С возрастом перестал понимать людей, которые на концертах что-то снимают на телефон. Качество такой съемки обычно ужасное, звук отвратительный, стабилизация отсутствует, и, возможно, единственная ценность такого видео в том, что оно подтверждает твое присутствие на этом концерт.

Но неизменно первые ряды у сцены – это вытянутые руки со смартфонами. Зачем? К чему?

Мне больше нравится наслаждаться моментом. Впечатления, отпечатавшиеся на подкорке, живут с тобой постоянно. А видео, снятое на телефон, навсегда оседает в облаке. И никогда не пересматривается. Ну, разве что в момент, когда хочется похвастаться перед кем-то.

Иногда я жалею, что не запечатлел какие-то моменты. Но с другой стороны – это мои моменты. И у меня картинка перед глазами. Большего и не надо.

Сегодня тут

Похоже, настало время подвести книжные итоги 2023 года. Каждый год я ставлю себе цель прочитать не менее 30 книг, и каждый год не добираю. Обычно удается прочитать пару десятков книг разной степени сложности и толщины. И, что особенно прискорбно, в этом году не прочел ни одной книги на английском языке. Точнее, читаю прямо сейчас пару (я параллельно читаю 3-4 книги), но, видимо, прошлый год с его Поттерианой в оригинале не прошел бесследно. Помню, к концу 2022 года уже немного подвывал от текста на английском языке. Нет, читать Поттера в оригинале было круто - много открылось с совершенно иной стороны. Когда не тратишь время на попытки запомнить всех этих Злодеусов Злеев и понять, какой перевод правильный, а читаешь в оригинале, то многие двойные смыслы видны, так скажем, более отчетливо. Если любите Поттера - читайте в оригинале. Ну да ладно, вернемся к этому году.

Подбивая итоги (спасибо Amazon Kindle Insights за это) составил список прочитанного (он будет в конце), и немного удивился - большая часть пришла на художественную литературу. И если Джеймса Дэшнера я перечитывал (а в 2024 году еще Сьюзен Коллинз перечитаю) скорее для отдыха после забега на Федора Михайловича, то с Достоевским практически знакомился заново. Нет, "Братьев Карамазовых" я уже читал, читал неоднократно, и по прежнему стою на том, что лучшего романа о русском человеке и душе не существует, то "Преступление и наказание" с "Игроком" впервые читал осмысленно, осознанно. И, надо признать, получил огромное удовольствие. Но устал, так что трилогия "Бегущего в лабиринте", которая наравне с "Голодными играми" у меня всегда под рукой и которые перечитывать я очень люблю, помогла немного взбодриться.

Открыл для себя несколько новых авторов. МИФ начал активно печатать художественную литературу, причем не знаю, кто там у них редактор, но еще не встречал откровенно плохих книг из их художественной серии. Константин Лив, Элина Баксман, Фредерик Винтер - новые для меня авторы, так что в 2024 году постараюсь выкроить время под их книги, продолжающие уже прочитанные мною. Так же не забыл и о Ричарде Османе с его "Клубом убийств по четвергам", и о Куив Макдоннелле. Правда у него дублинская серия ограничена тремя романами, поэтому окунулся в его другую серию "Странные времена". Не могу сказать, что в восторге, но забавно. Перед сном самое то.

Отдельно в этом году у меня стоят две книги. Первую подарила Аня на новый год - "1793. История одного убийства". Прямо скажу, книга не для слабых духом. С детально описанными сценами поеданий фекалий и прочими нелициприятными сценами. Но это ж про средневековье, да еще и в скандинавии. Если принять стиль и дух описываемой эпохи со всем ее смрадом, то оказывается, что Никлас Натт обладает недюжим талантом описывать настолько хорошо, что в процессе чтения буквально перемещаешься в сеттинг романа. Обязательно буду читать дальше, 1793 - лишь начало.

Вторая книга вышла под конец года. Это роман "Дело Аляски Сандерс" моего - и это действительно так - любимого писателя Жоэля Диккера. Диккер не стал изобретать велосипед и в своей шестой книге нарисовал продолжение своего первого успешного (но второго по счету) романа "Правда о деле Гарри Квеберта". Вернулись все, даже Гарри Квеберт. И для тех, кто успел прочитать другие его романы, щедро рассыпаны отсылки и зацепки. Диккер не устает удивлять тем, как можно переносить на страницы по-настоящему кинематографичный сеттинг и, взяв за зенки читателя, заставлять читать не отрываясь. Собственно, этим и занимался. Книги у Жоэля объемистые, читал в бумаге - в сети к тому времени цифровой копии еще не было. И каждые 50 страниц начинал бегать по комнате и орать "Да ладно!". Да ладно, если вы читали Диккера, то и так поймете почему.

Заключение и список не влезли (телега и ее 4096 ограничений), дочитать можно в дзене и VK.

Праздник к нам приходит

Племяши растут

Видеомагнитофон появился у нас в семье довольно поздно, году в 94-м. Да и не магнитофон это был, а плеер. Даже модель помню - Panasonic P04. Много позже я выяснил, чем отличались видеомагнитофоны от видеоплееров (спойлер - ничем кроме возможности программирования видеозаписи с конкретных каналов в конкретное время), а тогда мне казалось, что плеер - это прям не то. Но записывать он умел, и вскоре как и у многих моих одноклассников у меня стала копиться коллекция видеокассет с записанными мультфильмами и передачами. Для понимания - это как сегодня скидываются фотографии в облако. Типа хранятся, но пересматриваешь их (если пересматриваешь) наверное пару раз за десять лет.

Конечно, первое, что я сделал, это набрал кучу кассет в видеопрокате. Они тогда уже были на излете - стоимость видеокассет с записанными фильмами стремительно снижалась, а у населения дома уже и так были забитые кассетами шкафы. И поменяться с кем-то на пару дней кассетой проблемой не было. Так что интерес представляли лишь новинки, а вот с ними были не то, чтобы проблемы, но определенные сложности. К тому же что смотреть? Боевиками уже наелись, хороших фильмов - как оказалось - выходило не так уж и много. В какой-то момент стало популярным собирать коллекции классических советских фильмов, но мне - малолетнему балбесу - они были не так интересны.

В общем, как обычно - видак дома появился тогда, когда он уже особо-то и не нужен был. Но родители в то время постоянно ездили в Новосибирск на книжную ярмарку, а заодно стали нахватывать что-то из свежих фильмов. И однажды привезли "Правдивую ложь" с гордой подписью на кассете "лазерная копия". Это означало, что кассета - первая копия с лазерного диска. Да, фильмы тогда на дисках выходили, но не на тех, что продавались с музыкой. Поищите, если интересно, они были больше похожи на пластинки и качество на них действительно было сильно лучше. А "лазерная копия" означало, что из формата VHS выжат максимум. И действительно, качество картинки, как я помню, поражало.

Но куда важнее было то, что фильм "Правдивая ложь" был удачным опытом повторного сотрудничества Кэмерона и Шварценеггера. Римейк французского фильма пройдя через Голливуд сильно превосходил оригинал, удачно комбинировал боевик с комедией и подходил для всех возрастов. Взрослым было интересно наблюдать за тем, как Гарри пытается освежить свой брак с Хэллен, подросткам заходили масштабные экшн-сцены, искусство съемки которых Кэмерон начал оттачивать еще на Рэмбо 2. Но тогда об этом всем знали лишь настоящие ценители кино, для массового зрителя было достаточно того, что это самый новый фильм с Шварценеггером, находившимся на пике своей карьеры и популярности.

И вот сегодня задним умом я понимаю, что родители у меня крайне скрупулезно относились к тому, что покупали на видеокассетах. Я откровенно не могу припомнить, чтобы они привозили из вояжей на ярмарку какой-то откровенный шлак, но вот из всех зарубежных новинок в память запала именно "Правдивая ложь". Потом был еще "Стиратель", но он уже откровенно слабее. А дальше появились новые герои и кумиры, кассеты стали продавать в формате одна кассета один фильм, а буквально через несколько лет уже был и компьютер, и первые фильмы на CD-дисках. Но "Правдивую ложь" я запомнил, как и "Крепкого орешка", с которым у меня так же была своя история. Меня мама отправила в театр, а на площади в Северске театр стоит прямо напротив кинотеатра. И вот на кинотеатре - а кинопрокат тогда уже начинал катиться в ад - висела огромная перетяга "Умри тяжело, но достойно". Если бы на ней не было указания "художественный фильм, боевик", то можно было бы подумать, что это просто власти решили чутка подбодрить население, но нет - так в те времена называли "Крепкого орешка", в оригинале - Die Hard. В общем, в театр я не пошел, а "Крепкого орешка" посмотрел на большом экране и с тех пор нет-нет, да пересматриваю под новый год. В прошлом году даже замарафонил все серии. А в этом вот - "Правдивая ложь".

Хорошие были фильмы. Сейчас таких не делают.

Последний вздох советского кинематографа

У нас в городе было три кинотеатра. Строились они вместе с городом, а потому сильно друг от друга отличались. Кинотеатр Мир построили вместе с первыми кварталами считай в пост-сталинские времена, и был он похож больше на дом культуры. Колонны, два кинозала, большой зал ожидания сеанса, гигантские потолки. Второй – Комета – строился уже в хрущевские времена, соответственно и был приземистым и утилитарным. В 90-е там был один из самых популярных в городе загончиков с компьютерными играми, еще на Атари и Спектрумах. Пока не появились восьмибитные приставки. Сегодня там, если я правильно помню, альтернативный театр. Ну а третий – самый большой – кинотеатр Россия построили уже в брежневские времена. Сегодня можно было бы его переоборудовать в imax – огромный, в несколько этажей, экран, максимальное количество мест. Но в кино массово перестали ходить еще в начале 90-х, поэтому влачил он довольно жалкое существование. Хотя точно помню, что Титаник там показывали. А значит минимум до кризиса 98-го года он еще был жив.

Собственно, моя семья всегда ходила в Россию. Во-первых, именно там были все премьеры, большие премьеры. Комете с Миром доставались жалкие крохи, а потому по большей части там крутили что-то околодетское. А вот в России как сейчас помню давали и Звездные войны, и Заклятье долины змей, и, конечно, советские картины. Хотя в моем сознательном детстве их особо-то уже и не было. Ну, таких, чтобы масштабных и востребованных. Но я помню, как мы стояли в большой, выглядывающей на улицу, очереди в кассу. Жаль, не помню, какие конкретно фильмы тогда показывали.

Но один фильм запомнился – «Человек с бульвара Капуцинов». Запомнился тем, что после него уже не было никаких больших походов в кино, ибо и кино-то переехало в соседний дом быта, где на четвертом этаже открылся видеосалон, а на третьем – видеопрокат. Но на этот фильм люди все равно пошли. Последняя роль Миронова, огромное количество звезд советского кино. Как такое пропустить?

Ирония в том, что сюжет «Человека» практически в точности описал то, что происходило как с кинематографом, так и с нами, людьми. По сюжету герой Миронова приезжает в городок, где царит пьянство и вульгарность. Привозит он кино, и начинает давать сеансы в местном салуне. Приобщившись к великому искусству, ковбои меняют виски на молоко, становятся вежливыми, даже индейцы перестают выходить на тропу войны. В конце фильма герой Миронова уезжает в город за подарками к свадьбе на несколько дней, а вернувшись обнаруживает, что бывшие еще вчера интеллигентными поклонниками молочных продуктов ковбои вернулись к выпивке и дракам. Все благодаря тому, что в город приехал другой популяризатор кино, но привез он не комедии Чарли Чаплина, а какие-то, скажем так, боевики и ленты, пропагандирующие выпивку и насилие. И хватило каких-то пару дней, чтобы разрушить все созданное героем Миронова.

Примерно то же самое происходило тогда и в реальной жизни. Между советскими фильмами на большом экране в комфортабельном зале и душным помещением с неудобными стульями и телевизором, но западными боевиками, зрители выбрали второе. А по вечерам там еще и жесткую эротику давали, что для многих было настоящим открытием. Спасибо, хоть не мастурбировали там же на месте.

На этих новогодних праздниках пересмотрел «Человека с бульвара Капуцинов» и в очередной раз поразился, как иногда начинает играть новыми красками старые сюжеты. Да, постановка отвратительная, актеры переигрывают, но что еще было ждать от режиссуры Аллы Суриковой? Я не спорю, в ее картинах есть свой определенный шарм, но одно дело снимать комедии про женщин, и совсем другое – вестерн. С мужчинами Алле работать было явно сложнее (а может и не стоило). Но даже ее режиссура не смогла убить подтекст.

Монолог Миронова в концовке актуален и сегодня. Жаль только, что для его понимания надо для начала перестать потреблять мусорный контент и включить мозг. А когда это произойдет, то и монолог уже будет не нужен. Потому что все станет очевидным.

Пора домой

Коротко

Завелась

В этом году январские морозы (уже можно сказать традиционные) в Москве были особенно лютыми. Я их обычно пропускаю, так как на новогодние праздники улетаю в Ставрополь, хотя было и такое, что они меня настигали даже на Кавказе. И строго раз в несколько лет с болидом происходит нехорошее. Однажды – как раз в Ставрополе – ударила морозяка и в какой-то момент прогрев машины с брелка привел к залитию свечей. Ну и последующей эвакуацией в сервис на обогрев и продувку. А в прошлом году было еще прикольнее. Вернувшись в ночи я решил прогреть простоявшую все морозы под окном машину. И надо же – она завелась. И прогрелась. Но результатом стали (как потом выяснилось) окислившиеся контакты стартера (прогрев создал конденсат, который испарился бы при долгой работе двигателя, но работал он недолго) и очередная эвакуация в сервис.

В этом году решил таки машину бросить в крытом паркинге у терминала в Шереметьево. Даже после очередного подорожания, выходило ненамного дороже, чем туда сюда на такси гонять. Ну а паркинг крытый, пусть и продуваемый. Предполагал, что температура на нем будет сильно выше, чем, так сказать, на улице.

Четвертого января из Москвы начали поступать тревожные сведения. Не, к тому, что после первого удара морозами многие не смогли завести свои болиды, я привык. Нормальная история – масло старое, аккумуляторы старые, причин может быть огромное количество. К тому же большинству достаточно прикурить от другой машины или бустера. Но в этот раз новости стали поступать уже из самого Шереметьево.

Надо сказать, что терминал B, тот, который обслуживает внутренние авиалинии, уже давно работает на пределе своих возможностей. Узкими горлышками стали все участки-накопители – вход в терминал, регистрация со сдачей багажа, проход в чистую зону. С первым легко справиться, если заходить с паркинга терминала C – разница в сто метров, а очереди на порядок меньшие. Со вторым тоже – на серебро налетать несложно, особенно если карта мильная, а там – выделенная стойка. А вот третий бастион, конечно, удручает. Особенно с попыткой играть в контроль всего и вся. Рамок всегда не хватает, людей огромное количество, обязательно найдутся нервные и излишне ретивые. Еще ноутбуки эти включать постоянно. Бред, но что поделать.

В общем, к этим всем напастям добавились еще и забитые под завязку паркинги у терминалов. Оно понятно – Шереметьево сегодня основной авиаузел с полетами за рубеж и по России, и многим из соседних областей проще доехать на машине и бросить ее на паркинге, чем заморачиваться с так называемым «общественным» транспортом. Ну вот семье из Воронежа как быть? Садиться вчетвером на поезд, потом с чемоданами по Москве до аэроэкспресса? Проще сесть в болид и двинуть своим ходом. Благо – недалеко.

Ну а тут случилось страшное. Народ в терминалы прибывал, а с паркинга практически никто не уезжал. Просто потому, что не смогли завестись. Бустеры, которые сотрудники паркинга не успевали заряжать, не особо помогали. Да и как тут помочь, если масло превратилось в лед? Некоторые, конечно, прыскали всякую химию непосредственно в воздушный фильтр и заводили на холодную, но это очень своеобразная история – все равно что вкалывать адреналин человеку, у которого мышцы атрофировались. Возможно, они и начнет бегать, но бегать будет недолго, а последствия будут непредсказуемыми. В общем, традиционный оборот машин в паркинге нарушился и начался тотальный коллапс. Ибо люди приезжали, а машины ставить тупо негде. И за окном -25, которые в Москве ощущаются как -35 в Сибири. Можно сколько угодно ржать над москвичами, но это действительно не очень приятная история.

В общем-то, я уже с четвертого января готовился к тому, что по прилету завести болид не удастся. Но так как в телеге ограничение на 4096 символов, продолжение придется читать в VK или Дзене, простите.

Эпичный финал

В детстве мы ценили те игры, в которых были, так сказать, финальные заставки. Восьмибитные приставки особо не могли похвастать графикой, а памяти в картриджах было не то, чтобы много. Потому любые «концовки» были на вес золото, их рассказывали на переменах, а после уроков все бежали домой дабы самостоятельно пройти игру и увидеть ту самую финальную анимацию.

Сегодня игры рассчитаны на десятки часов геймплея, к концу – особенно в играх-песочницах – игрок уже доигрывает, просто чтобы доиграть. Ибо сложно припомнить игру, механики в которой вот прямо до конца держали в напряжении. Нет, к последним миссиям игрок подходит уже прокачанным, с полным обвесом, и по большому счету финальные испытания для него оказываются куда более легкими, чем даже первые этапы игры. И вот тут хорошие игры сильно отличаются от основной массы тем, как именно в их финальных миссиях выстроена драматургия сюжета.

С одной стороны – миссия как миссия. С другой стороны – даже в игры-песочницы добавляется коридорная механика, когда игрока ведут по определенному сценарию. И это – самое важное. Потому что в случае успеха, то есть сработавшей химии, игрок получает мощную иньекцию эмоций. И, возможно, он не запомнит всю игру, но вот финальную миссию – точно.

У меня на вскидку в памяти отложилось три финала. Первый – FarCry 6, причем не столько заплыв к Эсперансе, сколько момент, когда ты внезапно ощущаешь, как под бодрую музыку зачищаешь улицу за улицей. При этом до этого момента тебе кажется, что ты сам управляешь скоростью геймплея, но нет – музыка, биты подстраиваются под определенные точки на улицах, чтобы, условно, с акцентированным ударом баса ты уничтожаешь танк. И это удивительное чувство, ты действительно попадаешь внутрь боевика 80-х, становишься частью игры.

Второй – Метро Exodus, та самая сцена, когда ты на микроавтобусе-буханке мчишься по дороге через лес сквозь вьюгу, пытаясь успеть довезти соратника до того момента, как тот двинет коней. И вот тут опять удивительное – ты мозгом понимаешь, что по сценарию ты его не довезешь, что все просчитано, но музыка, антураж и реплики героев погружают тебя именно в то состояние, которое было задумано сценаристами. Удивительный опыт.

Наконец, из свежего – Hogwards Legacy, который вообще оказался смесью GTA и Гарри Поттера (очень удачной и умопорачительно красивой смесью, осмелюсь доложить). В финальной миссии ты спускаешься в подземелье, пробиваешься сквозь толпы гоблинов, и вроде получается, но их все больше и больше. И вот думаешь – ну все, это тупо скучно и долго будет, раскидывать эти орды. Но внезапно появляются профессора, которые берут их на себя, помогая тебе продолжить путь. Все прям как в старой-доброй колде, только вместо аттракциона на поле боя – волшебное подземелье и бой, не уступающий по красоте финальной битве за Хогвардс из Даров смерти.

И вот доложу я вам – ради этих эмоций и стоит играть в AAA-игры. Которые изначально рассчитаны на одного и только одного игрока. Без всяких многопользовательских режимов и сковородок на заднице.

Когда догоняют мечты

В детстве у меня была своя комната. И в ней всегда – как мне казалось – чего-то не хватало. Жили мы небогато, а точнее слегка ассиметрично. С одной стороны из мебели в комнате – довольно большой – была лишь кровать и стол. С другой стороны, на столе стоял компьютер, что в то время было довольно богато. Была еще небольшая парта, за которой я в четыре года рисовал, а в то время на ней уже стоял проигрыватель Вега, а в нише для ног – две колонки. Забавно, но одним из последних подарков детства была пластинка Abbey Road, я тогда не оценил, а сегодня это один из моих любимых альбомов.

Но всегда чего-то не хватало. Сначала подумал – стеллаж, мне нужен стеллаж. Но мебель в 90-х купить было не то, что проблематично – практически нереально. Ну, то есть, диванов было завались. Истосковались люди по диванам. И стенок из шкафов тоже было много. Разверзлись советские склады. А вот простых стеллажей, как в Ikea, не было. Зато у нас был ДОК – деревообрабатывающий комбинат. Он уже доживал свои последние дни, сегодня на его территории построили жилье и торговый центр. А тогда на нем еще пилили. Не деньги, дерево.

И мама сказала – иди, там доски продают. Сделаешь стеллаж сам. И, что удивительно, доски там продавали. А в школе у нас преподавали труд. Я там даже молоток на токарном станке выточил. Но токарные станки у нас стояли на втором этаже пристройки, в помещении, которым заведовал трудовик по кличке Труп. Дети беспощадны, да. А на первом этаже было несколько помещений для младших классов. Девочки там шили, а мальчики работали по дереву. Правда, табуретки, которые мы делали целый год, оказались непригодны. А вот молоток до сих пор лежит дома.

Но это я все к тому, что делать чертежи я умел. Черчение у нас тоже преподавали. И по дереву работать умел. Так что начертил схему стеллажа, пошел на ДОК, купил доски. Пила у нас тоже откуда-то была. Зачем в городской квартире пила? Но у нас была. Молоток, гвозди, пила – что еще нужно для стелажа? Так у меня в комнате появился стеллаж. Правда, книги в промышленных количествах я начал читать сильно позже, так что стеллаж так и остался пустоват.

Но больше всего я хотел не стеллаж, а маленький холодильник. Куда можно было бы поставить бутылки с газировкой и не ходить за ней на кухню. Да и в холодильник на кухне много бутылок не поставишь, а так – красота же? Увидел я такой в какой-то рекламе. Рекламировали газировку, а запомнил его.

Позже, сильно позже я уже столкнулся с такими мини-холодильниками в отелях и офисах. А теперь у меня есть собственный. Спасибо друзьям-партнерам, умудрившимся угадать с детской мечтой. Пойду в магазин, закуплю газировки.

Всем спасибо за поздравления

Самое важное про вчерашний сбой в рунете

Пацаны не курят, пацаны парят. На район завезли жидкости для парилок в оригинальной упаковке. Вспомнились тетрадки с ДиКаприо и пакеты с Пугачевой.

Сам эту мерзость не потребляю, но для фоточки прикупил :)

Четверть века назад я учился на журналиста в одном из старейших ВУЗов страны. В журналистику (как и многие, надо сказать) попал случайно. Всегда говорю, что меня просто больше никуда не взяли и я выбирал между отделением журналистики на филфаке и геологопочвенным факультетом, где вместо вступительных экзаменов меня попросили пройти тест, в котором оценивалось, правильно ли я пишу слово «облако». Геология и почва меня интересовали мало, а вот журналистикой в том или ином виде я уже занимался пару лет. Когда принес на творческий конкурс толстую папку с еженедельной своей колонкой в местной «почти как компьютерра» газете, творческий конкурс проблемой не стал. В общем, стал учиться на журналиста.

Что меня действительно удивляло, это откровенное коленопреклонство перед журналистикой западной. Не буду ерничать, как и все, включая Константина Эрнста, я офигевал от CNN, и как и ко всем чуть позже ко мне пришло понимание, что офигал я не от журналистики, а от формата и подхода. Зрелищности, так сказать. По сравнению с тем, что творилось тогда на нашем телевидении, CNN по качеству картинки и инфографики казалось трансляцией из другой вселенной. А английского языка я особо не знал. Как и окружающие. Так что CNN мы все считали эталоном, но, так сказать, заочно.

Как-то так получилось, что период моего обучения совпал с пиком культа глянцевых журналов. В некоторые из которых я тихо-мирно стал пописывать тексты, тем более платили там какие-то бешенные деньги по сравнению с тем, что можно было заработать в местных медиа. Да, конечно, мне очень нравилось то, что однокашники (Юля, привет) делали на местном телевидении, но все это было не по мне. Не мое. А ориентиров не было. Одно дело – зарабатывать деньги, складывая буквы в слова, а слова в тексты. Совсем другое – понимать, что за профессию ты выбрал. Зачем ты этим вообще занимаешься. С этим были огромные проблемы.

Параллельно страна сильно менялась. Те, кто вырос на принципах журналистики 90-х, постепенно вытеснялись на обочину, а те, над кем они все 90-е смеялись, занимали место под солнцем. У меня было место в партере, ведь в Томске существовала чуть ли не последняя в России телекомпания старого образца – ТВ-2. Правда из Томска я уехал раньше, чем ТВ-2 закончился совсем. Но к чему все идет было понятно уже тогда. По другому у телекомпании, существовавшей на деньги Ходорковского и в парадигме Эха Москвы, сложится не могло. Не злорадствую, но и не сочувствую. Даже мне, тупому юноше, было понятно, к чему все идет. А сейчас, тупому мужику, и подавно.

Все эти годы я отчаянно искал хоть какие-то референсы в профессии, за которые можно было бы зацепиться. Как любому творческому человеку, мне было свойственно очаровываться то одним, то другим, то третьим. Когда-то мне казалось, что вершина публицистики – это Максим Кононенко, и я по доброму завидовал Алле с потока, которой выпала честь поработать с Максом. Потом мне очень нравился Доренко, который практически восстал из пепла. И не один раз. До сих пор яркие интервью Сергея Леонидовича смотреть не просто интересно, но и крайне полезно. Были и художественные произведения, которые на какой-то период вселяли в меня уверенность – вот оно, вот как должно быть в нашей профессии.

За очарованием неизменно идет разочарование. Не во всем, не во всех. Но если долго и пристально изучать объект очарования, то со временем начнешь подмечать всякое. Не самое приятное. И чем дальше, тем ближе момент, когда сам себе удивляешься – ну как, как ты мог считать вот это – примером.

Но вот этот момент, момент очарования, момент, когда ты по крупицам вытаскиваешь из объекта/субъекта то, что хочешь оставить себе, воплотить в себе, это очень крутое время.

Мне кажется, что очарование Такером Карлсоном сегодня имеет плюс-минус те же причины и мотивы. Такер прекрасный журналист, великолепный оратор, удивительно прагматичный и последовательный профессионал. Думаю, он сам удивился тому вниманию, которым его одарила отечественная пресса и телевидение. И человеку со стороны действительно может показаться это внимание и обожание каким-то коленопреклонством перед западом. Ну, сапожник не обязан разбираться в том, насколько хорош пекарь. Но задуматься, почему соседние пекари сбежались к приехавшему откуда-то коллеге, стоит.

Думать, к сожалению, никто не любят. В Такере я успел пройти стадию очарования в прошлом году. Сегодня мне просто интересно посмотреть на его вершину, профессиональный пик. Я постараюсь раздобыть оригинал интервью для того, чтобы проанализировать построение вопросов. Английский язык очень своеобразный и объемный. Посмотреть на мимику, язык жестов, реакцию. Это тот референс, который мне был необходим так давно. Жаль, что сейчас он скорее интересен, чем необходим.

Сегодня здесь

Как-то незаметно закончились в ридере закачанные книги. Обычно я сначала закупаю книги в бумаге, и только потом закидываю в ридер электронные версии. Но в конце прошлого года решил, что надо чуть притормозить с бумагой – место на стеллажах закончилось, равно как и на тумбочке книги уже в две стопки лежат. В результате шесть книг прочитал исключительно в электронном виде. И сегодня, начав подаренный томик неизвестного автора, решил как-то зафиксировать, что за шесть книжек я проглотил за январь и половину февраля.

Половина книг принадлежала перу Куива Макдоннелла, «Странные времена» и «Идеальный джентельмен» из нового цикла «Странные времена», и «Последние поручения» из дублинской серии. Честно говоря, Макдоннелл мне понравился еще с «Человека с одним из многих лиц», но с каждой новой книгой из дублинской серии становилось все тусклее, скучнее, как будто Макдоннелла эти романы заставляли писать только деньги. «Последнее поручение» могла быть сильно короче, но зачем-то в нее были включены долгие многостраничные страдания главного героя относительно прошлого. Причем если бы я не читал первые три романа, то мне вообще ничего не было бы понятно. А это плохо, очень плохо.

«Странные времена» – и оригинальный роман, и его продолжение, которое «Идеальный джентельмен» – показались глотком свежего воздуха. Такой же, как в первых книжках дублинской серии, черный юмор, динамика, фактурные персонажи. Плюс немного городского фентези, новый мир и лор. Но чувствуется уже во второй книжке – Макдоннеллу хорошо даются оригинальные романы, а каждое продолжение для него подобно пытке. Честно говоря, не знаю, буду ли читать продолжение. Хотя быть может МиФ и не станет их выпускать.

С творчеством Никласа Натт-о-Дага познакомился в прошлом году, Аня подарила книгу 1793, я о ней уже писал, кажется. Довольно интересное чтиво, угрюмое (хотя кто-то называет это нуаром) и слегка раздражающее излишней зацикленности автора на передачи отвратительного окружения. Дело там происходило в Швеции в соответствующем году, и описание быта стилистически было похоже на Гюго, но без сантиментов. Не говоря уже о том, что в определенный момент начинаешь задаваться вопросом – а зачем человек, которому отрубили ноги и руки, а так же отрезали язык, ежедневно старательно съедал свои фекалии. Если это вас не пугает – у меня хорошие новости.

1794 и 1795 по сути надо читать как один роман. Ближайшая аналогия – «Назад в будущее 2 и 3», фильмы, которые не просто связаны друг с другом, но являются неразрывными частями целого. И Никлас тут не подвел – все на месте, к мерзкому городу добавили не менее мерзкий остров на другом краю света, достали тех же героев, провели их еще разок практически по той же арке характеров, все закольцевали и подвели безрадостный итог. Разве что большая часть 1794 была посвящена новым героям, и даже показалось, что до старого пальта не дойдет. Дошло.

Так же взял себе второй роман Элины Бакман «Когда исчезают следы». И сразу после того как начал читать вспомнил, почему не очень то хотел возвращаться к творчеству Бакман после «Когда умирает король». Слишком сложный и затянутый сеттинг, к тому же финские названия длиной в 15-20 букв и непривычные имена сильно тормозили погружение в роман. Проблема в том, что когда ты уже привыкаешь к таким особенностям повествования и даже проникаешься стилем, роман стремительно переходит к развязке. Не успеваешь насладиться. Так что после «Когда исчезают следы» осталось неприятное послевкусие – вроде хорошая проза, а вроде и чувствуешь себя немного обманутым.

Заглянув в Reading Insights, вспомнил, что еще в этот же период как-то незаметно прочитал «Мне бы в небо», по которой был снят фильм с Джорджем Клуни. Я эту книжку в бумаге купил еще тогда, лет десять или больше назад, когда фильм вышел на экраны. Я думал, что фильм прям по книге, потому в тот раз книгу не дочитал – чем дальше читал, тем дальше сюжет уходил от фильма. В киноверсию были взяты некоторые черты персонажа и арка его характера, а вот событийно кино и книга – это сильно разные истории. В фильме в конце грусть светлая, персонаж изменился. А в книге грусть скорее фатальная – герой приземляется и уезжает умирать. Сильно разное настроение, и понятно, почему книга, в отличие от фильма, не очень-то зашла. И не только мне.

В общем, продолжаю читать, чего и вам советую. А завтра в комнате появится новый книжный шкаф. А вместе с ним – место для новых книг. И я этому несказанно рад.