У меня становится всё меньше клиентов, потому что я потихоньку отхожу от копирайтинга. Я вам уже рассказывал, что теперь эта работа не приносит мне ничего, кроме стресса, отвращения и выгорания. Пока не знаю, правильно ли делаю, но по ощущениям — лучше так, чем отъехать в сорок от инфаркта жопы.

На одном из завершившихся проектов прощаемся с клиентом на созвоне:

— Алексей, мы будем по вам скучать.
— Не грустите, вдруг ещё где-то поработаем!
— Больше не будет шуток в комментариях к правкам...
— Так говорите, как будто я умер.
— Устроим всем маркетингом отпевание под Меладзе. Потом сорок дней...
— Эй! Я не умер!
— А на обеде сегодня будем есть кутью. Прощайте, Алексей, новая работа вам пухом.

Ну какие же сволочи любимые, не могу.

Её бы оправдали сто проц

До эмиграции я всегда покупал книги в бумаге — такой вот был пунктик. Какого бы размера ни было издание, я непременно брал его подмышку в автобус или метро и убивал время за чтением.

Как-то мне на день рождения подарили сборник всех книг «Дюны» Фрэнка Герберта – внушительное издание. Однажды ехал с этим талмудом в метро, и до меня докопался пьяный мужик. Он долго и удивлённо смотрел на этот литературный кирпич и наконец спросил:

— А нахрена тебе такая огромная?
— Читать.
— Не, ну я понимаю, но огромная-то такая нахрена?

В общем, прицепился как репей и не отстаёт. Почему книга большая — вопрос от взрослого мужика. Как на него ответить? Только такой же придурью:

— А мне её, — говорю, — сунули за пазуху, чтоб не всплывал. А я всё равно всплыл. Решил вот почитать, пока еду мстить.

Мужик крякнул, что-то пробурчал и ушёл в другой конец вагона. И правильно: человек, держащий книгу размером с три его головы, не может быть адекватным.

Я, конечно, не считаю себя литературным гиком — я всего лишь счастливый обладатель контузии литфаком, но хороших каналов про мир литературы немного, и каждый — на вес золота, и сегодня я вам как раз такой рекомендую. Perspéctum | страницы без границ пишет обо всём, что связано с литературой, делая акценты на культуре и традициях народов нашей страны и её соседей.

В канале есть тематические подборки книг, обзоры, интервью с писателями, режиссёрами и другими деятелями культуры, и сотни постов с полезной информацией. Сохранил себе адреса пяти независимых книжных магазинов Москвы — будет чем заняться, когда поеду в гости.

Подписывайтесь на канал и читайте побольше — @perspectum

И «Фруктовый сад» Чехова. С добрым утром 🧡

Как вы могли заметить, последние дни я ленюсь и даже не каждый день что-то рассказываю.

Тому есть две причины. Первая , разумеется, в том, что я охуел до полной бесссознательности и давно не получал по жопе. Вторая — в том, что я тренирую тонкое искусство оттвалить от себя и быть счастливым.

Я много сплю, играю в приставку, учу языки и почти никуда не хожу — пару недель хочется пожить в таком режиме. Но сегодня я не мог не выйти из дома, потому что в Брауншвейге проводят фестиваль пива.

На главной площади города стоят фудтраки с крафтом со всех концов мира, тут жарят сосиски, раздают брецели и играет рок эпохи юности миллениалов. На ступеньках полицейского участка сидит и курит пьяный венгр, вокруг островка с сосисками стоит бухой хохот, поддатые женщины улыбаются, а хипстеры с серьгами в ушах фотографируют бокалы со всех ракурсов. Я дома)

В выходные прекрасно и интернационально потусовались. Обсудили феминизм, решили, что во всем всегда виноваты мужики, выпили много вина, приготовили волшебное печенье, слушали музыку.

Итальянка Джулия спрашивает нашего друга Карима:
— А что ты думаешь про феминизм?
— Обычно я просто со всем соглашаюсь, мне слишком дорога моя жизнь.

Шарит человек, мудрый не по годам. А на видео — это мы разучиваем танец из Сардинии.

В киоске меланхолично скучал дядька-продавец. У него за спиной бормотал старый телевизор, а сам он безразлично наблюдал за мухой, которая ползала по заставшей ещё Берлинскую стену пачке чипсов.

— День добрый, — говорю, — мне, пожалуйста, егерьмейстер и вон тот лимонад.
— Вот, пожалуйста. С вас девять евро.

Отсчитываю дядьке деньги, сам в душе радуюсь, как здорово у меня получается практиковать немецкий, ну прям без пяти минут бюргер. Складываю товары в шоппер, довольный собой, как вдруг продавец решает завести смолток:

— А что вы вообще думаете по поводу мотива исповедальности в поэзии раннего Генриха Гейне? Как вам это стремление к самообнажению в «Северном море?»

Нет, я предполагаю, что он как-то так и сказал, ну или как минимум что-то похожее, потому что я не понял ни-ху-я, ни единого слова, как будто он резко переключился с немецкого на тилимилитрямдский, но делает вид, будто так и надо. По интонации понятно, что он задал вопрос, но по звучанию он не походил ни на один из тех, на которые я мог бы ответить. Начанаю потеть:

— Простите-извините, у меня немецкий пока очень плохой, ничего не понял.

Дядька посмотрел на меня внимательно, крякнул и уже на английском сказал:

— Я говорю, по глазам вижу, что вам не хватит. Возьмите литр!

Ишь ты блядь предсказатель. По глазам он видит. По блестящим)

В общаге живёт женщина, с которой я периодически пересекался на кухне — она почти всегда в одно и то же время приходит варить какие-то супы, гуляши и прочие сложные блюда. Знакомы мы с ней не были, и вся коммуникация ограничивалась коротким «халло» и дежурной улыбкой. Но что-то в этой женщине было... своё. Может, супы, может, выражение лица — встревоженно-умудрённое, немного грустное.

В общем, я почти не удивился, когда в один из дней она заговорила по-русски. Вот так, спустя четыре месяца, наша общажная русскоговорящая диаспора слегка расширилась. Но меня немного по-доброму насмешила одна вещь. Я вот часто здесь говорю, что не хватает в Германии какой-то душевности: немцы всё-таки сложнее сходятся с людьми, и завести с ними дружбу или даже просто откровенный разговор бывает непросто. А я же лабрадор. Ещё и из России, где в плацкарте первому встречному про всю жизнь рассказывают. Я постоянно забываюсь — и на дежурный вопрос «как дела» по привычке вываливаю всю херню, хотя надо просто отвечать «хорошо» и идти пить своё пиво.

Так вот. Во время разговора с этой женщиной (я забыл спросить её имя, потому что когда со мной говорят незнакомцы, я радуюсь, как собака в парке, и напрочь забываю обо всех социальных нормах) Сашка её спросила:

— А вы тоже в Нью-Йоркере работаете?

Вопрос не праздный, потому что общага корпоративная, и в ней живут сотрудники и их семьи. Женщина загадочно ответила:

— Ой, вы знаете… Это тайна, покрытая мраком...

Мы понимающе покивали — мало ли какие кто тут схемы использует, чтобы жильё подешевле найти? Не осуждаем, с расспросами не лезем, у всех эмигрантов свои скелеты в икеевском шкафу.

А наша новая знакомая, выдержав примерно тридцать секунд паузы, отрапортовала:

— Да родственник у меня один там у вас работает, вот я и…

Недолго, в общем, интригу держала. Прекрасно поболтали, очень хорошая женщина. В следующий раз имя не забуду спросить.

Заметка на полях: с выходцами с постсовка в разведку не ходим.

В Германии сегодня выходной, мы с женой сегодня рабы желудка и слуги гедонизма.

Обычно я не задаю такие вопросы, но что-то в край обленился. О чем вам рассказать?)

На кухне зацепились языками с Люсией — нашей соседкой-немкой, которая живёт в комнате напротив. Разговорились про немецкий язык, культуры и еду. Люсия, которая довольно часто видит меня за плитой, спросила, готовлю ли я обычно что-нибудь из русской кухни.

Я ответил, что нет — потому что блюда русской кухни, как правило, требуют немало времени. И Люсия рассказала, что на другой работе у неё была русскоязычная коллега — и вот она иногда приносила на обед вкуснейшие русские орешки.

Стал перебирать в голове, что за орехи такие у нас в России растут, что приводят людей в такой восторг. Фундук, кешью, грецкие, кедровые — всё не то. Путём долгих расспросов и уточнений я наконец выяснил, про какие орешки шла речь.

Про те, что с варёной сгущёнкой внутри.

Минутка образовательного интерактива

Я же человечек далеко не самый умный, многих элементарных вещей не знаю, а удивить меня довольно легко — однажды я минут пять восхищался голубем, у которого не было одного пальца на лапке. Ну да речь не об этом.

С лексической редупликацией мы уже давно разобрались — это даже не база, а попса, неинтересная. А вот вам ещё тема: все мы знаем такие выражения, как Мухосранск, Хуево-Тутуево, Ново-Ебенёво, Усть-Зажопинск. В английском есть аналог — bumblefuck (где шмели ебутся), а в сербском — vukojebina (где волки ебутся). Как и у всего в этом мире, у этого явления есть красивое и заумное название — пейоративный квазитопоним.

В связи с этим новообретённым знанием у меня вопрос: а вы знаете ещё какие-нибудь пейоративные квазитопонимы? На русском языке будет вообще отлично, но если знаете на иностранных — тоже проканает. Хочу собрать список, чтобы потом выёбываться перед друзьями-экспатами.

Хотя кого я обманываю — нет у меня никаких друзей. Просто чтобы выёбываться.

Ладно, в эту субботу я вам кое в чём признаюсь. Иногда меня спрашивают: «Алексей, почему ты постоянно пьёшь пиво?».

Так вот, ребята. Это не прихоть, не блажь и не для удовольствия. Дело в том, что у меня очень редкое генетическое заболевание: мой организм не вырабатывает собственного пива, поэтому приходится добирать его вот таким способом — из внешних источников.

Хороших выходных, не болейте и слушайте свой организм:)

Катана спит в ножнах.
Невыносима жизнь
В утро понедельника.

С добрым 🧡

Если бы я однажды стал тем человеком, которого в лицо знает вся планета, я бы сто процентов нанял себе пиарщика. У меня волосы на заднице начинают седеть, когда я вижу, как какой-нибудь Илон Маск одним неудачным твитом обрушивает акции целой корпорации. Уверен, у инвесторов волосы начинают не только седеть, но и выпадать.

Продуманные коммуникации важны даже на уровне самой обычной и не суперизвестной компании — соцсети сделали из интернета трибуну, а заодно дали людям возможность напрямую напихать в панамку брендам или персонам, которые профакапились. Вот вам пример: компания Adidas однажды написала невинное письмо, в котором были поздравления бегунам, успешно финишировавшим на Бостонском марафоне. Всё бы ничего, но письмо начиналось со слов: «Congratulations, you survived the Boston Marathon!» — «Поздравляем, вы выжили в Бостонском марафоне». Истерика поднялась страшная, ведь всего за четыре года до этого на Бостонском марафоне произошёл теракт.

Или ещё один гениальный ход — Макдоналдс как-то запустил в твиттере флешмоб с хештегом #McDStories, чтобы люди делились классными историями, связанными с этой ресторанной сетью. Вот только под этим хештегом стали появляться совсем другие рассказы: бабушка отравилась, таракан в булке, несварение, смерти, мёртвые коты — ленту заполонил негатив. Сыграли в виральный потенциал — и проиграли.

Вывод простой: чтобы не выглядеть идиотом в глазах своей же аудитории, доверяйте коммуникации профессионалам. Такого же мнения придерживаются и коллеги из Агентства специальных поручений — АСП. Это профессиональные пиарщики, которые помогают людям и брендам сохранять безупречную репутацию. В их канале можно найти разборы пиар-кейсов — как успешных, так и провальных. Особенно рекомендую подписаться тем, кто строит бизнес, стремится к публичности или управляет репутационными рисками. Как на наших глазах распадается броманс века, почему важно работать вдолгую — на примере одной российской футбольной команды, гениальный дуализм Tinder — в АСП внимательно следят за индустрией. Отдельно от себя респектую за структурированные и человеческие тексты без занудства и корпоративного сленга. Ну и оформление иллюстраций — моё почтение.

Забирайте пиарщиков — слава может обрушиться на голову совершенно внезапно, а у вас уже хоба — и контакты есть: @scagency.

Я как-то уже говорил, что мне даже нравится готовить. В этом есть что-то медитативное, а ещё результаты своего труда можно увидеть почти сразу — быстрый дофамин для измученного интеллектуальным трудом мозга. Но вот что мне не нравится — так это ходить в магазин за продуктами. Невыносимо скучно, изматывает, вгоняет в тоску и экзистенциальный кризис.

Поэтому я терпеть не могу шататься по магазинам целую вечность. Обычно я залетаю в зал уверенной косулей, пробегаю все полки, набиваю корзину тем, что хотя бы отдалённо похоже на нужные мне продукты, и бегу на кассу. Вот эти променады с вдумчивым рассматриванием каждого миллиметра какого-нибудь хлеба совершенно не для меня, я же не сумасшедший.

Сашка же, наоборот, в магазинах медитирует. Перебирает, щупает, гладит, рассматривает, даже, блин, нюхает! У меня, разумеется, в эти моменты глаза закатываются за затылочный горизонт, я начинаю демонстративно вздыхать и осуждающе цокать — «ну ты ещё лизни этот помидор!»

До тех пор, пока не дойду до полки с алкоголем. Вот тут я могу зависнуть минут на двадцать. Перебирать, щупать, гладить, рассматривать, нюхать и даже разговаривать сам с собой. Много раз пытался объяснить Сашке, что это другое — но она не слушает.

Вы-то хоть понимаете меня?

Я вообще-то тот ещё снобяра, когда дело касается текстов. Вы бы видели, как я иногда читаю чьи-нибудь блоги — не важно, в твитере, в инсте или в телеге. И чем выше человек взлетел по подписчикам, просмотрам и славе, тем больнее я режу его крылья. Я ругаюсь вслух, как старый вредный пёс — говорю такие слова, как «хуйня из-под коня», «графоманство», «плеоназм на плеоназме», «понаберут по объявлению» и «с дуру можно и хер сломать».

Как наши дедушки ругались на телевизор, так и я ругаюсь на холодный экран смартфона. Иногда по делу, иногда просто выпендриваюсь (я же это люблю), иногда — чтобы хоть куда-то выпустить накопившиеся внутри негативные эмоции с говном. Жена обычно в такие моменты соглашается — «да да да, все они идиоты, один ты у меня талантливый», левой рукой поглаживая меня по голове, а правой набирая санитаров.

Но есть один персонаж, который меня раскачивает на этих качелях до состояния центрифуги. Потому что до его текстов не доебаться — талантливый, собака. Старая школа журналистики — каждый пост хоть в рамочку ставь. Юмор, собственный стиль, классные смыслы, приятное послевкусие после прочтения. Фамилия ещё у него блин такая звучная, писательская. Карпов, какого чёрта?! — это прекрасный пример того, как очень хороший журналист может написать интересно о чём угодно: от распевания песен с местным забулдыгой до посещения библиотеки. Карпов — это ядерная смесь Довлатова, Венички Ерофеева и немного вашего кореша, который всегда любит выпить — цвет русской интеллигенции, короче говоря. А ещё у него есть бесконечная любовь к коньяку и очаровательная собака Нюша — наш, в общем. Забирайте, это по любви — @KarpovWTF.

За соседним столиком мужчина отчаянно кричит в трубку:

— Лена! Я не знаю, что такое ромпер, я блядь тем более не знаю, что такое лилейный! Я сел пиво пить, оно жёлтое и пенится.

Понимаю тебя, брат.

С добрым утром, получается🧡

Есть, конечно, и свои минусы в счастливом обладании «своим» барчиком. Я имею в виду вот что: когда тебя там уже знают и даже не спрашивают, что наливать.

Я уже неделю веду благопристойный образ жизни — пью водичку с мятой и огурцом, ем какие-то овощи, варганю салаты с йогуртами, а главное — не пью ничего алкогольного. Даже фильмы для взрослых смотрю только те, где женятся в конце. Нет, я не стал задумываться о близкой смерти — просто началась изжога, довольно неприятная. Тут и не надо оканчивать мед, чтобы понять, что именно нужно исключить из рациона.

И вот сегодня шкандыбаю я мимо своего барчика. В руках — шоппер с этой отвратительно зожной зеленью, в термосе вода с огурцами (я, зажмурившись, представляю, что это джин-физз, но не работает). Знакомый официант, завидев меня, радостно замахал, замигал своими хитрыми глазками и показал на поллитровую кружку — мол, как обычно?

А я ему на живот показываю — не могу, болею. А он ноготком по бокалу так: «стук-стук» — типа «ну тем более бахни, чё ты, все болезни же пройдут!»

С одной стороны — и в чём он не прав? А с другой — как же я, блядь, его ненавижу сейчас. Его, изжогу и сраные огурцы тоже.

Мои ровесники покупают машины, берут ипотеки и заводят детей по второму кругу. Я же вчера купил себе корзинку для велосипеда — потому что пиво из магазина само себя не отвезёт, а вешать шоппер на руль не очень-то удобно.

Надо ещё вторую корзинку на багажник примастырить — эта корзинка будет для ответственности. Совсем небольшая нужна.

Давно мы с вами за смехуёчками не говорили о серьёзных и важных вещах.

Есть такая штука — синдром Улисса. Термин появился в начале нулевых, а название ему дали в честь Одиссея (в Риме его звали Улиссом), который после Троянской войны десять лет скитался по свету, прежде чем вернуться домой.

Синдром Улисса — это набор симптомов, возникающих как реакция организма на стресс, связанный с эмиграцией: ощущение отчуждённости и одиночества, постоянная печаль, ностальгия, усталость, снижение продуктивности, страх, тревожность, изоляция, обесценивание себя, сбой социальных ориентиров, вина и стыд. Увы, для многих эмигрантов это стало повседневностью.

Можно привести данные ВОЗ: депрессией страдает около 5% взрослого населения планеты — это 280 миллионов человек. И это только те, кто смог найти в себе силы обратиться за помощью. Сколько страдают молча, оставаясь без поддержки — даже страшно представить.

Во время одной из своих эмиграционных одисей я познакомился с человеком по имени Саша. Когда-то он мне помог — просто так, безвозмездно, когда я не мог даже до душа дойти, не то, что взять себя в руки. И теперь у меня есть возможность отплатить.

Саша делает очень важный проект — SuppSpace. Если коротко, это телеграм-сервис, который помогает людям находить поддержку по переписке. Это не замена психотерапии, но классный способ помочь себе на ранней стадии депрессии — безопасно, бережно, анонимно и без осуждения.
В сервисе есть Искатели — те, кому нужна поддержка, и Спутники — те, кто готов эту поддержку дать.

На мой взгляд, это важнейшее начинание. В мире, где часто кажется, что человек человеку волк, такие инициативы напоминают: плечо рядом может найтись. Что доброе слово, искреннее участие и эмпатия — это не выдумка, а настоящая сила.

Вот инструкция, как обратиться к Спутнику, если не до конца понимаете, с чем идти.
А здесь — советы для тех, кто сам хочет помогать.

В канале проекта честно рассказывают, как всё устроено: какие бывают сложности, как обеспечивают безопасность и сохраняют этичность. Я очень рекомендую подписаться — даже если сейчас у вас всё хорошо. Пусть этот ментальный подорожник будет у вас под рукой, на всякий случай.

Саша, ты молодец. Держу за ваш проект кулачки вместе с подписчиками.

(Вы же подписались? — @suppspace_ru)