В такую мерзкую погоду классика заходит особенно хорошо: красота, цвет и роскошь, не отрицающая уюта. Отель Villa Pétrusse в Люксембурге как раз такой. Здание, над интерьерами которого поработал Тристан Ауэр, построено в конце XIX века и недавно получило охранный статус.
Бывшая частная вилла, одна из немногих оставшихся от той эпохи, превратилась в гостиницу на 22 номера, включая три люкса и сьют под самой крышей. Образ интерьера определяет выразительная архитектура старого здания, а Ауэр усилил классический дух, добавив к современной мебели антикварные предметы. Но, пожалуй, самая заметная деталь, повторяющаяся из номера в номер, — это росписи в изголовье кроватей. Пейзажи, вдохновлённые красотами Люксембурга, выполнил художник Состен Вайс.
Пожить в такой обстановке стоит от 455 евро за ночь.
Бывшая частная вилла, одна из немногих оставшихся от той эпохи, превратилась в гостиницу на 22 номера, включая три люкса и сьют под самой крышей. Образ интерьера определяет выразительная архитектура старого здания, а Ауэр усилил классический дух, добавив к современной мебели антикварные предметы. Но, пожалуй, самая заметная деталь, повторяющаяся из номера в номер, — это росписи в изголовье кроватей. Пейзажи, вдохновлённые красотами Люксембурга, выполнил художник Состен Вайс.
Пожить в такой обстановке стоит от 455 евро за ночь.
🔥32❤19👍10👎1
Дизайнер Евгения Заварзина приспособила для нужд большой семьи квартиру площадью всего 65 м². В этом ей помогли архитекторы-конструктивисты 1920-х годов — планировка столетней давности потребовала минимум изменений.
Заходите в Дзен — там больше фотографий, есть планировка до и после ремонта и можно прочитать текст целиком
Заказчики Евгении купили квартиру в конструктивистском доме 1926 года не только по экономическим соображениям (новостройки в этом районе стоят совсем уж космических денег), но и из эмоциональных побуждений. Они, как рассказывает дизайнер, люди глубоко религиозные, а из окон квартиры открывается вид на храм Николая Чудотворца в Хамовниках, который не закрывался даже во время советских гонений.
Есть и другой важный момент: неизвестно, брали ли это в расчёт нынешние хозяева, но разместить большую семью в современной квартире такого же размера было бы нереально. 65 м² в новостройке — это максимум две комнаты и два-три окна. А здесь на тот же метраж приходится четыре комнаты и целых пять окон.
Планировка: минус коридор В квартире нет несущих стен, и можно было всё переиграть, но Евгения этим не злоупотребляла. По сути, она лишь убрала коридор и поменяла расположение дверей. Проход к кухне добавился к санузлу и превратился в хозблок со стиральной машиной. Кухня стала смежной со столовой, а вход в главную спальню и детскую теперь из проходной гостиной.
У хозяев семеро детей, но старшие живут отдельно. Квартира покупалась как дополнение к загородному дому, где родители с младшими детьми проводят будни. Но однажды в доме случилась протечка — вроде бы мелочь, но при ремонте выяснилось, что построен он настолько плохо, что проще снести, чем чинить. Так временное жильё стало постоянным, но и в этом варианте оно полностью устраивает хозяев.
«Живые» стены и пол из досок Несмотря на плотность населения, о минимализме речи не шло. Заказчики пришли к Евгении, вдохновившись её другим проектом в старом фонде — с сохранёнными архитектурными деталями и тёплой, домашней атмосферой. Здесь дизайнер также стремилась избежать ощущения новодела, чтобы всё привнесённое органично «выросло» из исторической основы.
Базой стали стены и пол. Евгения частично открыла кирпичную кладку и покрыла её белой краской: «Мне важно было показать кладку, но не хотелось делать на ней главный акцент. Если бы оставили кирпич красным, кроме него, не видели бы ничего». Остальные стены сделали чуть рельефными, добавив в шпаклёвку кварцевый песок — недорогая альтернатива декоративной штукатурке.
На полу не паркет, а простая шпунтованная доска из ели — сейчас её кладут редко, но раньше это было распространено. Чтобы убрать желтизну, дерево слегка тонировали. Евгения делится тонкостями: дощатый пол надо сразу укладывать с небольшими зазорами. Дерево в любом случае «гуляет» и даёт щель, но на плотно уложенном полу это выглядит неаккуратно.
Артефакты из прошлого В интерьерах с историей, сколько бы ремонтов они ни пережили, обязательно есть детали, поддерживающие связь времён. Есть они и здесь. Во время демонтажа один из рабочих нашёл монетку 1930 года. «Он сначала выкинул её, потом долго выкапывал из мешка с мусором, — рассказывает Евгения. — А мы потом передавали её друг другу, чтобы не потерять, и в итоге закрепили на кирпичике на кухне». Получилось напоминание о возрасте дома.
Продолжение в Дзене
Фото: Натали Герц
Заходите в Дзен — там больше фотографий, есть планировка до и после ремонта и можно прочитать текст целиком
Заказчики Евгении купили квартиру в конструктивистском доме 1926 года не только по экономическим соображениям (новостройки в этом районе стоят совсем уж космических денег), но и из эмоциональных побуждений. Они, как рассказывает дизайнер, люди глубоко религиозные, а из окон квартиры открывается вид на храм Николая Чудотворца в Хамовниках, который не закрывался даже во время советских гонений.
Есть и другой важный момент: неизвестно, брали ли это в расчёт нынешние хозяева, но разместить большую семью в современной квартире такого же размера было бы нереально. 65 м² в новостройке — это максимум две комнаты и два-три окна. А здесь на тот же метраж приходится четыре комнаты и целых пять окон.
Планировка: минус коридор В квартире нет несущих стен, и можно было всё переиграть, но Евгения этим не злоупотребляла. По сути, она лишь убрала коридор и поменяла расположение дверей. Проход к кухне добавился к санузлу и превратился в хозблок со стиральной машиной. Кухня стала смежной со столовой, а вход в главную спальню и детскую теперь из проходной гостиной.
У хозяев семеро детей, но старшие живут отдельно. Квартира покупалась как дополнение к загородному дому, где родители с младшими детьми проводят будни. Но однажды в доме случилась протечка — вроде бы мелочь, но при ремонте выяснилось, что построен он настолько плохо, что проще снести, чем чинить. Так временное жильё стало постоянным, но и в этом варианте оно полностью устраивает хозяев.
«Живые» стены и пол из досок Несмотря на плотность населения, о минимализме речи не шло. Заказчики пришли к Евгении, вдохновившись её другим проектом в старом фонде — с сохранёнными архитектурными деталями и тёплой, домашней атмосферой. Здесь дизайнер также стремилась избежать ощущения новодела, чтобы всё привнесённое органично «выросло» из исторической основы.
Базой стали стены и пол. Евгения частично открыла кирпичную кладку и покрыла её белой краской: «Мне важно было показать кладку, но не хотелось делать на ней главный акцент. Если бы оставили кирпич красным, кроме него, не видели бы ничего». Остальные стены сделали чуть рельефными, добавив в шпаклёвку кварцевый песок — недорогая альтернатива декоративной штукатурке.
На полу не паркет, а простая шпунтованная доска из ели — сейчас её кладут редко, но раньше это было распространено. Чтобы убрать желтизну, дерево слегка тонировали. Евгения делится тонкостями: дощатый пол надо сразу укладывать с небольшими зазорами. Дерево в любом случае «гуляет» и даёт щель, но на плотно уложенном полу это выглядит неаккуратно.
Артефакты из прошлого В интерьерах с историей, сколько бы ремонтов они ни пережили, обязательно есть детали, поддерживающие связь времён. Есть они и здесь. Во время демонтажа один из рабочих нашёл монетку 1930 года. «Он сначала выкинул её, потом долго выкапывал из мешка с мусором, — рассказывает Евгения. — А мы потом передавали её друг другу, чтобы не потерять, и в итоге закрепили на кирпичике на кухне». Получилось напоминание о возрасте дома.
Продолжение в Дзене
Фото: Натали Герц
❤71🔥31👍14😱2
В Гостином дворе сегодня и завтра идёт три в одном: фестивали «Зодчество», «Наша школа» и «Лучшие интерьеры». Я вчера прицельно сходила посмотреть на стенды интерьерщиков — там в этом году собралась довольно представительная компания. Насколько я поняла, бессменный организатор фестиваля Борис Уборевич-Боровский привлёк к этой истории Сергея Колчина из Le Atelier, и вместе они собрали отличный состав участников — от молодых и дерзких .dpt до опытнейшей Ирины Глик (она много лет сотрудничает с Аркадием Новиковым и оформила немыслимое количество столичных ресторанов). У них как раз лучшие стенды.
Экспозицию Глик и её бюро «Геометрия» смело можно везти на Cosmoscow — она для этого достаточно концептуальна. Всё крутится вокруг главного проекта Ирины — она в последние годы занимается восстановлением родного города Богородицка. В частности, делает там сидр, и все главные вещи на стенде имеют к этому непосредственное отношение: шезлонг сделан из искусственной кожи, которую получают из яблок, стеллаж, переходящий в стол, — из стволов старых погибших деревьев, а столик — из мицелия, который кормят яблочным жмыхом. Вещей из мицелия у наших дизайнеров я, кажется, пока ещё не видела (хотя о международных разработках пишу регулярно), а у Ирины видно, что к этому материалу настоящий интерес, так что надеюсь на интересное продолжение.
1-2 Ирина Глик
3-4 .dpt
5 Chado при участии Fresh Grass
6 SM bureau
7 Yaratam
8 Le Atelier
9 Art MNFST
Экспозицию Глик и её бюро «Геометрия» смело можно везти на Cosmoscow — она для этого достаточно концептуальна. Всё крутится вокруг главного проекта Ирины — она в последние годы занимается восстановлением родного города Богородицка. В частности, делает там сидр, и все главные вещи на стенде имеют к этому непосредственное отношение: шезлонг сделан из искусственной кожи, которую получают из яблок, стеллаж, переходящий в стол, — из стволов старых погибших деревьев, а столик — из мицелия, который кормят яблочным жмыхом. Вещей из мицелия у наших дизайнеров я, кажется, пока ещё не видела (хотя о международных разработках пишу регулярно), а у Ирины видно, что к этому материалу настоящий интерес, так что надеюсь на интересное продолжение.
1-2 Ирина Глик
3-4 .dpt
5 Chado при участии Fresh Grass
6 SM bureau
7 Yaratam
8 Le Atelier
9 Art MNFST
🔥27❤13👍5🕊4
Очень понравилась палитра этой квартиры, собранная из плотных, но природных цветов — как будто гуляешь по осеннему лесу. Интерьер находится в новостройке в Миннеаполисе, но корни у него — неожиданно — кельтские. Основательница студии Prospect Refuge Виктория Сасс для каждого своего проекта придумывает литературную историю, вокруг которой строит концепцию. Хозяйка этой квартиры показалась ей при первой встрече личностью сильной и воинственной, так что в основу дизайна лёг образ кельтской богини Бригитты, покровительницы поэзии, ремёсел, врачевания и войны.
Открывается квартира отсылками к кузнечному делу, за которое тоже «отвечает» древнее божество. Бронзовый стол в форме дерева и тёмные обои, по замыслу Сасс, напоминают цвет кованого железа, а дополняет образ картина Роберта Медоуза с изображением печи из собрания хозяев. В других комнатах всё не так прямолинейно, но драматичности тоже хоть отбавляй.
Подробности у Wallpaper
📷 Taylor Hall O'Brien
Открывается квартира отсылками к кузнечному делу, за которое тоже «отвечает» древнее божество. Бронзовый стол в форме дерева и тёмные обои, по замыслу Сасс, напоминают цвет кованого железа, а дополняет образ картина Роберта Медоуза с изображением печи из собрания хозяев. В других комнатах всё не так прямолинейно, но драматичности тоже хоть отбавляй.
Подробности у Wallpaper
📷 Taylor Hall O'Brien
❤55🔥25👍12