Я тут немного выпадала из телеграмной жизни - с конца прошлой недели у меня наконец начался отпуск, и я все больше смотрю в море, чем в телефон или книжки. Балтика невозможно прекрасна, но вот совсем не жарко, а временами откровенно холодно. Что, впрочем, не мешает иногда залезать в воду.
Из книжных планов пока морской роман, очень подходящий для чтения на Балтике, хотя действие там происходит совершенно в другом месте. Кстати, искала, что бы интересного прочитать из худлита с калининградским сеттингом - не нашла.

Анаит Григорян. Смерть знает твое имя.
Вновь роман с японским сеттингом от российского автора. Главный герой - банковский служащий Александр, знакомый тем, кто читал роман "Осьминог", действие разворачивается спустя два года, и уже не на крохотном острове Химакадзима, а в Токио (но первый роман совершенно необязательно читать, пояснений автора хватает).
Итак, Александр вернулся в Россию, работает в банке. Однажды ему приходит из Токио письмо с газетными вырезками, где рассказывается об "убийце-демоне из Итабаси", лишающем жизни молодых женщин.
Сам до конца не понимая зачем, наш герой берёт отпуск за свой счет и мчит в Токио. Единственная зацепка, которая у него есть, - бледный бармен с дрожащей рукой общительный бармен, развлекающий посетителей необычными историями, - он фигурирует в одной из публикаций и очень напоминает старого знакомого Александра с Химакадзимы. Он начинает поиски.
Выглядит как начало классического детектива, но это не он, и втиснуть роман в рамки этого жанра не получается. Равно как и подогнать под определение триллера, несмотря на наличие присущих ему черт. Плюс тут же присутствует и магический реализм, завязанный на японских традициях и религии (буддизм и синтоизм), плюс повседневная жизнь обитателей Токио со множеством деталей, культурные особенности и ценности и ещё много всего.
Но ощущения избыточности, эдакой жанровой солянки не возникает. Все это гармонично сосуществует в романе Анаит Григорян, выстраиваясь в единую картину. Действие в целом не сказать чтобы динамичное, интриги как таковой совсем немного, но при этом оторваться было невозможно - завораживает. В отпуске оказалось самое оно.
В общем, тем кто хочет почитать что-то непривычное, рекомендую познакомиться, а за жанровым каноном не сюда.
PS Ужасно раздражает манера делать обложки в стиле манги для всего подряд, и не только для японских книг. Этому роману (как и многим другим) это подходит как ласты балерине, только дезориентирует потенциальных читателей.
#детективы

#цитаты
"Море покрывает семь десятых земного шара. Дыхание его чистое, животворное. Это необозримая пустыня, где человек не чувствует себя одиноким, потому что он слышит и видит, как кругом кипит жизнь. Море – это вечная жизнь, вечное движение, вечная любовь, как справедливо сказал один из ваших поэтов". Жюль Верн. 20 тысяч лье под водой.

Изображение - картина Ильи Репина "Какой простор!". Неожиданный и нетипичный для художника сюжет, ужасно нравится.

*фреска Боттичелли "Призвание Моисея" (Сикстинская капелла)
Уже три раза собирались нашим книжным клубом для обсуждения Ветхого Завета, но успели разобраться только с Пятикнижием. До этого многократно пыталась прочитать Ветхий Завет - все-таки база авраамических религий, ну и в целом значительной части современной цивилизации, основа для многих произведений культуры и тд и те. Каждый раз терпела неудачу, увязала: местами было скучно и непонятно, забываешь кто кого родил, кто чей родственник, много повторов, много странных оборотов, логика повествования ускользала.
И вот взялись за него нашим книжным междусобойчиком (в шутку прозванным Клуб литературного мазохизма - потому что часто беремся за сложное, требующее некоторых усилий), оказалось ужасно интересно, если основательно разобраться.В целом стало понятно, почему люди годы кладут на изучение того или иного вопроса, связанного с Библией. Тут куча пластов - смысловые, исторические, множество нюансов - язык, время происхождения, авторство, и большое количество теорий.
Вопросов больше чем ответов часто. Почему в Бытии две версии создания женщины, в одной она появилась одновременно с мужчиной, в другой из его ребра - наложение разных редакций или смена планов?
Где сюжет с падшим ангелом Люцифером - он во многих детских Библиях фигурирует? (Искусственный интеллект рассказал, что образ сатаны встречается в книгах Иова, Захарии и тд, то есть в самых глубинах второй части ВЗ). Впереди самое прекрасное, я считаю - пророки, притчи, Екклесиаст.
Но в целом уже сейчас совершенно другое восприятие Ветхого Завета, и это замечательно.
ПС. Если вдруг кому-то интересно и хочется немного расширить свои познания, рекомендую комментарии российского ученого-библеиста, переводчика и писателя Андрея Десницкого по книгам ВЗ (есть например, на рутьюбе, положу в комментарии ссылку). Интересно, доступно для понимания, простым языком.

Обещала про "Ревизор" в римской бане, рассказываю. Речь о спектакле "Лабардан-с" в Студии театрального искусства (СТИ), оставившем неизгладимое впечатление. Сразу подчеркну - я не театральный критик и не то что бы знаток, просто рефлексирующий любитель.
СТИ люблю: обстановка, атмосфера и сами постановки, ни один спектакль из увиденных не разочаровал, разве что "Мастер и Маргарита" не вызвал восторга.
Итак, римская баня - ну как мы себе её представляем - мраморные скамьи, столы, по центру - бассейн, мраморными же ступенями уходящими вниз. В нём решаются многие дела и, соответственно, подолгу сидят герои пьесы. Действующие лица облачены в белые простыни, завернутые на манер римских тог, но с заметными золотыми крестами на груди. Вылезают из бассейна мокрыми. Хорошо, хоть переодеваются в сухое.
Становится очевидно, что они без исподнего - вероятно, такая наглядная иллюстрация пословицы про трусы и крестик (ну хоть дамы голыми ягодицами не щеголяют).
Но малозначительные персонажи - просители, пришедшие к Хлестакову на поклон, - лишены и такой роскоши, как простыни, не та величина личности, и вынуждены прикрывать библейские места шайками. Убегают со сцены, сверкая задницами.
При этом действующие лица шпарят точно по гоголевскому тексту (специально заранее перечитала), но с интонацией современной - ну относительно Гоголя. Хлестаков - явный мажор, прожигающий деньги родителя, городничиха - типичная жена нувориша образца 90-х и т.п.

Сергей Женовач: «Гоголь — это не натуралистический, не бытовой писатель. Его тексты, его мир — это очень лихая образная структура. Воспринимать такие сочинения и работать над ними — счастье, радость и мука одновременно. Но делать сейчас просто читку пьесы Гоголя по ролям в исторических костюмах уже не интересно. За сюжетом, который обычно знают все, скрывается внутренний сюжет, и от того, как его почувствуешь и разгадаешь, возникает сила театрального сочинения».

Даже если  человек не читал пьесу, он все равно знает внешний сюжет. Сюжетная линия известна всем, но пьеса интересна не этим.  Всегда за внешним сюжетом существует внутренний сюжет. Вот он всегда самый интересный, самый глубокий, таинственный и заманчивый. И каждый, кто разгадывает секреты “Ревизора”, погружается в территорию за сюжетом, это так называемый внутренний сюжет. Здесь он бездонный и формулировать его очень сложно».

У меня, похоже, опуститься на глубины внутреннего сюжета не вышло, оригинальных умозаключений не случилось. Получилось про то, что o tempora, o mores! ни при чем, пороки и слабости людские во все времена одинаковы. Можно скрестить антураж Древнего Рима, вечно актуальный текст Гоголя и интонации 1990-х, и диссонанса не будет.

Дочитываю "Сороку на виселице" Веркина, скоро расскажу. Это прекрасная вещь, но не покидает ощущение фиги в кармане от автора. Очень интересно, чем это все закончится.

"– Как хорошо было раньше, – сказал Штайнер. – Чума, геноцид, вымирание – милые, понятные забавы прошлого. Не то что сейчас… Я до сих пор не могу понять – по плечу ли нам то, к чему мы приступили…"

(Иллюстрация by Lisa Aisato)

С Днем книголюба, мои читающие друзья!
Конечно, хорошая книга - это не всегда путешествие вдаль, очень часто она может давать возможность посмотреть вглубь себя или вокруг, может быть утешением, предупреждением, волшебным пенделем или подсказкой. Продолжать можно долго. Важно - что и как читать.

"Большинство из нас не может всюду побывать, со всеми говорить, посетить все города мира. У нас нет ни времени, ни денег, ни такого количества друзей. Все, что вы ищете, существует в мире, но простой человек разве только одну сотую может увидеть своими глазами, а остальные девяносто девять процентов он познает через книгу".

Рэй Брэдбери. 451 градус по фаренгейту