;
— Кобыла и Трупоглазые Жабы, Птицу Емъ и Kunteynir;
— и многое другое.

"Послушай это недолго" — это подкаст, в котором Катя с канала «непостоянное радио» и Дима с канала «Нормальный инди-рок» не очень долго обсуждают очень хорошие альбомы.

Правда, в этом случае получилось не то, чтобы очень уж недолго. Но мы будем рады, если вы это послушаете, а если поставите сердечки на Яндекс.Музыке и напишете везде комментарии — будет совсем здорово.

Слушайте выпуск на различных площадках

Моя любимая песня The Smashing Pumpkins — Stumbleine. Короткая, скромная акустическая вещь притаилась в глубине второго диска Mellon Collie and the Infinite Sadness, который вчера отпраздновал 30-летие, и позволяет слушателю немного перевести дух перед монструозной H.Y.U.

Я представления не имею, о чём эта песня и кто все эти люди, о которых в ней поётся — Салли, Руби и так далее. У меня с ней в первую очередь литературная ассоциация.

У Брета Истона Эллиса есть роман “Гламорама”. Он остался в тени “Американского психопата”, однако сам по себе ничуть не хуже — это, наверное, самая эпичная эллисовская вещь. Главный герой, тусовщик Виктор Вард, воспринимает свою жизнь как видеоклип, и часто автор прямым текстом указывает, какая музыка звучит в той или иной сцене. Blur, The Chemical Brothers, Primal Scream, Oasis, Шинейд О’Коннор — в общем, на звуковой дорожке романа Эллис собрал прямо-таки весь цвет 90-х.

Но один момент запомнился мне особо. Примерно посередине этого увесистого тома главный герой теряет всё, его жизнь полностью разрушена, впереди неизвестность, и он окидывает прощальным взглядом свою нью-йоркскую квартиру:

Камера показывает панораму моей квартиры под песню Smashing Pumpkins “Stumbleine”: старинный промышленный вентилятор, пустой аквариум, мертвые цветы, канделябр, велосипед, кухня, сделанная на заказ из декоративный камней различных пород, холодильник со стеклянной дверью, кухонный комбайн, давно не мытый и заляпанный смесью пульпы и зерен от биококтейля, набор стаканов для мартини…

И так — на пару страниц. Когда я читал эту главу, то конечно же включил фоном Stumbleine и прочувствовал момент максимально.

Лапидарно — про очень обсуждаемые релизы последнего времени:

Tame Impala? More like Lame Impala

(люблю Импалычей со времён Иннерспикера, но новый альбом сходу ушёл на фон и так оттуда и не возвращался)